Дружелюбный студент по обмену Человек-Паук

(Гостевая интерлюдия от QAI521. Считается каноном) "Кто-то в хорошем настроении". Пони почувствовала, как ее щеки загорелись, когда улыбка ее одноклассницы с зелеными волосами стала еще шире. Она выглядела так, словно была кошкой, поймавшей канарейку. Американка изо всех сил старалась выглядеть как можно более невинной и незаметной перед этим насмешливым взглядом. Судя по легкому смешку ее подруги, это не сильно ее разубедило. "Ты наконец-то пригласила Bug Boy на свидание?" — спросила Сецуна, обнимая подругу за плечи. Пони почувствовала, как ее шея снова залилась румянцем, и ее глаза отчаянно заметались по классу, надеясь и молясь, чтобы у всех остальных было что-то лучшее, чем они могли бы заняться. Она знала, что скрывать свою влюбленность в Питера — безнадежное дело (за исключением самого Питера, по иронии судьбы). К счастью, единственным, кто, казалось, обращал на них внимание, был Кендо, который слегка нахмурился, но она не смогла понять, что именно. «Арахнид», — выпалила она. Сецуна моргнула. «…извините?» «А…» — ее накрыла волна смущения. «Пауки — это паукообразные, а не жуки». «…Верно. Но не думайте, что я не заметила, как вы не ответили на мой вопрос», — указала ее подруга с нахальной ухмылкой. Пони проворчала, когда Сецуна усилила хватку, удерживая ее на месте. Блондинка взглянула на часы. До начала урока все равно оставалось пять минут, и она никак не могла бы так долго сдерживать расспросы Сецуны. Она продолжала бы подкалывать, пока ей не удалось бы что-то откопать. Ее подруга была такой упорной. Хотя… если бы она рассказала Сецуне, она бы не выболтала это остальным в классе. Молодая американка легко могла представить, как ее подруга сделала бы что-то подобное, чтобы сломить ее неповиновение и смутить ее. Мысль о том, что это произойдет, вызвала у нее совершенно новую волну беспокойства. Попытка сохранить свой вопрос в тайне от Питера, когда кто-то вроде Мономы был ее одноклассником, была бы почти невозможна. "... пока нет", - тихо призналась она. Она была близка к этому сегодня утром - ну, забудь об этом, она пыталась с тех пор, как закончился Спортивный фестиваль. К сожалению, между ними всегда что-то назревало. Проект, над которым он работал, наконец-то был закончен (она никогда не слышала его таким счастливым), и вся та известность, которую он получал, которую они оба получали, поглотила их время. Она могла бы спросить его по телефону... но это было просто безлично. Подросток знала, что она могла бы попытаться спросить его сегодня утром, но он отвлекся, и она не хотела, чтобы тяжесть возможного «нет» давила на нее весь оставшийся день. Лучше, чтобы это произошло в конце дня, когда она могла бы пойти домой и съесть несколько десятков яблок, чтобы облегчить свою боль. Плюс... ей действительно нужно было заставить себя это сделать. «Правда?» — спросила Сецуна, приподняв бровь. «Я думала, что ты уже будешь на нем». Пони почувствовала, как ее пронзила капля страха, когда ухмылка Сецуны стала совершенно хищной. «Если ты не схватишь его в ближайшее время, кто-нибудь пригласит Мистера Популярного на свидание. Ты уже видела его фан-страницы?» Пони побледнела. «Н-не напоминай мне». ...столько фанфиков. Она не осмелилась взглянуть на те, что были о ней. «Я спрошу его после школы», — пробормотала она. Это было глупо, так волноваться из-за этого. Она тренировалась, чтобы стать профессиональным героем, сражаться со злодеями и спасать жизни. Она боролась на международном телевидении и не чувствовала себя такой нервной. Но мысль о том, чтобы пригласить Питера на свидание, все еще вызывала у нее бабочки в животе. Питер был потрясающим другом... и она не хотела это портить. Каким бы ни был его ответ, это не изменило бы ее мнения о нем, но страх того, как это изменит его мнение о ней, таился в глубине ее сознания. Мама была права, когда говорила, что он не похож на того, кто позволит чему-то подобному помешать дружбе, но это все равно был настоящий страх. "Как ты собираешься его пригласить?" Пони моргнула. "Что ты имеешь в виду?" "Я имею в виду", - ухмылка Сецуны не помогла ей успокоиться. "Ты могла бы просто быть скучной и пригласить его на свидание, как любого обычного старого человека, оо ... «Не думаю, что мне это понравится». «Ты можешь схватить его за плечи…» «Я не...» «Признайся во всем…» «Я имею в виду...» «А потом поцелуй его покрепче!» «Сецуна!» Пони почти взвизгнула, ее щеки были такими красными, что их можно было заменить помидорами. Несколько ее одноклассников посмотрели в ее сторону, но никто не усомнился в ее внезапной вспышке. Если и было что-то положительное в поддразнивании Сецуны, так это то, что она делала это со всеми. Они, вероятно, просто отмахивались от этого, как от какой-то шутки, которую она отпустила, а не Пони говорила о том, чтобы излить свое сердце своему возлюбленному. «Я не собиралась этого делать!» «Но ты думаешь об этом сейчас?» «…может быть?» Сетсуна удивленно моргнула, и поняла, что не ожидала такого ответа. Пони не собиралась лгать и говорить, что эта идея не привлекала ее на каком-то уровне, но это был своего рода дрянной романтический ход, который можно найти в клишированных романах. Плюс, сама мысль о попытке сделать что-то подобное вызывала у нее легкое головокружение. У нее... не было уверенности в себе для этого. "... ты серьезно к этому относишься, не так ли?" "Д-да", - сказала Пони, откинувшись назад под нетипично серьезным взглядом, который бросила на нее подруга. Обычно девушка улыбалась и смеялась, но сейчас ее выражение лица было таким же, как будто высечено из камня, пока она что-то искала. «Я-я имею в виду, что он действительно хороший друг, и он мне нравится и...» «Пони, многим людям нравится Питер. Он мне нравится, потому что он приятный глазу и его весело дразнить, но я не настроена серьезно приглашать его на свидание. Я не откажу, если он попросит, но я не собираюсь бегать за ним, пока другие за ним гоняются. Он нравится той девушке из поддержки, потому что он может угнаться за ее мозгами... не уверена, что она думает о нем как-то иначе. Но ты?» Пони откинулась назад, когда ее подруга наклонилась к ней. «У тебя действительно есть чувства к нему, не так ли?» «…да», — все, что она могла сказать, ее голос был тихим и слабым. Пони… у нее никогда не было так много друзей в детстве. Жизнь на семейном ранчо сделала ее довольно изолированной от остального общества, и ее коровья/лошадиная причуда не раз становилась причиной издевательств. Приезд в Японию был еще хуже, она оказалась в чужой стране, где она едва говорила на языке и часто смотрела свысока на свое американское происхождение и культурные странности… это было тяжело. А потом появился Питер. Она не хотела думать о том, что бы с ней случилось, если бы дружелюбный житель Нью-Йорка не подошел к ней во время их общего занятия по языку. Она, вероятно, не была бы так уверена в своих силах, если бы его не было рядом, заверяя ее, что у нее все хорошо, что она не облажается. Он помог ей отбросить эту неуверенность в себе, которая так много раз подставляла ее раньше, и помог ей просто быть собой. Питер был дружелюбен к ней, когда никто другой не был. Она не могла не восхищаться его причинами, по которым он хотел быть героем, видел каждую проблему, какой бы маленькой или, казалось бы, незначительной, достойной его времени. Другие могли бы назвать глупостью тратить столько времени на мирские вещи, когда по улицам бродят злодеи, но разве герои не должны быть чем-то большим, чем просто избивать плохих парней? Разве герои не должны вдохновлять людей, которых они защищают? ...разве он не вдохновлял ее? "И как ты собираешься его спросить?" - спросила Сецуна, откинувшись на спинку сиденья. "Кого-чего спросить?" Пони моргнула, когда Кендо приблизился к ним, ее вопросительный взгляд скользнул по ним обоим. Быстрый взгляд показал, что больше никто не потрудился присоединиться, что было облегчением. Кроме того, Кендо оказал огромную помощь в обучении и был источником советов для всего класса, она наверняка знала что-то, что могло бы помочь! "Пони собирается пригласить Следующего Всемогущего", - сказала Сецуна с легким смешком. Пони не могла не застонать. Она знала, как мало Питеру нравится это прозвище, независимо от того, насколько он его заслуживает. Взгляд Кендо стал острым, и блондинка немного вздрогнула под пристальным вниманием. "Пони... ты уверена, что хочешь это сделать?" Ее классный староста спросил, скрестив руки и сохраняя бесстрастное выражение лица. Было что-то в том, как она задала вопрос, что задело за живое, словно ее плохо оценивали за ее выбор. "Да", - пропела она, возможно, с чуть большей силой, чем необходимо. Кендо подняла руки в знак капитуляции. "Я ничего не хотела сказать... но быть героем - это тяжелый труд, и он не оставляет много времени для отношений. Я просто думаю, что тебе следует сосредоточиться на том, чтобы быть лучшей, чем пытаться произвести впечатление на одного парня". «Самые стоящие вещи в жизни — самые трудные для достижения», — сказала Пони, позаимствовав фразу, которую она слышала от папы много раз за эти годы. Она знала, что он начал свои отношения с мамой, когда был на пике своей карьеры, и он заставил их работать. Это правда, что героизм может помешать отношениям и наоборот, но отказаться от него из-за того, что это немного сложно? Герои должны были сталкиваться с непреодолимыми трудностями и выходить победителями. Почему же теперь должно быть иначе? «Я спрошу его, ничто этого не изменит», — сказала Пони со всей возможной убежденностью. Блондинка чувствовала, как удивление охватило двух девушек, что не было таким уж шокирующим. Она знала, что ее нельзя назвать особенно настойчивым человеком (хотя Монома привыкла вздрагивать, когда она подходила слишком близко), но это было не то, от чего она собиралась отступать. «Ну…» Кендо выглядела почти потерянной, что было совсем не похоже на ее обычную врожденную уверенность в себе. «Полагаю, если ты серьезно к этому относишься… будь собой. Но убедись, что тебя поняли, как ты его приглашаешь, Паркер — тот парень, которого нужно ударить по голове дубиной, чтобы донести свои намерения». Пони хотела защитить Питера… …но она не могла не вспомнить, как она пыталась что-то с ним сделать… …может быть, замечание Кендо было не беспочвенным. Кендо и Сецуна начали спорить о том, как лучше рассказать Питеру о своих чувствах, хотя Сецуна говорила гораздо более… непристойно, чем ей хотелось бы думать. Вместо этого она позволила двум голосам отойти на второй план, укрепляя свою решимость. Ладно, я просто должна сказать Питеру, что я чувствую к нему, не задыхаясь и не струся». Пони взглянула на часы. Прошло всего две минуты с начала этого разговора. …это будет долгий учебный день. (Конец гостевой интерлюдии. К настоящей главе! Спасибо, QAI!) «Как мы выглядим?» — спросил Питер, откладывая тлеющую ручку. Вокруг него мониторы, составляющие кабинет класса поддержки, были активны. Миллион различных вычислений мелькнули на экранах, прежде чем все они сошлись в знакомый круглый символ. «Элементарные тесты верны», — прозвучал голос ИИ. «После окончательной калибровки мы сможем разместить мой блок на более продолжительные периоды времени, как вы и хотели». «Текущий срок службы батареи?» — спросил Питер, осматривая готовое творение. На столе перед ним на него смотрела готовая копия его старой маски, собранная и собранная. Схемы были на другом уровне, чем те, к которым он привык. Половина вариантов дизайна, которые вошли в эту штуку, даже не пришли бы ему в голову. К счастью, у Питера был друг, который был буквально набит чертежами, которые только и ждали, когда их используют. «Я считаю, что ты сможешь продлить срок службы батареи на сто семьдесят три часа непрерывно, если только не будешь перезаряжать дисплеи». «Понял». Взяв маску, Питер осторожно поместил ее в автоматизированный сшивающий блок. Большая машина, сделанная для исправления небольших разрывов в любом костюме, который искали студенты поддержки. Обычно вам нужно было бы загрузить схему того, как выглядит ваш костюм, цвета, из которых сделаны рисунки, даже желаемый рисунок стежка. Это заняло бы целую вечность, если бы у вас не было друга, который мог бы загрузить всю эту информацию в одно мгновение. В ту же секунду, как он нажал кнопку запуска, руки принялись за работу, закрывая схемы и возвращая знакомые красные и черные цвета. «Прежде чем ты спросишь, это, к сожалению, займет всю ночь. Ни одно из них не соответствует типичному уровню машин Stark Industries», — сказала Карен. «Это не так уж и плохо», — ответил Питер, вставляя наушник и взвешивая сумку. «Немного ожидания еще никому не повредило». «Я могу привести семнадцать примеров ожидания, которое действительно навредило людям», — заговорил ИИ. «Но до этого ты получил электронное письмо две минуты назад. Твои билеты на поезд до Эндо прибыли». Питер чувствовал себя... смешанным по этому поводу. С одной стороны, он был на шаг ближе к своей стажировке и отбыванию наказания. С другой стороны, он совершенно не представлял, кто такая Мирко. Все, что он действительно смог узнать из быстрого поиска, это то, что она была героем номер семь в Японии, с темой, вращающейся вокруг кроликов и большого количества боевых искусств. Она также была невероятно сильной и много двигалась. Может быть, он сможет поймать Мидори до того, как отправится на свою стажировку завтра. В конце концов, у зеленоволосого парня наверняка было больше информации о Мирко, чем на ее сайте. "А еще Юу говорит, что она сегодня опоздает, так что тебе придется ехать домой на поезде". Питер приподнял бровь. "Она сказала, почему ее задержали?" "Тусуется с другом", — призналась Карен, когда Питер вышел из студии, а солнце уже садилось, и его лучи заглядывали в окна. «Эй, Питер!» Американец резко повернул голову, моргая, когда Пони подскочил к нему. О, точно, они согласились поговорить. Вся эта работа, должно быть, что-то испортила в его голове, чтобы он забыл. Судя по всему, тебя тоже задержат». Питер закатил глаза. «Карен, пожалуйста». «Эй, Пони. Хочешь поговорить? Я свободен», — сказал он по-английски. Блондинка оживилась. «Э-э… ​​да! Но, а, комната поддержки пуста?» Питер кивнул головой. «Отлично, мы можем поговорить там?» — спросил его соотечественник, «Это…» Она замолчала, глядя в сторону и слегка покраснев. «Как-то личное». Питер моргнул: «А, конечно». Прокладывая путь, Питер бросил сумку на пустое место, пока Пони медленно обошел комнату поддержки. «Иди, тигр», — сказала Карен, и Питер сдержался, чтобы не закатить глаза. Питер бросил взгляд на свой телефон, быстро вытащив наушник, пока Пони возился с платой. Обычно в этот момент кто-то что-то говорил, но они оба быстро замолчали. Питер постучал по столу, Пони посмотрел в окно. Ни один из них даже не кашлянул. "Так..." - начал Питер, "О чем ты хочешь поговорить?" Пони оживилась, удивленная, как будто не ожидала этого вопроса. Она глубоко вздохнула и продолжила бродить вокруг, сложив руки перед собой, пока ее копыта цокали по земле. "Да, ну, я действительно не знаю, как это сказать", - призналась она по-английски. Питер медленно кивнул, но все не складывалось. Пони переминалась с ноги на ногу, держала руки за спиной, и каждый раз, когда она смотрела на него, ее глаза метнулись в сторону. "Что сказать? Поговори со мной". Пони посмотрела на него, покраснев, прежде чем она сделала глубокий вдох. "Ну, тогда есть только один способ сказать это". Что сказать? Это то, что Питер хотел спросить, но слова замерли в его горле, когда Пони подошла к нему, хлопнув руками по его рабочему столу. Питер отпрянул, но Пони продолжала идти вперед, пока они не оказались всего в нескольких дюймах друг от друга. Румянец полностью поглотил ее лицо, и Питер поклялся, что даже ее рога смутились. "Ты мне нравишься".💖  … Что? «Много». … … Питер не знал, что на это сказать. Пони уставился на него, ожидая ответа, но его мозг был забит. Тысячи расчетов и глупых шуток, которые обычно витали вокруг, впервые в жизни полностью замолчали. Поэтому он не думал, ему пришлось действовать инстинктивно. А, спасибо». Инстинкты плохие. Пони моргнул, и Питер быстро поднял руки. Ладно, э-э, это не то, что я должен говорить, — пробормотал он, — это типа, суперважно, глубоко и лично, и я должен ждать, пока ты объяснишься, потому что я тебя знаю, и ты не просто так говоришь, а я болтаю, потому что обычно «мне ты нравишься» исходит от меня, и мне следует заткнуться, не так ли? Плечи Питера сдулись, когда он захлопнул рот. «П-пожалуйста», — сказал Пони, наконец отвернувшись, «Это и без того достаточно сложно, ты знаешь?» «Да, я имею в виду», — Питер остановился, быстро прочищая горло, «Ты говорил?» «Я-я не знаю, что я должна говорить!» — выплюнула Пони, ее лицо каким-то образом покраснело еще больше, когда она покачала головой. «Дело в том, Питер…» Она замерла, напряженная как шомпол, глубоко вздохнув. «Мы дружим уже больше года…» Ее голубые глаза опустились в пол, пока она пыталась подобрать слова. «И ты… ты был лучшим другом, о котором я когда-либо могла мечтать. С тех пор, как мы приехали сюда, я из Техаса, ты из Нью-Йорка…» Она потянула ее за руку. «Я брежу», — она покачала головой, похлопав себя по щекам, прежде чем сделать глубокий вдох. «Ты поддерживал меня с тех пор, как мы приехали в Японию. Если бы… я никогда не встретила тебя, не думаю, что я была бы там, где я сейчас». Пони тихо рассмеялась и подняла глаза, сияя, ее большие голубые глаза мерцали. «Я хочу… чего-то большего, п-понимаешь?» … Сердце Питера сжалось, комок образовался в горле, так как он мог слышать только собственное сердцебиение и глухое гудение машин и компьютеров. Не совсем подходящая сцена для признания в любви. «Так... ты хочешь быть... больше, чем друзьями?» — спросил Питер, закусив губу, когда Пони кивнул. «Да», — она протянула руку, взяв его за руку, когда американский мальчик, казалось, вздрогнул от прикосновения. Рот Питера был возбужден, когда он быстро моргнул, издав смешок. «Я имею в виду... Ух ты. Ух ты». Питер улыбнулся, проведя руками по лицу. «Где, я имею в виду... черт». Он сделал глубокий вдох, глядя в потолок, когда рогатая девушка пониже уставилась на него ожидающими глазами, его сердце трепетало. «Пони, я...» Американец замер, пытаясь найти слова. Какая-то часть его хотела сказать «да». Принять ее чувства. Обнять ее и закружить. Чтобы дать ей радость и любовь, которых она хотела. Но на самом деле... он не чувствовал этого. Он просто не чувствовал. Она была его другом. Он сглотнул, глубоко вздохнув. "Пони, я..." Как ты вообще это говоришь? Просто глядя на нее и думая об этих словах, он чувствовал себя ослом... Но он бы не хотел, чтобы его обманывали, если бы он был на ее месте, верно? "Но я... я не чувствую того же самого. Мне... мне жаль". Он встретился взглядом с Пони, и девушка заметно поморщилась, почти сразу же, как услышала слово "но" из его уст. Почти увядая прямо перед ним. "О-ох..." - сказала она слабым голосом. Она выглядела так, будто ее ударили ножом, и Питер почувствовал себя ослом. Колоссальным. "Пони... ты один из моих лучших друзей. Я не хочу..." "Значит, это "нет"? Она прервала его, и легкая улыбка, появившаяся на ее лице, была просто душераздирающей. Он съёжился. Он был определенно ослом. Они погрузились в неловкое, напряженное молчание, и Питер увидел, как кулаки Пони дрожат там, где она стояла, услышал, как она запнулась, прежде чем она сделала медленный, глубокий вдох и, казалось, собралась с мыслями, прежде чем отвести взгляд от пола и снова посмотреть на него. «Я не могу просто… попросить тебя забыть то, что я только что сказал». Тебе не нужно этого делать. — Он быстро ответил. — Проблема не в тебе. Если на то пошло, проблема во мне. Любой, кто говорит тебе «нет», — идиот. Типа, ты потрясающий, сильный и умный, и…» Это вызвало смех, хотя он был дрожащим. Даже болезненным. Я-все в порядке, Пит. Я большая девочка». Ее улыбка была широкой. Слишком широкой. «Да», — произнесла Пони, качая головой. «Мы же герои в учебе, в конце концов. Честно говоря, оглядываясь назад, это была плохая идея — просить тебя об этом, когда впереди стажировки, выпускные. Хех, весь комплект и всякая всячина!» Питер прикусил губу. «Пони-» Она потянулась за сумкой, схватила ее и закинула на плечо, прежде чем шагнуть к двери, даже не глядя в его сторону. «Мне нужно идти. Я немного спешила, чтобы успеть на автобус, прежде чем приехать, и я не хочу опаздывать». Ее голос был тихим и низким. Он встал, слова застряли у него в горле, когда он задавался вопросом, не ухудшит ли ситуацию попытка продолжать говорить или он сможет как-то исцелить причиненную им боль. Он протянул руку. Прежде чем он успел принять решение, решение было полностью вырвано из его рук, когда Пони открыла дверь и ушла, быстро, учитывая стук ее копыт по полу. Он слышал, как стук копыт набирал скорость, прежде чем он затих. «Учитывая все это, я думаю, ты справился с этим как мог». Карен вмешалась из окружающих систем. Питер вздохнул, прислонившись к стене, и поднял глаза. «Рассчитать кратчайший путь домой». Он пробормотал, выходя из студии и надеясь, что это было не так долго, как он помнил. "Ты хочешь поговорить о-" "Нет." Питер прервал ее через наушник, собираясь идти домой, оставив U.A. Яги Тошинори сделал глубокий вдох, чувствуя, как вдыхаемый воздух растягивает его тощее тело, когда он сидел на заднем сиденье автомобиля. Водитель, которого рекомендовал Цукаучи, Нагамаса Хиро, был очень профессионален; факт, за который Тошинори был благодарен прямо сейчас. Отсутствие необходимости сосредотачиваться на поддержании своей мышечной формы позволило ему расслабиться физически, что оставило ему много свободного времени для размышлений. Впервые увидев превращение Тошинори во Всемогущего, мужчина на мгновение замер. Его брови взлетели вверх до линии роста волос, прежде чем он взял себя в руки, поправил костюм и продолжил, как будто ничего не случилось. Обычно Цукаучи справлялся с вождением, но он не мог, так как был занят каким-то расследованием. Прямо сейчас мысли Тошинори вращались вокруг одной-ну, двух вещей. Стажировки. А именно стажировки как его избранного преемника, Ён Мидории, так и Ён Паркера, чья недавняя... ошибка в суждении Тошинори считала его личной неудачей. Он был его учителем, и он позволил такой ядовитой обиде томиться внутри своего ученика. Ему следовало быть более наблюдательным. Ему следовало заметить знаки. Ему следовало поговорить с Айзавой. Часть его знала, что это нелогично. Соперничество и конкуренция рождают лучшее во всех людях. Заставляют их становиться лучше, несмотря ни на что. Ну и что, что некоторые дети не любят друг друга и толкают друг друга? Дети есть дети. Другая часть, которая заставила его стать Символом Мира в начале, сказала первой части заткнуться и принять заслуженный упрек. Что касается молодого Мидории, он не мог винить мальчика за то, что он принял предложение Эджшота, мальчик не только не знал о самом существовании Гран Торино, но и заслужил признание стажировки у такого престижного и высокопоставленного Героя. Он многому научится у Камихары. В этом нет сомнений. Но было тревожное чувство, что ему нужно сделать немного больше, пойти немного дальше. Он не поступил правильно ни с одним из своих учеников из-за своей халатности. Скелетный человек вздохнул, рухнув на сиденье. Быть учителем было трудно. Как Нана смогла сделать это так легко? Машина остановилась на перекрестке, и Тошинори почувствовал, как его тело слегка покачивается от движения. Осталось всего несколько кварталов, лучше надуться, так что- Символ мира был прерван, когда тот самый человек, которого он пытался найти, вышел из чайного домика. Удивленный, Тошинори обнаружил, что прижимает свое скелетное лицо к стеклу, как будто близость могла бы отрицать то, что он видел. «Что?» Нет. Нет. Это определенно был Эджшот, отмахивающийся от бариста с дымящимся горячим чаем/кофе в руке. Его тело быстро приняло знакомую форму всемирного защитника мира и справедливости, которым был Всемогущий, Тошинори вышел из машины. К сожалению, он не рассказал водителю об этом. "Эджшот!" - рассмеялся он, выходя, сжимая пальцами дверную ручку, когда герой-ниндзя повернулся, чтобы посмотреть на него с явным удивлением. "Привет! Для меня..." Машина продолжила движение. С мучительным грохотом Тошинори внезапно понял, что он остался держаться за дверцу машины. Упомянутая машина остановилась с быстрым визгом шин, когда г-н Нагамаса понял, что что-то пошло не так. Нагамаса вышел из машины, сбитый с толку и обеспокоенный. Люди смотрели. Эджшот смотрел, наклонив голову. И Тошинори чувствовал, как румянец ползет по его шее, когда он начал нервно потеть. "Я здесь…" После нескольких секунд неловких объяснений, извинений, закручивания металла на место и немного большего его скручивания, чтобы убедиться, что он останется на месте, пока они не смогут его починить в ближайшей автомастерской, нескольких автографов и моментов фотографирования, Всемогущий наконец смог поговорить со своим коллегой из Топ-10 Героев в относительном мире, стоя на тротуаре. "Ну". Эджшот пожал плечами. "Ты явно хотел поговорить со мной, так что вот я здесь". Всемогущий кашлянул. "Кхм. Да, ну, как ты, конечно, знаешь, стажировки в UA начинаются сегодня, и студент, которого ты пригласил, принял твое предложение". Эджшот кивнул. "Ах да, Мидория Изуку". "Ну..." Символ Мира колебался. Как это сформулировать... "По правде говоря, у меня есть некоторая слабость к молодому Мидории. Мне просто интересно, что ты планировал охватить и расширить во время этой стажировки. Как его учитель, я подумал, что было бы благоразумно узнать". «Я планировал помочь ему с основами начала помолвки, и, возможно, если будет время, с некоторыми следственными работами, но в основном с использованием его причуды». Герой-ниндзя ответил, закрывая видимый глаз. «На самом деле, если бы вы могли предоставить информацию о том, как работает его причуда, это определенно значительно ускорило бы процесс». Он снова открыл этот глаз, хотя у Тошинори было ощущение, что его другой, скрытый за седыми волосами, был прикован к нему. «Я планировал в первый день или два разобрать и проанализировать причуду и то, как она работает. Возможность быстро разобраться с этим, безусловно, позволит ему извлечь максимальную пользу из двух недель со мной. Затем мы бы усовершенствовали ее, изучая уроки и, возможно, немного детективной работы». Всемогущий попытался не покрыться холодным потом. «Ах, да, я...» Оправдание в том, что он ничего не знает о причуде Мидории, поскольку его хаотичный мозг быстро понял, что: A) Он был его учителем, поэтому он должен знать. B) Он уже признался, что испытывает слабость к мальчику, так что это должно быть применимо вдвойне. и C) Даже если бы он не знал, у него был бы доступ к файлам, так что... «Ну...» Он пережевывал свои слова, пытаясь найти лучший способ проговориться, не опрокинув весь контейнер. «Из того, что мы можем различить, причуда Мидории позволяет ему запасать немного энергии. Но количество, которое он запасает, слишком велико для его тела, чтобы справиться прямо сейчас». «Вот почему он ломает себе кости», — закончил Эджшот. «Интересно. Тем не менее, его физическая сила и скорость намного выше, чем у большинства его одноклассников, так что он должен контролировать, сколько этой запасенной энергии он использует. Действительно, очень интересно». Его рот изогнулся в улыбке под маской, когда он встал. «Спасибо, Всемогущий, но я думаю, мне пора идти, Мидория прибудет завтра, и я хочу убедиться, что его размещение готово». «П-подожди». Позвал Тошинори, его рука протянулась вперед, чтобы остановить любопытного героя-ниндзя. «Почему ты выбрал его? Из всех учеников. Сына Эндевора. Паркера. Сиодзаки. Почему молодого Мидорию, если можно спросить?» Эджшот долго и бесконечно смотрел на него. Он слегка усмехнулся. «Ты ведь не думал, что ты единственный, кто может питать слабость к тому, кто тоже может стать героем, Всемогущий». Яги замер. Открытый глаз Эджшота изогнулся в улыбке. «Мне действительно пора идти. А ты выглядишь так, будто тебе нужно починить дверь». Тошинори повернулся, посмотрел на едва держащуюся дверь, прежде чем обернулся, и Эджшот уже исчез с тротуара. Как только они оказались в квартале или двух от места своего разговора с Эджшотом, Яги позволил себе сдуться с облегченным вздохом, полосатый костюм снова повис на его скелетном теле. Медленно, окно, отделяющее его от Нагамасы, начало опускаться, и Яги поморщился, встретившись глазами с Нагамасой через зеркало заднего вида. Ты должен мне дверь, Яги-сан». Всемогущий кашлянул в руку, чувствуя, как смущение снова заливает его лицо. «Извините, Нагамаса-сан. Мое агентство покроет расходы». «Хмм». Как по команде, машина повернула за угол и врезалась в выбоину, движение заставило металл застонать и сместиться с креном, что позволило двери опасно качнуться, прежде чем успокоиться. Бросив на дверь подозрительный взгляд, Тошинори снова перевел взгляд на Нагамасу, съёжившись, когда мужчина снова поднял стекло. Герой номер один вздохнул. «Это касается и шин...» Это была хорошая часть мелочи в трубу. Тошинори повернулся, чтобы посмотреть в окно, наблюдая за людьми, идущими по своим делам. Было приятно видеть людей в мире, это было напоминанием о том, чего ему удалось достичь. То, за что он так упорно боролся последние несколько десятилетий. Эндо Уорд был в нескольких минутах езды, и поэтому Тошинори занялся своим телефоном. Новостной цикл наконец-то перешел от спортивного фестиваля в целом, но все еще были фотографии тут и там, в основном студентов третьего курса, которые должны были скоро закончить учебу и стать последним поколением героев для мира, многие глаза были прикованы к «Большой тройке» UA, каждый из которых показал выдающиеся результаты в своих собственных правах и закончил на первых трех местах в турнире. Он задавался вопросом, как будут выглядеть новости через два года, когда молодой Мидория собирается закончить учебу. Он уже добился больших успехов в освоении «Один за всех». Еще через два года или даже через год, кто знает, чего он достигнет? Преемники всегда были лучше своих предшественников. Прокручивая различные вкладки и уведомления в социальных сетях, Тошинори позволил своим мыслям блуждать, пока шум машины и даже скрип двери рядом с ним не исчезали из его сознания. Наконец, как он заметил периферийным зрением, Нагамаса съезжает с пандуса, Тошинори оторвался от маленького экрана и снова обратил внимание на свое окружение. Наконец, он увидел приближающееся здание, всего в квартале от него. Надуваясь до размеров неукротимого Всемогущего, Тошинори улыбнулся, когда Нагамаса подъехал к обочине. Прямо перед ними было что-то похожее на склад перед гигантским куполообразным стадионом. Осторожно открыв последнюю оставшуюся дверь, Тошинори вышел из машины, подошел к двери Нагамасы и постучал в окно. Спуская его, он сказал своему относительно новому водителю. «Десять минут максимум». Кивнув один раз, Нагамаса переключил передачу и поехал, чтобы найти место для парковки в другом месте. Сделав вдох, что не совсем не похоже на то, как он собирался с духом, когда собирался ввязаться в драку, Тошинори направился в Агентство. Он открыл дверь. «Привет! Потому что я здесь!» Его гулкий голос напугал маленькую каштановолосую секретаршу, довольно эффектно. Она подпрыгнула на своем месте, какая-то папка выскочила из ее пальцев, прежде чем ее руки попытались ее поймать. «А-всемогущий!?» Ее уши навострились, а ее пушистый енотовый хвост был напряжен и поднят. Отчетливый звук гантелей и гантелей, ударяющихся об пол, разнесся по комнате, прежде чем он увидел Мирко, стоящего у края дверного проема в спортивном бюстгальтере и спортивных штанах, блестящую от пота. «Какого черта ты здесь делаешь?» — спросила Герой-Кролик, даже не заботясь о том, что величайший герой мира находится в ее вестибюле. «Ха-ха. Я просто пришла поговорить с тобой о Молодом Паркере!» Глаз Усагиямы дернулся, а уши сложились. «Я уже обещала, что сделаю это!» — сказала она, нахмурившись. «Мне не нужно, чтобы ты крутилась у меня над плечом, как наседка». Его голубые глаза нашли ее красные. «Ты обещала, что сделаешь это. Но ты никогда не обещала сделать все возможное, делая это». Темнокожая женщина закатила глаза, прежде чем подойти к нему, сердито глядя, когда она уперла руки в бедра. «Если ты не доверяешь мне сделать это прямо сейчас, то зачем спрашивать? У меня наверняка есть дела поважнее, чем объясняться посреди тренировки». «Не пойми меня неправильно». Он поднял руки в успокаивающем жесте, прежде чем положить их на бедра. «Я знаю, что если ты обещаешь что-то сделать, ты это сделаешь. Вот такая ты женщина. Но ты не имеешь никакого отношения к Молодому Паркеру, и нет причин прилагать дополнительные усилия в том, чего ты изначально не хотела делать. Я бы не стала тебя винить, учитывая твои обязанности. Оказание мне услуги не... приоритет. Я здесь, чтобы попросить тебя дать мальчику немного больше шансов и немного больше времени и усилий, чем то, что «строго необходимо», и я знаю, что он будет соответствовать даже твоим высоким стандартам». Его фирменная улыбка стала шире и ярко засияла. «Я могла бы просто солгать». Она сказала. «Сказать тебе то, что ты хочешь услышать». Он улыбнулся. «Теперь, когда я знаю, что ты этого не сделаешь». Долгое мгновение Мирко смотрела на него, прежде чем фыркнула. «Тц. Тебе повезло, что ты мне нравишься». «Действительно». Символ Мира рассмеялся. «Я видел, что ты делаешь с людьми, которые тебе не нравятся». «Господин Всемогущий, сэр», — секретарь-тануки, который был на голову ниже и без того невысокого Мирко, подбежал со стаканом воды. «Воды?» «Спасибо, юная мисс! Не возражаете, если я сделаю!» Он просиял, наклонившись, взял стакан и начал пить. Усагияма скрестила руки на своей полной груди и украдкой посмотрела на него. «Так этот ублюдок — твой тайный американский ребенок любви или что-то вроде того, что говорят в интернете?» Тошинори выплюнул воду, к счастью, жидкость выплеснулась на голову Мирко, когда он захлебнулся. «Что!?» Мирко пожал плечами. «Я решил спросить. Американский парень с суперсилой, и ты дергаешь за все ниточки, чтобы он поступил в U.A. в тот же год, когда начинаешь преподавать, даже проделав весь этот путь в Эндо, чуть ли не распевая ему дифирамбы…» Она вопросительно посмотрела на светловолосого титана. «Интернет наконец-то откопал что-то реальное о тебе или это очередной таблоидный бред?» «Аааа, я... эээ... последнее». Он мог видеть логику связи, но... боже мой, он не был в Штатах почти двадцать лет. Чистая математика сделала бы это невозможным, разве люди не видят этого? С другой стороны, Паркеру лет пятнадцать-шестнадцать. Он понимает, почему люди могут устанавливать такую ​​связь, по крайней мере, те, кто склонен к теориям заговора. Он понял, что произнес последнюю часть вслух, когда Мирко ухмыльнулся. «Не позволяй своей «математике» и логике помешать хорошей истории, Всемогущий. А теперь, если ты меня извинишь, мне нужно вернуться к тренировкам». Она немного покачала головой. «Отправляюсь на патрулирование в течение следующих нескольких дней по Центральной Японии, прежде чем вернуться сюда». Затем она обернулась, помахав в ответ, и пошла внутрь здания. Ну, ему придется поверить ей на слово. Всемогущий попрощался с секретарем и вернулся к машине. Последние несколько дней были для Бакуго Кацуки размытыми. Иди в школу. Поешь. Возвращайся. Иди в свою комнату. Ложись в кровать. Спи. Повтори. Этот чертов Деку наконец-то сдержал свое слово и оставил его в покое. Слава богу. Прямо сейчас Кацуки хотел, чтобы неделя закончилась. Айзава сказал, что в ближайшие несколько дней их класс будет заканчивать кое-какие школьные дела и готовиться к стажировкам. Ну, большинство из них будут. Паркер. Деку. Все. Он даже не потрудился заполнить формы заявлений. В чем вообще смысл? Кому вообще нужен такой неудачник, как он? Поэтому он их проигнорировал. Он продолжал смотреть в свой телефон, лежа в постели после дня в школе. Просмотр новостной статьи на телефоне заставил его выдохнуть. «Следующее поколение героев! Ждет ли следующий Всемогущий своего часа? Или «Всемогущий»? Что мы знаем о новичке Foreign Ace Питере Паркере и блестящих старших суперзвездах Тогате Мирио, Амаджики Тамаки и Хадо Неджире!» Твоего имени там нет. Теперь ты просто чертова сноска». Кацуки подумал, закрывая глаза. «Давай... давай...» Сделав глубокий вдох, он снова открыл их, уставившись на свои ладони и вызывая пот на поверхности кожи. Ничего. Пот не воспламенился, и Кацуки просто уставился на свою открытую ладонь, глаза его были пусты. Почему он выбрал Юэй? Почему он не пошел в Сикецу или Кетсубуцу? Зачем ему нужно было целиться так высоко, что он обжегся? Он никогда не станет сильнейшим. Не с Тодороки. Или трахнуть Деку. И особенно Паркер и его поражение на глазах у всего мира. "Зачем ты спас меня, Всемогущий... зачем...!" - процедил он сквозь зубы, сжимая простыни. В дверь постучали, прежде чем он успел еще глубже зарыться, и Кацуки поднял голову. "Я спущусь к ужину". Сказал он строго и громко, переворачиваясь и отворачиваясь от двери. «Кацуки». Это была мама, когда она открыла дверь. «У тебя гость. Пошли». Кацуки выдохнул носом, когда он оглянулся на мать, с которой он разделял свои черты. Красноглазая блондинка нахмурилась, но он мог видеть эти глаза сочувствия, смотрящие на него. Больше жалости. «Кто это?» — сухо повторил он, вылезая из кровати, все еще в своей школьной форме. «Неважно, кто это! Он только что пришел и хочет поговорить с тобой. Так что перестань грубить и спускайся», — сказала Мицуки, скрестив руки на груди. «Пошли, не заставляй его ждать».                                                                                    «Я иду, я иду…» — проворчал Кацуки, когда он выбежал, проходя мимо Мицуки, его глаза оставались прикованными к полу. Кто бы потрудился прийти сюда? «Ну-ну», — раздался глубокий голос, голос, который Кацуки узнал только по новостям. Он поднял голову, спускаясь по лестнице. «Ты действительно в плохой форме, не так ли?» Он был высоким, массивным, даже когда сидел на диване. Одетый в костюм и плащ с изображением косатки. Сакамато Куго, банда косаток, сидел там, а его отец Масару Бакуго сидел напротив него. Глаза каштановолосого мужчины загорелись при виде своего единственного сына, когда он жестом пригласил Кацуки сесть рядом с ним. «Банда косаток?» — выдохнул Кацуки, широко раскрыв глаза. На журнальном столике перед ним лежал его лист героя, который он забыл подписать. Герой косаток указал на диван. «Пожалуйста, садись». Мальчик моргнул, не зная, как реагировать. Через мгновение его ноги начали двигаться, почти как робот, если честно, и он сел рядом с отцом незадолго до того, как мальчик почувствовал, что его мать села рядом с ним. «Ты так и не заполнил форму Геройской стажировки». Орка поднял бровь, как бы это ни было назвать бровью кита. «Интересно, почему?» «Подожди, ты не заполнил это, Кацуки?» — удивленно спросила Мицуки, глядя на сына. Блондинка поникла, глядя в пол. «Неважно». Он пожал плечами, уставившись на их нынешнего гостя. Он чувствовал, как все тело его матери напряглось, словно натянутая тетива, готовая вот-вот вырваться и отпустить. «Ладно, хватит этой хандры!» «Деа-» «Нет! Мы попробовали сделать по-твоему, дав ему пространство!» — крикнула она мужу, сидевшему напротив нее, который съёжился под ее голосом. «И он на чертовом-» Каким-то образом перепончатая рука Ганга Орки, потянувшаяся вперед и поднявшая набор бланков заявлений, издала достаточно звука, чтобы перекрыть чрезвычайно громкий голос его матери. Держа стопку в руке, Герой прочистил горло. «Учитывая, что у него нет никаких возражений, если вы двое согласитесь, я приму его заявку на стажировку». «Н-ну». Сказал Масару, благодарный за возможность отвернуться на мгновение от стиснутых зубов жены и едва сдерживаемой ярости, когда он поклонился в знак уважения. «Мы благодарны за это внимание и возможность, и мы...» «В чем подвох?» Мицуки резко вмешалась, когда ее муж поморщился. «Не все, тем более профессиональные герои, приходят на личный визит домой, особенно когда их электронное письмо игнорируется». «Действительно, не приходят». Сакамото ответил кивком головы. «Друг спросил, я ответил, все довольно просто». Кацуки усмехнулся, снова привлекая внимание троих взрослых. "Тц. Так ты даже не хочешь меня для себя. Просто потому, что кто-то попросил тебя заняться благотворительностью". "Кацуки, ты не..." Прежде чем слова успели вырваться из уст отца, Ганг Орка встал со своего места, и впервые Бакуго смог оценить, насколько огромен Герой, он был выше Всемогущего. "Благотворительность - для слабых и ленивых, и у меня нет ни времени, ни желания вознаграждать их, даже друзей, которые вежливо просят". Ганг Орка прорычал. "Ты не такой уж и никчемный; ты занял второе место на спортивном фестивале, и твои оценки - в верхнем процентиле твоей оценки, но я не буду нянчиться с тобой и успокаивать твои обиды". Он слегка посмотрел вниз. Повернув голову, Герой кивнул, по одному разу обоим своим родителям. «Предложение на столе, если вы его примете, Бакуго-сан, я жду вас в моем агентстве ровно в восемь утра в понедельник». Он полез в пиджак и положил визитку. «Мой адрес указан здесь. Поскольку это срочная работа, вам придется самостоятельно оплатить проезд до Нагасаки, если вы его примете. Если вы это сделаете, мое агентство оплатит вам еду, комнату и питание, пока вы работаете под нашим началом. Я не буду звонить, я не буду преследовать тебя после того времени в понедельник. Появись, или будешь отправлен туда, где, как ты считаешь, твое место». Он зарычал, его красные глаза пронзительно и пронзительно смотрели на блондина. Кацуки поморщился, отвел взгляд, закрыл глаза, сжав кулаки. Он этого не заслужил. Никто не должен беспокоиться о том, чтобы сходить с их пути... не для такого неудачника, как он! Не для-                                                                    «Бакуго». Он поднял голову, красные глаза посмотрели в красные, когда Gang Orca посмотрел на него сбоку. «Ты выберешь лечь и раствориться в тени после одного поражения?» Он повернул голову, глаза были твердыми, как сталь, и он уделил ему все свое внимание. «Или ты поднимешься, будешь сражаться и станешь героем, которым всегда хотел быть?» Сказав это, Герой-убийца-кит низко поклонился матери, а затем отцу. «Мисс и Мистер Бакуго. Спасибо, что уделили мне время». И все, что смог сделать его отец, — это встать достаточно быстро, чтобы проводить его до двери. Следующие несколько дней пролетели в мгновение ока, к счастью, и Питер прибыл на станцию ​​Мусутафу вместе с остальными учениками класса А, все они теперь стояли во дворе. «Хорошо, у всех есть костюмы, верно?» — спросил Айзава, осматривая своих учеников, стоящих перед ним, все они несли свои чемоданы, рюкзаки и специальные кейсы с костюмами. Питер посмотрел на своего маленького, нежно похлопав его, когда его маска и костюм были готовы к запуску. Он дважды проверил его, трижды проверил, чтобы убедиться, что все системы в порядке. Они были в порядке. «Хорошо». Он закрыл глаза и шикнул на детей. "Будь там веди себя наилучшим образом. Ты представляешь UA, ты же знаешь. Ты будешь полностью сосредоточен на герое, с которым работаешь в течение следующих двух недель. Не упусти эту возможность. Иди и делай добро". Он повернулся и ушел, засунув руки в карманы, а Питер вздохнул. «Это будет круто! Не могу дождаться!» — прощебетала Хагакурэ, махнув рукой. «Согласна. Должна сказать, я не могла сомкнуть глаз прошлой ночью в предвкушении». Сёдзи добавил из одной из своих рук. «Я спала как младенец. С другой стороны, это помогло мне провести большую тренировку». Киришима ухмыльнулся, сгибая руку, увидев Токоями, идущего впереди него. «Эй, мужик, ты направляешься на Кюсю? Это в южной части станции. Там находится Hawks». «А, спасибо». Ответил мальчик с птичьей головой. «Ты тоже взволнован?» — спросила Карен ему на ухо. Питер пожал плечами. «Вроде того. Я имею в виду, я работала с героями раньше. Но я никогда не работала с ними в рамках школьной программы. Это все еще немного сюрреалистично, понимаешь?» Питер ответил, глядя на различные экраны и электронные рекламные щиты, на которых демонстрировались различные объявления от модных вещей Uwabami до рекламы бытовой техники Wash. И никто не моргнул глазом или не сказал ехидного комментария о сопутствующем ущербе. Так было в его мире с Мстителями с Нью-Йорка, и это усилилось с округом Колумбия и каждым последующим инцидентом. Особенно в Соковии. Теперь на каждом углу был Соколиный глаз, а в каждом городе — Халк, Железный человек и Капитан Америка. «Действительно. Коммерческие супергерои, со множеством законов и правил, которые наш мир мог бы использовать. В любом случае, я уверен, что тебя примут достаточно хорошо, если ты будешь продолжать в том же духе, Питер». «Ценю это». Питер ответил с улыбкой, увидев Момо, стоящую в его периферийном поле зрения, наклонив голову. «Вы разговариваете по телефону?» — спросила она по-японски, и американец оживился. «О! Э-э, спасибо, мисс Карен, я обязательно запомню это!» — сказал Питер по-английски с ухмылкой, постукивая по наушнику. К счастью, ИИ понял, так как почувствовал вибрацию внизу и увидел значок поднятого вверх большого пальца. Молодец, девочка. «Просто разговаривал по телефону с моим э-э-э, консультантом по иностранным вопросам. Планирую планы, все такое крутое». Он ответил по-японски. «К консультанту по иностранным вопросам? Хм… Я не посвящен в программу обмена студентами и весь процесс, так что ты знаешь больше меня в этой области». Черноволосая девушка задумалась, скрестив руки на груди. «Так ты едешь в Эндо Уорд, да? Это на другой стороне Токио». «Ага. На поезде ехать долго». Питер потянулся. «Где Ёёй Муша?» В этот момент Момо хихикнула, приложив пальцы ко рту. «О, это Ёрой Муша, Питер-сан». Она улыбнулась, и Питер почувствовал себя глупо, испортив имя Профессионального Героя Мирко 🐇. «Что касается Муши-сана, он живет в округе Коросанто, так что, к счастью, это недалеко. Мне просто нужно сесть на автобус. Должен сказать, Питер-сан, когда я об этом подумал, то выбор Мирко был мудрым выбором».                                                                   «Правда? Эммм, я знаю, что она Герой-Кролик и очень сильна». Питер скрестил руки, ломая голову над дополнительной информацией о ней. «О, и что она не часто бывает рядом с Эндо. Например, она ездит по стране, раскрывая и останавливая преступления по пути. Так что... она как автостопщик?» — предположил Питер, жалея, что не разглядел ее получше. Карен пока молчала, так как не была уверена, как ей ответить во время разговора. "Правда? Я думала, что ваши наборы сил довольно похожи с точки зрения универсальности. Хотя странно, что Мирко рассылает предложения о стажировке". Она задумчиво подперла подбородок.                                                                   «Я нечасто слежу за героями, но она входит в десятку лучших, но у нее нет помощников в агентстве, учитывая ее бродячий стиль героизма». Она положила руки на бедра и улыбнулась. «Полагаю, учитывая твое выступление, ты действительно произвел на нее впечатление». «Хе, да, я уверена». Питер посмотрел в сторону, понимая, почему он должен был выбрать ее, а не других. Конечно, ему нужно было просмотреть тысячи писем, так что в некотором смысле он был благодарен директору Незу и Всемогущему за помощь, но ему бы хотелось узнать, какие еще предложения он получил. «Я слышала, что Ёрой Муша тоже входит в десятку лучших. Что ты планируешь?» «Надеюсь, я смогу многому у него научиться. Советы по героизму. Боевые приемы. Намеки на совершенствование причуд. И все это может быть только вершиной айсберга». Момо закрыла глаза.                 «Я стала сильнее с тех пор, как поступила в U.A., но я чувствую, что мне нужно стать еще сильнее. В конце концов, ты установил такую ​​высокую планку для всех». Она повернулась к нему, ее обсидиановые глаза сияли. «Мне нужно повысить свою игру». «Я знаю, что ты сможешь». Питер кивнул, пряча руки в карманы. «У тебя все получится, Момо-сан. Не думай, что тебя нужно подгонять; просто иди в своем темпе. Жизнь слишком коротка, чтобы торопить события. Тебе не обязательно быть в первой десятке или... чем-то в этом роде с самого начала». Он пожал плечами, ухмыляясь, вспоминая слова мистера Старка. Ну, в какой-то степени. Он перефразирует. «Полагаю, если говорить проще, прежде чем я потеряю всякий смысл, просто будь тем самым героем, которым ты хочешь быть!» Она моргнула, прежде чем хихикнула. «Я ценю твои слова». Она опустила взгляд, глубоко задумавшись. «Питер». Она заговорила по-английски, когда Питер оживился. «Я... заметила, что в последние несколько дней ты выглядел немного подавленным». Питер отвернулся. Черт, неужели это было так очевидно?            «Что-то не так?»                                                                 Питер глубоко вздохнул, почесав затылок.     «Эммм... у нас с другом были... разногласия по некоторым вопросам». Он не мог просто так начать пускать слухи. Он и так чувствовал себя ослом. В школе Пони даже не смотрела на него, когда они несколько раз проходили мимо друг друга. Он не мог ее винить. «Понятно, мне жаль это слышать. Надеюсь, дела пойдут на лад». «Ты и я оба». Питер подумал. «Не о чем беспокоиться, не парься». Он снова посмотрел на нее, увидев, как другие ученики класса А были заняты общением перед прибытием поездов. Он увидел, как Урарака и Мидория убежали вслед за Иидой. «Эй, Дружище!» Питер почувствовал, как его обнимают за плечи, когда он посмотрел на красно волосого Киришиму, он ухмыльнулся ему. «Говорим о твоих стажировках?» «Э-э, да, говорили». — ответил темноволосый парень. Момо выглядела смущенной, отводя взгляд. «Ты рада работать под началом этого парня из Четвертого вида?» «Могу поспорить, и когда я вернусь, я знаю, что буду сильнее, чем когда-либо!» Он бросил на Питера вызывающий взгляд, указывая на грудь своего одноклассника. «Когда мы снова встретимся лицом к лицу, я буду тем, кто одержит победу!» «Тебе лучше встать в очередь, я думаю, Сато-кун уже заявил права», — ответила Момо, и Эйдзиро оживился. «О, да, вы двое сражались в Турнире!» Он ударил кулаком по открытой ладони. «Тогда я заявлю на его заявку и поборю его как мужчина с мужчиной! Победитель получает тебя!» «Это просто странно звучит. Так работают соперничества?» — спросил Питер. «Все еще две недели на стажировки? Я имею в виду, мне нравится геройская работа, но промежуточные экзамены всего через неделю после всего этого, верно?» Эйдзиро сменил тему, глядя в землю. «Я действительно надеялся немного поучиться. Я просто еле-еле справляюсь с некоторыми из своих занятий». «Если это помощь с учебой, я уверен, мы сможем что-нибудь придумать», — предложил Питер, с удовольствием говоря больше о обычных школьных вещах, а не о соперничестве и драках. «Да! Мне нужна помощь с математикой, и учителя всегда вызывают тебя, чтобы ты решил уравнение, которое я, Каминари или Хагакурэ не смогли решить!» Эйджиро ухмыльнулся, подпрыгивая на ногах. «Ты как математический волшебник! Как и ожидалось от Эйса!» «И мне нужна помощь с нормальным японским и каллиграфией». Питер рассмеялся. «Я имею в виду, что я могу нормально говорить и нормально писать, но у меня есть некоторые проблемы с мелочами. И с историей». Боже, какая отстойная история. История, которую он когда-то знал… была буквально древней историей! Как война 1812 года и покупка Луизианы! «Тогда почему бы нам не создать учебную группу?» — предложила Момо, сияя. «Каждый день после школы мы можем собираться у меня дома и пользоваться кабинетом моей семьи. Я буду рад помочь». «Это потрясающе!» Эйдзиро сиял, потрясая кулаком. «Боже, теперь я могу спать спокойнее, думая об этом!» Он отделился от Питера. «Так что, нам сейчас следует сосредоточиться на наших стажировках. Нельзя заглядывать слишком далеко вперед на дороге, иначе мы пропустим выбоины!» «Это из печенья с предсказанием?» — с усмешкой спросил Питер, пока рыжий собирал свои сумки. «Нет, мне так папа сказал. Щенок, мой поезд отправляется в десять. Нам лучше поторопиться. Увидимся в чате и через две недели!» Эйджиро помахал рукой, и все начали расходиться. Эта серия расставаний оставила Питера и Момо одних, когда они оглянулись друг на друга. «Итак… Учебная группа?» «Э-э, да». Момо кивнула, сложив руки на животе. «Я думаю, что в интересах всех, кого мы пригласим, будет разделить роли. Я займусь японским, каллиграфией и историей. А ты займешься математикой и естествознанием». «Есть два предмета по естествознанию, так что предоставь это мне». Питер ухмыльнулся, протягивая руку. «Мы старосты класса. Мы должны заботиться о нашем, ну, классе». Момо просияла, и Питер почувствовал, как ее мягкая шелковистая рука пожала его собственную. «Хорошо сказано. Мы поддержим наших одноклассников…» Она замолчала, словно желая что-то еще сказать, ее щеки слегка порозовели. «Вместе в будущем. Но сейчас давайте станем лучшими героями!» «Ты понял». Питер слегка поклонился и повернулся, собирая свои вещи, увидев, как черноволосая красавица сделала то же самое. «Увидимся, Момо-сан! Расскажи мне, каково это — под Мушей!» «Ты тоже!» Момо помахала рукой и ушла, слегка подпрыгивая, пока Питер собирал свои вещи и шел в центральное крыло станции. Там он сядет на поезд до отделения Эндо. «Кажется, вы с этой девушкой довольно сердечны», — размышляла Карен ему на ухо. «Мы старосты классов. Мы работаем вместе». Питер грустно рассмеялся. «Тогда тебе придется рассказать мне все подробно в поезде». «Сделаю».