Школьная пора

Весенний ветерок озорно трепал пряди твоих волос и мягко касался лица, пока ты хмуро смотрела на Баджи. Он же, напротив, был абсолютно безмятежен. Откинув голову назад, он запрокинул её к небу, и его низкий, гортанный смех наполнил воздух, словно отголосок безудержной свободы. — Да ладно тебе, — промурлыкал парень сквозь смех, не отрывая взгляда от бескрайнего голубого полотна над головой. Его глаза, обычно такие острые и внимательные, сейчас прищурились от удовольствия, а губы растянулись в довольной ухмылке. Ты тяжело выдохнула, скрещивая руки на груди, пытаясь удержать на лице всю тяжесть своего недовольства, но оно быстро таяло под лучами его непринуждённости. — Ты невыносим, — пробормотала ты, покачивая головой. В глубине души ты знала, что именно за эту непредсказуемость и спонтанность ты его и любила. Баджи наконец опустил голову, его глаза встретились с твоими, и на его губах расцвела та самая, до невозможности широкая и хулиганская улыбка, обнажающая его слегка заострённые клыки. Те самые клыки, которые всегда вызывали у тебя необъяснимое, почти звериное очарование. — Я знаю, — промурлыкал он, и в этом единственном слове звучало столько самодовольства, столько мальчишеской бравады, что ты едва сдержала улыбку. Он был совершенно прав, и он это знал. Всего несколько минут назад вы находились в совершенно ином мире — душный класс, предстоящая контрольная по японскому, к которой ты так старательно готовилась. И вдруг, как вспышка молнии, Баджи. Он буквально выскочил из класса, схватил тебя за запястье, пока ты ничего не подозревая шла по коридору, и, не произнеся ни слова, потащил тебя на задний двор школы. В руке он сжимал небольшой листок, на котором были заветные ответы. Твои возражения, конечно, не особо принимались во внимание — его импульсивная энергия была подобна цунами, сметающему все на своём пути. И вот вы здесь. Солнце ласково пригревает, ветерок играет с волосами, а ты, сидя на свежей траве, смотришь, как он, совершенно беззаботно, изучает ответы на контрольную, которую ты, в свою очередь, собиралась честно сдавать. Твоё хмурое выражение лица было всего лишь маской, скрывающей едва заметное волнение, смешанное с необъяснимой радостью от этого безумного, но такого живого момента рядом с Кейске. Баджи, небрежно перелистывая листок с ответами, ухмыльнулся. — Ну вот, видишь? Тут всё просто. Я же говорил, что не стоит париться из-за какой-то японской грамматики. — Он слегка подмигнул тебе, словно предлагая поделить с ним это маленькое преступление. — Это тебе просто, — фыркнула ты, но уже без прежней строгости. — А что, если нас поймают? Или контрольная будет другая? Ты вообще подумал об этом? Он лишь отмахнулся, словно от надоедливой мухи. — Эй, расслабься! Кому какое дело? Максимум — отстранят на пару дней. А я не против, больше времени на байки. — Он снова усмехнулся, и ты не могла не заметить, как ярко блестят его глаза, полные приключений и беззаботности. Он был воплощением всего, что тебе не хватало в твоей размеренной жизни. Баджи вдруг свернул листок в маленький комок и засунул его в карман своей формы, словно он был чем-то совершенно неважным. Он повернулся к тебе, опираясь на локоть, и его взгляд стал чуть мягче, потеряв свою привычную остроту. — Знаешь… вот с тобой даже сбегать из школы как-то веселее. Ты такая правильная, что от одного твоего вида хочется хулиганить ещё больше. — Он чуть наклонился, его дыхание опалило твою щеку, и ты почувствовала лёгкое покалывание. Твои щёки предательски вспыхнули, и ты попыталась отвернуться, чтобы он не заметил. — Идиот, — прошептала, но уголки губ уже дрогнули в улыбке. Баджи лишь рассмеялся в ответ, но уже не так громко, как раньше. Он придвинулся чуть ближе, и его плечо легко коснулось твоего. Минуту вы сидели в полной тишине, наслаждаясь тёплым весенним воздухом и далёкими звуками школьной жизни, доносившимися из-за стен. Для него это был просто ещё один день, ещё одна выходка. Для тебя же — маленький, но такой значимый кусочек мира Баджи Кейске, который, несмотря на всю его безбашенность, почему-то ощущался самым безопасным местом на свете. И ты вдруг осознала, что, возможно, он был прав: иногда, чтобы почувствовать себя по-настоящему живой, нужно просто немного хулиганить. Особенно, когда рядом есть кто-то, кто делает это с таким задором. Тишину нарушило лишь далёкое эхо школьного звонка, возвещающее о конце урока, который вы так лихо пропустили. Ты вздрогнула, но Баджи и бровью не повёл, продолжая сидеть рядом, его плечо всё ещё касалось твоего. Воздух между вами, казалось, стал плотнее, наполняясь чем-то неосязаемым, но таким сильным. — Слушай, — он повернулся к тебе полностью, его янтарные, блестящие глаза внимательно изучали твоё лицо. — А что, если бы мы... ну, не просто сбежали, а что-то ещё? Ты вопросительно подняла бровь, пытаясь понять, куда он клонит. В его взгляде читалось нечто большее. — Что "что-то ещё"? — осторожно спросила ты, чувствуя, как по щекам снова разливается тепло. Баджи задумался на мгновение, его взгляд скользнул по твоим губам, а затем снова вернулся к глазам. Он протянул руку и большим пальцем нежно стёр пылинку с твоей щеки, задержав прикосновение дольше, чем того требовалось. Сердце в груди отчаянно забилось, заглушая все остальные звуки. — Ну... например, пошли бы куда-нибудь вдвоём. Просто так. Без всяких ответов на контрольную. — Его голос стал чуть тише, бархатистее, чем обычно, и в нём появилась несвойственная ему мягкость. Ты задержала дыхание, не зная, что ответить. Это было так неожиданно, так… не по-Баджи. Он всегда был о шуме, драках, громком смехе. А сейчас он сидел так близко, такой спокойный и... предлагающий нечто тихое. — Куда, например? — едва слышно прошептала ты, боясь нарушить это хрупкое мгновение. Улыбка снова вернулась на его губы, но на этот раз она была не такой озорной, а скорее застенчивой, что было для него крайне необычно. — Куда захочешь. Хоть в кафе, хоть на реку. Главное, что с тобой. — Он снова усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли издевки, лишь искреннее желание. Твоё сердце замерло. Этот момент, казалось, тянулся целую вечность, пока ты пыталась переварить его слова. Баджи Кейске, дикий, необузданный и совершенно невыносимый, только что пригласил тебя на свидание. И, к твоему собственному удивлению, внутри тебя не было ни тени сомнения. — Хорошо, — просто ответила ты, и улыбка, настоящая, искренняя, расцвела на твоем лице. — Только без кражи ответов. Баджи тихо рассмеялся, отводя руку от твоего лица, но его глаза сияли. — Договорились. — И в его взгляде читалось обещание, что это "просто так" будет куда интереснее любой контрольной. Солнечный луч пробился сквозь редкие листья старого дерева, играя золотыми бликами в его тёмных волосах. Ты смотрела в ответ, чувствуя, как лёгкий весенний ветер нежно обволакивает вас обоих, словно окутывая коконом из обещаний и невысказанных надежд. Слова были больше не нужны. В этом маленьком, укромном уголке школьного двора, далёком от шума уроков и суеты коридоров, зародилось нечто новое. Что-то, что было гораздо важнее любых украденных ответов, любых контрольных работ, любого школьного правила. Баджи тихо вздохнул, его улыбка стала ещё шире, и он слегка наклонил голову, принимая это молчаливое согласие. Он знал, что ты, такая правильная и вдумчивая, всегда будешь немного ворчать и пытаться удержать его от безрассудств. Но он также знал, что именно с тобой даже самые безумные выходки приобретали особый шарм, а тихие моменты становились бесценными. Вы сидели так ещё несколько минут, растворившись в тепле весеннего дня, в нежности момента, который начался с дерзкого побега и закончился робким обещанием. И когда школьный звонок прозвенел снова, приглашая на следующий урок, вы не двинулись. Потому что в этот миг, рядом друг с другом, вы были именно там, где должны были быть. Под небом, полным весны и новых начал, Баджи Кейске и ты, готовые к приключениям, которые были гораздо интереснее, чем любая контрольная по японскому. И ты знала, что это было только начало.