адивское порно

      Ади лезет целоваться. Каждый день по сто раз, я обожаю. Жмется ко мне, я хочу сжать его бедра, но он не позволяет. Вместо того, чтобы пальцами юлозить по моим волосам, кладет руки на мою талию. Ну нет. Не люблю я, когда меня так трогают — чувствую себя женщиной с хрупкой фигурой. Целуемся, а я беру его за ладони и хочу убрать, но он сжимает и прижимает ближе. Его стояк упирается мне в низ торса. Крепко так держит, трется. Улыбаюсь, отстраняюсь.        — Ты что, меня трахнуть вздумал? — смотрю исподлобья, хотя он выше. Хихикаю.       — Да — Коротко отвечает, хмыкает и снова жмет к себе. — А ты что, против?        Я смотрю на него. Пытаюсь смотреть. Я не уверен, что мир существует и что это не сон. Какой нахуй трахну, Ади? Ты что, забыл, как визжал подо мной?        Ади выгибает бровь и, кажется, спрашивает. Я мотаю головой, говорю «нет». Блять, он же спросил, против ли я.        Ади продолжает водить руками по моему телу. Я не в ужасе — я удивлен, я в ахуе. Целовался же как всегда под меня, куда он возникает.        — Ты меня боишься? — я слышу издевательский тон. Он чувствует, как все тело напряжено, как все мышцы сжимаются. Ладонями своими чувствует. С хуя он смеется?        — Нет, — отрезаю, — а что ты делаешь? И с каких таких фантазий тебя поперло?        — Ты меня боишься. — повторяет Ади, улыбаясь. Я чувствую, что ударю его так.        Берет меня на понт, издевается. Сучок, посмотрим, кто сильнее.        Я жмусь к нему сам, обхватываю шею руками, тяну к себе и выдыхаю.        — Разве я могу бояться такую пышку, как ты?       Ади засмеялся. Как-то слишком..победно. Не нравится.        Целует меня и лезет языком — я делаю то же. Целоваться с ним можно как угодно, его рот вкусный, а толстый язык возбуждает каждый раз, как в первый.        Ади оттягивает меня от себя, держа за талию. Руки бы ему сломал за такое — он же издевается!        Стоит и смотрит на меня, хочу задать вопрос, но не успеваю — его руки ложатся мне на плечи и тянут вниз. Я встаю на колени и смотрю на него пристально — не могу сдать позиции. Он смотрит на меня. Щеки его красные, зато взгляд хищный. Я уверен : намерения у него не святые и он не планирует вставать раком, чтобы я его выебал.        «Как бы меня раком не поставили» проносится в голове, но мысль не доходит до конца, ведь я слышу звук расстегивающейся ширинки.        Ади смотрит и больше ничего не делает. Я тяну его ебучие узкие джинсы вниз вместе с трусами — такое делать я уже привык. Сосать Ади мне не впервой, пусть на коленях я и не стоял..ничего, всего лишь отсос.        Спокойно беру его член в руку и целую головку — Ади любит, когда его целуют. На члене ахуенные веснушки, из которых я собираю созвездия языком каждый раз, когда делаю минет. Смотрю на них, пока облизываю свою ладонь, чтобы начать ему надрачивать. Не спеша веду рукой       вверх-вниз, а головку беру в рот и обильно смачиваю слюной.        Ади стонет — я расслабляюсь. Маленький покорный эмоциональный Ади. Беру глубже и он дергается — Ади слишком чувствительный. Довольствуюсь и перестаю водить рукой. Хватаю его за толстые и мощные бёдра и тяну на себя, не переживая насчет воздуха. Я чувствую, как краснею из-за нехватки кислорода. А ещё я вижу, какой красный Ади, ведь ему нравится. Вытаскиваю член изо рта, чтобы выдохнуть и вдохнуть. Беру снова и глубже, чтобы до основания вжаться. Ади скулит и откидывает голову. Бедный хватает меня за волосы, потому что не за что больше держаться. Так я думал, а оказалось..он оттягивает меня от себя и смотрит влажными глазами. У него поджаты пальцы на ногах. Я улыбаюсь.        — Я так кончу, — объясняет, — а я ещё должен с тобой кое-что сделать.       Я вытираю рот ладонью, потому что слюни текут.        — Кое-что? — я издеваюсь над ним, смеюсь. Я все еще не воспринимаю его слова.        Ади лишь пальцами стирает слезы с глаз и щек и продолжает объяснять.          — Я тебя выебу же. — Чего нахуй?        Он подает мне руку, а я остаюсь на коленях и мотаю головой.        Тогда он выпрыгивает из валяющихся на полу штанов, садится на колени рядом и смотрит возбужденно-спокойно. Подползает ко мне ближе и снова кладет руки на мои бока — сука, ударю же. Резко тянется для поцелуя и давит своим телом так, что я почти переворачиваюсь. Ложусь на пол и вытягиваю ноги, хватаясь за его голову и притягивая ближе. Собираюсь взять инициативу на себя и перевернуться, но Ади надвисает и вклинивается коленом между моих ног.        — А ты меня спросить не думал? — Я не выдерживаю и отталкиваю его за грудь. — Давно решения сам принимаешь?        — Сам? — Ади удивляется. — Ты свой член вообще видел? — В подтверждение он садится между бедер, хватается за член через штаны и только тогда я понимаю, что у меня каменно стоит. Почти подпрыгиваю от касания. Вот теперь и ткань трет, и тесно (хотя не особо, штаны я ношу нормальные, свободные), и жарко, и колено Ади начинает двигаться, а я плавлюсь. Он почти дрочит мне своей ногой, и мне нравится. Круговыми движениями проходится, а я       расставляю ноги шире. Моя ошибка.        Он останавливается. Тянет мои штаны. Я приподнимаю и он скидывает с меня все. Теперь я полуголый. Как и он. Блять, возбуждает.        Берет свои пальцы в рот. Я приподнялся на локтях и наблюдаю, как он их смачивает. Он смотрит на меня. По телу идут мурашки от этого проницательного взгляда таких зеленых глаз. Я хочу его. И теперь я не уверен, что не хочу так, как делает он.        Вытаскивает пальцы и аккуратно — чтобы не намочить моё бедро, наверное — разводит ноги сильне. Продолжает смотреть на меня, а я — на него.        — Ты девственник? — Спрашивает, будто по мне не видно, что я нормальный парень.        — Конечно. — в недоумении отвечаю.        — Перестань брать на себя слишком много. — Выдает и снова приподнимается, чтобы поцеловать.        Я хочу что-то ответить, но он жмется губами к моим, а его палец очень быстро входит внутрь. Нависает надо мной так неудобно. Ебучий случай. Я сжимаюсь от неприятных ощущений, а Ади мычит в поцелуй. Целует настойчивее, снова лезет языком. Решаю переключиться на него, отвечаю и хватаю его за голову снова. Чувствую второй палец и облизываю его рот ещё агрессивнее.        Ади отстраняется и смотрит. Я морщусь, но расслабляюсь, потому что думаю, что он попросит. Ади давит дальше своими пальцами, и я давлюсь вдохом, когда чувствую третий. Сука, он их разводит ещё, а я задерживаю дыхание, чтобы не сойти с ума.        Кроме этих вдохов, больше       проходящих на кашель, звуков не издаю — я нормальный парень.        Должен признать, двигает он довольно приятно. Садится снова между ног и входит пальцами глубже. Я бы сказал, уже совсем не дурно. Даже подмахиваю бёдрами и насаживаюсь сам. Слышу смешок и резко замираю, сжимаюсь.        Ади остановился — гладит мое бедро и виновато улыбается.        — Извини. — тихо говорит он. — расслабься, все хорошо. Я не буду больше. — добавляет шепотом.        Я лишь закатываю глаза и медленно расжимаюсь. Приятные толстые пальчики внутри так старательно двигаются, что не до неприятностей.        Но это быстро и резко заканчивается — Ади вынимает из меня пальцы. Это ещё более неприятно, я кривлюсь и поднимаюсь на локтях сильнее, чтобы сказать ему кое-что очень грубое. Но он снова встречается своими губами с моими, пока я мешкаю. И я чувствую его член.        Входящий в меня, мать его, член. Я открываю глаза так широко, как могу. Ади давится и отстраняется — я слышу его стон. Слышу и чувствую, как медленно он входит и как член растягивает меня сильнее. Это необычно и это пиздец, но я не отстраняюсь — весь мир сосредоточился на этом плавном движении. Ади сразу вошел полностью. И он снова красный, еле дышит — я усмехаюсь. Даже трахает так.        Смеюсь я до первого толчка. Непозволительно глубокого! Дергаюсь и опускаюсь на пол, мои руки тянутся к плечам Ади. Ебучая девственница. Он начинает двигаться и я сжимаю веки.        Он почти выходит и снова входит до упора. Это мой предел : я убираю руку с его плеча и зажимаю ей рот, пока слушаю его стоны. Такие высокие, такие сладкие.        Он резко замолкает и останавливается.        — Убери. — Командует. В голосе столько недовольства, что мне стыдно, не знаю за что.        Выгибаю бровь в вопросе, но ладонь все ещё на лице.        — Убери, я сказал. — Ади не трогает меня и поднимается. — Я так не продолжу.        Он начинает подниматься и я снова хватаюсь обеими руками за его плечи и тяну на себя, чтобы поцеловать. Ади снова начинает двигаться.        Толчки с каждой минутой становятся все резче. Они менее глубокие, зато стоны Ади громче. Целоваться теперь невозможно — он пищит. Я тяжело дышу и двигаюсь навстречу его бедрам, ударяясь о них. Ахуенный член, ахуенный Ади, ахуенно лежать на полу.        Ади начинает визжать почти. Я знаю это состояние слишком хорошо. Запускаю пальцы ему в волосы и начинаю двигать бёдрами быстрее. Снова работаю я больше, аж на душе спокойнее. И в заднице теплее.        Ахуенно он однако кончает. С визгом, как всегда, сука, уши закладывает от его стонов. И мне ахуенно до тех пор, пока я не осознаю, что в меня слили. Я убью его нахуй, мне кажется?        Бедняжка еле дышит. Я хотел бы посмеяться с его попытки устоять на руках в планке дольше. На руках, которые дрожат. Но не могу, потому что тянусь своей ладонью к члену и довожу себя за несколько особо жесткий движений.        Дышу тяжело, а Ади не выходит. Щелкаю перед ним, чтобы он очухался. Наконец, вытаскивает свой член из меня и заваливается рядом. А я думаю о том, как из меня вытекает. Блять, это приятно. Сука, ну нет, ну не могу я быть чертовой шлюшкой.        Переворачиваюсь на бок,чтобы посмотреть на Ади. Лежит лицом в пол. Я хочу усмехнуться, но снова он меня опережает :        — Сентябрь пахнет спермой, и даже два креста нагрудных верным сделают едва. — напевает он, пытаясь отдышаться. До сих пор переебывает.        Я заливаюсь смехом и ладонью закрываю лицо.        — Ты придурок, Ади. — заключаю строго, но не могу сказать в одно предложения, потому что смеюсь.        — Сатана целует всех от скуки. — отвечает он и пожимает плечами, будто философствует, а не строчки называет.        — Чувствую, это станет моей любимой песней. — Хмыкаю я, поднимаясь на ноги. Или нет.        Чувствую, как подрагивают колени и опускаюсь снова — сажусь.        — Ебать. — с удивлением выдыхаю я. С ахуем, а не удивлением.        Ади продолжает напевать свои ссаные песни, а я смотрю на него в непонимании.        Придурок.