Огонь твоей души

вспомнить… Я с кем-то пошëл в лес, заблудился, а потом… — Кос, Кос… — гладя тонкие веточки, причитала Веса. — Гуд! Как такое может быть? — Может, стоит спросить у Магды? — подбирая топор, спросил Железный Дровосек. Веса взглянула на него в ужасе. — Ты… С топором… Собрался в деревню? Не надо, тебя убьют или ты убьëшь, и я не переживу ни того, ни другого. Я сама пойду… — Иди… Нет, постой, ты правда этого не делала? — Нет. — И если огонь погаснет, с тобой ничего не случится? — Ничего. — Только, пожалуйста, не ходи к Магде одна. Он довëл Весу до края леса и пообещал ждать еë здесь, сколько потребуется. По дороге, за разговором о последних деревенских новостях, они совсем забыли про огонь, но когда Веса кинулась на прощанье обнять Гуда, то чуть не обожглась. Огонь уже погас, но угли ещë тлели красным. — Я боюсь, — проскрежетал тихонько Железный Дровосек. — Глупенький. — Веса натянула рукав и сама распахнула дверцу печки. — Теперь наклонись. Видишь, ничего не случилось. И она затоптала рдеющие на траве угли.

***

— Веса, девочка, где ты ходишь? У их с тëткой домика толпился народ. — Магде плохо! Веса вбежала в дом. Магда визжала и билась на полу так, что никто бы еë удержать не смог. Еë тело то тут, то там прямо на глазах разрывали длинные раны, словно невидимый огромный зверь драл еë когтями. Соседские парни зачем-то ломали крышу. — Что, что тут происходит? Почему никто ей не поможет? — заметалась Веса. — Ничем тут не поможешь. Зло, что в ней сидело, никак не вырвется, — ответила соседка. — Отойди, девочка, чтоб в тебя не перешло. Наконец в крыше открылась дыра, и нечто, освободившись от тела Магды, с воем унеслось ввысь. Магда последний раз дëрнулась, захрипела и затихла. Люди зашумели, переговариваясь. — Слушайте! — громко заговорила Веса. — Сегодня я ходила в лес поговорить с Гудом!