Вербовщик развлекается

Игра, принесшая страдания многим игрокам закончилась. Чуть больше сорока игроков погибли, оставив за собой три десятка выживших. Но для Ки Хуна страдания только начались. Он только что толкнул своего лучшего друга, чтобы тот убил другого игрока, что сделало его причастным к убийству. Он не ожидал, что сделает это, так как просто хотел спасти Чон Бэ, который мог умереть в последние секунды игры. После произошедшего, взгляд Ки Хуна был направлен на уходящих Ëн Иля и Дэ Хо, а потом просто почувствовал пустоту. Сейчас же, он проснулся от сильной головной боли, будто его ударили молотком. 456-ой открыл глаза, но совсем не хотел знать, где находится. Он хотел сфокусировать взгляд, но всё вокруг плавало, но видимо он находился не в лабиринте. В нос ударил запах хлорки и еще какого-то антисептика, будто в больнице. Ки Хун попытался встать на ноги, но когда он это сделал, в глазах потемнело и ему пришлось опереться о стену. Ему стало тяжело дышать от нехватки воздуха, плюсом синий жилет давил на него. По крайней мере, он вëл себя спокойно даже в такой ситуации, хотя предпочёл бы умереть от пули охранника или ножа кого-нибудь из "охотников", не хотел больше чувствовать боль. Но сейчас он был жив и, видимо, его пробуждение ждал один из "красных". Ки Хун оглянулся и увидел, как к нему подходит кто-то. Когда его взгляд сфокусировался, он увидел, что тот кто подошёл к нему - игрок 055, Вербовщик в своём костюме игрока и с жилетом. 456-ой тупо посмотрел на него пустым взглядом, при этом задав вопрос: - Что я тут делаю?... Почему я ещё жив? - его голос немного дрожал, но он старался скрыть внутреннюю дрожь. - Наконец-то ты проснулся. - ответил Вербовщик. - Я уж думал, что не услышу этот голос. - Ты... Ты меня не убил... Почему? - тихо проговорил Ки Хун. - О, я сделаю это позже. Вижу, что ты совсем не ожидал меня здесь увидеть. И знаешь, давно нам нужно было поговорить наедине. - тот подошёл ближе, но всё ещё держался на расстоянии. - Я знаю... Я неудачник. Я недостоин жизни. - вздохнул бывший победитель. - Поэтому... Убей меня. Я больше не хочу видеть этот кошмар. - Не думаю, что ты умрëшь. По крайней мере, сейчас. - 055-ый оказался ближе к нему на опасном расстоянии. - Я тебе сказал, убей! - повысил голос 456-ой, но сразу получил пощёчину. - Тихо. Перестань, а то охранники услышат и нам обоим не поздоровится. - ответил Вербовщик понизив свой голос, сделав его почти неслышным. - Поэтому, ты должен это сделать. - всë таки Ки Хуну пришлось быть тише. - Я не говорил, что хочу убить тебя. Я лишь хочу поиграть с тобой, но эта игра будет болезненной, и если ты издашь хоть звук, если пикнешь, то нас точно найдут. - с этими словами тот прикоснулся рукой к его щеке. По телу Ки Хуна пробежали мурашки, но он не отшатнулся. Он был настолько в шоке, что не мог даже двинуться. Его ноги были будто приклеены к полу, а лицо выглядело так, будто он смирился с тем, что произойдёт дальше. Вербовщик подошёл к нему ближе и положил руки ему на плечи. Ки Хун почувствовал запах одеколона, но не мог разобрать его, его это не волновало. Он попытался дëрнуться, но инстинкт самосохранения сыграл с ним злую шутку. Его сердце бешено колотилось, но он старался не показывать свой страх внешне. 456-ой хотел закричать, но не мог, так как потерял голос и понимал, что это могло только спровоцировать беду. Вербовщик не хотел дожидаться, пока он успокоится и, наклонившись, поцеловал его в шею. Ки Хун вздрогнул, но не мог пошевелиться, слишком уж был парализован стрессом. 055-ый посмотрев на его реакцию, не стал ждать. Он опрокинул 456-ого на пол и навис над ним, прижав руками к полу. Ки Хун хотел сопротивляться, но было бесполезно. Он повернул голову в сторону и увидел валяющийся на полу нож. Ему очень хотелось, чтобы его убили этим ножом, чтобы его страдания закончились, чтобы он больше не видел смерти людей. От того, что Вербовщик отказался его убивать, мужчине не стало легче. Вербовщик снял с него штаны до колен и прижался к нему своим телом. На Ки Хуна и так давил его костюм, но сейчас ещё и вес того человека, который мог его убить. Вербовщик без предупреждения вошел и начал переодически двигаться, тем самым причиняя ему больше боли. Ки Хун мог бы закричать, но смог издать только тихий стон. Его тело дрожало при каждом движении 055-ого. 456-ой схватился руками за плечи Вербовщика, но не смог его оттолкнуть. Сквозь боль и слезы, он смог прошептать: - Лучше убей меня. - его дыхание стало тяжелым. - Нет, Ки Хун... Ты ещё будешь долго страдать... Увидишь ещё не одну смерть. Ты будешь... терять и терять, пока сам не окажешься потерянным. - ответил тот часто дыша и не останавливаясь. - Я не отпущу тебя, пока не буду полностью удовлетворён. 456-ой понял, что его просьбы убить не остановят Вербовщика. Его разум затуманился, а в глазах потемнело. Через несколько мгновений боли и унижения, 055-ый всë таки остановился и посмотрел на реакцию Ки Хуна, тем самым улыбнувшись. Он вышел, поправил одежду и, кинув последний взгляд на сломленного игрока, ушёл. Ки Хун приподнялся на руки и попытался встать. Он также поправил костюм и пошёл к выходу из туалета. Вдруг, на его глаза попался тот самый нож и он поднял оружие. За дверью стоял какой-то игрок, который возмутился от того, что та была закрыта и нельзя было зайти. Сначала он посмотрел на 055-ого, который прошёл мимо него с улыбкой на лице, а затем на Ки Хуна, который тоже вышел из помещения. - Ну что так долго?! Почему вы... - но этот игрок не успел ответить. Ки Хун просто подошёл к нему и воткнул нож ему в грудь, отчего тот что-то прохрипел и безжизненно упал. Сам же 456-ой увидел, что натворил, и испугался. Он посмотрел на окровавленный нож и на его лице появилось отвращение, отвращение к себе, к этой... бессмысленной борьбе за выживание. Из динамиков послышался голос: "Игрок 072 выбыл". Сон Ки Хун, оставив все сомнения, пошёл в общежитие, где его, вероятно, ждут.

***

В это время в общежитии царило странное спокойствие. Игроков осталось около тридцати, что свидетельствовало о больших жертвах в прошедшей игре. Сами же игроки сидели на своих койках и разговаривали. Самым напряжённым выдался разговор Дэ Хо и Ëн Иля... - Почему ты оставил его там? Почему оставил Ки Хуна, а сам взял меня за ручку и увёл оттуда?! - резко спросил 388-ой смотря ему в глаза. - Это было по правилам. Ему было не избежать этого. - ответил Ëн Иль, хотя его сердце начинало болеть при мысли, что друг мог умереть. - Ты оставил его! Если бы не ты, он мог бы быть жив! - прошипел морпех. После недолгого молчания, 001-ый ответил ему неожиданным вопросом: - Кто ты ему? - Я? Я тот, кто вдвое лучше тебя! То, что ты с ним трахался, не означает, что ты его любишь. - сказал Дэ Хо повысив голос. - Э-эй! Дэ Хо, перестань приставать к нему. Все же мы знаем, что эти двое чувствуют друг к другу что-то. - Чон Бэ подошёл к нему и похлопал по плечу. - А ты что? Тебе не жаль своего лучшего друга, которого оставила эта тварь? - задал вопрос 388-ой. - Может он ещё жив. Я вот не видел, чтобы его кто-то... - 390-ый показал жест перерезания горла. - Может уже перестанете ссориться? - послышался спокойный и тихий голос Таноса, который сидел неподалёку. - Какая разница, кто с кем... Ну, вы поняли... Главное, что живы остались... Ну... Я хочу, чтобы это всë поскорее закончилось. - Не тебе был задан вопрос, чучело. - как-то грубо ответил Дэ Хо и снова повернулся к Ëн Илю. - Если с Ки Хуном что-то случилось, я... Не успел он договорить, как в общежитие зашёл сам Ки Хун. На его лице была усталость, а в руке он держал нож. Игроки посмотрели на 456-ого и не совсем поняли, почему он ещё жив. Особенно были удивлены 100-ый и его приспешники. 044-ая взглянула на Ки Хуна с высоты и на её лице появилась ухмылка. А вот 390-ый, 001-ый и 388-ой не поверили своим глазам. Их друг был жив! - Ки Хун? Ты... - спросил Чон Бэ, когда тот проходил мимо. 456-ой не ответил. Он лишь прошёл к своей койке и даже не посмотрел на друзей. Это было совсем не похоже на него, обычно он сначала подходит к ним... Бывший победитель сразу упал на жёсткий матрас и стал пялиться наверх, смотря в одну точку. Вдруг, к нему подошёл Дэ Хо, который первым заметил странное поведение друга. Его взгляд был немного обеспокоенным. Морпех сел на соседнюю койку и посмотрел на него: - Ки Хун... Что с тобой? - спросил он. Тот не ответил. Его глаза также смотрели в потолок, не замечая присутствия 388-ого. - Что произошло? - снова задал вопрос Дэ Хо уже настойчиво. - Ты можешь мне доверять. Расскажи. - Ничего... - наконец ответил Ки Хун, хотя сам считал, что стоило рассказать о произошедшем. - Голова болит. - Врëшь. Я же вижу, что что-то случилось. - молодой игрок услышал ложь в его голосе. - Если не хочешь, не рассказывай. Но если болит голова, с этим я могу тебе помочь... - 388-ой подумал, прежде чем ответить. - Я могу сделать массаж на голову, если ты не против. Ки Хун лишь молча кивнул, но не думал, что это поможет. Дэ Хо присел на колени рядом с его койкой со стороны головы и приложил большие пальцы на лоб 456-ого. Он начал совершать круговые движения, двигаясь от середины лба до висков. Ки Хун почувствовал, как напряжение немного спадает с помощью заботливых рук 388-ого. Потом, тот приложил пальцы обеих рук ко лбу друга и провёл ими до затылка. Дэ Хо понял, что Ки Хун расслабляется от массажа и улыбнулся. Он был рад помочь игроку, который однажды помог ему. - Спасибо, Дэ Хо. - произнёс 456-ой, его сердцебиение стало спокойным, а тело немного расслабилось, боль в висках больше не пульсировала. - Да не за что... Ты же знаешь, что тоже помог мне тогда. Твои крепкие объятия меня успокоили, когда тот человек чёрном костюме меня напугал. - мило улыбнулся 388-ой и присел рядом с ним. - Если хочешь, я тебя тоже обниму. - Ну да... конечно. - Ки Хун сам не понял, что ответил ему. Дэ Хо лëг на край койки рядом с ним и обнял за спину, отдавая своë тепло. Ки Хун почувствовал его слишком близко и внезапно отдернулся, отодвинулся от морпеха. - Уйди! Не трогай меня! - вскрикнул он и вырвался из его объятий. - Эй, ты чего? Я же просто хотел тебя успокоить. - 388-ой удивился. - Уйди... - сердце 456-ого заколотилось, будто хочет выпрыгнуть, а сам игрок достал из кармана нож, на котором ещё осталась кровь. Чон Бэ и Ëн Иль услышали его крики и подошли ближе. - Ки Хун... Ты чего это? - спросил 390-ый, увидев состояние лучшего друга. - Не подходите ко мне. - ответил тот и рассказал всë. - Я убийца... Из-за меня чуть не умер один игрок в "третьем лишнем"... Я заставил Чон Бэ убить другого игрока, чтобы спасти его. Я чудовище. Я сам убил одного из игроков, несколько минут назад. - Ки Хун, что за чушь ты говоришь? - задал вопрос Ëн Иль. - Я не заслуживаю жизни. Я должен был умереть в игре с ключами и ножами. - Ки Хун поднёс нож к своему горлу. - Я должен умереть. В этот момент Чжун Хи, Гым Джа и Хëн Джу сидели по другую сторону коек и смотрели на него. - Господин, вы не должны себя так накручивать. Вы не виноваты. - сказала 149-ая решила подойти. - У вас доброе сердце. - кивнула 120-ая. - Нет... Я уже не тот, что раньше... - прошептал Ки Хун и хотел уже воткнуть нож в шею. - Идиот, что ты делаешь?! А ну прекрати! Если ты самоубьëшься, я тебя убью! - с отчаянием вырвал нож из рук Ки Хуна Ëн Иль. - Я достоин только этого. - ответил тот. - Нет! Ты же сам сказал, что нам нужно остановить эти дурацкие кровавые игры! А без тебя это никто не будет делать! - накричал на него 001-ый. - Я уже ничего не хочу... - сказал 456-ой и, как неожиданно, посмотрел в сторону. Он взглянул в сторону коек, где сидела 044-ая, Сон Нë. Ки Хун пристально на неё смотрел, будто хотел увидеть насквозь. В его голове возникла идея, которая видимо покажется ему безумной...