Мой прелестный Шицзунь

Сквозь стеклянные окна пробивались тёплые лучи осеннего солнца. Чу Ваньнин слегка поморщился, потому что один шаловливый лучик светил ему прямо в лицо. Мужчина попытался скрыться от надоедливого света, перевернувшись на другой бок. Вроде бы, проблема была решена, однако теперь ему пекло затылок. Похоже, что утреннее солнце было настроено решительно. Чу Ваньнину не оставалось ровным счётом ничего, кроме как стряхнуть с себя остатки сладкого сна и пойти умываться. Мужчина неохотно присел на кровати и тут же услышал рядом с собой какую-то возню. Повернув голову, он увидел маленький пушистый комочек, возившийся в складках тёплого одеяла. Чу Ваньнин прищурился. Наличие котёнка мужчину никак не смутило, однако профессор заметил, что постельное бельё ему не принадлежит. Он бы никогда не купил бельё с напечатанной на нём мордой какого-то супергероя. Сонный Господин Чу тут же заозирался по сторонам. Его окружала совершенно незнакомая обстановка. Это были не его стол, не его шкаф и не его кресло-мешок. Где он и как вообще тут оказался? От такого количества вопросов, требующих незамедлительного ответа, у мужчины разболелась голова. Он приложил два пальца к виску и осторожно потёр, будто это действие могло избавить его от неприятных ощущений. Через какое-то время, Чу Ваньнин вспомнил, чем закончился вчерашний вечер. Вспомнил, как собирался сказать Мо Жаню, что ему пора домой, но моргнул и погрузился в темноту. «Вот чёрт...» – подумал мужчина. В конце концов, оставаться на ночь у собственного студента — это просто верх бесстыдства! Чёрт бы побрал этого Мо Жаня с его готовкой и мелким комком шерсти. От злости Чу Ваньнин резко поднялся на ноги, но тут же пожалел об этом. Перед глазами заплясали чёрные кляксы, а ватные ноги подкосились. В этот самый момент дверь тихо скрипнула, и в комнату на цыпочках прокрался Мо Вэйюй. Он появился как раз вовремя, чтобы успеть заметить шаткое положение профессора Чу и поспешить на выручку. Юноша осторожно подхватил мужчину под локоть и медленно опустился вместе с ним на мягкую кровать. – Профессор, что с вами? – обеспокоенно поинтересовался студент. Чу Ваньнин от досады прикусил нижнюю губу. Он что, какой-то подросток, раз от резкого подъёма у него в глазах темнеет. Нет, эта квартира определённо дурно на него влияет! – Всё нормально, – слегка охрипшим после сна голосом ответил Чу Ваньнин. Юноша невольно обвёл профессора внимательным взглядом. Помятая после сна одежда, растрёпанные волосы и заспанные глазки. Вид такого домашнего и неидеального Чу Ваньнина заставлял сердце юного Мо Жаня трепетать, точно так же, как и четыре года назад. Будто бы он снова стал тем неуклюжим подростком, умеющим лишь смотреть на своего кумира, разинув рот. Но у нынешнего Мо Жаня всё-таки было больше опыта в ухаживаниях за потенциальным партнёром, поэтому он отпустил чужой локоть и, поднявшись с кровати, сказал: – Я приготовил завтрак, как будете готовы, приходите кушать. Вход в ванную слева от двери. Юноша развернулся и быстренько зашагал прочь, чтобы ещё больше не смущать профессора. Пока профессор продолжал тупо пялится в стенку, думая о смысле своего существования, Мо Вэйюй успел сбегать в ближайший продуктовые магазин и сварганить потрясающий (и очень сладкий) завтрак. Всë, как любит Чу Ваньнин. На небольшом столе расположились: медовые блинчики с начинкой, рисовая каша с яичницой вместо глаз и нарисованной каким-то соусом улыбкой. В стеклянной вазочке (которую Мо Жань никогда в жизни на стол не ставил) теперь аккуратно лежали свежие, сочные фрукты. Довольный юноша с чувством выполненного долга сел на стул, впервые за это долгое утро, и уткнулся в телефон. Его гаджет чуть ли не разрывался от количества сообщений. В основном они лились из их с Наньгун Сы и Е Ванси общего чата. Друзья интересовались его самочувствием и прошедшим вечером. Они ведь не знали, что произшло после того, как юноша спешно отменил все планы на вечер и покинул их со стаканчиком горячего кофе в руках. Мо Жань тихо хмыкнул. Его пальцы быстро принялись строчить ответы на сообщения. Спустя пять минут активной работы, в сети появилось два пользователя. Собаковед2013: Посмотрите-ка, кто проснулся. Как дела, кофе вчера не разлил? Мо Жань усмехнулся и отхлебнул немного воды из своей прозрачной кружки. На плите засвистел чайник. Яркое осеннее солнце по-летнему пробивалось сквозь полузакрытые шторы. На улице гудели машины, несмотря на то, что сегодня было субботнее утро. Юноша легко поднялся и одним движением выключил огонь. Свист чайника постепенно начал утихать, а через пару секунд и вовсе смолк. В голове Мо Жаня пронеслась мысль о том, насколько короток век чайника в сравнении со сроком жизни человека. Как обидно должно быть этому кухонному прибору, который так усердной работает в любое время суток, а затем оказывается в мусорном ведре, просто потому что ему нашли замену или... Звонкое «Бзиньк» отвлекло юношу от размышлений о тленности бытия типичного чайника. Студент разблокировал гаджет и во все глаза уставился в экран. Ему отобразилась очень юутная и смешная фотка, на которой Е Ванси и Наньгун Сы сидели рядышком на мягком диванчике в смешных тканевых масочках. Одна рука юноши нежно обхватила довольно широкие плечи девушки, а пальцы второй он сложил в половинку сердечка. Е Ванси держала телефон и гладила ладошкой подбородок любимого. Они выглядели такими забавными, поэтому Мо Жань не удержался и поставил сердечко на фотку. На самом деле, в его галерее была целая коллекция их совместных снимков в самых разных местах и позах. Он всегда слышал истории о том, что в дружбе втроём нет никакого смысла, и всегда есть кто-нибудь третий лишний. Мо Жань считал все эти росказни полнейшим бредом, потому что, даже несмотря на свои отношения, Наньгун Сы и Е Ванси никогда не забивали на него, и их дружба была крепкой, словно сталь. Киборг-убийца228: Эй, не молчи. Запиши нам, хотя-бы, кружочек, чтобы мы знали, что с тобой всё хорошо, и ты не валяешься где-нибудь под дверью нашего нового тренера)) Мо Жань от этого подкола чуть водой не поперхнулся. Таких шуточек он от Е Ванси точно не ожидал. Первая половина сообщения ещё вписывалась в рамки её характера, но вот конец.. «Ладно» – подумал парень, поднося телефон к лицу. – «Наверное Наньгун Сы опять телефон выхватил!» Юноша нажал на «запись» и сразу же состроил смешную рожицу. Скривив губы и исказив голос он промычал: – Вижууу, что весело вам тАм бЕз МеНя, но нЕ вОлНуЙтЕсь, я тоже тут не просто сижу баклууууши бъююю, – он сам еле-еле сдерживался, чтобы не заржать в голос. Вдовль накривлявшись, Мо Жань переключил камеру и стал с гордостью демонстрировать всё что наготовил. – А вот это самые потрясающме вкусности, от самого классного повара! – гордо заявил юноша. В тот момент, когда камера остановилась на аппетитной, поджаристой корочке блинчиков, со стороны коридора раздались тихие шаги, и на кухне появился уже умытый и причёсанный, но всё ещё такой домашний и сладкий Чу Ваньнин. Когда взгляд юноши прошёлся по чужой фигуре, глаза невольно засияли. Мо Вэйюй настолько засмотрелся на профессора, что даже умудрился забыть о камере, снимающей блинчики. Спустя шестьдесят секунд запись сама собой прекратилась, а кружочек улетел в чат. Чу Ваньнин только-только сел за стол, а Мо Жань уже пододвинул к нему тарелку с готовой кашей. Мужчина внимательно оглядел чужую стряпню, и, убедившись в её свежести, положил ложку себе в рот. Глаза профессора Чуть распахнулись, а вкусовые сосочки взорвались от мягкой сладости. Мо Жань с нежностью наблюдал за своим профессором и не мог перестать улыбаться. Даже когда Чу Ваньнин поднял на него взгляд, юноша продолжил сидеть и глупо улыбаться. – Ты чего лыбишься? – не выдержал профессор. – Да так... – с паузой ответил юноша. – Просто смотрю на самого прелестного человека в своей жизни.