Швед, любовь и боль

теплый сентябрь 2009 года.

***

      было обычное для Рагнара утро, проснулся в кровати, на башке гнездо, все еще без грима, хмурое лицо. парень еле встал, на ватных ногах подошел к шкафу и оделся в свое любимое - черную майку с пентаграммой спереди, темно серые брюки и немного украшений. посмотрел на часы - время 9:47.       Ванхеден пошоркал с комнаты в на кухню, проходя по коридору, мимо комнат своих друзей/коллег по группе - Ларса и Яркко, которые все еще нежно спали.       парень так и не дошел до кухни, не хотел есть, хотел лишь одного. ходил туда-сюда, мимо комнат. остановившись напротив одной - комнаты Яркко, швед легонько приоткрыл дверь - помещение было пусто. Однако, блондин находился в доме. тогда Ванхеден понял, где тот, кого он ищет. подошел к комнате Ларса, тихо приоткрыл дверь - та-дам! блондин лежит в обнимку с драммером.       — и так всегда, блядь.. — прошептал он грустно себе под нос, не замечая, как по щекам протекли слезинки две-три. человек, что ходит всегда таким грозным, хмурым выражением лица, сейчас, та и почти каждое утро, проливал скупые, но слезы. в эти моменты, когда Рагнар видел Олсена, обнимающего финна, в том что то просыпалось. ненависть. ревность. сожаления, что не успел сказать блондину то, что успел Ларс.       улыбался швед лишь в моменты, когда финн уделял ему внимание: брал за руку, так нежно, как Рагнар никогда и ни от кого такого не чувствовал, и не почувствует. называл по имени. —"все портит только этот уебок Ларс!"— думал он про себя.       спустя минут 10, смотря на спящую парочку с тихими слезами, его "Солнце" и "Уебок" начали просыпаться. швед сразу спохватился — черт!..—шепотом выругался. но пока с места не сдвинулся.       он видел как Ларс чмокнул Яркко, а тот, в свою очередь, нежно улыбнулся тому, поцеловав в ответ. в этот момент Рагнар чуть не зарыдал прямо там, но сдержав порыв эмоций, он рванул к себе в комнату, заперевшись. Ванхеден не хотел, чтобы кто либо видел его в таком состоянии, особенно, эти двое.       ворвавшись к себе в комнату, Рагнар тихо зарыдал. сегодня ему было еще хуже, чем всегда. он на автомате достал раскладной ножик из под кровати, и резко. быстро. небрежно. чуть глубоко. провел грязноватым, от уже свернувшейся крови, острым лезвием по левой руке. сначала горизонтально, а спустя примерно пяти полосчатым ранам, из которых кровь бежала небольшими ручейками, капающая на теплый деревянный пол, впитывающий алую жидкость, швед приостановился, все еще тихо рыдая, хрипло тихий стон боли вырвался из его уст — мне больно...