Blends

На следующей неделе Римус зашёл в подсобку своей новой кофейни и понял, что дожить до следующего дня поставок с тем запасом тыквенного сиропа, что у них оставался, вряд ли получится. Проблема была существенной, но в такие отчаянные моменты, когда что-то заканчивалось между днём заказа и днём доставки, первым делом следовало узнать, нет ли в избытке нужного продукта у других кофеен сети, и предложить обмен. Ему уже доводилось заниматься этим в прошлой кофейне, и он даже обзавёлся парой полезных контактов, но бесспорно: одна точка неизменно выигрывала по всем параметрам. Он уселся за дальний стол, набрал номер и надеялся, что трубку возьмёт Сириус. Пара милых сообщений — это, конечно, хорошо, но чего-то в них всё равно не хватало. А потом Сириус ответил, и Римус вдруг замер на секунду в нерешительности. — Привет, — выдал он наконец, тут же почувствовав себя круглым идиотом. — Привет, — отозвался Сириус, и Римусу показалось, что в голосе его проскользнула улыбка, что слегка его приободрило. Он обдумал, как бы перейти к сути, и продолжил. — У нас тут в четверг был студенческий митинг прямо на углу. — Ужас какой, — прокомментировал Сириус. — И как оно? — Я четыре часа не поднимал глаз от барной стойки, так что не скажу. Но, думаю, студенты были в восторге, — отозвался Римус. — Зато сироп тыквенный ушёл подчистую, и я боюсь, что до среды мы не дотянем. — Этого, конечно, допустить нельзя, — подтвердил Сириус. — Вот-вот. А у вас, я знаю, он точно до мая продержится, — добавил Римус, крутя телефонный шнур. — Могу обменять на палочки для размешивания — у нас их завались. Или на соевое молоко. Студенты, к удивлению, не смели нас вместе с ним, а вы вечно в дефиците. — Ага, Миранда как раз с отпуска вернулась, — протянул Сириус. — До понедельника и правда всё закончится. — Ну вот и отлично, — согласился Римус, доставая из кармана телефон. — Сейчас только уточню у Лили, можно ли использовать остатки на обмен. Тебе не нужно возвращаться на смену? — Нет, — лениво отозвался Сириус. — Развалился в подсобке? — А как же. Римус усмехнулся и посмотрел на экран, когда телефон завибрировал. — Она не против, — сообщил он, убирая телефон. — Я заканчиваю в четыре, после этого завезу. — Ты сам приедешь? — уточнил Сириус. Римус улыбнулся, услышав нотку одобрения в его голосе. — Ну да, я же потом всё равно здесь, на районе, торчу до шести, встречаюсь с Доркас. Так что почему бы и не заехать? И не оставлять всё на Лили, раз уж это я предложил. Он прикусил язык, чтобы не ляпнуть: и я просто очень хочу тебя увидеть. И только тогда понял, насколько это действительно правда. — Новоиспеченный старший смены, — протянул Сириус. — Это твоё девственно чистое рвение однажды испарится, вот увидишь. Сначала ты замечаешь проблему, которую вполне способен решить, а потом — "ой, как жаль, мне уже пора, извините". И вот тогда ты поймёшь, почему я такой, какой я есть. — Ты куда менее мерзкий, чем делаешь вид, — парировал Римус. — Но я понимаю, что у тебя имидж и репутация, так что никому не скажу. — Ценю, — отозвался Сириус. — Стэн по тебе скучает, между прочим. Кто бы мог подумать, что вы станете такими закадычными друзьями? — Даже не знаю, был ли у меня ещё кто-то, кто бы меня так одновременно бесил и вызывал симпатию, — вздохнул Римус. — В этом весь Стэн-мэн, — философски заключил Сириус. — Кстати, я тут недавно обслужил твоего двойника, — поделился Римус. — И что, сразу кинулся на него с кулаками? — Прости, отпустил с миром, — усмехнулся Римус. — А это, судя по всему, была ошибка? — Недопустимая. Второй я в этом городе? Я этого не потерплю. Ты хотя бы координаты записал? В какую сторону ушёл? — А как же, сделал подробные заметки и составил карту. — Каждая секунда промедления играет ему на руку, Римус. Думай быстрее, действуй на опережение. Римус усмехнулся, развернул кресло и глянул в сторону торгового зала и тут же помрачнел. — Чёрт, у нас очередь, я побежал, — поспешно сказал он. — Возвращайся к работе, — велел Сириус. — Ой, да пошёл ты, — отозвался Римус, но усмешка выдала его с головой. Он повесил трубку и метнулся на кассу. Почти весь ноябрь Римус проводил в библиотеке с Доркас, когда выпадали свободные часы между парами и работой. Когда библиотека закрывалась, они перебирались в его кофейню, так как она была недалеко от их корпуса. На третье воскресенье месяца был запланирован тот же маршрут, но с утра Римус ощутил, что надвигается простуда, и решил, что лучше не рисковать: ни собой, ни здоровьем Доркас. Он перенёс встречу на понедельник, завернулся в плед и устроился на диване. К середине дня он закончил один реферат и решил начать другой по курсу литературного анализа: о том, насколько язык ограничен в передаче эмоций и сенсорного опыта. Но спустя час работы он перечитал написанное и остался недоволен. Открыл новый документ, попробовал зайти с другого угла, но вышло ещё хуже. Раздосадованный, он включил музыку просто для фона и принялся перебирать конспекты в попытке понять, чего же не хватает. Чай в кружке почти закончился, он как раз подумывал заварить новый, когда телефон завибрировал. Имя Сириуса засветилось на экране. И хотя Римус ещё не до конца отделался от лёгкого чувства вины, которое накатывало всякий раз при его сообщениях, он всё равно невольно улыбнулся. Сообщение гласило: "Ты дома или в универе?" — на что Римус отправил в ответ: "Дома?" — и через минуту получил лаконичное: "Прекрасно." Он уставился на экран. Сириус собирался прийти. Часть его хотела написать: "Не приходи, я заразный", но та часть, которая не могла дождаться встречи, молчала. Он поставил чайник, кинул в кружку витамин С, и честно попытался снова вернуться к работе. Где-то через двадцать минут раздался стук в дверь. Он медленно пошёл открывать, насколько это вообще возможно в его крохотной квартире. За дверью стоял растрёпанный ветром Сириус — в одном из своих самых чертовски неотразимых образов. Римус мысленно проклял себя за то, что всё ещё в дурацкой фланелевой пижаме и старом вязаном свитере, но что-то менять было уже поздно. Он опёрся на косяк, делая вид, что абсолютно расслаблен и собран. Ни к какому растрёпанному красавцу в мартинсах он, конечно, отношения не имеет. — Шёл мимо Reckless, вспомнил, что ты в четырёх кварталах отсюда, — сказал Сириус. — Понимаю, ты, наверное, завален учёбой, но кто сказал, что свиданка — плохой способ отвлечься? Удивительно (и немного жалко), насколько быстро Римус был готов перечеркнуть весь свой день ради этого парня. Но в его защиту — лучше побродить по магазину пластинок с красавчиком, чем сражаться с упрямым рефератом. Угрызения совести можно будет оставить на потом, они всё равно его настигнут. А простуда, если решит атаковать, уже не отступит. — Мне немного дочитать надо, а потом буду свободен, — твёрдо сказал он. В равной степени Сириусу и себе самому. Сириус ухмыльнулся. — Мне и так норм. — Я могу быть заразным, так что выпей витамины, — предупредил Римус, отступая, чтобы впустить его. Сириус вошёл, фыркнув. — Не надо, я никогда не болею. Вообще. — Тогда я забираю себе твою иммунную систему, — отозвался Римус, закрывая дверь, привалившись к ней спиной. Сириус скинул мартинсы у входа и прошёл вглубь квартиры, разглядывая её с любопытством. — Так вот где происходит вся магия? — прищурился он. — Ага. Квартира с каждым днём уменьшается, — серьёзно ответил Римус. Сириус хмыкнул. — Мне нравится. В прошлый раз я толком и не разглядел — заскочил-выскочил. А где твоя чудовищная кошка? Он нагнулся, заглядывая за пародию на кофейный столик. — В спальне сидела в последний раз, — пожал плечами Римус. — Выйдет, когда сочтёт нужным. — Пусть так, — отозвался Сириус, плюхаясь на диван рядом. Римус невольно вздохнул. Его двухместный диванчик был намного меньше того, что стоял у Сириуса с Джеймсом. Он бы предпочёл, чтоб Сириус уселся на один из стульев у стойки — те хотя бы держали дистанцию, но было уже поздно. Он устроился на своей половине дивана, забрал обратно плед, поднял бумаги со столика и положил на колени. — Пара страниц, и я готов к свиданке, — напомнил он, складывая листы поверх одеяла. Сириус отмахнулся. — Мне и здесь хорошо. Он перевёл взгляд на книжную полку у противоположной стены. Стоило Римусу подумать, что вот теперь точно надо сосредоточиться, как Сириус снова заговорил. — Элла? Римусу понадобилось пару секунд, чтобы сообразить, что Сириус говорил о музыке, доносившейся с его ноутбука. — Билли Холидей, на самом деле, — пояснил он. — Но понимаю, почему ты мог спутать. Сириус кивнул, с той странной полуулыбкой, с какой обычно прячут настоящие мысли. Римус, не желая слышать насмешек в адрес своей любви к классике, решил не развивать тему и демонстративно вернулся к конспектам. Прошла целая минута, прежде чем Сириус вдруг шумно втянул воздух. Римус повернул голову и увидел, куда он так уставился: Мефистофель гордо вышла из спальни, не сводя глаз с Сириуса. — Она даже прекрасней, чем я помню, — произнёс он с благоговением, выпрямляясь и протягивая к ней руку, когда она обошла кофейный столик. — Лучше не надо, — осторожно предупредил Римус. — Она ненавидит, когда её берут на руки. Нужно дать ей самой решить, хочет ли она посидеть с тобой. Сириус, разумеется, поднял её без малейших проблем, самодовольно усмехнувшись. — Прости, что ты там говорил? — Почему я вообще удивляюсь, — вздохнул Римус и уткнулся в бумажки, пока Мефистофель с достоинством устраивалась у Сириуса на коленях. Он явно потратил на эти конспекты больше времени, чем нужно, решив, что если уж совсем не идёт, то хоть постарается как следует — может, вдохновение снизойдёт. Но позже он признал поражение и убрал бумаги в сторону: знал, что сделал всё, что мог. Он бросил взгляд на Сириуса, тот смотрел что-то в телефоне, лениво проводя пальцами по кошачьей голове. Сириус выглядел умиротворённым, Мефистофель — довольной, и сама эта картина словно приглушила остатки тревоги в голове Римуса. Она тихо урчала, и стоило Сириусу остановиться хоть на секунду, как она тут же тыкалась лбом ему в ладонь, требуя продолжения. Римус поспешно отвёл взгляд, вдруг осознав, как пялится, и, сложив бумаги на столе, вернулся в угол дивана, глядя на Сириуса уже без всей этой ненужной мечтательности. Сириус убрал телефон, повернулся к нему. — Как там кофейня? Жёстко правишь? Голос у него был лёгкий, не колкий, и Римус, к своему облегчению, понял, что тема перестала быть болезненной. — Пока не очень, но я там всего пару недель. Всё ещё впереди, — усмехнулся он. Сириус, похоже, представил его с «железной рукой» и расплылся в довольной улыбке. Римус поймал себя на какой-то кривоватой ухмылке и понял, что подбирает слова. Это, конечно, ничего хорошего не предвещало. — Ну, вот, тебе понравится… или нет. Зависит от восприятия, — начал он. — Большинство сотрудников не новички. Двое только влившиеся, остальных перевели из других точек. Что само по себе странно, потому что они работают в компании дольше меня, а я получается старший смены. Но не суть. Главное — ни один из них не кладёт тряпку на поддон перед закрытием. Сириус втянул воздух сквозь зубы, как Римус и ожидал. — Варвары, — прошипел он. — Честно говоря, они и половины твоих фишек не используют, — добавил Римус. — Я стараюсь внедрять их по чуть-чуть. Чтобы не выглядело, будто я пришёл и сразу начал всем указывать. Сириус издал одобрительный звук и лёгким движением задел его колено. — Значит, мои лайфхаки уже не кажутся такими уж ленивыми, а? — Я так и думал, что именно это ты и подметишь, — усмехнулся Римус. Сириус склонил голову к уху кошки. — Что-что? Удобно, говоришь? Ага, я тоже так подумал. Я ему говорил, но он не слушал, — сообщил он ей серьёзно. Римус чуть не закусил щёку от того, как абсурдно очаровательно это выглядело: Сириус в кожанке, воркующий с его кошкой. — Признаю, был неправ, когда жаловался. Забираю свои слова обратно, — сдался он. — Моё эго сейчас взлетело до небес, спасибо, — поблагодарил Сириус и потянулся. Мефистофель тут же встала и попыталась дотянуться до его рук. — Кто-то влюбился, — заметил Римус. — Не впервой, — подмигнул тот, и Римус сделал вид, что это его совершенно не задело. — Как у вас дела? — спросил он секунду спустя. — Не сильно что-то изменилось, — пожал плечами Сириус. — Хотя… вру. Изменилось. Он махнул рукой в его сторону. Римус кивнул, не глядя, прикусив губу. — Как новый напарник? — Намного менее капризный. Представь себе: первая смена, и ни одного наезда в подсобке! Римус театрально нахмурился. — А говорят, предыдущий теперь очень сожалеет. — А новый управляющий чертовски хорош, — вставил Сириус, будто между прочим. Римус заставил себя остаться невозмутимым. Это нормально. Друзья обсуждают такие вещи. Сириус наверняка обсуждает, и он тоже должен. — Поднял тебе боевой дух, выходит? — Ага, есть немного, — усмехнулся Сириус, продолжая гладить кошку. Римус провёл пальцем по дивану. — Боюсь, если скажу "не флиртуй с начальством", ты не послушаешь? Сириус замер, перестал гладить кошку, уставился на него. Римусу захотелось исчезнуть. Он поспешил разрядить обстановку. — Просто... это всё усложнит, разве нет? Джеймс с Лили — скорее исключение. Сириус отвёл взгляд. — Скажи, насколько малы шансы, что у тебя завалялся где-то кофе? — спросил он. Римус моргнул, возвращаясь в реальность. — Ниже нуля. — Тебе же полагается бесплатный пакет в неделю. Почему ты никогда не берёшь его с собой? — Он отвратителен, Сириус. И тебе же больше достанется, так чего жаловаться? — Только не сейчас и не здесь. — Могу найти тебе чай, который даст нужный эффект. Хотя ты и не фанат. Сириус что-то пробурчал, осторожно сдвинул Мефистофель, перелез через ноги Римуса и пошёл к кухне. Римус встал следом, увидел, как тот открывает один шкаф, другой… и замирает с выражением лёгкого ужаса, когда Римус подошёл ближе. — У тебя тут, скажем так, не густо. Римус покраснел, но выбрал знакомую стратегию — юмор. — Ты не оценил мою внушительную коллекцию растворимых супов, а зря. У меня есть, между прочим, тыквенный. А у тебя? Сириус ничего не ответил, открыл холодильник, что было очень зря, как показалось Римусу, и только покачал головой. — Плохо дело, Римус. Плохо. — Я собирался сходить в магазин попозже, — пробормотал тот. — Неделя тяжёлая. — Вот и отлично, — поднял брови Сириус. — Сходим вместе, когда будем возвращаться. Римус собирался возразить, но Сириус уже смотрел на него с тем самым видом. — Я на мели, Сириус, — выдал он. — Как ни странно, мне нравится, когда в квартире есть отопление и свет, так что до получки я могу и подождать... — И что, на крошках до четверга? Даже не думай, — отрезал Сириус, направляясь к двери, но остановился рядом с ним. — Если бы я знал, что сегодня у нас день в стиле Кобейна, — он обвёл рукой Римуса, указывая на его наряд, — я бы и сам не переодевался. Римус с тяжёлым вздохом пошёл переодеваться.

***

Наблюдать за Сириусом в музыкальном магазине было всё равно что отпустить пятилетнего в отдел игрушек. Концентрация внимания ровно такая, какую стоило бы ожидать, но всё же зрелище стоило того: он хватал любую пластинку, что вызывала хоть малейший интерес, держал её секунд пять-десять, после чего либо запихивал обратно, либо, прижав подмышкой, шёл дальше. Римус копался в разделе с кассетами, раньше ему тут не раз попадались странные реликвии, и, как назло, сейчас взгляд зацепился за одну настоящую находку. Сириус возник за его плечом, голос его раздался у самого уха. — Кто это? Римус обернулся с искренним недоумением. — Джефф Бакли? Сириус глянул на него в сторону. — И что мне с этой информацией делать? — Как ты можешь его не знать? — воскликнул Римус, а потом, подражая Сириусу, добавил, — После того, как ты читал мне нотации про недооценённость девяностых, а вот они, девяностые, в чистом виде, здесь и сейчас, Сириус. Я не знаю, кто ты вообще. Сириус похлопал его по руке. — Не то чтобы мне не нравилась эта твоя версия, но, может, всё-таки к сути? Римус, возможно, внутренне вспыхнул, но вслух продолжил сдержанно. — Вдруг он тебе и не зайдёт, ты ведь не фанат авторской лирики, но попробуй ради меня? — Когда я это говорил? — В первую смену, — напомнил Римус. — Не-е-е, не было такого, — уверенно отрезал Сириус. — Ну хорошо, но я уверен, что было. Примерно так: «я застрелюсь, если ещё раз услышу завывания под гитару». Или около того. — Вот это уже больше похоже на меня, — признал Сириус. — Но в мою защиту — я тогда, наверное, прослушал семь тысяч таких за смену. — Ну, неважно, — махнул рукой Римус, — просто попробуй. Мне кажется, он тебе зайдёт, если дать шанс. Сириус взял кассету, посмотрел на обложку и скривился. — «Grace», — прочёл он. — Если это какой-нибудь христианский рок, я… — Да брось, — оборвал его Римус. — Это не он, и ты потом сам себя за такие слова будешь проклинать. Сириус вдруг озарился и исчез в другом ряду, а вернулся с диском. — Тогда и ты это попробуй ради меня, — протянул он. Римус потянулся, но Сириус поднял диск повыше. — «Drowners», — прочитал он. — Звучит удручающе. — Так и есть, — бодро подтвердил Сириус. — Меланхолия, завернутая в бодрые куплеты. И ты — вылитый фронтмен. Может, у вас там связь на высшем уровне. Проверить стоит хотя бы ради этого. — Я? Вылитый? — Боже, да одно лицо. Ещё на Хэллоуин, до того как ты парик нацепил, в одной только куртке ты был он, точь-в-точь, — и тут же резко остановился, вытащив пластинку, глаза засияли. — Я искал её всю свою жизнь. — Это физически невозможно, но... — Римус не договорил, просто улыбнулся, увидев, как Сириус буквально светится. Он подошёл ближе, глянув на обложку. — Наверное, недавно завезли, раз ты в прошлый раз не заметил. — Что? — переспросил Сириус. — Ну, в прошлый раз, когда был тут? Сириус посмотрел на пластинку, потом резко подскочил, когда кто-то позвал его по имени. К нему подошла девушка, они тепло обнялись, а после она повернулась к Римусу и оживилась. — Я тебя помню! С вечеринки! Я Марлин. Образ Сириуса был просто гениален. Лицо её он сразу не вспомнил, но быстро связал её с той самой девушкой под париком, что не сводила глаз с его пародии, и кивнул. — Спасибо, — сказал он, бросив самодовольный взгляд на Сириуса. Тот ответил точно таким же, наглым. — Подождите, так вы двое… — начала Марлин, с улыбкой показывая пальцем туда-сюда между ними. Римус не успел провалиться сквозь землю, как Сириус уже тряхнул головой и спросил, как у неё дела. Римус подумывал отойти подальше, пока сердце не перестанет колотиться, но заметил, что Сириус оставил пластинку без присмотра. Подарок к Рождеству лишним не будет, тем более он обещал взять что-то в ответ. Нужно только не спугнуть, иначе Сириус не даст ему и пальцем прикоснуться. Он тихо подхватил пластинку, глянув на ценник — вполне приемлемо, и подошёл к кассе. — Можно отложить эту? — спросил он у парня за стойкой. — Конечно. Только учти, в конце недели возвращаем на полку. Римус мельком глянул на Сириуса, всё ещё болтавшего с Марлин, и повернулся обратно. — Я вернусь в четверг. Запишите на «Римуса», пожалуйста. — Готово, — кивнул парень, приклеив стикер к обложке. Римус уже собрался уходить, но замер, оглянувшись. — Простите, а можно... спрятать? Это подарок, а получатель здесь. — А-а, — протянул продавец, — ясно. Не вопрос. Пластинку убрали под прилавок, и Римус тихо поблагодарил, возвращаясь в сторону Сириуса. На полпути мимо прошли двое парней, как раз к тому месту, где Сириус стоял минуту назад, и Римус чуть не рассмеялся от абсурдности собственной удачи. Он побродил ещё немного в другом ряду, делая вид, что ищет, и вскоре краем глаза заметил, как Сириус ещё раз обнял Марлин на прощание. Та помахала Римусу, и он коротко махнул в ответ, но внимание его тут же привлёк возмущённый звук позади. — Куда она делась? — раздалось за спиной, и он увидел, как Сириус мечется у стеллажа, водя руками над пустым местом. — Её нет? — спросил Римус с невинной ноткой в голосе, которую, по его мнению, можно было бы преподавать в актёрской школе. Он даже не успел подкинуть идею про кого-то ушлого, кто увёл пластинку прямо из-под носа, как Сириус уже начал озираться по сторонам в поисках виновника. — Кто? С кем драться?! — Надо было застолбить находку, — бросил Римус, лениво листая другие пластинки. — Здесь тебе не чайная. Он чуть не укусил себя за язык от смеха, когда Сириус тяжело вздохнул. — Ты прав. Это была ошибка новичка. — Вряд ли это единственный экземпляр. Найдёшь ещё, — успокоил его Римус. Хотя тут же пожалел. Не хотелось, чтобы у Сириуса теперь было две одинаковые пластинки. — Не надейся. Я вечность её искал, — пожаловался тот. — Они не растут на деревьях, Римус. — Слава богу, что ты есть, чтобы такие вещи разъяснять, — ухмыльнулся тот. Сириус пытался сохранить угрюмую мину, но без особого успеха. Римус, пользуясь моментом, обошёл стеллаж и потянул его за руку. — Пошли, тут ещё есть чем заполнить пустоту от утраты. И действительно, минутами позже Сириус уже сиял, держа под мышкой новые три пластинки. Римус надеялся, что прогулка по Reckless Records так его увлечёт, что о походе в магазин он забудет, но нет. Вскоре они шли по парковке к ближайшему супермаркету, Сириус впереди, Римус — сзади, с видом обречённого. Он протестовал всю дорогу, но Сириус, хоть и сменил тему, курса не изменил, к явному неудовольствию Римуса. Внутри Сириус бросил пластинки в тележку и бодро поехал вдоль первого ряда, хватая всё подряд, пока Римус плёлся на шаг позади. — Это необязательно, — протянул он. — Знаю, — легко ответил Сириус. — Но ты хотя бы скажи, что терпеть не можешь. Не хочу накупить того, что ты не станешь есть. — В таком случае, мне не нравится ничего. Сириус обернулся. — Римус, я не могу позволить тебе жить на лапше и чае. Ты получишь цингу и умрёшь. — Как ни странно, но ты слегка утрируешь, — отозвался тот. — И всё равно это ни к чему. — Давай так: ты идёшь, показываешь пальцем, а я просто молча складываю в корзину. Идёт? — Ты. Молча. — Римус, будь лапочкой, прими помощь. Всё равно это случится, хочешь ты того или нет, но мы с тобой избавимся от головной боли, если ты не будешь сопротивляться. Это была игра слов, если что, про "боль в голове". Римус трижды медленно захлопал глазами. Сириус, склонившись на тележку, едва не сложился от смеха. То ли от себя, то ли от Римуса — сложно сказать. Скорее всего, от обоих. Минуту спустя Сириус оживился — по радио заиграли Queen. Римус уже давно знал: если звучит Фредди Меркьюри, разговаривать с Сириусом бесполезно. Именно в такие моменты тот «добровольно» шёл за стойку, ведь общаться с клиентами, параллельно подпевая, просто невозможно. Сейчас он делал то же самое. Скользил между рядами, театрально вытаскивая продукты и забрасывая их в тележку с особым акцентом на каждой строчке. Римус только и мог, что идти рядом и ждать, пока Сириус и Фредди не закончат. Когда Сириус потянулся к особенно дорогому куску сыра, Римус забыл про правило Фредди с концами. — It's strange, but it's true... Он не договорил, глядя на Римуса, когда тот обхватил его запястье. — Прекрати, — отчеканил он. — Положи это обратно. — Есть куда более деликатные способы намекнуть, что ты не переносишь лактозу, знаешь ли, — заметил Сириус, выскальзывая из его хватки и вставая на цыпочки, чтобы поднять кусок повыше. — Я не про лактозу, но мне это ни к чему, — настаивал Римус, без особых усилий выхватывая сыр у него из рук. — Всем нужен сыр. — Ты вообще когда-нибудь закупался с ограниченным бюджетом? — раздражённо бросил Римус, возвращая сыр на полку. — За эти деньги можно было взять два куска попроще. Сириус с демонстративным вызовом снова сгрёб сыр и швырнул его в тележку. — Сегодня ты без бюджета. Получишь модный брендовый сыр, и, если хорошо будешь себя вести, может, даже крекеры к нему. — И снова заскользил вперёд по проходу, подпевая. Римус зажал переносицу между пальцами. — Сириус, я серьёзно. Сириус что-то пробормотал слишком тихо, чтобы можно было разобрать, но определённо на французском. — Что ты сказал? — спросил Римус, чувствуя, как в нём закипает раздражение: тот ещё и обижается? Сириус мотнул головой и снова вскинул безмятежное выражение. — Цельное или обезжиренное? — Ни то, ни другое, пока ты не начнёшь меня слушать. — Не пойму, о чём ты. Я сейчас для себя закупаюсь. Просто решаю, какое молоко я хочу. Хотя, если бы ты выбирал, какое бы взял? — Хорошая попытка. — Знаешь что? Ты прав. Два процента — идеальный компромисс. Все довольны. — Римус провёл рукой по лицу в последней стадии отчаяния, и Сириус, впервые за весь поход, наконец посмотрел на него по-настоящему. — Римус, я правда пытаюсь не делать из этого проблему, но ты совсем не помогаешь. — Да, я вижу, но... — Прекрасно, — перебил Сириус. — Тогда перестань со мной бороться и начинай кидать в тележку то, что хочешь. А то мы тут до вечера проторчим. Римус не сомневался, что именно так и будет. Он нехотя огляделся, заметил стойку со школьными принадлежностями, пошёл туда, сорвал с крючка упаковку ручек и вернулся, чтобы бросить её в тележку. Сириус возмутился, но Римус промолчал и ушёл вперёд. Минуту спустя Сириус сказал свернуть налево, Римус подчинился и оказался в чайном отделе, куда Сириус присоединился следом. — Ну надо же. Римус посмотрел на него искоса. — Ты же сказал, мне нельзя чай. — Я не говорил, что нельзя. Только что жить на нём не выйдет, — поправил Сириус. — Ну, что-нибудь, что ты себе обычно не позволяешь? Чай, который дороговат? Если сам не выберешь, я сейчас начну хватать коробки наугад, и у тебя будет столько чая, что ты не будешь знать, куда его девать. Хотя… знаешь, так даже лучше. Римус вздохнул, схватил его за запястье, чтобы тот не начал воплощать угрозу, и принялся разглядывать полки. Выбрал между двумя банками и взял улун. — Вот и отлично, — одобрил Сириус, обвил Римуса правой рукой за плечи и направил его по проходу, отчего Римус невольно сильнее сжал банку. — Не так уж сложно, правда? Пока всё это происходило, Римусу всё сильнее чудилось, будто они закупаются не просто так, а для себя, в их общую квартиру — мелкие перепалки, он одёргивает Сириуса за лишние траты, Сириус подбадривает его, просит расслабиться. Это было ужасно, конечно, и ему придётся серьёзно поработать над тем, чтобы стереть всё это из памяти, но пока что помогало держаться. Всё равно Сириус скоро потеряет интерес и к магазину, и к нему. Они вернулись к месту, откуда начали, хотя Римус не сразу это осознал. Сириус, катя тележку, глянул влево на кучу мешков с сахарным песком и снова повернулся к Римусу. — Тебе, случаем, не нужен мешок сахара? — спросил он, кивнув назад. Римус не ожидал. Интонация, наклон головы — всё было слишком. — Нет, думаю, у меня с этим порядок, — сказал он, отворачиваясь и прикусывая губу, чтобы не выдать улыбку. — Точно? — переспросил Сириус, и Римусу пришлось смотреть в потолок, чтобы не рассмеяться. Но по тону Сириуса было ясно, что тот прекрасно знает, как это действует. — А то вдруг вернёмся домой, а сахара-то и нет, и снова сюда тащиться… — протянул Сириус. Римус зажмурился на несколько секунд, чтобы вернуть себе дар речи. — Аргумент, — согласился он, подтолкнув тележку вперёд вместе с Сириусом, подальше от злополучных мешков. — Но, понимаешь, у меня дома уже штук пять таких, шестой был бы перебором. — Как всегда, бережлив, — хмыкнул Сириус, облокотился на ручку тележки локтями. — Думаю, всё. Если только ты не вспомнишь, что забыл что-то важное? Римус посмотрел на набитую тележку, и в груди у него защемило. Он убрал руку с ручки. — Нет. Этого более чем достаточно. Сириус кивнул, выбрал самую короткую очередь и покатил туда, а Римус пошёл следом, но встал немного в стороне, когда тележка остановилась. — Это первый и последний раз, понял? — сказал он. — Вот чего я не понимаю, — начал Сириус, — почему ты просто не сказал? — Сириус, я бы ни за что... — Нет, знаешь что, не хочу слушать, — отрезал он, махнув рукой. — Только попробуй снова оставить себя с пустым холодильником. Он улыбнулся кассиру, взял разделитель и начал разгружать продукты. По тому, как он стоял, было ясно: обсуждение закрыто. Римус смотрел на тележку, не в силах заговорить, пока не выдавил тихое «спасибо» и не начал помогать с оставшимися пакетами. Он оценил, что Сириус просто слегка подтолкнул его плечом, принимая жест. Пока кассир не добрался до конца, Римус вполне успешно избегал суммы, но если бы он остался ещё хоть немного, пришлось бы услышать её вслух. Он поспешно отступил назад и, пятясь, чуть не сшиб ребёнка. Сириус тут же поймал взглядом этот эпизод и одарил его выражением «ты от меня за это не отделаешься», но, когда до него дошло, он сменил улыбку на хмурый взгляд. Римус покачал головой, надеясь, что тот всё поймёт без слов. К счастью, он избежал итоговой суммы благодаря всей этой суматохе, но всё равно успел услышать, как Сириус говорит, что платит картой, словно это пустяки. Сириус настаивал, что обратно они поедут на такси, и Римус даже не стал спорить, просто смирился. В дороге Сириус пересказал пять историй о самых невыносимых клиентах за неделю, а когда они вернулись и начали разбирать пакеты, Римус рассказывал свою. — И она заставила меня открыть пять разных банок, чтобы попробовать каждую, а потом взяла ту, которую я предложил в самом начале. Пустая трата времени. — Он вытащил бутылку молока из бесконечного, казалось, пакета. — Шесть человек стояли за ней, кстати. И, поверь, она ничего не заметила. Как можно не чувствовать шесть пар глаз, проклинающих тебя за спиной? Не понимаю. — Они никогда не замечают, — поддержал Сириус. Он вообще любил слушать, как Римус жалуется на работу. — Главное — это они и их заказ. — Уму непостижимо, — продолжил Римус, который явно соскучился по этим напарническим разговорам. — Я, если дольше пяти секунд карту в кошелёк убираю, чувствую, что... — Сейчас же умрёшь на месте, — подхватил Сириус. — Вот чего я не понимаю: как можно смотреть в эти твои огромные, преданные глаза через кассу, и вредничать? Ты же дух ласкового ветра. — Впервые такое слышу, — хмыкнул Римус, убирая молоко в холодильник. Сириус явно был настроен помогать и занял позицию у шкафчиков, готовый принимать продукты. Римус подал ему коробку с чипсами и банку улуна. — Первое налево, второе — направо. И у них завязалась маленькая эстафета: Сириус убирал нескоропортящееся, Римус — всё остальное, параллельно подсказывая, что где обычно хранит. — Кстати, девушка из мыльного спрашивала о тебе, — сказал Сириус. — Софи? — уточнил Римус. — Ну да, она. — Сириус расставлял банки с макаронами в ряд. — Кажется, с ума по тебе сходит, ты же, говорят, на корабле по имени Лили уплыл… — Сириус, — устало сказал Римус. — Я не издеваюсь, — вскинул руки Сириус. — Просто передаю. — Вряд ли она убивается. Ей просто нужен союзник. У нас направления в универе совпадают, а пар совместных нет, а в таких делах полезно иметь кого-то… — А, — протянул Сириус с видом понимания, убирая банку варенья. — Что? — Да ничего, — буркнул тот из шкафа. — Просто теперь понятно. Римус бросил на него взгляд, который тот не видел, оглядел остатки добычи и вздохнул, поднимая злосчастный сыр. — Тут столько всего… Должно быть, обошлось тебе в целое состояние. — Прекрати, — повернулся к нему Сириус. — А на что мне ещё тратить деньги? — Ну, например, не кормить меня, — предложил Римус, убирая сок. — Ладно, давай так: представь, что я просто закупил гору еды и храню её у тебя, а ты ей пользуешься. — Не обязательно было всё это... — Нет, знаю, где выход: ты приглашаешь меня в гости почаще и кормишь. — Сириус хлопнул в ладоши. В этот момент из его кармана зазвучала «Man! I Feel Like a Woman!», и Римус с улыбкой посмотрел на него. — Скажи, что это звонок Джеймса. — А как же, — подтвердил Сириус, вытаскивая телефон. — Отлично. Сириус ответил. — Да? Я у Римуса, кретин. А что? Римус, вспотев после всей этой логистики, снял джемпер и понёс его на спинку дивана рядом с курткой Сириуса. — Что? Да? — Римус слышал голос Джеймса, но не разбирал слов. Сириус слушал без выражения. — Ага. Спасибо. Римус попытался понять что-нибудь по лицу, но безуспешно. — Да, я приду. — Он положил трубку и несколько секунд просто смотрел на телефон. — Сириус? — спросил Римус, подходя ближе. Сириус моргнул, будто только что очнулся. — У тебя есть вчерашняя газета? Нормальная, не студенческая. Римус кивнул, огляделся и достал её. Сириус отодвинул пакеты, разложил газету, сразу перелистнул на нужную страницу, просканировал текст. Когда он снова заговорил, в голосе снова появилось выражение. — Ну что ж, знакомая история. — Что? — Римус подошёл ближе, склонился над плечом. «Регулус Арктурус Блэк, 20 лет, скончался в четверг, 18 ноября» Римус отвёл взгляд и сжал себе руку. — Джеймс увидел сегодня, не захотел, чтобы я продолжал ходить в неведении, — пробормотал Сириус. — Как раз этим и занимался. Типа она не могла сообщить лично. — Мне жаль. Им обоим бросилось в глаза разное. — Отец — хуй с ним, — сказал Сириус. — Но Рег? Она должна была сказать. Кто-то должен был. А я читаю про это здесь? — Мне правда очень жаль, — повторил Римус. Сириус молчал, пока не взглянул на него, в глазах что-то сверкнуло. — Ты закончишь тут? — кивнул он на оставшееся на столе. — Конечно, — кивнул Римус. — Не беспокойся. И… спасибо. — Отлично. — Сириус убрал телефон, похлопал себя по карманам в поисках ключей. — Спасибо. — Ты точно в порядке? — Мне просто… нужно уехать. Или проехаться. Не знаю. — Хорошо, — сказал Римус. — Только… пожалуйста, аккуратно. — А с чего бы мне неаккуратно? — Просто… аккуратно. — Римус снова схватил его за руку. — Подожди. Побудь здесь. Сядь. — Сесть? Зачем? — Я не хочу, чтобы ты сейчас ехал. Сядь. Я что-нибудь тебе сделаю. Сириус оглядел его, выдохнул и кивнул, что только подтвердило тревогу. Он опустился на диван, и Римус метнулся на кухню, чтобы хоть что-то найти. Полная кухня казалась пустой. Он поставил завариваться ту самую ромашку, с которой они начинали, надеясь, что она немного его успокоит. Себе сделал тоже. Когда оба чая были готовы, он отнёс чашки в гостиную и вручил Сириусу одну. Тот взял её рассеянно. Римус сел на другом конце дивана, посмотрел на Сириуса, потом в пол, потом на книжную полку. Вернулся взглядом к Сириусу. Он не знал, что делать дальше. — Давно вы не… — Четыре года, — выдал Сириус. Римус прикусил губу. — Мне очень жаль. Наверное, тебе сейчас... — Он был идиотом, — бросил Сириус. — Был. Конченным идиотом. Римус не стал реагировать. Он сделал глоток чая, Сириус последовал его примеру. — Что думаешь, пойдёшь? — спросил Римус. Сириус уставился на него. — Прости, что? — В пятницу. Сириус хрипло рассмеялся. — Только не говори, что ты это серьёзно. Римус пожал плечами. — Ты сам сказал: отец — одно, Рег — другое. Очевидно, он тебе не был безразличен, даже если... — Ты не знаешь, о чём говоришь, — резко бросил Сириус. Римус опустил взгляд в пол, чувствуя себя так, будто возится с каким-то сложным механизмом без инструкции. — Просто… думаю, ты не захочешь потом об этом жалеть, — выдал он, с трудом подбирая слова. Сириус не ответил, и когда Римус всё-таки набрался храбрости встретиться с ним взглядом, тут же пожалел, что осмелился.