Я тебе никогда не говорила спасибо но сейчас самое время сказать (РЕМИКС)

Аннабель стояла у окна, её тонкие пальцы скользили по холодному стеклу, оставляя едва заметные следы. За её спиной, в полумраке комнаты, Элиза нервно теребила край своей юбки, её глаза горели смесью страха и любопытства. - Чего тебе, мелочь? — голос Аннабель был холоден, как лезвие ножа, но в нём сквозила усталость, глубокая и непреодолимая. - Ты когда-нибудь убивала людей?! — выпалила Элиза, не в силах сдержать свой вопрос. Аннабель резко обернулась, её глаза вспыхнули, как угли в пепелище. — А то, чем мы занимаемся, не убийства? По твоему это игра в куклы?! — она шагнула вперёд, её тень накрыла Элизу, словно крыло хищной птицы. - И сколько ты уже убила?! — голос Элизы дрожал, но она не отступала. - Многих… можно сказать, что кучу народу… — Аннабель усмехнулась, но в её улыбке не было ни капли радости. — И тебя даже совесть не грызёт?! — Элиза сжала кулаки, её ногти впились в ладони. - У меня её нет… — Аннабель отвернулась, её взгляд устремился в темноту за окном. — Но ведь где-то в чертогах твоего разума, должна остаться… — Элиза попыталась дотронуться до её плеча, но Аннабель резко отстранилась. - Элиза… помолчи, пожалуйста… если ты не знаешь… то просто помолчи… ладно?! — её голос дрогнул, и в нём впервые прозвучала мольба. - Тебе очень плохо от этого? — Элиза смотрела на неё, её сердце сжималось от боли. - Тебе не понять, какого это, посиди в той будке как я, полвека, я на тебя посмотрю, как у тебя будет с психикой… а перед этим, переживи подселение демона в тебя, который тобой прикинулся, чтобы родители впустили тебя в дом… — Аннабель замолчала, её дыхание стало прерывистым. Она закрыла глаза, словно пытаясь отгородиться от воспоминаний, которые, как ядовитые змеи, обвивали её разум. Кровь на руках высохла давно, но её запах всё ещё стоял в ноздрях, едкий и сладкий, как испорченный мёд. Элиза смотрела на неё — эту чертовку, которая сейчас тряслась в углу комнаты, сжавшись в комок, словно пытаясь стать невидимкой. — Ты думаешь, я не пыталась?! — её голос сорвался на хрип, рваный, как клочья её же собственной души. Стены комнаты, обшарпанные, с потрескавшимися обоями, будто сжимались вокруг, шепча ей на ухо одно и то же: убийца, убийца, убийца. Дженис. Эта жалкая калека. Она просто открыла шкаф. Просто. Чёртов. Шкаф. — Я из кожи вон лезла, чтобы этого не случилось! — её пальцы впились в волосы, вырывая пряди. — Но кто же знал, что мне уготовано стать… этим? Сны приходили каждую ночь. Лица. Мама. Отец. Их глаза, широко открытые, полные ужаса, прежде чем стекленеть навсегда. — Я не жалею сирот, — прошептала она, облизывая пересохшие губы. — Они сами виноваты Но родителей… родителей она жалела. До тех пор, пока солнце не вставало, и чёрная пустота внутри не напоминала: ты сделала бы это снова. Элиза шагнула ближе, её тень накрыла дрожащую фигуру. — Время меня не пощадило, — голос стал тише, но гуще, как смола. — И тебя… тем более. Слёзы текли по её лицу, но улыбка не сходила. Грубая, кривая, ненастоящая. — Новый день наступит, — прошептала она, проводя окровавленным пальцем по щеке Дженис. — И жалость снова умрёт. А пока… пока она чувствовала тепло под своими пальцами. И это было… приятно.