Clock of Destiny

В покоях фараона стояла тишина. В углах возвышались высокие светильники, освещавшие комнату. За массивным столом, вырезанным из слоновой кости, восседал Чонгук. Подперев рукой голову, он неспешно выводил изящные иероглифы на папирусе, подписывая документы. Внезапно эту тишину разорвал звук громко распахнувшихся дверей. За ними показался знакомый силуэт. Внутрь ворвался вне себя Тэхен, забывший о всех правилах дворца, войдя без дозволения. Подняв глаза лишь на миг, Чонгук продолжил писать. Такому поведению он не был удивлен, он ожидал такой реакции на свой указ. Хоть Тэхен и кажется спокойным и послушным, на деле же он являлся полной противоположностью этим качествам. Это Чонгук понял, еще только увидев его впервые, чем и привлек Тэхен его интерес. Услышав указ о его назначении наложником фараона, Тэхен немедля отправился к Чонгуку, не веря, что он мог такое сделать, надеясь, что все это окажется ошибкой. Он знал, как Тэхен хочет покинуть дворец и как он был рад возможности вернуться домой. Минуя стражу, Тэхен ворвался в покои Чонгука. Слуги, увидев его гнев, испуганно отступили. Двери распахнулись, и Тэхен увидел Чонгука, сидящего за столом. В его глазах читалась усталость, но при виде Тэхена в них вспыхнул огонек. – Это правда? – выпалил Тэхен, не давая Чонгуку возможности что-либо сказать. – Ты действительно провозгласил меня своим наложником? После всего, что я тебе говорил? Чонгук молча смотрел на Тэхена, и эта тишина обжигала хуже слов. Он медленно поднялся с места и подошел к Тэхену. – Да, это самая настоящая правда. С этого дня ты мой наложник. Я понимаю, ты достоин большего. Не переживай, со временем я сделаю тебя своим мужем, и ты станешь вторым правителем этих земель, – прошептал он, коснувшись его щеки. Тэхен отшатнулся, словно от тока. – Псих! Ты знал, как я жажду свободы, как мечтаю уйти отсюда! Ты знаешь, как сильно я этого хотел! – Его голос дрожал от обиды и злости. Он больше не видел в Чонгуке того человека, которому доверял. Перед ним стоял фараон, властный и непреклонный, готовый пожертвовать его желаниями ради собственных целей. – Ты слишком важен для меня. Лишь сделав своим, ты не сможешь уйти. Я знаю, это эгоистично, но я не могу по-другому, иначе ты уйдешь, и я больше не увижу тебя. Поэтому мне пришлось идти на крайние меры, – он притянул Тэхена к себе, пытаясь обнять и успокоить, но тот оттолкнул его с силой. – а как же мое мнение? Ты не подумал о том чтобы прежде спросить меня? Ты ведь понимаешь мы будем оба несчастны до конца своих дней. Насильно мил не будешь. Ты отнял мою мечту, заперев здесь навеки. Думаешь, я смогу простить тебя после этого? – Тэхен смотрел на него злым взглядом, хотя в глубине души хотелось расплакаться. – Не сможешь, я знаю. Но я также знаю, что то, что я сделаю сейчас, ты мне тоже никогда не простишь. Помню, ты рассказывал, что часы – единственное напоминание тебе о доме, ты их носишь не снимая. Наверняка они сейчас при тебе, не так ли? Сорняки всегда нужно вырывать с корнем. Стража! По зову правителя внутрь вошли двое стражников, стоявших все это время за дверями. – Обыщите и найдите у него часы! По приказу фараона они схватили Тэхена под руки. – Отпустите меня немедленно, Чонгук, сукин ты сын! Не делай этого! Тэхен пытался вырваться из рук стражи, но те были сильнее его. Найдя часы в карманах, поклонившись они отдали их фараону и вышли из комнаты. Тэхен всегда вспоминал о дедушке, глядя на эти часы. Они напоминали, что у него есть близкие люди, как дедушка, которые любят и ждут его. Часы были единственной ниточкой, связывающей его с прошлой жизнью. – Не делай этого, Чонгук, я прошу тебя! – Тэхен смотрел на Чонгука с мольбой. Он не боялся смерти, но боялся забыть. Забыть свою семью, свой дом, свою жизнь. — Прости меня, Тэхён, но для меня ты стал самым настоящим дурманом, затуманивающим сознание. Я зависим от тебя, ты слишком полюбился мне, без тебя я уже не смогу жить как прежде, поэтому тебе лучше навсегда забыть о своем доме и свободе. В глазах Чонгука горело безумие, но сильнее него была любовь к Тэхёну. Он понимал, что Тэхён не простит его, пускай ненавидит, главное — он будет с ним. Кинув на пол часы, Чонгук безжалостно растоптал их, вместе с ними растоптав душу Тэхёна. Теперь тэхен не сможет вернется домой, застряв в прошлом навсегда. — Отныне ты моя собственность, а дворец — твой дом. Со временем ты это примешь, а свобода — это лишь иллюзия, её не существует. В глубине души Чонгук ненавидел себя за это, но теперь Тэхён принадлежит ему, хоть и сломанный, но его. Чонгуку и этого достаточно, плевать какими методами. Со временем он постарается залечить эту рану своей любовью, хоть шрам и останется в сердце Тэхёна навсегда.