Слова между строк

Антон знал голос Арсения наизусть. Не только тот, которым он зачитывал сценарии, отшучивался в перерывах или бурчал, переворачивая листы. Антон знал и другой голос — тихий, будто прошитый шелком, голос сказочника. Арсений писал детские истории. Волшебные, немного грустные, с добрым финалом. Именно их Антон редактировал уже третий год подряд, как под диктовку сердца. Иногда он чувствовал себя героем этих сказок. Не принцем, нет. Скорее, заблудившимся зайцем, который вечно идёт рядом с рыжим лисом и никак не может осмелиться взять его за лапу. По вечерам, когда работа была закончена, а почта молчала, Антон лез в сеть. Он читал фанфики. Не просто любые — только одного автора. У него был ник с цитатой из «Маленького принца», и стиль, от которого сердце у Антона трепетало. Он писал про редактора, влюблённого в рассказчика. И пейзажи — до смешного знакомые. Бокал чая на подоконнике. Платье на герое (а оно было точно как рубашка, которую Арс носил на презентации книги). И манера речи. Сухая, ироничная, чуть усталая — словно это говорил сам Попов. И с каждым новым фанфиком, с каждой новой строчкой, в Антоне копилась странная тоска. Потому что выходило, что у него теперь два идеальных влюбления. Один — Арсений. Второй — этот чёртов фанфикер. И оба, как назло, недосягаемы. Хотя… В последнем фанфике рассказчик цитировал отрывок, который Антон сам вырезал из рукописи Арса, потому что «слишком интимно для детской книги». И тут у него впервые всерьёз мелькнула мысль: А вдруг это и правда он? Антон не стал торопиться. Сначала оставил невинный комментарий: «Ваш рассказ — будто чашка липового чая с мёдом. Тепло и немного щекотно. Спасибо». На следующий день в офисе Арсений хмурился над рукописью больше обычного. Слова не слушались. Казалось, даже запятая смотрела на него с упрёком. Антон молчал, улыбаясь в чашку. Через неделю он написал ещё один отзыв. И ещё. В одном он обмолвился: «У рассказчика подозрительно знакомый почерк. Вы, случайно, не пишете детские сказки по ночам?» На работе Арс стал более осторожным. Меньше болтал. Внимательнее смотрел на Антона. А в следующей правке вдруг появилась строчка, которой раньше точно не было: «Редактор знал. И молчал. Не из жалости — из любви». Антон едва не выронил ноутбук. Вечером он отправил сообщение. Без комментариев. Просто одну ссылку на один фанфик. И подпись: «Словами ты уже давно меня раздел. Может, теперь просто поцелуешь?» Ответ пришёл через две минуты. «Подними глаза от экрана. Я уже на пороге».