Часть 1
6 декабря 2025 г., 12:08
Кей начинает жизнь с тремя соулметками. Несмотря на их важность, Кей относится к ним с той же апатией, с какой относится почти ко всему. Он не недолюбливает их, но они обычные и имеют скучные истории, так что он не вкладывает в них слишком много значения.
На затылке есть тёплое золотое пятно, что исчезает в волосах, где его держала мать. Прямо за ухом чуть-чуть горчично-жёлтого от отца. И энергичный желто-зелёный на внутренней стороне его пальцев от того, как он схватил указательный палец Акитеру.
(Он слышал соулметки может поблекнуть, если один из людей умрёт. Или если умрёт связь между двумя людьми. Метка на его пальце никогда не тускнела. Когда он был в средней школе, он часто желал, чтобы ему не приходилось видеть собственную метку на пальце Акитеру. Он желал, чтобы она исчезла. Но она никогда не тускнела.)
Количество соулметок оставалось постоянным так долго, что Кей искренне думал, что он никогда не получит больше. И он не хочет больше. Хотя он видит, что у других людей больше, их кожа разрисована цветами и местами тепла и любви, это не тяготит его. Мысль о новых метках души не приходит ему в голову. Даже когда Ямагучи начал следовать за ним, как потерянный щенок (он по какой-то причине позволил это), он никогда не думал, что они оставят длительные метки друг на друге.
Так что представьте его удивление, когда однажды, играя в видеоигры в доме Ямагучи, он чувствует неожиданное уютное тепло, исходящее оттуда, где локоть Ямагучи коснулся внутренней части руки Кея. Ямагучи кажется не замечает, ёрзая на месте, словно это поможет ему лучше контролировать персонажа на экране. Но Кей отложил контролер и смотрит на мшисто-зеленую полосу, покрывшую его руку.
Она маленькая, мимолетная и выглядит, как мазок краски. Это должно быть не важно. Всего лишь случайная метка на руке, что будет скрыта школьной формой или любыми толстовками. Но Кей никогда не чувствовал другой соулметки, оставленной на нем, и он не может поверить в магию момента.
Ямагучи недовольно стонет, когда его персонаж умирает болезненно разочаровывающей смертью.
— Цуки! Почему ты остановился? — Ямагучи звучит так, будто он может отругать Кея за внезапную потерю интереса, стоившую им проигрыша в игре (случилось бы не в первый раз), но замолкает, когда видит, куда смотрит Кей.
Ямагучи шокированно выдыхает и быстро начинает осматривать собственную руку, переворачивая её, чтобы увидеть новую метку, оставленную на нём.
— Цуки! — Он кричит снова, на этот раз от радости. — Где она? Какого цвета? Почему ты ничего не сказал? — Кей сглатывает натиск эмоций, угрожающий нахлынуть на него.
(У него было три соулметки и это — всё, в чем он нуждался. Что значила новая метка? Куда впишется Ямагучи в его жизнь сейчас, когда они соулмейты? Быть человеком, с которым можно пообщаться, это одно, но соулмейт? Это была неизведанная территория для Кея. Он чувствовал счастье? Вот чем было это лёгкое, трепешущее чувство в груди? Или это были нервы? Он не узнавал эту эмоцию и это пугало его.)
Кею удаётся обрести голос и сказать «она на твоём локте». Но он не смог сдержать дрожь в обычном невозмутимом фасаде.
Ямагучи тут же подносит локоть близко к лицу, чтобы изучить соулметку. Она прямо на изгибе локтя, только слегка залазит на верхнюю часть руки. Она ярко-жёлтого цвета, что выделяется на загорелой коже Ямагучи.
— Цуки! — Ямагучи кричит в третий раз и Кей в ужасе видит слезы в глазах друга (соулмейта). Этого факта хватает, чтобы привести Кея в нормальное состояние разума, по крайней мере сейчас. Перед Ямагучи.
— Что за слезы? Это просто метка. — Он пытается звучать равнодушно. Как будто соулметки нормальная, естественная часть его жизни.
(Разумеется, думает он, получение знака от вселенной, что этот человек достаточно близок тебе, чтобы оставить цветную, длительную метку, нормально. Цукишима Кей каждый день встречает людей, которые будут важны и продолжительны в его жизни.)
— Просто метка? Мы соулмейты! — Ямагучи хватает его за плечи и слегка трясёт их. Кей только хмуро смотрит на него.
— Они появляются у людей всё время. Давай, мне скоро надо будет уйти, а ты хотел пройти этот уровень. — Он снова берет контролер и возвращается к игре.
Ямагучи быстро перезапускает уровень, за что Кей ему благодарен. Несмотря на восторг, он кажется понимает необходимость Кея двигаться дальше, словно ничего не случилось и всё между ними такое же.
***
Перемена между ним и Ямагучи происходит не сразу, она такая тонкая, что он с трудом осознает её. Эта мелочь, но он начинает носить вещи с короткими рукавами, когда с Ямагучи. Таким образом, когда Ямагучи кладёт руку на спинку дивана, его локтю легче прижаться к зеленому пятну на руке Кея. Это тепло. Это неплохо. И Кей не думает, что ему нужно что-то ещё. Он привык к трем соулметкам, а теперь их четыре. Мысль о том, что после поступления в старшую школу на нем останутся следы, его даже не волнует. Эта мысль кратко мелькает в его голове, когда он видит остальных членов волейбольной команды Карасуно. Так много людей, покрытых цветами, словно палитры красок. Его грудь наполняется странным чувством… он осмеливается назвать его тоской, но быстро и жестко подавляет ее. У него четыре соулметки, он хотел бы иметь три, и всё.***
Никогда еще Кей не был так счастлив иметь ноги длиной в три мили, как в тот момент, когда команда должна пробежать круг по залу в качестве разминки. Это означает, что ему приходится делать самый минимум, чтобы обойти зал, и он делает это гораздо быстрее остальных. Сначала он замедлился, чтобы быть с Ямагучи, но тот сказал Кею не ждать его. А если Ямагучи говорит, что его не надо ждать, он верит ему на слово и идет вперед сам. Он проходит последний круг, когда краем глаза замечает оранжевую вспышку позади себя. Он закатывает глаза и слегка отходит в сторону, чтобы не быть сбитым креветкой. Хината носится по комнате, явно пытаясь поскорее закончить работу и приступить к тренировке. По мере приближения Хинаты Кей чувствует, как в нем нарастает раздражение. Хината настолько невнимателен, что не может понять, насколько близко он подобрался к Кею. Обычно Кей даже не видит Хинату, ведь он такой микроскопический, но он может определить, когда тот делает ему неприятности. Хината находится в опасной близости от того, чтобы столкнуться с Кеем, так что он открывает рот, чтобы отогнать этого надоедливого мотылька, как вдруг чувствует, что его ноги перестают двигаться, а тело летит вперед. По раздражающему вскрику он понимает, что Хината упал вместе с ним. Кей падает на землю и секунду проклинает свою жизнь, дурацкие короткие ноги Хинаты и неутомимую преданность, прежде чем подняться. Он полностью готов заставить Хинату пожалеть о приходе на тренировку, как вдруг его взгляд останавливается на их с Хинатой ногах, спутанных вместе. Он не может в это поверить. На его лодыжке такая оранжевая и солнечная метка, что Кею почти больно смотреть на нее. И, наверное, она останется на его коже навсегда. А у Хинаты — ярко-желтое пятно. Хината нарушает тишину первым. — Я думал, твоя соулметка будет черной, как твоя душа. — Он смеется. Кей невпечатленно смотрит на него. — Мне следовало знать, что твоя соулметка поранит мои глаза, морковь. — Хината возмущается на это и встаёт, защищая соулметку, как «красивую» и «повышающую настроение», но Кей просто отмахивается от него и начинает бежать снова. — Я бы начал бегать эти круги, если ты хочешь на самом деле тренироваться сегодня. Хотя с твоими короткими ногами мы пробудем здесь некоторое время. Он впечатлен собственной способностью скрыть дрожь в руках при мысли о другом соулмейте. Он думал, что у него вечность будет три, теперь у него пять? Он качает головой. Невероятно.***
После соулметки Хинаты он был уверен, что это конец. Никаких больше соулметок. Но, конечно же, это не так. Единственная проблема: он понятия не имеет, когда он получил новую, и от кого. В случайный вторник в классе он послушно ведёт записи, когда замечает темно-синюю линию на запястье. Он останавливается и удивлённо смотрит на неё. Его немедленная реакция — стереть её, должно быть это чернила от ручки или вроде того. Но она не исчезает, она движется с его кожей, отпечатанная на нем, как тату. Он слышит, что учитель что-то говорит, не прямо ему, но этого достаточно, чтобы вернуть его внимание к записям. Кей выкидывает открытие из головы на весь день. Он упрямо отказывается видеть простую правду, что это другая соулметка. Он понятия не имеет, от кого она могла бы быть, а поскольку другой человек — главный компонент, необходимый для соулметки, это не может быть соулметкой. К тренировке он убеждает себя, что это след от маркера. Это наверняка перманентный маркер, потому что прошла неделя с тех пор, как он открыл его, и он всё ещё не смылся. Однако он не видит кого-то с парной желтой меткой, так что должно быть так оно и есть. Но месяц слишком долго, чтобы действительно быть маркером, так что он внимательно наблюдает. Всего лишь ради безопасности, он говорит сам себе. Ему просто не нравится не знать, кто получил его соулметку, это всё. Это единственная причина. Это окупается, когда спустя полтора месяца после открытия он передает мяч Кагеяме и замечает это. Тонкая жёлтая линия касается внешней стороны запястья Кагеямы. Она короткая и прямо там, где Кагеяма сгибал бы запястье, идеально скрывая любые соулметки, что могли бы там остаться. Он размышляет, заметил ли Кагеяма метку там или он слишком невнимателен. — На что ты пялишься? — Кагеяма спрашивает, протягивая руки к мячу. Кей избавляется от удивления, наконец найдя пропавшего соулмейта, и протягивает мяч. — Ничего. Кагеяма хмурится, но принимает мяч, а потом замирает. Кей следит за его взглядом и видит, что Кагеяма пришёл к такому же выводу, как он сам. — Эм… — Кагеяма красноречиво говорит. Кей фыркает. — Не волнуйтесь об этом, ваше величество. У меня есть и от Хинаты, так что это не так уж и важно. — Кей пытается быть пренебрежительным, но Кагеяма внезапно смотрит на него. — У тебя тоже есть от Хинаты? — Теперь хмурится Кей, но кивает и протягивает ногу, так что Кагеяма видит невыносимо оранжевое пятно на лодыжке. Кагеяма почему-то очень усердно думает обо всем этом. Кей видит, как в его глазах мелькают несколько эмоций, но прежде чем успевает прогнать его, Кагеяма решительно кивает. Кей думает, что это конец, но Кагеяма быстро, словно молния, прикасается запястьем к запястью Кея, и он чувствует тепло и чувство безопасности, расцветающее от их контакта. — Раз уж мы не заметили в первый раз. — Кагеяма объясняет, прежде чем взять мяч и вернуться к тренировке. Кей только шокированно смотрит и наслаждается исчезающим уютом, исходящим из запястья.***
Не проходит и недели и внезапно на его предплечье оказываются четыре лазурно-голубых отпечатка пальцев (почти отражая метку от Ямагучи), когда Ячи аккуратно касается его, чтобы обратить внимание и кое-что спросить. Вопрос быстро забыт, когда она смотрит на желтое на кончиках пальцев. — О! Ну… Посмотри на это! — Она неловко смеётся, явно не зная, как справиться с этим. Кей не знает, потому ли что у неё мало соулметок (он считает, что в это сложно поверить, учитывая, насколько искренне милая Ячи) или потому что это соулметка Кея (колебания, вероятно, вызваны этим, учитывая… всё, что связано с Кеем.) — Верно. Тебе что-то нужно, Ячи? — Он пропускает любую неловкость и возвращается к нормальной жизни. Не стоит зацикливаться, такое случается постоянно. Кей с удивлением обнаруживает, как часто на его теле появляются пятна цвета. Он также не говорит об этом, когда замечает, что Ячи всё чаще прикасается к его руке, даже когда ей не обязательно нужно его внимание.***
Люди в его команде, оставляющие на нем соулметки? Хорошо, без разницы, такое возможно, учитывая природу спортивных команд, так что Кей мог отпустить это и жить с этим. Но какой-то третьегодка, с которым он общался, только из-за глупого совместного тренировочного лагеря? Вселенной нужно было перепроверить свои полномочия в отношении того, что такое «соулмейт». И всё же, когда он смотрит в зеркало, он видит бордовую форму руки на спине, как раз у основания шеи, где находится вырез формы. Он ясно помнит, как вздрогнул, когда Куроо хлопнул рукой по спине, только чтобы ощутить внезапное тепло, распространяющееся оттуда. Сначала он подумал, что может… открывается? Ему становятся комфортны прикосновения? Отвратительные и слащавые? Но потом он повернулся и увидел Куроо, смотрящего на ладонь, и он подумал: «а, значит что-то отвратительно и слащаво», но не его вина. Куроо повернул руку и с улыбкой показал ярко окрашенные пальцы. — Ну, тебе нравится, соулмейт? Кей пристально посмотрел на него. Ему нравилось это? Нет. Это было глупо и, честно говоря, вероятно случайность вселенной. И всё же, спустя несколько недель, при успешном блоке удара Ушиджимы, он чувствует тепло, распространяющееся по всему телу, все его соулметки практически горят в радости. Тогда он признал, исключительно для себя, что, возможно, вселенная что-то задумала.***
Он сидел в кабинете медсестры, давая руке отдохнуть минутку, прежде чем ему разрешат выйти обратно. Адреналин, полученный ранее, сохраняется, но он ослабевает, и ему хочется его удержать. Ему нельзя терять момент, иначе он просто окажется мертвым грузом на площадке, когда вернется. А он вернётся. Он заблокировал один удар, ему нужно больше. Ему нужна пара блоков. Тепло от его соулметок всё ещё там, но они намного тусклее. Места на его шее от родителей и Куроо, на каждой руке от Ямагучи и Ячи, запястье от Кагеямы, лодыжка от Хинаты: они все пыльсируют мотивацией и теплом, но чувства тускнеют, и он обнаруживает, что жаждет их. Полного ощущения тепла, уюта и, он осмелится сказать, любви, с которой он знаком. Он медленно поворачивает голову и находит Акитеру, сидящего возле него. Он не покидал его всё это время, и он был раздражен найти его здесь в начале игры, но теперь он тихо рад, что он здесь. Кей изучает брата, который молча пролистывает телефон. Когда они были младше, в тихие моменты, он обычно находил слегка протянутую руку Акитеру, приглашающую Кея схватить указательный палец и соединить их соулметки. Сейчас она лежит на ноге Акитеру, смирившаяся, что Кей перестал тянуться к ней давным-давно. Ничего не говоря, даже не думая, Кей хватает Акитеру за палец и соединяет ярко-желтый с зелёным на собственных пальцах. Акитеру слегка вздрагивает, смотря на их пальцы, но Кей молчит, и только позволяет теплу распространиться и придать ему новых сил. Прямо как должны соулметки.
