Непредвиденное происшествие

Звонкий,четкий стук от сапог разносился по всему коридору. Штандартенфюрер уверенно направлялся в кабинет своего шефа. Ему необходимо сообщить ему одну новость - они под колпаком у Мюллера. Он знал,что это лишь очередная игра.Ему нужно было передать всё произошедшее бригадефюреру именно в таком виде. Ему нужно было перехватить Кэт,самому провести допрос,а иначе наступит конец всему:операции, заданию,а главное - их жизни. Время шло на минуты,секунды,мгновения. Отчеканивая каждый свой новый шаг,Штирлиц тщательно продумывал каждую деталь,каждое слово,которое он должен будет сказать Шелленбергу. Какие эмоции подобрать,кого на этот раз ему играть? Хладнокровность, спокойствие - его фишка. Но на этот раз понадобится что-то другое.То,что действительно заставит поверить шефа в том,что они в опасности.Что от этого зависит и их дальнейшая судьба. Вернее,только его самого...Штирлиц это понимал.Но всё же,нужно отыграть все так,чтобы к нему не возникало ни единого вопроса,не вызывало сомнений. Стремительная мысль промелькнула в его голове. «Испуг...надо изобразить...испуг.Растерянность.Да...самое оно.Ты справишься и с этим,Максим...тебе необходимо убедить его в своей правоте!» Глубоко вздохнув перед тем,как очередной услужливый адъютант распахнул перед ним дверь,Штирлиц в последний миг успел до конца продумать свою новую тактику - казаться растерянным, подавленным. Да,он постарается...постарается на славу. Ради жизни Кэт.Ради жизни своей Родины. Ну и ему самому оставаться в живых не помешало бы... «Вперёд,Штирлиц!» - проговорил про себя советский разведчик. Войдя в кабинет,он увидел бригадефюрера, внимательно изучающего какие-то документы в папке,предусмотрительно скрыв её от посторонних глаз так,чтобы никто не мог подглядеть её содержимое. Слева от него лежала новая пачка сигарет "Camell" американского производства. Рядом стояла пепельница. Заметив вошедшего в кабинет Штирлица,Шелленберг поднял на него свои хитрые,изучающие глаза. Он собирался спросить,что привело к нему штандартенфюрера в это время,как вдруг неожиданно для него тот торопливо заговорил: - Бригадефюрер,мне лучше сказаться больным,но я действительно болен...и отпроситься у вас на десять дней в санаторий,иначе я сдам. В его глазах Шелленберг увидел растерянность,заметное беспокойство. В подобном состоянии Вальтер никогда своего подчинённого не наблюдал,именно поэтому его это довольно сильно удивило. Он начал медленно приподниматься с места,не отрывая от вошедшего своего взгляда. - Что случилось? Что с вами? Его голос прозвучал со своим обыденным спокойствием,но в нем стали заметны нотки некого..волнения? « Всё идёт,как надо.Продолжай,Штирлиц » - Макс,помолчав несколько секунд, наслаждаясь произведенным эффектом,продолжил: - Только не падайте в обморок...но мы все под колпаком у Мюллера! - на последних словах его голос дрогнул,чего вначале Штирлиц не планировал.Он сам себе удивился:как у него так получилось? Шелленберг,до конца поднявшись со стула,начал приближаться к своему подчинённому. Его взгляд вновь остановился на глазах Макса. Он пронизывал изнутри,не давая никакого шанса отвертеться от него,как бы этого не хотелось. - Что случилось? От этого простого вопроса внутри Штирлица что то ёкнуло.На некоторое время он будто позабыл,зачем вообще пришел сюда. Он не знал причину этого кратковременного замешательства,за что себя укорил: «Соберись,Макс! Ты должен спасти Кэт. Нужно её уберечь от этих чудовищ» - завершив эту мысль,глаза разведчика снова столкнулись с глазами бригадефюрера. Собираясь ответить,Штирлиц набрал воздуха в лёгкие,как тут Шелленберг молча пододвинул к нему стул,со словами: - Садитесь. Явно неожидав такой любезности со стороны шефа,Штирлиц кивнул,не произнося ни слова.Присев на стул и оперевшись локтями об стол,рядом с которым они начали свою беседу,замерев на месте,прикрыл правой ладонью свой лоб,устало прикрыв глаза. Проследив за штандартенфюрером,Шелленберг остановился напротив него,с противоположной стороны стола. Ему совершенно не нравилось поведение Штирлица. Ему не хотелось признавать,но это поведение вызывало у него немалое волнение. Однако,снаружи он также сохранял спокойствие,холодно,но с лёгким беспокойством повторив свой вопрос: - Что случилось? Говорите! - Недавно я узнал,что гестаповцы перехватили русскую радистку вместе с переддачиком.Я охочусь за ним восемь месяцев,но отчего то это дело все время переходит к Рольфу! - на последнем слове Штирлиц намеренно изменил свою интонацию,чуть повысив голос так,что он дрогнул,а глаза нервно опустились вниз. - который понимает это дело также,как....- Штирлиц задумался,чтобы подобрать верное сравнение - как заяц в геометрии. « Странно прозвучало.» - решил про себя разведчик и замолчал. Шелленберг слушал его внимательно,ни разу не перебив.Затем тихо подошёл к телефону,его левая рука уже была готова начать вертеть колёсико,чтобы набрать нужный номер. - Не надо! Ни к чему! - внезапно произнес Штирлиц. Он понимал,что будет,если поднять на это дело высшее руководство. Начнут копать, контролировать,присматривать...этого ни в коем случае нельзя было допустить! Но Шелленбергу нужен был ответ.И разведчик его подготовил: - Начнется склока,между обычной разведкой и контрразведкой,не надо...- пояснил штандартенфюрер. - Дайте мне санкцию.- его голос прозвучал твердо,но с тем же наигранным волнением. - я сейчас пойду к этой русской (Штирлиц сделал большой акцент на"этой")и проведу хотя бы первый допрос! Недолгая пауза. - Может,я самообольщаюсь,но я проведу допрос лучше,чем Рольф.Дальше пускай ее перебрасывают к нему...мне важнее дело,а не честолюбие. Вальтер не знал,что ему предпринять. Вначале он был уверен в своем поведении,в том,что он скажет,но теперь...впервые за долгое время, действительно не знал,что ему делать.Смотря на растерянного Штирлица,ему становилось не по себе Приставив руку к подбородку,задумался о чем то. Вскоре,убрав ее,повторно подошёл к телефону,посмотрев на штандартенфюрера. Ему нужно было что-то предпринять. Не подавая виду о своем замешательстве,четко произнес: - Поезжайте. А я позвоню рейхсфюреру. Штирлиц понял,что всё идёт,как по маслу. Ему хотелось воскликнуть от своего успеха,но, естественно,сделать этого он не мог.Да и радоваться ещё было рано.Слишком рано. Продолжая подыгрывать,сомнительно ответил: - Может быть,лучше зайти к нему?.. его глаза уставились на шефа,будто он хотел найти ответ на свой вопрос в нем: в его глазах,словах,поступках. - мне не очень то нравится вся эта возня... - Езжайте и делайте свое дело. - чуть раздражительно сказал Шелленберг. Он не мог вынести эти глаза : уж слишком они манили,притягивали к себе...но почему? И какое ему дело до того,что его подчинённый напуган... Незаменимый подчинённый....лучший... «Любимый» - невзначай подумал Шелленберг,отчего его тут же бросило в мелкую дрожь. Свою мигом промелькнувшую мысль он испугался больше,чем все происходящие события. Ну и конечно глаза...эти настойчивые,упрымые глаза,которые сейчас с таким ожиданием смотрели на него. - А потом мы с вами поговорим о пасторе. - будто стараясь переменить тему вспомнил Вальтер - он нам понадобится...дня через 3. «Есть. Осталось немного...так держать,Максим!» - Но я не могу разрываться между двумя делами... быстро,с волнением,но уже более уверенно сказал Штирлиц - Можете! - внезапно чуть повысив голос,произнес бригадефюрер. - разведчик либо сдается сразу,либо не сдается вовсе...за исключением тех редких случаев,после применения специальных мер головорезов Мюллера. Снова. Снова что-то ёкнуло внутри. «Черт...» - проговорил про себя штандартенфюрер - « как точно сказано...» Штирлиц понимал,что имел ввиду его шеф. Он все отлично понимал.Но эти слова отчего то принесли ему непонятное чувство спокойствия,теплоты внутри...а также придали уверенности. « Я не должен вникать в слова этой гниды...не должен...» - всё твердил себе Штирлиц,но отогнать подобные теплые чувства он не мог. «Он - враг,фашист,нацист,он-ужасен...хитрый лис,что готов предать и разорвать тебя на мелкие кусочки,когда ему станет это выгодно...» - продолжал мыслить Макс,но что-то не давало ему прекратить так думать о шефе: спокойно,с непонятной радостью. Он стыдился этого,но почему- то не мог удержать и убрать все эти мысли из своей головы и все те эмоции,что он испытал от только что сказанных бригадефюрером слов. - Так что все станет ясно в ближайшие два-три часа - после недолгого молчания,продолжил Вальтер - если эта мадам замолчит,отдадим её Мюллеру и пусть они разобьют себе лоб - окончив фразу, Шелленберг усмехнулся и заглянул Штирлицу прямо в глаза « Красивые » - промелькнула мысль,которую он уже не отгонял,так как понимал,что это бесполезно. Неожиданно,Штирлиц улыбнулся на слова бригадефюрера. Он был в изумлении от своей реакции. Но действительно,удержаться от улыбки ему удавалось с трудом. Всю "грусть и растерянность" как рукой сняло. « Эх,Максим,Максим...что с тобой творится...» - злобно говорил самому себе советский разведчик. - А если заговорит...- на этих словах бригадефюрер чуть сильнее улыбнулся - запишем ее к себе в актив и утрем нос Мюллеру. - закончив фразу,он продолжил смотреть на своего подчинённого. Молча,спокойно. В его глазах читалось что-то похожее на умиление,будто он смотрит на пушистого зверька,вот-вот намереваясь погладить его по шертске. Глаза Штирлица "прилипли" к глазам бригадефюрера,он не знал,что ему делать. По коже пробежали мурашки. «Он...волновался за меня?» - внезапно подумал Штирлиц - «волновался...правда?..почему так?» Осознав,что смотрит на штандартенфюрера слишком долго,Шелленберг резко отвел взгляд. Затем посмотрел на Штирлица снова,но уже со своим обычным взглядом. Похлопав Макса по плечу,он,будто смеясь,сказал: - Езжайте. Эти слова значили то,что пора прощаться. Штирлиц уже собирался отдать честь перед уходом,но не смог. Хотел что-то сказать,отблагодарить. Но не мог... Слова застряли в горле. Хотя...что ему надо было сказать?...что вообще говорить? Все слова будут простой формальностью,не более. Гораздо большее можно сказать через глаза... Глаза читают душу.В них можно отыскать правду,ответы на свои долгожданные вопросы. И оба это поняли. Ни бригадефюрер,ни штандартенфюрер не хотели,чтобы это мгновение заканчивалось. Обоим было радостно вот так вот глупо стоять и смотреть друг на друга. Они чувствовали счастье... Лишь слегка кивнув,Штирлиц ловко развернулся,подошёл к двери. Шелленберг ожидал,что тот обернется,скажет ему что-то. Он ждал этого.Хотел. Но Штирлиц не изменил траекторию своего движения,открыл дверь и вышел из кабинета. Стук его сапог по прежнему не изменился,всё также разнесся по коридору... Шелленберг подошёл к столу,взял пачку сигарет,выкурил одну « Вот так происшествие... непредвиденное происшествие...» - он не понял,к чему относятся эти мысли: к вести,с которой пришел к нему сейчас Штирлиц...или может...к самому Штирлицу?.. Бригадефюрер ещё долго так стоял,куря свои любимые сигареты и размышляя обо всем произошедшем.