Ближе, чем кажется

Летний воздух обволакивал парк теплым, неторопливым дыханием. Сквозь густую листву деревьев просачивались золотистые лучи, мягко ложащиеся на тропинки, скамейки и клочья травы. Вдалеке слышался звонкий смех детей, доносившийся откуда-то с игровой площадки. По аллее, обогнав их, пронеслась лохматая собака, весело виляя хвостом, – за ней вприпрыжку семенил мальчик в панаме, с трудом удерживая поводок. Но Майлз едва ли замечал всё это. Он шёл рядом с Рейчел, опустив взгляд и прислушивался к её голосу. Она говорила спокойно и уверенно, рассуждая о нём и Кайле. И в каждом её слове звучала непоколебимая убеждённость, словно она всегда знала – они не просто поладят, а найдут общий язык быстрее, чем сам Майлз готов был признать. – Вот видишь, – сказала Рейчел, приподняв бровь, и взглянула на него с той особенной улыбкой, в которой всегда было чуть больше, чем просто дружеская насмешка. – Я же тебе говорила. Всё не так плохо, как ты себе представлял. Майлз дёрнул плечом. Его шаг замедлился, и он посмотрел в сторону, будто хотел найти опору в ландшафте: дерево, лавку, чью-то спину. Всё, что угодно, лишь бы не говорить. – Возможно… – всё же пробормотал он. – Так, умник. Что ты мне уже не договариваешь? – прищурившись, строго спросила Рейчел, скрестив руки на груди. Майлз мысленно выдохнул. Ну конечно. Надо было догадаться, что Рейчел не пропустит ни одной интонации в его голосе. Она всегда чувствовала, когда он пытался что-то утаить, даже если сам он ещё толком не понял, что. – Просто… Я не могу понять почему он иногда возвращается с этой своей работой с таким видом, будто прошёл войну. Я серьёзно, ты бы его видела, – Он стиснул челюсть, даже не заметив этого. – А ещё больше я не понимаю, почему меня это так задевает. Это же не моё дело, по сути. Мы просто… делим дом. Рейчел на секунду остановилась, чтобы посмотреть на него в упор. Её выражение лица вдруг стало серьёзным. – А может, как раз в этом и дело. Вы делите не просто дом, а пространство. Тишину. Привычки. Он стал частью твоего мира, и тебе не всё равно. И это нормально. Он ничего не ответил. Просто шагнул дальше, руки в карманах, мысли разбегались, как испуганные птицы. Рейчел продолжила уже мягче: – Я с самого начала знала, что так будет. Может, вы и сами этого не осознаёте, но вы стали внимательнее друг к другу. А это – уже больше, чем равнодушие. Глядишь, сами не заметите, как станете друзьями. Они шли мимо скамейки под раскидистым клёном, на которой сидела пожилая пара – мужчина и женщина, в простых светлых одеждах, тихо разговаривали, держась за руки. Этот жест – простой, будничный, тёплый – вдруг отозвался в Майлзе чем-то незнакомым. Рейчел тоже заметила их и немного улыбнулась, как будто эта сцена подтверждала какие-то её мысли. – Скорее всего, он просто не привык, что кто-то посторонний постоянно находится рядом. Поэтому ему так сложно что-то тебе рассказать. Не все умеют сразу делиться собой, особенно с тем, кто… ну, кто как ты. – А что я? – Смотришь будто насквозь. Майлз фыркнул. – Серьёзно, ты переоцениваешь меня. Я не сканер чувств. – Но ты внимательный, – сказала она с мягкой улыбкой. – А это иногда и страшнее. Он ничего не ответил, только посмотрел вперёд, на светлую дорожку, уходящую в аллею, и подумал, что, возможно, Рейчел права. Ему действительно хотелось понять Кайла лучше, но одновременно он боялся залезть слишком глубоко. Пока они шли, Рейчел время от времени задевала его плечо, дразня и посмеиваясь. Майлз знал это её поведение – попытка поднять ему настроение, поэтому даже не сердился на неё. Из парка они возвращались медленно, будто никто из них не торопился ставить точку в этой прогулке. Улицы, залитые мягким светом заходящего солнца, тянулись перед ними в длинной перспективе – тихие, почти безлюдные, с редкими машинами и шелестом листвы, что перекатывался по асфальту вместе с лёгким ветерком. Майлз шёл с опущенными плечами, взгляд его скользил по трещинам на тротуаре, по теням деревьев, по резким бликам на припаркованных машинах. Рейчел шагала рядом, не нарушая тишины. Ни слов, ни лишних взглядов – только едва уловимая синхронность в их движениях, будто за это короткое время они настроились друг на друга без усилий. Иногда их локти случайно касались – не сильно, мимолётно, но каждый такой жест ощущался отчётливо, как будто воздух между ними стал плотнее. Рейчел иногда оборачивалась, будто всматривалась в что-то позади или просто давала себе передышку от собственных мыслей. Проходя мимо знакомых домов и лавочек, они будто плыли сквозь знакомое пространство, где каждый поворот был известен, но всё воспринималось немного иначе. Наконец, впереди показался дом Кайла. Они остановились в нескольких шагах от входной двери и между ними повисла та самая тишина, которая бывает только с близкими – не давящая, не неловкая, а почти живая. Тишина, в которой не надо ничего объяснять. Рейчел вдруг подала голос: – Как ты думаешь, – она звучала немного задумчиво, – Кайл не будет против, если я зайду? Майлз пожал плечами, не уверенный в том, что ей ответить, но в голове проскочила мысль, что это маловероятно. – Думаю, нет, – выдал он, чуть помедлив. – Хотя… Он может быть и не дома, кто его знает. Рейчел, улыбнувшись, развела руками, как бы показывая, что она не особо переживает по этому поводу. – Ну, тогда, я зайду, – с лёгким смехом произнесла она. – Не выгонит же он меня, в конце концов? Майлз снова фыркнул, и хотя в голосе Рейчел звучала уверенность, он заметил, как она немного прищурила глаза, а на губах расползлась улыбка, будто она точно знала, что, несмотря на возможную неловкость, Кайл её не прогонит. Майлза взглянул на дверь, и, сам того не заметив, чуть быстрее, чем планировал, сделал шаг вперёд, как бы говоря себе: «Ну и ладно». Когда они вошли в дом, тишина встретила их настороженной тенью. Майлз уже хотел предположить, что Кайла и правда нет, но вдруг из его комнаты послышалось тихое «эй». Через пару секунд он вышел – босиком, в чёрной майке и серых спортивных штанах. Волосы чуть взъерошены, как будто он только что проснулся. Или просто долго лежал на кровати. – Ух ты, да у нас гости, – усмехнулся Кайл, прищурив глаза. – Чем обязаны, мисс Брукс? – Решила проверить, как мой лучший друг тут обустроился, – с улыбкой ответила Рейчел. – А ты мог бы для начала и поздороваться с гостей. – Ах, простите меня, Ваше Величество. Больше такого не повторится, – Кайл наклонил голову, изображая извинение, но в голосе у него прозвучало веселые, которое он даже не попытался скрыть. – Ну, так и быть. На первый раз прощаю, – подмигнула ему Рейчел ему, которой явно понравилось, когда к ней так обращаются. Майлз едва не усмехнулся – слишком уж необычно это всё выглядело. Рейчел и Кайл – как два старых приятеля, спорящие о чём-то глупом, но привычном. Он поспешно скрыл улыбку и ретировался на кухню, чтобы приготовить чай, оставив этих двоих обмениваться подшучиваниями в коридоре. Когда он вернулся из кухни, держа в руках три чашки с чаем, Кайл и Рейчел уже устроились в гостиной – она уютно развалилась на диване, закинув ногу на ногу, а Кайл полулежал в углу, как будто был у себя в баре, а не дома. – О, горячее прибыло, – усмехнулась Рейчел, беря кружку. – Спасибо, Майлз. Кайл просто кивнул, принимая свою, и опустил взгляд в чашку. Некоторое время все трое молча потягивали чай. Тишина была почти уютной – но Рейчел, как всегда, решила её нарушить. – Ну и что это за вечеринка такая? – произнесла она с притворным возмущением. – Развлекайте меня как-нибудь, парни, я же гостья! Майлз и Кайл обменялись взглядами – каждый из них ожидал, что другой скажет что-то. – Я могу сделать коктейли, если это считается для тебя развлечением, – после минутной тишины сказал Кайл, отставляя кружку. – Коктейли? – удивлённо переспросил Майлз. – У тебя тут что, есть где-то заначка с алкоголем? – Почти, – лениво отозвался Кайл. – У меня есть шейкер, пара бутылок спиртного и тонна бесполезного хлама, который я когда-то притащил с работы. Думаю, получится сделать что-то приличное… или хотя бы не ядовитое. Рейчел оживилась, повернувшись к нему всем корпусом. – Звучит заманчиво. Я всегда хотела личного бармена. Это же просто мечта! Кайл расплылся в широкой ухмылке. – Если что, я беру не дорого. Можно даже едой расплатиться. – Я умею жарить блины, — без раздумий откликнулась Рейчел. Он приподнял бровь, будто оценивая предложение. – В таком случае мы идеально сработаемся. Блины – это святое. – Определённо, – нарочито серьёзно кивнула Рейчел. Видеть, как легко они находят общий язык, было странно, но не неприятно. Майлз почувствовал себя так, будто он сам вытащил людей на сцену, а теперь наблюдает за спектаклем, что они устроили. Кайл, между делом, быстро приготовил им обещанные коктейли – из рома, мятного сиропа и лимонного сока. Они оказались крепче, чем Майлз ожидал, но вкус был удивительно гармоничным. Рейчел, сделав глоток, зажмурилась и с улыбкой протянула: – М-м. Теперь я тебе так завидую, Майлз. Жить с барменом за стенкой – это же просто мечта! – затем она повернулась к Кайлу. – Кайл Роуэн, я точно готова тебя нанять. Это один из лучших коктейлей, что я пила. – Не говори так, я ведь могу и загордиться, – ухмыльнулся Кайл. Майлз не мог не улыбнуться, видя, как их взаимодействие растёт, не имея ни малейших следов напряжения. Он сидел, тихо наблюдая за этим беззаботным моментом, его взгляд невольно скользил по их лицам, следя за тем, как Кайл снова и снова смеётся над её шутками, а Рейчел раскрывается всё больше, наслаждаясь тем, как легко и непринужденно между ними всё происходит. Всё было так естественно, что Майлз понял, что давно не видел ничего похожего – это было настоящее взаимопонимание, которое редко можно встретить между двумя еле знакомыми людьми. Время пролетело незаметно. Смех и разговоры, лёгкая атмосфера в комнате – всё как-то слилось в одно целое. Когда вечер начал угасать, а за окнами становилось темно, Рейчел встала с места, собравшись уходить. Она подошла к двери, оборачиваясь к Майлзу, и, как всегда, без лишних слов обняла его. Это было привычное и простое объятие, в котором не было ни напряжения, ни лишней суеты. Просто крепко, тепло. Майлз почувствовал, как она, привычно поддерживая его, отдала часть своего спокойствия, своего чувства безопасности. Он тоже обнял её в ответ, не думая, просто ощущая знакомую теплоту. Рейчел отстранилась, а затем, почему-то, шагнула к Кайлу. Не произнеся ни слова, она подошла ближе и обняла и его тоже. Это было быстро, но как-то по-настоящему, искренне. Кайл даже слегка вздрогнул от неожиданности, не успев понять, что происходит. – Я больше не буду волноваться за Майлза, – сказала она, с улыбкой отстраняясь от него. – Ты нормальный парень. – Из твоих уст это прямо-таки потрясающий комплимент, – усмехнулся Кайл, приподнимая бровь, всё ещё пребывая в удивлении от её действий. Рейчел коротко кивнула, распахнула дверь и, попрощавшись с ними, вышла. Её шаги затихли за порогом. Когда дверь закрылась, в доме снова стало тихо. Всё как будто вернулось в привычную тишину, но в воздухе оставался какой-то новый, едва уловимый оттенок. Кайл, после этого короткого и странного вечера, вернулся в свою комнату. Майлз тоже не стал задерживаться в коридоре – вернулся в гостиную и долго сидел в тишине, ощущая странное тепло в груди, которое никак не мог объяснить

***

Позже, когда за окном уже погружалась тёмная ночь, и где-то на кухне монотонно гудел холодильник, Майлз лежал на диване, уставившись в потолок. В голове витали мысли, то одна, то другая, как лёгкие облака, но он не спешил их прогонять. Сквозь тишину квартиры, он услышал музыку – тихую, почти шепчущую, из комнаты Кайла. Звучала она как-то расслабленно, с лёгким гитарным звучанием, что-то неспешное и мягкое, но в этом было что-то живое, трогающее, что притягивало к себе. Майлз продолжал лежать, не двигаясь, но с каждой секундой всё глубже погружаясь в это спокойное звучание. Непроизвольно его мысли вернулись в тот день, когда он зашёл в комнату Кайла в один из первых дней их совместного проживания, чтобы навести порядок. Он тогда мельком успел заметить, прежде чем поспешно выйти, где стоит его кровать – почти вплотную к стене, за которой сейчас был он сам. Они спали буквально в двух шагах друг от друга. Разделённые только гипсокартоном и полуметром пространства. Майлз немного повернулся на бок, и придвинулся чуть ближе к стене, прислушиваясь. Музыка была не громкая, но в какой-то момент она стала не просто звучанием. Она проникала в пространство, затрагивала его, как низкие частоты, что можно было ощутить всем телом, даже не слыша её явно. Всё словно слилось в одну гармонию. «Я всегда хотела личного бармена. Это же просто мечта!», – вспомнились ему слова Рейчел. Майлз коротко улыбнулся краешком губ. «Может быть, не прямо-таки мечта, но и не так уж и плохой», – мелькнуло на краю сознания, когда он уже поваливался в сон.