Глава 50. Прошлое и настоящее
13 июня 2025 г., 16:57
Первая часть каникул пролетела незаметно. Они помогали Сириусу разбираться в своём доме, причём Люк театрально хватался за сердце каждый раз, когда выкидывалось что-нибудь, принадлежащее к Тёмным искусствам, а Анакин при выбрасывании зелий или ингредиентов к ним.
Кричера, который мог помешать им в этом, уже не было. Муди рассказал, что, когда членам Ордена удалось, наконец, снять и сжечь портрет миссис Блэк, он тоже бросился в пламя. Теперь у Сириуса работала Винки, которая решительно отказалась от зарплаты и выходных, согласившись лишь на новую одежду. Невилл несколько раз посещал своих родителей в больнице Святого Мунгo.
В первый раз его сопровождали Сириус с Маришей, которые потом весь день провели в подавленном настроении, а во второй раз Невилл упросил Анакина и Эмили пойти с ним, в надежде на их целительные способности. Вечера они проводили лёжа на пушистом ковре в гостиной перед камином подготавливая плакат. В последний их вечер в поместье Гриммольд состоялось очередное собрание Ордена, где они должны были представить свой плакат.
Он во многом был похож на листовку, только до этого безликие Пожиратели приобрели довольно чёткие черты Люциуса Малфоя, Беллатрикс Лестрандж, Нотта, МакНейра и других. Подождав, пока улягутся дискуссии, вызванные их творчеством, Люк спросил.
— Профессор Дамблдор, как Вы считаете, имеет ли смысл, вместе с плакатом опубликовать и дневник Савалла, то есть Слизерина?
В комнате повисло задумчивое молчание. Наконец Кингсли взял слово.
— Я согласен. Думаю, что читавшие этот дневник меня поддержат. Но прошу вас прочесть его ещё раз вслух, так как некоторые присутствующие не знакомы с его содержанием.
Под одобрительное кивание остальных Анакин начал читать, когда он закончил, то Джон Лавгуд вскочил и чуть ли не выдернул у него пергамент.
— Это сенсация, мировая сенсация!!!! — выкрикивал он, бегая по комнате. — Да с таким материалом «Квибблер» будет распродаваться так, что мы не будем успевать его печатать!!!!!
— Ну ну, Джон. Успокойся, — попробовал воздействовать на него Дамблдор.
— Действительно Лавгуд, сядь и прейди в себя. Потом мы поговорим об опубликовании этого исторического документа, — прорычал Муди.
После длительного обсуждения всех деталей они сошлись на том, что и плакат, и дневник Слизерина будет опубликованы вместе в следующем номере «Квибблера», как дополнение друг друга. Лежа после собрания в кровати и слушая тихое посапывание спящего Рона, Гарри ещё долго размышлял об этих людях, борющихся за мир, о своих родителях, о родителях Невилла и многих других жертвах волдемортского террора, вспоминая, какими счастливыми и беспечными они выглядели на кассетах, подаренных ему Шоном.
Теперь только он понял, за что Снейп его так ненавидит.
/Лицо черноволосого подростка с тёмными глазами заполнило весь экран. Парень самозабвенно корчил рожи в камеру. Сзади него раздавались смешки, слышался гул голосов, крики сов и других животных.
— Блэк, да отстань ты от моей камеры, что ты прямо как маленький ребёнок.
— Ах, Эванс. — только и проговорил тот, за что был, оттолкнут от камеры. В поле зрения появился путь 9 3/4 и красный локомотив «Хогвартс-Экспресса». Перед ним стояли обиженный Сириус Блэк, Джеймс и Мариша Поттер, и Питер Петтигрю, которые ухохатывались над его выражением лица.
— Лили, Лили, снимай, Ремус с Ариадной заходят!!! — закричал вдруг Джеймс. Камера сделала резкий поворот в сторону входа на путь, показав Ремуса и Ариадну, проходящих сквозь стену вместе с Фрэнком Лонгботтомом, Элис Картер и их родителями.
— Эй, Лили, откуда у тебя маггловская камера? — поинтересовался Ремус, который выглядел довольно уставшим.
— Тётя из Америки на день рождения подарила. Профессор Дамблдор разрешил мне заколдовать её, чтобы я могла снимать ваш последний год в Хогвартсе.
— Ясно, директор решил нас увековечить. Я же правильно помню, что магловские кассеты могут храниться многие годы?
— Что за дурацкие вопросы, Фрэнки, ты же у нас один из лучших по Маггловедению.
— Поттер, по-моему, он меня спросил!
— Ах, Лили, ну дай, я поснимаю.
— Джеймс Поттер, я тебе уже сто раз говорила, что из всех вас я доверю камеру только Ремусу. Ариадна, Элис и Мариша не в счёт.
— Ну, конечно. Разумному Ремусу и своим лучшим подружкам, пожалуйста, а будущему парню ничего.
— Будущему парню? Поттер, я что-то не помню, чтобы согласилась встречаться с тобой. Мне пока и нашей недолгой дружбы хватит./
/Дверь в их купе открывается, и на пороге появляются Снейп с Малфоем.
— Так, что мы тут имеем? О, у Эванс новая маггловская игрушка. Директор явно балует всяких грязнокровок.
Джеймс Поттер выхватывает палочку и направляет её на Люциуса Малфоя, но Ремус успевает в последнюю секунду перехватить его, закрыв ему рот рукой.
— Оставь их, Люциус. Мы здесь не для этого. Поттер, если у вас объявится Шон до приезда в Хогвартс, передашь, что я хочу его видеть, ясно? Мариша, мы займём тебе место за столом. Ну, мы пошли. — При уходе он смотрит в сторону Лили Эванс и в его холодном взгляде промелькивает нежность и сожаление./
/Квиддичные матч «Гриффиндор-Слизерин». Ремус - комментатор, Сириус и Шон – отбивалы, Лили, Фрэнк и Уоррен – охотники, Джеймс – ловец. Мариша и Люциус – охотники, Снейп – отбивала. Джеймс ловит снитч и выигрывает кубок. Лили бросается ему на шею, и они целуются посреди поля, Снейп с ненавистью смотрит на них, бросает биту и уходит./
/Сцена на выпускном в «Голове Хряка» о которой рассказывали Шон и Уоррен. Пьяный Снейп пытается поцеловать Лили, когда та оттаскивает от него не менее пьяного Джеймса./
Когда Гарри после просмотра кассет спросил Сириуса и Маришу, или Снейп был влюблён в Лили, то Мариша ему рассказала, что они тайно встречались, когда Снейп был на пятом курса, а Лили на четвёртом, но после той сцены на озере, которую Гарри видел в мыслесливе Снейпа, Лили порвала с ним, так как его гордость была на её взгляд сильнее его чувств к ней.
В середине следующего года она подружилась с немного повзрослевшими в её глазах Мародёрами, но её отношение к Джеймсу окончательно изменилось после того, как он спас Снейпа от Ремуса-оборотня и устроил разнос Сириусу, заявив, что несмотря на все разногласия, что были у него со Снейпом, тот всё-таки его кузен, которого он не позволит скармливать оборотням, и что Сириус мог бы хотя бы подумать о Ремусе и о последствиях для того, если бы со Снейпом что-нибудь случилось.
— Невероятно, я понимаю и сочувствую Снейпу. Анакин был прав, говоря, что отношение Снейпа ко мне не так-то уж просто объяснить. — С этой мыслью Гарри окончательно заснул.
