Там, где молчат звёзды

Райские угодья Звездного племени – это таинственное место, спрятанное за занавесом снов и грёз, и лишённое суеты мира живых. Территория окутанная серебряным туманом и льющимся с высокого неба лунным сиянием, где никогда не исчезают звезды. Воздух здесь прозрачный и холодный, как раннее осеннее утро. Вдруг из густых зарослей кустарников вокруг выступила небольшая пятнистая кошка. Она двигалась очень плавно, а ее шерсть сверкала в лунном сиянии безупречным сочетанием коричневых и оранжевых пятен. За ней появился коренастый, мускулистый воин с темно-коричневым окрасом. Его желтые глаза недовольно сверкали. За ним следовал роскошный песчано-золотистый полосатый кот. Его густой, как львиная грива, мех на шее, придавал ему царственный вид. — Так зачем ты позвала нас, Пестролистая? — первым недовольно отозвался темно-коричневый кот по имени Клок Кометы. Его голос был оглушительным, словно гром перед началом бури. — И к чему вся эта скрытность? Мы отошли достаточно далеко и даже слова никому не сказали, – согласился золотистый воин, Львиногрив. Его голос был менее резким, но не менее суровым. Пестролистая села напротив них, аккуратно обернув лапки хвостом. Однако, несмотря на то, что внешне она казалась спокойной, взгляд ее был решительным. — Речь пойдет о Хвостоломе. Её слова обрушились на них, словно огромный камень. Затем вдруг раздался гневный возглас темно-коричневого кота: — Как ты смеешь вспоминать его имя? Тем более… в этом месте! Его глаза пылали, уши прижались к голове, а когти вонзились в мягкую землю. Его тело дрожало - упомянутое имя, будто пробудило в нем старую рану, которая до сих пор не зажила. Другой кот оставался спокоен. — Почему ты вспоминаешь о нем, Пестролистая? — спросил Львиногрив. Он не сердился, однако в его голосе звучала настороженность. Золотистый воин внимательно посмотрел на нее, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы. – Я понимаю ваше недовольство, – ответила она тихо, но решительно. — Но прошу… послушайте. Не кажется ли вам несправедливым, что только он сам виноват в том, каким стал? Действительно ли мы, Звёздное племя, не имеем к этому никакого отношения? Ее слова повисли между ними. – О чем ты говоришь? — первым отозвался Лвиногрив, нахмурившись. — Звёздное племя здесь ни при чем. Он сам избрал путь, по которому пошел. Клок Кометы молчал. – Неужели? – тихо возразила Пестролистая. — А разве мы не вмешались в его судьбу еще до того, как он появился на этот свет? Когда наказали за ошибки его родителей. Он еще даже не родился, но уже должен был расплачиваться за то чего не совершал. Глаза коричневого кота расширились, его плечи слегка вздрогнули, и он отвёл взгляд. Пестролистая продолжила. Теперь ее голос стал глубже, словно шепот ветра в листьях. – Мы – звездные духи. Мы приходим во сны, изрекаем пророчества… Мы исполняем волю звёзд. Но не всегда это милосердная воля… — она подняла голову и посмотрела вверх, на ночное небо, где между ветвями мерцали мириады звезд. — Так не мы ли сами заложили зерно ненависти в сердце, которое еще не успело научиться любить? После ее слов снова наступила тишина. Только на этот раз такая густая, что казалось ее можно ощутить на ощупь. Даже ветер среди ветвей затих, словно сама природа замерла в ожидании того, что произойдёт дальше. Затем Львиногрив резко сделал шаг вперёд. Его шерсть вздыбилась, а глаза пылали от возмущения. - Бред! – рявкнул он. — Целителям запрещено иметь отношения — это правило, написано в военном законе. И за его нарушение следует наказание! Если каждый будет действовать так, как ему вздумается, что тогда останется от племён? Коричневый кот вздрогнул. Впервые его фигура, обычно гордая и непоколебима, казалась хрупкой. – Я не хотел нарушать закон – я просто… не смог устоять перед тем, что чувствовал, – его голос срывался – то оправдываясь, то с болью признавая вину. — Мы думали, что сможем все скрыть, что звезды нас не заметят... Но звезды видят все. Однако золотистый воин не обратил ни малейшего внимания на его слова. Его взгляд впился в черепаховую кошку. – Более того… ты хоть понимаешь, как звучит то, что ты сейчас говоришь? Ты говоришь так, будто оправдываешь того преступника! - Я не пытаюсь его оправдать, - ее голос, до сих пор мягкий, приобрел резкость, хотя оставался сдержанным. – Но я больше не могу молчать. Каждый раз, когда я посещаю сны или мысли Щербатой… после очередной неудачной попытки сблизиться с Хвостоломом. Я едва выдерживаю ту боль и печаль, которую она испытывает. – кошка на мгновение закрыла глаза, потом медленно подняла голову и посмотрела прямо в глаза коричневому коту. — Неужели... неужели она еще не искупила своих ошибок, сделанных в молодости? Неужели она не заслуживает... хотя бы немног понимания? Клок Кометы застыл. Как только сказанное имя донеслось до него в его взгляде что-то изменилось — крохотное, едва заметное, но глубокое. Понимание того, что прошлое не исчезло, что оно до сих пор болит, что ее имя все еще способно изменить ритм его сердца. — Кроме того, - добавила Пестролистая. — Я всегда верила, что каждый заслуживает на второй шанс. — И что же ты предлагаешь? – спросил Клок Кометы, сосредоточенно глядя на нее. – Да… смею предположить, что ты позвала нас сюда не просто для того, чтобы поделиться с нами этой душевной историей, – добавил Львиногрив. Его грозная фигура немного расслабилась, словно и его в конце концов тронули ее искренние слова. - Ты уже что-то придумала, не правда ли? Пестролистая медленно открыла глаза. Ее взгляд был настолько глубоким, что казалось в нем могли уместиться все звезды Звездного племени. – Я знаю, что не все в Звёздном племени поддержат мое решение, – начала она тихо. — Многим оно может показаться слишком рискованным... возможно даже предательским. Но, несмотря на это… я полагаюсь на вас, на ваше благородство... — ... — После долгих раздумий я обратилась к звездам с просьбой… разрешить времени вернуться вспять… Дать этому сердцу новое начало… Дать ему другой путь… Без тени прошлого. Благодаря шансу, который в свое время был у него отобран...