Часть 5
24 мая 2025 г., 13:25
Если хочешь воспитать женщину — будь готов, что в итоге она воспитает тебя.»
---
Суйгецу не был идиотом. Хотя временами Карин обращалась с ним именно так.
Но сегодня она вела себя... чересчур тихо.
Без уколов, без язвительности, без громких заявлений о том, кто здесь альфа.
Она даже не отобрала у него футболку.
Это настораживало.
— Что за подвох? — спросил он за завтраком, прищурившись.
Карин, потягивая кофе, лениво пожала плечами:
— А может, я просто решила дать тебе шанс.
— Шанс... на что?
Она взглянула на него поверх чашки, глаза блеснули:
— Проявить инициативу.
Он чуть не подавился тостом.
---
Весь день прошёл в напряжённой, липкой тишине.
Он делал вид, что не замечает, как она ходит по базе в его майке и шортах, которые явно были на пару размеров меньше нормы.
Она делала вид, что не замечает, как он пялится на неё всякий раз, когда она изгибается, тянется, наклоняется.
Он тренировался во дворе, обнажённый по пояс, специально под её окнами.
Она даже не выглянула.
Это было хуже пытки.
К вечеру он всерьёз начал подозревать, что сходит с ума.
— Это война? — спросил он в кухне, когда их пути пересеклись.
— Это эксперимент, — ответила она, не глядя. — Проверка на прочность.
— Думаешь, я не выдержу?
Она усмехнулась, проходя мимо:
— Думаю, ты уже трещишь по швам. Просто не признался себе.
И провела пальцами по его руке, как бы невзначай.
Он выдохнул сквозь зубы.
О, она нарывается…
---
Ночь была душной. База спала.
Суйгецу — нет.
Он ворочался, смотрел в потолок, считал пульс. А в голове — Карин.
Её ноги. Её голос. Её глаза, когда она смотрит на него слишком долго.
Слишком близко. Слишком горячо.
Он встал. Пошёл на кухню. Холодной воды — остудить себя.
И застыл.
Карин уже была там.
В пижамных шортах и тонкой майке. Без лифчика. Волосы распущены. Глаза полуприкрыты.
— Ты не спишь? — спросила она, даже не поворачиваясь.
— Видимо, нет, — выдохнул он. — Ты тоже?
— Я спала, — сказала она, наливая себе чай. — Но проснулась. От ощущения, что кто-то в трёх комнатах от меня слишком громко обо мне думает.
Он выругался про себя.
— Ты… это делаешь нарочно?
Она повернулась. Медленно подошла ближе.
— А если да?
— Тогда я... — он осёкся. Потому что она уже стояла перед ним. Совсем близко.
— Ты хотел дисциплины. Ты хотел меня перевоспитать.
Так почему же ты до сих пор не воспользовался моментом?
Он сглотнул.
— Потому что... боюсь, что ты просто играешь.
Карин наклонила голову, изучая его взгляд.
— А если нет?
Он медленно поднял руку и коснулся её запястья. Осторожно. Почти трепетно.
— Я хочу быть уверен, что ты — не каприз. Не случайность.
Она смотрела на него очень
серьёзно. Без привычной усмешки.
— Тогда поторопись, — сказала Карин. — Потому что я уже не играю.
---
