Сбивая чёрным сапогом, с травы прозрачную росу

      Утренние лучи солнца медленно ползли по длинным коридорам барака, который стараниями солдат был превращён в казарму. По две стороны от входа расположились ровные ряды старых кроватей, на которых спали молодые разведчики. Скоро по распорядку подъём и физические занятия. Такие строгие рамки, в которые, поместили юношей и девушек впитывались в их естество с потом, тихими слезами после отбоя и кровавыми ссадинами, которые были яркими примерами изнурительного труда, который не пытались облегчить инструкторы и офицеры.       По деревянному полу раздалось нарастающее цоканье сапог. Обшарпанные деревянные двери, что были единственным заслоном солдатского жилища от внешнего мира, отворились. На пороге показалась высокая фигура в коричневом кителе. На спине по привычке изображены крылья. Среди военнослужащих ходило множество легенд об эмблеме их подразделения. От мечтательно-наивных, которые рисовали крылья как верный признак благородных и милосердных ангелов, до цинично-саркастичных, рисующее крылья как клеймо. Если разведчик, значит смертник.       Высокий молодой мужчина остановился в центре казармы и медленно обвёл взглядом ряды коек, на котором мирно спали солдаты. На потрёпанном сердце проскочила искра сочувствия. Спокойные голубые глаза смотрели на невинные и совсем юные лица девушек и юношей. Старались запомнить их такими. В момент спокойствия и расслабления. Ведь ожесточившиеся, за годы службы, разум прекрасно понимал что после ближайшей вылазке 80% этих лиц застынут в масках боли и предсмертного ужаса. Если конечно, что-то останется. Титану плевать что у солдата есть семья и любимые. Плевать что в раскинувшихся за горизонт ровные шеренги могилах, как правило мало что осталось от солдата. Как правило наиболее уцелевшие останки, хоть как-то уцелевшие в круговерти сражений.       Взглянув на настенные часы, мужчина выдыхает. До подъёма осталось пять минут. Пять минут покоя и гармонии. Затем опять длительные тренировки, занятия с офицерами и опять изнурительные тренировки. С раннего солнца, до позднего вечера у воина-разведчика крайне мало свободного времени. По регламенту и уставу, до пяти часов в день уходит на тренировки и занятия, которые испытывают на прочность тела солдат. Офицеры понимали, что несмотря на все скурпулёзные и суровые тренировки, в реальном бою останется в живых очень мало. Ещё меньше сохранят здравомыслие после того, как они своими глазами увидят как их друзей перемалывают в месиво из крови и мяса, бездушные твари.       Тяжело вздохнув, мужчина громогласно объявил командным стальным тоном. - Рота подъём!       Стоило команде прозвучать, как мирный сон солдат немедленно прервался. Быстро и оперативно юноши разного возраста натягивают казённые белые кальсоны, рубашки, сапоги и кители. Спустя полторы минуты недавняя сонная и взъерошенная толпа, оформилась в ровные шеренги. Фигура, что и стала виновником этого балагана, скупо кивнул, пристально осматривая солдат. Наконец цепкие глаза зацепились за высокого шатена. Верхняя пуговица его рубашки были халатно расстегнута. Кроме того, на воротничке были замечены бурые пятна от смеси пота и грязи.       Высокий блондин остановился у нарушителя. Голубые глаза тут же пронзили суровым холодным взглядом, растерянные зелёные.       - Йегер. Потрудись объяснить мне почему, твоя рубашка выглядит так, словно её вытащили из задницы титана? - Блондин интересуется причиной неряшливого внешнего вида солдата разведкорпуса. Эрен тяжело сглотнул. Осознание своего разгильдяйства, ударило юношу под дых. А ведь Микаса предлагала постирать эту злосчастную рубашку. Но теперь было поздно от досады сжимать кулаки. Эрену оставалось лишь уповать на милосердие сержанта. Однако калейдоскоп сочувствующих и насмешливых лиц сослуживцев, дали понять, что вряд-ли Мария Сина и Роза смилуются над ним.       Эрен сглотнул и ответил дрожащим тоном, желая провалиться под землю от стальных холодных глаз сержанта Тельмана.       - Я..я не могу знать, сэр.       - Виноват. Вчера не постирал.       Сержант покачал головой. Затем всё же вынес вердикт нерадивому солдату.       - Думаю чистка сортиров положительно повлияют на твои знания о гигиене Йегер. - Назначил наказание для Эрена суровый сержант Алексей Тельман. Ветеран который вот уже пять лет служит в разведке. По оценке самого капитана Леви, Алексей является одним из сильнейших солдат, когда-либо выходившие за стены. Его меткий огонь снайперской винтовки, не раз выручали несчастных новобранцев от загребущих лап титанов. Холод, немногословие и жёсткость заслужили страх и уважение среди рядовых. Хотя к сержантам было принято относится как к высокомерным ублюдкам, которые явно наслаждались издевательствами над простыми солдатами. - Так точно сэр. - Обречённо вздохнул Эрен ловя смешки от других, а также сочувствующий взгляд лучшего друга буйного Йегера - Армина Арлерта.             Алексей довольно кивнул. Затем отошёл в сторону, вновь отдал приказ.       - Построились в колонну по два. На тренировочную площадку бегом марш!       Следуя команде сержанта, рядовые тут же оживились и стали формировать поставленную формацию. Спустя минуту топота сапог, солдаты построились. Тельман удовлетворённо кивнул и встав во главе построения, лёгким бегом направился к выходу на плац. За ним последовали солдаты, уже готовые к утренней разминке. Утреннее солнце осветило прямоугольник плаца перед двумя казармами. Одновременно с парнями из противоположной казармы выходили девушки. Среди них выделялась высокая тёмноволосая девушка. Её серые раскосые глаза были спокойными и холодными. Микаса мельком посмотрела на шеренги молодых парней, ища блондинистые и каштановые пряди. Когда же она нашла их хозяев, то девушка позволила себе секундную слабость. На губы наползла маленькая улыбка. Аккерман была рада видеть своих друзей. Однако мимолётная радость растаяла, стоило азиатке увидеть расстроенное лицо Эрена. Не нужно было понять причину столь скверного настроения сводного брата. Микаса, раздражённа ущипнула себя за переносицу. - Глупый Эрен. Я же предлагала ему постирать рубашку. - Прошептала про себя девушка. Микаса старалась помогать и оберегать Эрена. Она уже потеряла две свои семьи. Едва нашла в себе силы чтобы собрать себя по кусочкам, разбитого детства. Не будь Эрена и Армина, девушка и не знала чтобы она делала дальше. Скорее всего бы вернулась в родительской дом и проведя лезвием по венам, отправилась к своим любимым родителям. Другого повода для того чтобы жить в этом мрачном и кровавом мире у азиатки не было. Поэтому девушка так остервенело оберегала своих самых дорогих людей. И ничто ей не помешает защитить их.       Наконец солдаты построились. Фигуры в форме застыли, не смея и пошевелиться. В глубине построения слышались только редкие шепотки особо болтливых солдат. Сержант, заложив руки за спину шагал вдоль построения. Его цепкие голубые глаза смотрели на ещё сонных молодых парней и девчонок. В глубине души, за стальной маской снайпера и сержанта, Алексей проклинал весь этот мир. Такие молодые и юные. Ещё совсем дети, а уже должны бросаться в бой против чудовищ. Каждая вылазка разведкорпуса всегда забирала жизни. При этом не всегда удавалось забирать тела убитых. Тельман никогда не привыкнет, видеть раздавленные мёртвы тела этих юнцов. Их мёртвые глаза и душераздирающие предсмертные крики, уже стали обыденностью снов сержанта. Поля усеянные телами мёртвых солдат, которые смотрят в глаза Алексея и молят их о спасении. А Тельман лишь стоит и молчит. Потому что нечего сказать и ничего нельзя сделать. Остаётся только смотреть и слушать. И сейчас смотря в эти юные и невинные глаза, сержант клялся защитить их. Да только его циничная сторона ветерана, очень сомневается что он сможет сдержать это обещание. Потому что эта безмолвная клятва, произносилась не раз. Сам Алексей уже сбился со счёта. Но сержант всё ещё не готов смириться с реалиями этой войны. Пока он жив и бьётся, у солдат будет надёжное прикрытие. Его пули будут беречь их.       Капитан Леви смотрит за начавшимся занятиями его подчинённых. Голубые глаза смотрят пристально на Йегера, который уже покраснел от первого десятка отжиманий. Внутри вскипало раздражение. И на этого сопливого пацана должно надеется командование? Конечно его сила феноменальна и очень важна для человечества. Одна какой от неё толк, если Йегер не способен даже контролировать своё поведение. Постоянные крики и громкие клятвы, уже порядком утомили Леви. Мотивация сражаться конечно важна. Но у Эрена были проблемы с дисциплиной. Разговоры и приказы не действовали на буйного подростка. Так что сильнейшему солдату приходилось буквально вдалбливать в толстый череп Йегера понятия дисциплины и воинского устав. Порой очень жестоко. Но уж лучше быть побитым чем мёртвым.       Леви сделал глоток и довольно прикрыл глаза. Приятный вкус смеси трав и ягод ласкал язык. Любимый чай всегда поднимал, вечно скверное настроение капитана. Вновь пригубив из чашки Аккерман обратил внимание на однофамилицу, которая вполне успешно поддерживала темп упражнений. Микаса Аккерман безусловно была очень талантливым и перспективным солдатом, если бы не одно но. Одержимость Эреном Йегером. Эта единственная причина и стала поводом для очень напряженных отношений между однофамильцами. Леви явно не нравилось, что Микаса постоянно носиться с Йегером. Её забота порой бывает чересчур избыточной, что не забывает подмечать и сам Эрен. Сама же Микаса смотрела на старшего офицера, как на своего заклятого врага. Всему виной тот злосчастный суд, который едва не отправил Йегера на разделочный стол. Разведкорпуса, благодаря суровой и жёсткой демонстрации Леви, смог убедить командование оставить Эрена в живых. Но с тех пор, Леви постоянно испытывал на себе взгляды полные ненависти и ледяного гнева от молчаливой однофамилицы. - Тренировка окончена! - Объявил Тельман смотря на уставших солдат, которые жадно хватали воздух ртами.       - Отдых десять минут. - Добавил сержант и присел на удачно попавшиеся под руку ящик. Солдаты не теряя времени развалились на плацу утирая обильный пот с лиц. Армин и Эрен разлеглись рядом. Тяжелее всех тренировки давались Арлерту. Мальчик был более маленьким и слабым, но достойно и упёрто продолжил заниматься. - Сегодня уже лучше. - Уставшим, но довольным тоном объявил Армин выдавив довольную улыбку. Йегер фыркнул, но решил не ломать бодрость лучшего друга. В это время к мальчикам подошла Микаса держа в руках две кружки с водой. - Возьмите. - Заботливо протянула чаши Аккерман. Армин благодарно улыбнулся и жадно пригубил холодную желанную воду. - Спасибо Микаса. Ты настоящий ангел!        Эрен же опять фыркнул. - Я не хочу. - Йегер попытался показать сержанту что он может обойтись без воды. Микаса сузила глаза. Упрямство сводного брата очень раздражало девушку. - Эрен тебе нужно попить. - Особенно на такой жаре.       Эрен встал и посмотрел на сводную сестру недовольным раздражённым взглядом. Микаса откровенно выводила его из себя своей навязчивой опекой. Он уже не маленький, почему она этого не понимает? - Я же сказал что не хочу пить! - Уже чуть не кричал Йегер. Подростка окутало накопившиеся раздражение и злость на сестру. Из-за заботы Микасы, многие парни воспринимали его как тупого ребёнка. И теперь сестра позорила его не только перед сослуживцами, но и перед сержантом Тельманом. - Почему ты настолько глухая, чтобы понять одну важную деталь? - Разгорелся Эрен разозлившись. Шатен вскочил на ноги и подошёл вплотную к Микасе сжимая кулаки. - Ты мне не мать Микаса! Ты всего лишь сводная сестра! Так какого чёрта ты постоянно ко мне лезешь со своей заботой? Запомни уже наконец, мы не родные! - Крикнул в лицо Микасы Йегер. А затем ударил по протянутой кружке.       С звоном железная кружка упала на землю, разбрызгав воду. Весь плац застыл в шоке от вспышке Йегера. Армин растеряно смотрел на своих друзей. Микаса же застыла от этих слов. На лице застыла смесь шока боли и неверия. Серые глаза девушки расширились и трепетали от жестоких и болезненных слов любимого человека. Микасе словно в сердце вонзили нож. Причём это сделал её Эрен. Любимый Эрен, ради которого она и пошла в разведкорпус, которого она любила. На душе стало так тоскливо, что хотелось расплакаться и убежать прочь. Но контроль над эмоциями помог Микасе, быстро прийти в себя. Проморгавшись азиатка вновь нацепила холодную маску. Но дрожащие пальцы выдавали реальную реакцию девушки. Испустив вздох Микаса повернулась к сержанту Тельману, который приближался к ним быстрым шагом. - Сэр. Мне нужно отлучиться ненадолго. Прошу прощение! - Сказала девушка холодным тоном и бросив на Эрена взгляд полный боли и муки убежала в казарму. Алексей не стал останавливать Микасу. Смотря на удаляющуюся фигуру брюнетки, Тельман сжал кулаки. - Йегер. - Тихим стальным тоном, под которым кипел гнев, рыкнул сержант. - Ты полный дегенерат. - Затем посмотрев на остальных зрителей этого спектакля, ветеран отдал команду. - Чего уставились идиоты?! Бегом марш в казарму! Солдаты тут же вскочили на ноги и построившись в колонну спешно исчезли в здании, не желая злить сержанта. Тельман же с размаху ударил Эрена в живот. Йегер согнулся и застонал от боли. - Отрезать бы тебе язык, урод. - Посетовал сержант. Затем встретившись взглядами с капитаном Леви, который стоял у окна и внимательно наблюдал за происшествием с самого начала. - Сэр, разрешите мне отлучиться! - Я хочу помочь Аккерман прийти в себя. Леви посмотрев в глаза сержанта, кивнул. - Разрешаю сержант. Как только она успокоиться, приходите оба в кабинет. Алексей благодарно кивнул и бросился туда, куду две минуты назад убежала Микаса. Сержант искренне сочувствовал девушке и хотел помочь ей отправиться от ядовитых слов Йегера. Ведь Алексей сам знал, что слова могут быть сильнее и разрушительней пуль. Особенно, от самых дорогих сердцу людей.