In the darkness

20 апреля 2024 года действительно прекрасная дата для смерти, так считал Дазай. 20.04.24 на его могиле выглядело б очень даже симпатично.

Он пытался умереть уже целых семь раз, но каждый раз единственное, что он получал это провалы. И огромные порции пиздюлей от неадекватных воспитателей после того, как возвращался с больницы и психбольницы. И всё ж, в этот раз Осаму твёрдыми шагами направлялся на крышу двенадцатиэтажного дома, ведь знал - теперь его точно не спасут. Это не передозировка антидепрессантов и не еле-еле вскрытая вена тупыми ножницами в детском доме, не прыжок с семиэтажки. Теперь он направляется на крышу уже знакомого здания, находящего на противоположном конце города. Он бывал здесь уже много раз: впервые нашёл он его четыре года назад, когда ему было 12 и он впервые сбежал из детского дома, в который только-только попал. Мальчик не знал, куда ему пойти, поэтому он просто бесцельно бродил по городу, лишь бы не возвращаться в то место, и под вечер забрёл в новопостроенный район с многоэтажными домами. Он простенький, и совсем маленький, но постепенно расширялся, судя по строительным машинам у его края. В этом районе практически не было людей, лишь изредка парочка встречных проходила мимо. Все дома были скудными, так ещё и практически абсолютно одинаковыми: все здания были бежевые, гладкие, лишь балконы и окна различались. Где-то просто цветы посажены в вазах, где-то вещи сушатся, а некоторые балконы были не видны, ведь закрытые шторы всё перекрывали. Осаму не любил, когда всё просто, ведь это, по его мнению, скучно. Его всегда привлекали высокие постройки, он всегда имел желание забраться на крышу любого дома, чтоб рассмотреть всё свысока. По большей части сзади всегда у них была пожарная лестница, по крайней мере в том районе, в котором он жил когда был маленьким... Там были не такие большие здания, но всё ж, была пожарная лестница. Тут скорее всего тоже сзади домов должны быть лестницы, ведущие на крышу? Нужно проверить. Не у каждого дома есть пожарная лестница всё ж, уже проверено. Дазай направился за самое близкое к нему здание. Пока не видно. Может, лестницы здесь сбоку? Он дошёл до следующего угла, повернулся, и... На новых стенах здания, неожиданно, но были нарисованы граффити. Множество свежих, ярких рисунков покрывали стену, и Осаму показалось, что так даже лучше, ведь не так скудно, как обычный бежевый без всяких узоров. Уже через пару секунд он обратил внимание на один выделяющийся рисунок: нарисованная ядрёно-зелёным цветом мордочка кота, у которого была нарисована такая же яркая, но розовая шапочка. Вместо глаз были крестики, а кот улыбался. "Какой красивый рисунок, кто-то явно постарался." - подумал тогда мальчик, слегка улыбнувшись. Хоть вроде и обычный кот, но что-то в нём зацепило Дазая... Скорее всего то, что это единственное животное, нарисованное на стене. Да, именно так. — Вот и один из сучёнышей, что испортили стену! А ну-ка иди сюда, быстро! — услышал резко Дазай мужской крик позади себя. Чужой голос звучал раздражённым, даже очень. Осаму не знал, кому это адресуется, но кажется, что именно ему, ведь голос звучал со стороны, с которой он пришёл, то-есть из задней стороны дома, да и у этого здания, вроде, только одна стена разрисована... Чёрт. Думается Дазаю, что не приведёт к добру то, что он останется рядом с этими граффити. Мальчик решил даже не оборачиваться - он сразу побежал. Не зная куда ему вообще направляться, он, боясь, просто забежал за угол, и вдруг увидел открытую в подъезд дверь. Забежавши внутрь, Дазай буквально перелетал ступеньки, пока бежал всё выше и выше, один раз споткнувшись, но быстро встав и побежав дальше. Он ничего не чувствовал, кроме холодной паники, он просто бежал, лишь бы его не поймали. Не понятно, кто этот человек. Охранник, или обычный человек, живущий там? Та хуй его знает. Главное не дать ему поймать себя. Осаму добежал до самого конца, дальше ступенек не было... И тут его взгляд резко зацепился за люк. Примерно четыре года назад, когда сестра Дазая была ещё жива, она показала ему, как открывать люки в домах, если он захочет вновь поглядеть на звёзды, а проход будет закрыт и рядом её не будет. Осаму запомнил один способ слишком хорошо, и ему повезло, что в его кармане было то, что нужно для его осуществления. Он всегда носил три шпильки с собой, так, на всякий случай. У одной бесящей его воспитательницы спиздить их было проще простого, когда они потребовались ему для того, чтоб открыть замок на чердак детского дома, и возвращать их не захотелось, ведь вдруг они снова понадобятся. Не зря оставил их себе... Руки дрожали, но мальчик заставил их слушаться. Он быстро выхватил две шпильки из кармана и одну, разогнутую, он вставил в замок, создавая лёгкое, но постоянное натяжение. Второй шпилькой, тонким крючком, он начал осторожно орудовать внутри щели, нащупывая крошечные штифты. Каждый щелчок был едва слышен, но для Осаму он звучал как гроза среди ясного дня. Наконец, люк отворился с неприятным скрипом, Дазай быстро открыл люк, влетая в проход, и закрывая его за собой. Какой же, сука, был громкий хлопок! Осаму стал в панике оглядываться, ища место где можно спрятаться, ведь если его преследователь побежал за ним в подъезд, что скорее всего было так, то он сто процентов должен был услышать этот хлопок. Но мальчику повезло, тут была лифтовая шахта. Он немедля чуть не спотыкаясь забежал за неё и сел, прижал колени к груди, зажмурившись и стараясь привести дыхание в норму. Из груди вырвался громкий дрожащий выдох. Дазай всем сердцем молился, что за ним нет погони. А если есть? Его могут отвести в полицию. А если отвезут, что если там просто так не отпустят, а обязательно отвезут "домой"? Скорее всего, должны отвезти. На улице всё ж уже не ясный день, а уже вечер, закат солнца, а по его виду сразу понятно, он - ребёнок. Кстати о закате... Осаму, постепенно успокаивая себя, медленно открыл глаза. Сперва он заметил, что его темно-коричневые брюки были освещены розовыми и красными оттенками солнца. В мальчике страх постепенно уменьшался, и зажёгся новый интерес. Он медленно поднял свою голову, чтоб посмотреть на садящиеся солнце. И как только сделав это, у него перехватило дыхание. Прямо напротив него было восхитительное закатное небо. Оно окрасилось в красные и розовые цвета с проблесками жёлтого. Изредка виднелись порозовевшие и пожелтевшие от солнечного света облака, они находились высоко и рисовали различные силуэты на небосводе. Например, там видно очертание благородной лошади. А там, вот там, точно изображён тюльпан. Какая же это была красота... И тогда, впервые за полгода после смерти его сестрёнки Йосано, несмотря на всю боль, что крылась в нём, несмотря на то, что возможно сейчас его схватят за рукав рубашки и будут кричать так же, как гавкает злая собака, а может отведут в полицейский участок или что-либо ещё сделают, несмотря на это всё, Осаму впервые испытал положительные чувства. Свобода, лёгкость и воодушевление. Это было прекрасным зрелищем, таким красивым. Не хотя опуская голову, Дазай стал осматривать место, в котором остановился и подметил, что сама крыша была чистой, в отличие от крыши его родного, первого дома, и лишь сзади него, на домике лифтовой шахты, был один рисунок. Вновь тот же самый зелёный котик с ярко-розовой шапкой, что и привлек мальчика недавно. Только, было лишь одно различие - на шахте котик не просто улыбался, в его зубах теперь была дорисована сигарета. Осаму усмехнулся, заметив новую маленькую деталь. В закатном солнце и с сигарой во рту кот выглядел ещё более круто. Просидев на том месте рассматривая небо и город с высоты ещё неизвестно сколько времени, но точно не мало, ведь уже стемнело, мальчик понял, что преследователь явно побежал не в подъезд, а куда-то дальше. Как же повезло. На улице уже было темно, и слазить с крыши, идти ночью по улицам городам было не самой лучшей идеей. Полиция бы точно не оставила без внимания ребёнка, разгуливающего в такое время по городу в одиночку. Поэтому, он принял решение остаться тут хотя б на всю эту ночь. "А дальше... А дальше что-то придумаю". Вся эта ночь была особенна. Наконец тишина, идиллия, время наедине с собой, а не с грубым мальчиком-соседом по комнате из детдома. Тот любил словесно поиздеваться над Осаму из-за бинтов на его запястьях, а когда узнал через день, что под ними, рассказал это воспитателям и те избили мальчика до потери сознания. Хм, у Дазая всё ещё болела голова и ломило тело из-за этого, ещё и это усилялось из-за этой неожиданной пробежки, но он старался не обращать внимания на это. Он решил подавить боль. И тогда, это было верным для него решением, ведь эта ночь оказалась самой лучшей за те четыре года. Она стала самым приятным воспоминанием от момента смерти Йосано до сегодняшнего дня, и она подарила Осаму укромное место, в которое он всегда ходил, чтоб побыть один, успокоиться, чтоб ощутить хотя б каплю спокойствия среди всего хаоса, что его окружал. Дазай хотел бы лишиться всех своих мыслей в моменты, когда приходил туда. Хоть это и не выходило, всё равно, это было лучше, чем ничего, ведь он хотя б отвлекался на что-то нормальное, а не на селфхарм. И вот, сейчас, эта крыша должна была подарить Осаму его самое последнее, прекрасное воспоминание. Поцелуй смерти. . В этот раз у него точно должно было получится сделать то, чего он так сильно желал. Не справедливо будет, если он не сможет умереть прыгнув с 12 этажа! Дазай точно должен умереть. Ступеньки закончились достаточно быстро, представляя взору уже такой же родной пол последнего, 12-ого этажа. Дазай не спеша осмотрелся в последний раз: плитка уже не такая новая, как в первый раз, когда он здесь был, а чуть-чуть потресканная, слегка грязная. Коричнево-бежевые стены были запачканы чем-то непонятным, словно на них очень старательно пытались запрыгнуть собаки, что искупались в болоте после ливневого дождя, и смыть с бедной стенки смогли только половину этой грязи. Одна из дверей была идеально выглядящей - кожаная, новая. Красивая. А другая, напротив, была тоже покрыта кожей, но над ней словно дикое животное поиздевалось. На этой двери были царапины как от когтей тигра, ну либо же как от ножа. Кто знает, от чего они на самом деле... Эти царапины появились два года назад, после того как Осаму пару дней не приходил сюда. Сперва он удивился, увидев такое на одной из дверей его любимого этажа, но после пожал плечами и поднялся по лестнице на любимую крышу. Ну а вдруг здесь реально тигра кто-то держит, пустили его прогуляться, а тот, когда захотел вернуться, принялся разрисовывать когтями эту несчастную дверь... Чёрт знает, что произошло. Догадок много, но, скорее всего, Дазай уже никогда не узнает, от чего появились такие отметины. Осаму, вспоминая каждый раз, когда приходил сюда, тяжело вздохнул. Это место подарило ему много воспоминаний, очень. Начиная от того дядьки, которого он видел только один раз, тогда, когда впервые поднялся на самый верх, заканчивая курением под звёздным небом, чтением книг на рассвете и поглаживаниями незнакомых кошек, которые неизвестно как забрались туда. Ох, с одним котом Дазай даже не один раз повидался, он достаточно часто приходил тогда, когда он находился там. Это был трёхцветный, безпородистый и, кажется, молодой кот. Если Дазай не ошибается, этот окрас называется калико. Кто-то бегло рассказывал ему о типах трёхцветного окраса у кошек, и он запомнил парочку. Черепаховый и калико. Необычный кот, подумал Осаму когда увидел его сперва, смотрит как человек и словно понимает человеческую речь... У животного не было ошейника, поэтому парень просто решил сам дать ему кличку, чтоб не называть его вечно просто "кот". Так и появился у Дазая друг Нацумэ. Правда только, долго они не пообщались: в какой-то момент кот просто перестал приходить на крышу и его больше не было видно. Честно? Было грустно. Но даже к вечным потерям тех, кого ты любишь, можно привыкнуть. Взгляд медленно двигался, впитывая каждую, даже самую маленькую деталь его окружения в этот момент. На груди была странная тяжесть, не очень хорошо знакомая шатену. Что-то подобное Осаму ощущал, когда хорошие события в его жизни прекратились в один миг, и он вспоминал их, понимал, что не смог бы вернуться к ним. Никогда, никак. Парень не понимал, что это за чувство, но это было очень, очень не приятно. Он хотел бы сказать, что будет скучать по этому месту, ведь умрет и, вполне возможно, что он больше не побывает здесь, хотел бы сказать, что скучает по его семье, но не может. "Я не умею скучать и любить", убеждал всегда Дазай сам себя. И у него это хорошо получалось. Последним делом взор достиг лестницы. Обычная, железная. Слегка пошатанная временем. Сколько раз в своей жизни он поднимался сюда? Не сосчитать. У Осаму было ощущение, что он не поднимался сюда в своей жизни ни разу, он словно начинал её только здесь. Это место и есть его жизнь. Дазай поднял голову, и наконец заметил, что люк был открыт. Воу. Его брови слегка приподнялись. Любопытно. Обычно, вход на крышу всегда был закрыт, но в этот раз... Он просто был настежь открыт. Такое было только один раз, года три или два назад. Тогда парень всё равно поднялся туда, повинуясь своему интересу, и наверху было абсолютно пусто. Никого. Кто-то, видимо, просто забыл закрыть его, и всё. "Скорее всего, сейчас будет точно так же, как в тот раз", подумал Осаму пожавши плечами, и медленной, расслабленной походкой, направился к лестнице. Дазай стал неспешно подниматься по ступенькам. Один шаг, один скрип. На четвертой ступеньке скрип всегда громче, чем на других. А шестая наоборот, совсем не скрипит. Седьмая самая помотанная жизнью, у неё скрип кажется словно более жалобным, чем у других ступенек. Восьмая, девятая. Осаму не спешил. Он смаковал каждый момент, каждый звук, что исходил Честно говоря, ему хотелось бы хорошо запомнить это место перед своей смертью. Единственное место, где он чувствовал себя действительно дома после всего, что произошло с ним. Постепенно, душноватый запах подъезда сменился тонким, ночным запахом. Свежо, ветер уже не холодный, а приятный тёплый. Он нежно пощекотал лицо, заставил пряди коричневых волос слегка шататься на нём. Как хорошо это ощущалось. Наступая на предпоследнюю ступеньку, юноша почувствовал, что что-то не так сегодня на крыше. На последней ступеньке он подумал, что ему просто кажется, и всё будет точно так же, как и всё. А ступив на крышу, он понял, что нет. Ему не казалось. Парень наконец поднял голову, и взглянул на родное место, и... Его брови стремительно поднялись вверх, а рот чуть приоткрылся. Нет, он не просто удивился: он ахуел от неожиданности. Обычно, на крыше никого никогда не было видно, словно только Дазай туда поднимался. А делал это он достаточно часто! Но в этот раз всё было иначе. Вместо его привычно пустого убежища, на его любимом месте у лифтовой шахты стоял упираясь на бортики незнакомый Осаму человек. Неожиданный гость курил сигарету. В среднем свете экрана телефона этой личности, который вечно дзынькал разрываясь от уведомлений, Дазай заметил, что у незнакомца рыжие волосы, заплетённые в низкий маленький хвост. Или это незнакомка? Хотя, взглянувши на силуэт тела человека, всё-таки, стало понятно, что скорее всего это парень. Не взрослый, но и не мальчик. Интересно, что он здесь делает? Осаму ни разу не видел его не то что здесь, он ни разу не видел его в Йокогаме. Здесь очень мало рыжеволосых, и каждый, кто был встречен, не был особо похож на этого, кажется, юношу. Дазай только заметив, что его рот приоткрылся от изумления, медленно прикрыл его и сделал спокойное выражение лица. Хотя внутри появилось любопытство, и совсем не маленькое. За последние пару лет это чувство стало... Необычным. Удивительным. Теперь испытывать к чему-то неподдельный интерес стало большим событием. И сейчас именно оно и произошло. Вау. Медленно вдохнув и выдохнув, Осаму, стараясь идти расслабленно, направился в сторону лифтовой шахты. Сердце в груди забилось чуть чаще, но парень предпочёл не обращать на это внимание. Дойдя к бортикам, остановившись на маленьком расстоянии от интересующего его человека, он упёрся на них локтями и стал просто рассматривать ночной яркий город. Только вот не получилось у Дазая устоять перед собой: он бросал взгляды в сторону рыжего, молодого, действительно парня. Его телефон больше не дзынькал, но всё ещё свет от города тускло освещал и Дазая, и незнакомца. Второй, кстати, ниже первого на почти одну голову, это было почти сразу подмечено Осаму. Мило. Его черты лица правильные, не слишком острые, но и не слишком мягкие. Приятно смотреть. Профиль его был привлекательным, почти плавным. Ресницы длинные, как у девчонки, когда та подкрасила их тушью, стараясь сделать их максимально больше. Интересно, накрашены его ресницы, или они натуральны? Красиво в любом случае. А чёлка и пряди у лица идеально подходили незнакомцу, подчёркивали его красоту. Сигарета в губах этого молодого человека выглядела очень естественно... Дзыньк. От очередного уведомления, экран телефона вновь засветился, давая лучше рассмотреть рыжего. Сигарета показалась смутно знакомой... Чуть темнее чем цвет волос брови незнакомого юноши нахмурились, а в глазах цвета чистого неба словно на секунду промелькнула молния. Щеки были румяными, и... На них была россыпь веснушек? Ох. Рука незнакомца потянулась к его телефону и, видимо, выключила его. Лицо чуть размякло, стало выглядеть более спокойным. Даже усталым, хотя... Может показалось. Стараясь не пойматься на том, что он так усердно старается рассмотреть рыжего, Дазай стал теперь так же разглядывать уже ночной город. А этот незнакомец тем временем сразу заметил, что его рассматривают, что им заинтересовались. Это было слишком очевидно. И он тоже, честно говоря, был заинтересован. Откуда эта шпала вообще взялась? До того как рыжий переехал отсюда, они вроде как не встречались. Первым, что было заметно для него, это высокий рост этого человека. Когда он понял, что этот парень перестал так часто поглядывать, он сам стал бросать редкие взгляды на него. Стараясь действовать незаметно, рыжеволосый поставил себе цель. Подметил одну-две детали равно хотя б десять секунд смотреть на город или на звёзды. Ровный, чёткий и красивый контур лица, словно этот человек - модель с обложки... Так, город. Яркий, ночной... Волосы короткие, кудрявые и шоколадные. Глаза тёмные. Карие? Не понятно. Звёзды, звёзды... красивые звёзды... Ох, у него бинты на шее? Или это такой свитер? На нём сверху надета кожаная куртка, непонятно. Ох, на запястьях тоже... Бинты или свитер, бинты или свитер... если свитер, разве ему не жарко? По лицу не скажешь, что это так. Кажется, ему наоборот хорошо. Так, всё, хватит рассматривать этого человека. Он кажется просто вышел подышать свежим воздухом, да и его могут напрягать такие частые взгляды. Да даже если не напрягают, лучше не проверять, на всякий случай. Ладно, его шоколадные волосы так красиво развиваются на лёгком ветру... Спустя некоторое время абсолютного молчания, лёгких порывов ветра, рыжеволосый понял, что тишина начинает давить на него. Хотя именно ради неё он и пришёл сюда, сейчас он не один, рядом с ним интригующий, возможно забинтованный парень. И с теми, кто его интересует, он хотел бы не молчать в самом начале. Но как же начать первый диалог? Ой блять, похуй кароче. — эй, парень. — прозвучал достаточно резко для Дазая в тишине немного низковатый, слегка хриплый от курения голос. Руки слегка вздрогнули от неожиданности, но он спокойно повернул лицо к незнакомцу, вдруг обратившимся к нему, и тут же в его лицо полетело облако прозрачного, сигаретного дыма. Осаму не закашлял, лишь махнул рукой прогоняя дымку от себя. Прогнав его, он заметил лёгкое беспокойство в глазах рыжего, которые, как оказалось, были немного разного цвета... Один глаз светлый, Дазай уже знает, что небесно-голубой, а другой тёмный, почти чёрный. Кажется, карий. Вау, у этого парня ещё и гетерохромия. Непонятно, показалось беспокойство Дазаю или нет, но не суть. Теперь взгляд незнакомца стал ожидающим, и, опустив свой, Осаму увидел протянутую руку, в которой были сигарета и зажигалка. Брови Дазая приподнялись, но он принял то, что дал ему рыжий. Кивнув в знак благодарности, он поджёг сигарету и вернул зажигалку её владельцу. Губы владельца зажигалки растянулись в лёгкой улыбке и он сделал затяжку. Дазай повторил за ним. Они курили в почти полной темноте. Дзынь больше не тревожил телефон рыжего, поэтому стало темно. Лишь далекие огни города слегка освещали черты лиц юнош, но не давали полноценно всё рассмотреть. На крыше воздух был прохладным и свежим, было тихо, лишь стрекотание кузнечиков едва слышалось, да звук затягивания и выпускания сигаретного дыма. Это ощущалось таким умиротворённый для Дазая... Обычно он ни при ком не курил, не доверяя своему окружению. Если воспитатели узнают о курении, появятся лишь дополнительные проблемы, что Осаму не нужны. А этот парень... Дазай не знал его. Видимо от того ему и так спокойно. От того, что они никто друг другу и они ни о чём не знают? Осаму не знает. В очередной раз выдыхая дым, Дазай взглянул на незнакомца. Его так и продолжало интересовать, откуда этот неожиданный гость взялся. Было много вариантов: может новоприбывший, а может, впервые вышел на крышу. Может просто не пересекались как-то. Всё возможно, парень не упускал ни одного варианта из своей головы. Задумавшись Осаму и не заметил, как засмотрелся на рыжего. Он ни разу не отводил взгляд от него? Рыжий в свою очередь смотрел на шатена. Не было видно выражения лица, его чувств, но откуда-то у Дазая было понимание, что парню интересно, почему Осаму так пялился на него. "Вот чёрт." Дазай потушил бычок об огородку крыши, поставил руки на неё и уперся щекой об руку, продолжая глядеть на незнакомца. А незнакомец смотрел на Дазая. Спустя непонятный срок молчаливых переглядываний, Осаму прервал их. — эй, рыжик. Думаю, это странный вопрос новому знакомому, но я не могу сдержаться... А что ты думаешь о жизни и смерти? — спросил он негромко, стараясь не нарушить резко ночную идиллию. — в смысле? — приподняв одну бровь, спросил незнакомец, не обратив внимание на то, как назвал его новый собеседник. Это было... Действительно странным вопросом для первой встречи. Но он лучше промолчит об этом. По крайней мере пока что. На губах Дазая появилась небольшая ухмылка, а и так чёрные в темноте глаза стали будто ещё более чёрными. Хотя куда ещё темнее... И хоть и было темно на дворе, но все же было видно, как чужая бровь приподнялась. — ну, как ты думаешь, есть ли смысл в жизни? А в смерти есть ли он? Что ты думаешь о тех, кто... Кончает свою жизнь самоубийством? — интересный, конечно, вопрос незнакомцу... — рыжий хмыкнул, сперва чувствуя лёгкое непонимание. Спрашивать подобное у того, кого увидел впервые пару минут назад, это... смело. А он любит смелых людей. Он отвел взгляд на ночной город и потушил и свою недокуренную сигарету. Чувствуя на себе взгляд необычного собеседника и ощущая себя теперь заинтриговано, он продолжил. — но да ладно. Что я думаю об этом? Если родился - живи. Умереть ещё успеешь, этого не избежать. А пока живёшь, просто живи... Как бы трудно не было, всегда можно найти выход, обрести смысл жизни, даже с самыми ужасными воспоминаниями. Вот и всё. — пожал парень плечами, закончив. Дазай замолчал поежившись. Неожиданно подул лёгкий, но прохладный ветерок, заставляя обоих чуть задрожать. Рыжий потёр свои плечи руками, Дазай не стал обращать внимания на мурашки, пробежавшие по телу. Слова незнакомца звучали так просто, почти обыденно, но в сознании Осаму они звучали странным, непривычным эхом. Неужели он правда так считает? Так... Обычно. Так странно. "Пока живёшь, живи"... Как можно так просто и без сомнений принять жизнь, когда она так бессмысленна? Как можно обрести этот "смысл", если его нет в абсолютно всём? Когда-то ведь всё равно ты умрёшь, так... Зачем? Он не понимает, как можно жить зная, что ни в чём нет никакого значения. Ничто в этом мире не имеет настоящей ценности. — хэй? Я настолько погрузил тебя в размышления, бинтованный? — послышалось внезапно Осаму. Он резко вынырнул из своих мыслей и взглянул на подавшего голос. Рыжеволосый махал рукой перед его лицом и, кажется, чуть-чуть улыбался. Ой. Дазай потёр затылок усмехнувшись. Да, рыжий правда погрузил его в размышления, высказав свою истину, они оба это прекрасно понимали. Поняв, что его собеседник всё-таки перестал размышлять и заметил его, "странный" незнакомец хмыкнул и взял в руку в телефон, включив. Он видимо посмотрел на время и после засунул устройство, кажется, в карман. Или у него на поясе сумка есть? Вроде нет... Чёрт его знает. Парень потянулся, после протянув руку Дазаю. — что ж, мне пора. Это был... Занимательный диалог, стоит признать. — спокойно проговорил он, доброжелательно усмехнувшись. В тот момент Осаму заметил, что незнакомец улыбнулся лишь одной стороной рта. Интересно, всегда ли он так улыбается? Неожиданно для себя, он протянул ладонь в ответ, осторожно пожав руки с рыжиком. Это было не крепкое рукопожатие, робкое, но странно не неприятное. Просто прикосновение рук двух людей, которое было таким обычным. Осаму улыбнулся в ответ, кивнув в знак прощания. Разорвав руки, незнакомец взглянув на собеседника в последний раз и медленным шагом направился к люку. Дазай вновь погрузился в себя. Этот парень... Необычная персона, интересная. Но что-то не даёт Осаму покоя, и он не понимает что. Но вдруг он осознал: что-то он не узнал, и теперь он быстро вспомнил, что именно. Вновь неожиданно для себя, он импульсивно вскрикнул. — постой! Голос был громким, резким. Это было внезапно для самого Дазая... Неужели настолько заинтересовался? Незнакомец остановился услышав возглас. Силуэт молча обернулся полубоком, явно ожидая продолжения. Осаму вздохнул. "Очевидно услышал. Ладно, хорошо." — как тебя зовут? — спросил решительно он. Незнакомец промолчал, а после Осаму услышал тихое, мелодичное хихиканье. Он увидел в темноте, что тот парень вновь развернулся к люку, но не продолжил идти. И вдруг послышался уже слегка сонный голос, в котором чётко слышалось "вот уж не ожидал, что ты всё же это спросишь". — Чуя... Меня зовут Чуя Накахара.