Её королевское величество

Стук шагов. Раз. Два. Три. Четыре пять. Он прикрыл глаза. Глубокий вдох и шумный выдох. Он сжал руки в кулаки, поджал губы и открыл глаза. Взгляд, полный боли и скорби, устремлён в стену. Пять шагов и она зайдёт. Снова. - Привет, милый, ждал? - мягкий, мелодичный голос. Манящий. Желанный. Он горбится под взглядом внимательных, холодных, пленительных чёрных глаз, - так ждал или нет? Я не слышу ответа. Голос строг. Уже нет той мелодичности и ласки, той нежности, с которой она говорила когда-то. Тогда, когда ей он был ей нужен. - Ждал. Что Вы хотите от меня, госпожа? - он не стал оборачиваться. Лишь сильнее сжал руки, впиваясь короткими ногтями в ладонь. Она коснулась лишь кончиками пальцев его спины, дразнясь. Он прекрасно знал, что она не подпустит ближе. Что держит его при себе, словно верную шавку, пока он нужен и приносит пользу. - Ах, это так радует, так радует! - она тихо рассмеялась и убрала руку, склонив голову вбок, - посмотри на меня. Хочу видеть твой взгляд. Он, борясь с собой, заставил себя обернуться и взглянуть на неё. - Вот и чудно, - мягко улыбнувшись, она сделала небольшой, но осторожный шажок назад, сложив руки за спиной, - знаешь, ты... Стал не такой. Ходишь, будто призрак. Мне это не нравится. - Госпожа, вам действительно есть до этого дело? - в голосе проскользнула сдерживаемая годами грусть, лишь на мгновение голос дрогнул, а его обладатель поджал губы, борясь с собой, чтобы не выплеснуть все эмоции на неё. - Знаешь, а ты прав. Мне нет дела, просто стало интересно, - она рассмеялась тем мелодичным, приятным уху смехом, но таким омерзительным для него. Она сделала осторожный шаг к нему, слегка приподнявшись на носочки, коснулась кончиками пальцев его щеки. Она уже не улыбалась, смотрела строго и властно, как на вещь. Раньше он был для неё интересной игрушкой, сейчас просто вещь. - Ты начинаешь мне надоедать... Понимаешь, что это значит? Знаешь, что делают с игрушками, которые больше не интересуют? А? - она провела острым ногтём по его щеке, заставив вздрогнуть. Он сильнее сжал кулаки, костяшки побелели, а губы стали тонкой полоской. - Выкидывают, - чётко, приглушённо, тяжело сглотнув, он ответил ей, смотря уставшим, блеклым и потухшим некогда взглядом серых, некогда синих, глаз. Она кивнула и расхохоталась, убирая руку, напоследок оставила более видимый след от ногтя, после чего отошла назад, складывая руки за спиной. - Ты прав. Надоевшие, ненужные игрушки выкидывают. Последнее желание? - Побудь со мной. Минуту, две, мне неважно, - он прохрипел эти слова, а после облизнул пересохшие губы, смотря ей в глаза. Разжав наконец напряжённые кулаки, он грузно и шумно опустился на колени одним ловким движением, и опустил голову вниз, - я весь в вашей власти. Делайте со мной, что хотите. Она лишь хмыкнула, взглянула на него сверху вниз, а после, обретя серьёзность, села на корточки перед ним и приподняла его голову за подбородок ногтями, чтобы он посмотрел на неё. - Тогда я откажусь. Раз ты в моей власти, то я имею право это сделать, верно? - она крепко сжала его подбородок тонкими, изящными пальцами, в которых таилась скрытая сила. Во взгляде чёрных глаз появилась сталь, нескрываемая показным весельем и властью бесчувственность. Она отпустила его подбородок, резко поднялась и повернулась спиной, после чего направилась к двери. Она не взглянула на него, просто ушла, насмехаясь. Он лишь очередная игрушка в её цепких руках. Она шла по тёмному коридору, словно кошка, мягко, настороженно, но уверенно, не оглядываясь по сторонам. Пышное платье не издавало ни звука, сшитое из особого материала одним из лучших портных Лидса, доставленное специально для неё. Сделанное специально для неё. Губы девушки растянулись в улыбке, она провела кончиками пальцев по стенам своего большого дома, довольно выдохнув. Она спустилась по изящным ступеням, вошла в просторное помещение, наполненное мелодичным женским смехом и разговорами. Она вздёрнула подбородок, направляясь к бару. - Мадам, вы так обворажительны, позволите узнать ваше имя и цену? - явно перепивший мужчина, пошатываясь, предстал перед девушкой. Не скрывая отвращения на свом миловидном лице, девушка отступила назад, сложила руки на груди и, презрительно рассматривая стоявшего перед ней, хмыкнула. - Миа*, хозяйка этого борделя. Бесценна, - она обошла его, а после улыбнулась, довольная собой. *** Миа - моя, желанная.