Гарри Поттер и Королевство Амбер

– У вас тут вкусно готовят, – пробормотал с набитым ртом Анакин. При этих словах обезьянка начала прыгать на его плече. – Ай, Фродо, перестань. Сейчас дам тебе тоже. Кстати, – обратился он к остальным. — Это Фродо. Он - Беличий саймири. У вас тут домашние эльфы готовят? - Получив утвердительный ответ, он, что-то написал на листке бумаги и бросил его под стол. Заметив удивлённый взгляд соседей, он пояснил. – Так их надо просить, если хочешь чего-нибудь другого. Мне, например не хватает остроты в вашей еде, поэтому я попросил у них Сальзу-соус. – Хорошая идея, я тоже собиралась это сделать, – подтвердила Эмили. – А вы откуда, – не смогла сдержать распиравшее её любопытство Гермиона. – Из Колумбии. Школа святого Жермена. – Школа святого Жермена? – поперхнулся Рон. – Да по изучению тёмной магии они превосходят Дурмстранг. Хотя чему я удивляюсь, вы же дети Снейпа. – Я смотрю, папу здесь не очень любят, – хихикнул Анакин. – Тебе разве не обидно, – поинтересовалась Джинни. – Не. Мы его только две недели знаем. Он до сих пор в себя после шока приходит. Так-то он ничего, если к его характеру привыкнуть. Кстати, Рон, правильно? Ну, так вот. Разделение на светлую и тёмную магию неправильно. Магия бывает простой и сложной. Тёмной и светлой бывает цель, с которой ты их используешь. Например, с помощью Вингардиум Левиоса, которая относится к светлой магии, ты можешь запросто убить человека, скинув ему на голову достаточно большой камень, а с помощью запрещённого заклятия Империус – спасти самоубийцу. – Да, да. Мы в Салеме это тоже проходили, – подтвердил Люк. – Просто Европа более консервативна в этом отношении. Гарри подумал, что они во многом правы, но Рон ещё не выглядел до конца убеждённым. Только он открыл рот, чтобы возразить, как еда исчезла и Дамблдор, второй раз поднялся со своего места. – Дорогие студенты. Перед тем, как я начну представлять новых учителей, мне придётся сообщить вам печальное известие. Профессор Трелони была сегодня ночью убита Волдемортом. Почтим её память минутой молчания. – При этих словах многие девочки, в том числе Парвати и Лавендер заплакали. После того, как они немного успокоились, Дамблдор продолжил. – А теперь перейдём к новым учителям. Защиту от тёмных сил будет в этом году вести Мариша Поттер. – Все студенты захлопали, посмотрев на Гарри. – Да, да, она тётя Гарри, но прошу вас избавить его от расспросов. Вы все наверняка знаете, что случилось с профессором Спраут. К сожалению, она не сможет в этом году преподавать. Её заменит Ариадна Люпин. Молодая женщина с каштановыми волосами и карими глазами поднялась с места. – Это наша мама, – прокомментировал Анакин и приветствующее засвистел. – Чтобы предотвратить дальнейшие расспросы, говорю вам сразу, что она является сестрой профессора Люпина, которого многие из вас знают. Теперь Гарри понял, кого Анакин ему напоминал. Он сочетал в себе черты Ремуса и Снейпа одновременно. – В связи с теперешней политической ситуацией в этом году мы решили ввести два новых предмета. Обязательный предмет для всех, начиная с четвёртого курса, Боевую магию будет вести Шон Фенмор. – Молодой человек лет тридцати поднялся из-за стола и улыбнулся. У него были чёрные волосы, собранные в аккуратный хвостик и чёрные глаза. На нём были чёрные кожаные штаны, алая шёлковая рубашка и чёрная бархатная мантия. Вокруг шеи у него был символично обмотан старый гриффиндорский шарф. При виде него вся женская половина Хогвартса смущённо заулыбалась, напрочь забыв про Трелони. Снейп, сидевший рядом с ним, символично закатил глаза и дёрнул его за мантию, призывая сесть. – Так же, для всех, начиная с четвёртого курса, предлагается выборочные предмет, Магическое право, который будет вести Уоррен Грей. Молодой человек того же возраста, что и Шон, с русыми волосами и серыми глазами, но одетый более просто, вызвал у девочек такую же реакцию. – Хочу напомнить всем, что Запретный лес всё ещё остаётся запретным и что список запрещённые предметов висит в кабинете у нашего завхоза мистера Филча. А теперь желаю вам спокойной ночи. – Бедные девчонки. – Анакин помирал со смеха. – Вот они разочаруются. – Это почему же, – спросила Гермиона строгим голосом. – Хи-хи. Да потому что Шон с Уорреном вместе. Их женщины не интересуют. – А ты откуда знаешь, – насторожился Рон. – А оттуда. Шон мой дядя. У них с папой только отцы разные. Мы же у них в поместье две недели жили. Он такой классный. Я жду его урок с нетерпением. – Ладно, посмотрим. Нам с Гермионой сейчас первокурсников отводить. Если не хотите потеряться, присоединяйтесь. ПЕРВОКУРСНИКИ ЗА НАМИ. Они направились к выходу, но были остановлены Малфоем с его телохранителями. – Риддл. Тебе не место с этими неудачниками. Предлагаю тебе моё покровительство. Тебе кстати тоже, Снейп. – Да ты что, Малфой? И не боишься испачкать об меня руки? У меня же дед маггл, забыл, что ли? – Да ладно тебе Риддл. Пошутил и хватит. – Малфой самодовольно улыбался. – Я не шутил. Отец моего папаши был самым натуральным магглом. Тебе что, этого не рассказали? Ну, ты даёшь. Служишь грязнокровке Малфой слегка побледнел. – Как хочешь, что насчёт тебя, Снейп. – Ах, знаешь, что, Малфой. Что-то ты мне не нравишься. Я лучше в этой компании останусь. К тому же, насколько я знаю, слизеринцы выше дружбы с гриффиндорцами. Уязвлённые в своём самолюбии, Малфой развернулся и ушёл. – Классно вы его. – Рон сиял, как начищенный самовар. – Ты его сильно смутил, Люк. Весь его мир перевернулся на голову. – Анакин сосредоточено глядел ему вслед. – Ты прав. Он очень растерян, – поддержала брата Эмили. – Откуда вы знаете. Малфой выглядел, как всегда, – удивилась Гермиона. Анакин и Эмили переглянулись. – Мы ауриды. Наследство прабабушки по материнской линии. – Не может быть! Но они очень редки. – Рон и Гермиона глядели на них огромными глазами. – Кто ни будь, мне объяснит, о чём речь. – Гарри надоело выглядеть дураком. – Ауридам называют волшебников с очень редкой способностью воспринимать ауру людей. Таким образом, они знают всё, что чувствуют окружающие их люди, поэтому их так же называют... О нет. – Как их называют, Гермиона, – спросил Гарри, предчувствуя, что-то нехорошее. – Читающие в душах, – прошептала она.