Жизненно важная игра

***

Темные ушки дернулись, стоило чужой коленке все же прислониться к мешку. Тот чувствовал, как чужое естество набухало с каждым разом. Даже руки не держали Шедоу, из-за чего тот лег на землю, лишь приподнявшись на локтях. Кисть в изорванной перчатке хватается за собственный пушок на груди. Сладкий жар тек по венам, направляя кровь все ниже и ниже.       — ..Похоже, у этой пещеры есть какой-то странный эффект хаа... — пытается образумить себя темный еж.       —Хаха.. скидываешь все на цветы?— пылко выдает другой, сокращая между ними дистанцию, тем самым нависая над своим соперником, вмиг впиваясь в чужие мягкие уста. Соник в уме начинает считать через сколько его отталкнут, изобьют, но этого не происходит. Наоборот, тот охотно цепляется за чужую шею руками, нежно поглаживая иглы на спине. В свою очередь кобальт блаженно прикрывает глаза, отдавая все неозвученные чувства через поцелуй. Кувырок, поворот и теперь тем, кто смотрел сверху вниз был сам карминовый, прижимающий чужие кисти одной своей над головой лежащего. Жарко, как же твою мать, жарко.       — Нет, это действие жасмина и его аромата, отвратительно. Мы соперники, мы не дол- Пинок в живот, крупицы сознания отступают все дальше и дальше. Шедоу снова опрокидывают на землю и на него, уже угрожающим тоном, сел сам звуковой. Задницей проезжаясь по сладкому мешку, из которого уже начинает показываться головка члена, парень издает смешок. Глаза светят опасно изумрудным цветом, забитые пеленой желания и возбуждения. Еж скорости без стеснения, даже с дерзкой улыбкой начинает покачивать бедрами активнее, показывая все то, что он умеет. Стоны, вырывающиеся с горла обоих, становятся симфонией. Из полуприкрытых алых глаз, темному ежу удается увидеть эту красотку: зубами цепляя свои перчатки, он, галантно их стягивает и отбрасывает в стороны, его же кисти скользят по собственному телу, очерчивая каждый рельеф мышц словно говоря: « Это все лишь для тебя, Шедоу». Соник был в безупречной форме, не сводя глаз, руки лежащего сами находят синие бедра, прижимая к себе ближе.       — Ещё.. бля.. мм. - Темный уже начинает покачивать собственным тазом для большего трения, указательный и средний пальц кобальтового привстают к чужим губам.       — А-а-а, самолётик. - Иронично. Эти слова он уже говорил, предлагая кусок манго, но теперь лежащий не собирается отворачиваться. Он послушно открывает рот пошире, чтобы длинный язык обвел фаланги, обильно смачивая вязкой слюной. От такой картины Соника самого начинает плыть, хочется поскорее избавиться от зудящего ощущения где-то глубоко внутри. Рука отстраняется от чужих уст, затуманенные глаза Шедоу раскрываются шире, стоит понять, куда он вдруг завел кисть. Тихий протяжный стон, тот совсем не стесняется, лишь ложится на чужую грудь, растягивая собственные стенки. От сладких звуков член темного ежа дёргается, а руки мнут чужие бедра, поднимаются к ребрышкам, очерчивая каждую кость. Ребристый язычок вылизывает чужую шею, лоб, щеку словно целует.       —Аа.. б-блять.. Так увлекся темный, что не заметил, как лежащий на нем, уже ухватился за его необычный ствол с выступами по бокам, приготовившись к самой интересной части. Соник приподнимается, замечая, что запах цветов сильнее всего ударил по Шедоу. «Так даже лучше » — усмехнулся от собственных мыслей, пытаясь войти в себя хотя бы головкой внушительного размера члена, но уверенная ухмылся не долго царила на чужом лице. Вскинув голову назад, кобальт даже перестал дышать от того, как его насадили одним махом. Зрачки сузились, а руки и уши подругивали, пока жар ещё больше распространялся по телу. Полосатая черная рука легла на бежевый налив, скользнула вниз к чужому стволу. Звуковой не успел отдышаться, прийти в себя, как ему уже надрачивают в нарастающий темп толчков. Стоило только воздуху набраться в лёгкие, как тут же выходит со стонами. Бедра карминового чуть подбрасывают того, кто мог лишь хвататься за белый его мех на груди. Все же не выдерживает герой и падает на чужое тело снова, носом сразу утыкаясь в шею. Вдыхая запах его соперника, из-за положения и ребристых выступов на члене Шедоу, тот идеально попадает по всем слабым местам внутри, выбивая искры из комочка нерв внутри младшего. Хвост синего виляет из стороны в сторону, что не уходит от алых глаз. Пальцы умело хватают за неумолимую часть туловища, из-за чего все тело Соника передёргивает. Другая кисть врезается когтями в мягкую ягодицу, оттягивает, сам направляет так, как нужно ему, загоняя свой толстый ствол по самое не хочу. В глазах плывет, уже хочется кончить, распробовать этот вкус экстаза всеми кончиками нерв в своем теле. Конец уже совсем близок, хочется, скорее бы.. ещё чуть-чуть.. В тот же момент Шедоу резко приподнимается, руки обводят поперек талии, насаживая на свой член, будто секс-игрушку. Неожидав этого, скоростной снова пытается уловить воздух ртом. Глаза карминового вдруг улавливают ту самый злосчастную красную отметину. Оба уже близки к концу, Соник пытается куда-то деть свои руки, вцепившись в чужие иглы на голове.       —Я.. хаа.. Ше-едс-с.. сейчас-с-с. - Старается тот предупредить, но слова обрывистые и протяжные подстать его же стонам. Когда же черный еж снова попадает по простате, Соник запрокидывает голову кверху, изливаясь на собственный и чужой торс, именно в этот момент клыки агента впиваются глубоко в шею прямо на том месте, где его двойник когда-то оставил след. Не отстраняется, лишь сильнее впечатывает чужие бедра в собственный пах. Чувствуя как этот жаркий узел развязался, позволив горячему семени выплеснуться глубоко внутрь в другого ежа, отрывается от шеи звукового, где теперь стоит его след в виде маленькой кровоточащей ранке. На это звуковой шипит, острая боль дополняет лишь его наслаждения, прекрасно понимая, почему тот решил укусить его. От чего в душе проясняется нечто особенное, что пытался сам от себя скрыть. Оба даже с места не сдвинулись, лишь пытаются отойти от крышесносного оргазма, который испытали почти одновременно. Пока уставший темный ещё пытается перевести дыхание, кобальт нежно целует в макушку свою диву. Наслаждаясь простыми объятиями и маленькими раскатами электрического тока, стоит кому-нибудь из них шевельнуться. Странное собственным сердцебиением не даёт покоя, позволяя зародиться мысли о том, что тот ему нравится. Смотря все дольше на агента, не хочется совсем того отпускать, оставлять кому-то. Хочется просто оставаться так, как сейчас. Рядом, тепло, любовно.       — Ты мне дорог, кажется я тебя лю.. Карминовый открывает свои глаза на секунду, утыкаясь в чужую грудь, а уши повернулись назад, что значит «безопасность, комфорт », Соник воспринимает это как взаимность его чувств. Вдруг за ежами открывается двери, яркий белый свет встречает удивлённых. Как странно глядеть на то, что именно в пещере воцаряется ночь, что видно благодаря дырам на потолку с черным небом и звёздами, а там впереди — их мир совсем другой. Откуда они сюда и пришли: яркие солнечные лучи, пение птиц и зелёные лужайки. ** Каждый что-то скрывает, но все тайное становится явью. Смущённые, но при этом бодрые ежи выходят из того самого странного пространства, которые явно не хотело работать по каким-то определенным критериям времени.       — Хаха.. это было довольно необычно, но должен сказать переще большое спа..— Стоило Сонику обернуться, как самого выхода из пещеры не было, просто зелёный холм. Шедоу не изменяет своей серьезной манере, но молча, не смотря в глаза, протягивает руку. Секундный ступор, но герой сразу же хватается за поданную кисть с беззаботным смехом и фирменной ухмылкой. Сколько же ждёт бедного черного ежа подколов насчёт последнего их испытания. Направивлясь дальше по тропинке уже домой, оба мобиуса никогда не забудут то, что случилось там. Как и пещера не забудет пришедших когда-то двух существ, изображённых на скале при входе — синий и красный комочек. Конец.