Меняем направление.

— Извините, профессор, — сказал он, закрыв за собой дверь. — Я забыл. — Ничего, Поттер, — быстро ответила она, но тут Гарри услышал, как в углу позади него кто-то хмыкнул. Он обернулся. Там, с блокнотом на коленях, сидела профессор Амбридж — шею ее украшал нелепый кружевной воротничок, а на губах играла отвратительная самодовольная усмешка. — Садитесь, Поттер, — напряженно сказала МакГонагалл. Затем поправила кучу брошюрок на своем столе, и Гарри заметил, что руки у нее слегка дрожат. Гарри сел спиной к Амбридж и постарался сделать вид, что не слышит скрипа пера, которым она сразу же что-то застрочила в блокноте. — Итак, Поттер, мы встретились, чтобы обсудить ваши профессиональные перспективы и помочь вам решить, какие предметы лучше выбрать для изучения на шестом и седьмом курсах, — сказала МакГонагалл. — Есть ли у вас какие-либо идеи относительно того, чем вы займетесь по окончании Хогвартса? Назойливый скрип за спиной мешал, и МакГонагалл на секунду прикрыла глаза, потом опять открыла их и продолжала говорить как ни в чем не бывало. — …Не знаю. — Он вспомнил недавний разговор с Гермионой. Там он тоже не знал. Но сейчас — не хотел знать. — Подумайте ещё немного. Это важный вопрос. — озадачилась она. И оглядела его поверх очков. — Так кем вы себя видите, Поттер? — Никем. — Он перевёл взгляд на стол, где аккуратно лежали брошюры. “Аврорат”, “Трансфигурационные применения в медицине”, “Международное магическое право”. — Но если выбирать… — Да? — Тем, кто больше не поднимает палочку, как оружие. Профессор Амбридж еле слышно кашлянула, точно проверяя, насколько тихо ей удастся это сделать. Профессор МакГонагалл не обратила на нее внимания. — Тогда, наверное, вы хотите знать, на какие направления следует обратить внимания? — сказала она, чуть повысив голос. Гарри не ответил, только пожал плечами. — Есть несколько областей, в которых ваша успеваемость и… жизненный опыт могли бы быть ценны, — продолжила МакГонагалл. — Это, конечно, защита, но не только. Есть направление по исследованию и нейтрализации проклятий — сложное, узкоспециализированное. Требует высокого уровня трансфигурации и нестандартного мышления. Амбридж снова кашлянула, на этот раз немного отчетливее. Макгонагалл сделала паузу, и продолжила как ни в чем не бывало. — Я бы также посоветовала обратить внимание на медицинскую трансфигурацию. Так как ваши баллы в последнее время сильно улучшились, подобное не будет для вас большой проблемой. Или архивные профессии, работа с магическими артефактами. Или, если когда-нибудь передумаете, Аврорат. МакГонагалл посмотрела на него внимательно. — Но, кажется, вы и сами знаете: вам нужно не сражаться, а разбираться. Гарри кивнул. Почти незаметно. — Вы упомянули исследователя проклятий? — тихо, но с явной заинтересованностью переспросил он, впервые подняв взгляд. МакГонагалл кивнула, и её голос стал немного теплее. — Да. Это не самый простой путь. Мало кто выбирает его сразу — он требует не только знаний, но и выносливости. Эмоциональной, прежде всего. Вы будете иметь дело с последствиями — чьих-то ошибок, зла, случайностей. Это… трудная работа. Но важная.  Макгонагалл заметила, как изменился Гарри в этом году. Это были не те изменения, что легко проигнорировать. Потому предложила эти дисциплины, и говорила так аккуратно.  Скрип пера за спиной стал чуть громче. Гарри мельком заметил, как напряглись костяшки пальцев МакГонагалл, сжимающих край стола. — Она не требует героизма, Поттер, — добавила она. — Только присутствия. И дисциплины. Он кивнул снова. Неуверенно. Будто в первый раз услышал не «кем быть», а «что делать, если ты — уже кто-то». — Подумайте. Мы обсудим это ещё раз, когда подойдёт время выбора предметов. Пока что… сосредоточьтесь на предстоящих экзаменах. — Каким предметам мне уделить внимание? — тихо спросил Гарри уже что-то решивший для себя. МакГонагалл чуть наклонилась вперёд, будто этот вопрос был тем, ради чего вся сцена имела смысл. — Защита от тёмных искусств, разумеется. Без неё в этой области невозможно. Но не только. — Она порылась среди брошюр. — Трансфигурация на продвинутом уровне, заклинания, немного артефактологии, если получится договориться с Флитвиком. И зельеварение, — с явным трудом добавила она. — Хоть и… вы знаете. Гарри усмехнулся краем губ. Она тоже. Почти. Профессор Амбридж кашлянула громче, чем в предыдущие два раза. — Позвольте предложить вам микстуру от кашля, Долорес, — сухо сказала МакГонагалл, не глядя на Амбридж. — Нет-нет, не надо, благодарю вас, — ответила Амбридж со своим обычным жеманным смешком, от которого Гарри всегда коробило. — Я только хотела спросить, нельзя ли мне вставить в ваш разговор одно крошечное замечание, Минерва. — По-видимому, я не вправе вам отказать, — процедила МакГонагалл сквозь крепко сжатые зубы. — Меня всего лишь интересует, достаточно ли у мистера Поттера данных, чтобы стать Исследователем проклятий, — сладким голоском пропела Амбридж. — Ах, вот как? — высокомерно сказала МакГонагалл. — Ну что ж, Поттер, — продолжала она, точно ее никто не прерывал, — если ваши намерения серьезны. Ещё я бы посоветовала анимагию. Это не входит в официальную программу, но для исследователя проклятий важно уметь смотреть на мир иначе. Сдвиг точки зрения — буквально. Это может спасти вам жизнь. Она снова посмотрела на него в упор. — И — самодисциплина, Поттер. Не предмет. Но без неё вы не пройдёте и недели в этой профессии. Что же касается защиты от Темных искусств, то в среднем ваши оценки были довольно высоки. Профессор Люпин даже считал вас... Может, вам все-таки стоит принять микстуру от кашля, Долорес? — Нет-нет, благодарю вас, Минерва, — откликнулась Амбридж, которая только что кашлянула уже совсем громко. — Но меня тревожит одна вещь: получили ли вы самые последние оценки Гарри по защите от Темных искусств? Уверена, что я их вам передавала. — Вы имеете в виду это? — с отвращением сказала МакГонагалл, выуживая из личного дела Гарри кусочек розового пергамента. Она проглядела его, слегка приподняв брови, а затем убрала обратно в папку, воздержавшись от всяких комментариев. — Итак, Поттер, как я уже говорила, профессор Люпин считал вас весьма одаренным учеником в этой области, а для Исследователя проклятий , естественно... — Вы не разобрали мой почерк, Минерва? — спросила Амбридж елейным тоном, позабыв кашлянуть. — Конечно, разобрала, — сказала МакГонагалл, так крепко стиснув зубы, что ее слова прозвучали слегка невнятно. — Тогда я в недоумении... Боюсь, я не совсем понимаю, зачем внушать мистеру Поттеру ложные надежды, если... — Ложные надежды? — повторила МакГонагалл, все еще избегая отвечать Амбридж взглядом на взгляд. — Он получил высокие оценки за все контрольные работы по защите от Темных искусств... — Мне крайне неловко возражать вам, Минерва, однако, как вы можете видеть по моей записке, у меня на уроках Гарри демонстрировал очень низкий уровень знаний... — Что ж, тогда мне следует высказаться более определенно, — заявила МакГонагалл, наконец повернувшись и глядя Амбридж прямо в глаза. — Он получал высокие оценки по защите от Темных искусств у всех преподавателей, компетентность которых не вызывала сомнений. Профессор Амбридж встала. Она была такой низенькой, что это почти ничего не изменило, но ее жеманные, кокетливые манеры уступили место холодной ярости, придавшей ее широкому, обрюзглому лицу зловещее выражение. — У Поттера нет ни малейшего шанса стать Исследователем проклятий! Профессор МакГонагалл тоже поднялась на ноги, и с ее стороны это было гораздо более впечатляющим приемом: теперь она возвышалась над Амбридж, как башня. — Поттер, — сказала она звенящим голосом, — я помогу вам стать Исследователем проклятий, даже если это последнее, что я сумею сделать! Я буду учить вас по ночам и позабочусь о том, чтобы вы добились необходимых результатов! — Министр магии никогда не примет на работу Гарри Поттера! — свирепо заявила Амбридж. — Когда Поттеру понадобится работа, на посту министра магии вполне может оказаться кто-нибудь другой! — выкрикнула МакГонагалл. — Ага! — взвизгнула Амбридж, тыча в сторону МакГонагалл толстым пальцем. — Вот! Вот, вот оно! Конечно! Так вот чего вы хотите, Минерва МакГонагалл! Вам хочется, чтобы Корнелиуса Фаджа сменил Альбус Дамблдор! Вы думаете, что тогда вам достанется мое место, разве не так? Мечтаете стать первым заместителем министра и директором школы в придачу! — Вы бредите, — сказала МакГонагалл с глубочайшим презрением. — Поттер, нашу консультацию можно считать законченной. Гарри забросил сумку за плечо и поспешил убраться из кабинета, стараясь не глядеть в сторону профессора Амбридж. Идя по коридору, он слышал, как они кричат друг на друга за закрытой дверью. Кажется, становление Исследователем проклятий, стало подтвержденным фактом? Когда Амбридж явилась на урок защиты от Темных искусств, который ей предстояло провести в этот же день, она все еще дышала так, будто только что пробежала стометровку.