Назло всему миру!

«Одни мечтают стать ветром, другие — парусом. Но лишь немногие решаются стать якорем... ради того, кто будет штурмовать просторы

безерайних морей.»

      Они оставили Коби, юного альфу, на острове Шеллз-Таун, с надеждой, что тот вырастет в достойного дозорного. Луффи и Зоро, оттолкнувшись от берега, устремились в бескрайние моря, навстречу общей мечте. Ророноа, возможно, и пребывал в легком оцепенении от непредсказуемости тепрь уже своего капитана, но, как ни странно, чувствовал себя рядом с омегой удивительно спокойно. Даже несмотря на различия во вторичном поле, парнишка внушал веру, в свои идеалы.       Когда Ророноа на него смотрел, он в упор не видел омегу. Лишь тонкий, немного пряный аромат с запохом свободы, напоминал о вторичном поле. И это завораживало, этого омегу хотелось защищать. За ним хотелось идти в ад, проложив дорогу собственными силами. Чтобы парнишка пошел по легкому пути, для него хотелось стать цепным псом. Опорой, верным спутником в безкрайних морях.       Он не знал, с чего всё началось. То ли с дерзкой ухмылки Луффи, брошенной ветру навстречу, то ли с того, как тот, не колеблясь, разрубил узел его прошлого. Но что-то внутри сдвинулось. Странно, насколько естественно было слушать его голос — уверенный, звонкий, с чуть охрипшей ноткой моря в каждом слове. Зоро привык полагаться на инстинкты, и они не подводили: этот омега — не тот, кого нужно оберегать в тени. Это шторм, что несёт паруса вперёд. И всё же… желание заслонить его от мира, если тот вдруг обрушится слишком жестоко, жгло в груди неприятно знакомо. Как обещание, которое ещё не дано, но уже прожито. И возможно, он сам натянул на себя поводок. Оставив предрасудки о вторичном поле, на том злаполучном столбе.       — Куда теперь, капитан? — хрипло бросил он, не глядя, будто и не ждал ответа.       — Туда, где найдём наших! — отозвался Луффи, стоя на носу лодки, волосы трепал ветер, голос был лёгок, как будто впереди не буря, а пир.       Зоро скривился в ухмылке. Наших, повторил он про себя. Он ещё не знал, кого именно они ищут. Но был уверен: теперь у него есть путь. И он начинается с этого смеющегося, пахнущего свободой омеги. Луффи, словно солнце, озарял все вокруг своей улыбкой, заразительным смехом и нескончаемым потоком историй. Монки Д., во всей своей блистательной эксцентричности. И возможно Зоро уже сейчас знал, что у Луффи будет много почитателей. Которые будут пытаться его ограничивать. Ророноа усмехнулся про себя, на такие мысли. Ведь мало вероятно, что омега позволит это сделать. В лучшем случае, даст по лицу. В худшем, пырнет тем ножом, что прячит в закромах своей одежды. А если удача будет на стороне, то разрешит стоять возле себя... и возможно парню греет эго. Что Зоро один из первых, что будет стоят рядом...       И словно в подтверждение. Ветер начал свистел в парусах, подгоняя их вперед, к горизонту, полному загадок и опасностей. Зоро, привыкший к одиночеству и тишине, с удивлением обнаруживал, что ему нравится этот шум, этот хаос, который привносил в его жизнь неугомонный капитан. Луффи был полной противоположностью ему, спокойному и рассудительному. Он был взрывом энергии, стихийным бедствием, но в то же время в нем была какая-то необъяснимая притягательность. И суровость в опасные моменты, его всё ещё мучал вопрос.       Почему же он не расстаётся с ножом и хорошо им орудует в ближнем бою? Если у него есть дьявольский фрукт. Ведь даже вспоминает о ноже, уже подчти под конец драки. Как это было в Шеллз-Тауне. И альфа не знает почему, но эта недосказаность в таком открытом человеке вызывает настароженость. Возможно в будущем юный капитан расскажет.       Луффи, казалось, совсем не замечал настороженности Зоро. Он продолжал рассказывать о своих планах, о том, как он станет Королем Пиратов, о сокровищах, которые они найдут, о друзьях, которых они встретят. Зоро слушал вполуха, больше наблюдая за морем, за горизонтом, готовый в любой момент защитить своего капитана. Но чем дольше он слушал, тем больше заражался энтузиазмом несносного омеги. Его юного капитана. У которого были большие амбиции, которые выходили за пределы всех морей. И внушали доколе неведаный азарт. И возможно Зоро не против, быть чуточку алочным, чтобы осуществить свою мечту. И даже нечто большее...       Их лодка была мала, но мечта — огромна. Луффи стоял на краю, руки разведены в стороны, словно он и правда собирался обнять весь горизонт. Он уже выглядел как властитель мира. А что же будет, когда он станет Королем Пиратов? Ророноа мыслено усмехнулся, поудобней усевшишь в лодке. Скрестив руки на груди, притворяясь, что дремлет. Но на самом деле, он изучал силуэт на носу лодки — плывущий сквозь бурю, без тени страха.

Он совсем безрассудный, — раздражённо подумал Зоро. — И всё же…

      — Не боишься? — неожиданно для самого себя спросил он.

Луффи обернулся, глаза ярко сияли. И Зоро в первый раз увидел именно омегу, что дышит своей мечтой.

      — А ты?       Зоро усмехнулся. Простой вопрос, простой ответ. Но всё, что касалось этого омеги, никогда не было просто. Даже их встреча, что изменило его судьбу.       — Бояться — не по мне, — сказал он. — Но ты… слишком хрупкий, Луффи. Мир не пощадит тебя. Я думаю ты знаешь, как относятся к омегам в нашем мире.

Паренек чуть нахмурился, подошёл ближе.

      — Я не хочу, чтобы меня щадили. Хочу, чтобы верили. И я сломаю все предрасудки! Назло всем, создам свой собственный путь!       И вот тогда, в этих нескольких словах, Зоро понял: мальчишка не искал спасения. Он искал тех, кто не дрогнет рядом, кто будет рядом, даже когда всё рушится. И возможно, он что-то недоговорил, ведь этот блеск в глазах был немного сумасшедшим...       Зоро понял, омега не нуждается в цепном псе. Он хочет спутника. Равного себе. Но кто сказал, что альфа не может быть цепным псом, даже стояв рядом?       — Что? — Луффи склонил голову набок, заметив, как Зоро пронзительно смотрит. Изучает лицо омеги, задумавшись над его словами.       — Ну так что? — переспросил Монки Д., заметив как альфа отвёл взгляд, нахмурившишь.       — Да ничего… Просто не оступись, капитан. А то подбирать придётся.       — Обещаю — если упаду, то только вперёд!— Луффи рассмеялся.

И в этом смехе было больше силы, чем в любом клинке.

Проклятый омега, — подумал Зоро.

И всё же — не сводил с него глаз.

***

      Город на горизонте появился внезапно — словно вырос из моря. Сквозь лёгкий туман вырисовывались крыши, флаги, крики торговцев доносились до лодки. Луффи воодушевлённо закивал:       — Там еда! И, может быть, карты! Нам нужна карта Гранд Лайн, помнишь? Зоро фыркнул:       — Лучше бы ты искал оружие и команду, а не ужин.       Они ступили на пристань с ощущением, будто войдут в очередную переделку — что, по сути, и случилось. Не прошло и часа, как в толпе у рынка Луффи врезался в неё. Тонкая фигура, огненно-рыжие волосы, острый взгляд, словно кинжал. И легкий запах мандаринов. Она смотрела на них так, будто давно знала, кто они такие, и уже прикидывала, как это использовать.       — Осторожнее, капитан, — бросила она насмешливо, будто проверяя, как среагирует на титул.

Луффи расплылся в широкой улыбке:

      — Привет! А ты кто?       — Та, кто знает, где достать карту. Но всё не так просто.       — Мы не любим простого, — тихо произнёс Зоро, подходя ближе, вставая чуть сбоку от Луффи — защищая его, но не навязчиво. Всё-таки эта омега, его настораживала.

Нами задержала взгляд на нём, прищурилась.

      — Альфа и омега, плывущие без компаса. Звучит как начало легенды… или катастрофы.       — Мы справимся, — ответил Луффи с той самой, непоколебимой уверенностью, что всегда сбивала людей с толку.       — А если я скажу, что у меня есть карта, но вам придётся её заслужить?       — Тогда, — Зоро с предупреждением обнажил на секунду клыкастую усмешку, — не вздумай нас разочаровать.

Она улыбнулась — тонко, лукаво, как настоящая лисица.

      — Хорошо. Устроим вам испытание. Если переживёте… я подумаю, стоит ли доверять вам мои координаты.       И, развернувшись, растворилась в толпе, будто специально оставив за собой шлейф цитрусового аромата с примесью легкой тревоги.       — Эта девчонка…– Зоро смотрел ей вслед, хмурясь. Она ему не сильно понравилась, её взгляд искал выгоды. Вот только какой именно?       — Крутая, правда? — отозвался Луффи. И взгляд стал на секуду серьёзным. Но только на секунду, потом омега вновь расплылся в улыбке с пронзительным ши-ши-ши. — Думаешь, она пойдёт с нами?       — Думаю, она ведёт нас куда-то, где нас либо ограбят, либо убьют. — Зоро решил предупредить капитана, что если она пойдёт с ними, то может их предать.       — Ну, тогда будет весело! Чем не грандиозное событие, прегреть на груди змею — Луффи захохотал и уже пошёл вперёд, не глядя, следуя за ней, как будто это всё и был его план.

Зоро вздохнул....

Проклятый омега.

Но снова — пошёл за ним.

      Потихоньку осознавая что самолично повешеный поводок, приятно давит на горло. Когда альфа верным псом, шёл за омегой. Наконец давая себе обещания, стать клинком этого человека. Он готов к действию, к защите, к борьбе за то, во что верит его капитан. Ведь это обязаность хорошего альфы, ответственность за каждое движение, за каждый удар, что сделает Луффи.       Клинок не выбирает целей, но служит тому, кто им владеет, исполняя его волю. А омега пообещал сделать его велики мечником. Ведь именно такой человек, долженстоять с ним рядом, когда омега станет Королем Пиратов. Так что Зоро готов на всё, даже мерится с возможной змеёй, что уже потихоньку ползёт грется на груди Луффи. И в случае его капитана придадут, он самолично избавиться от проблемы.

Так они и подошли, до места куда вёл цитрусовый аромат.

      Они встретились у старого маяка на окраине города — там, где морской ветер выл в щели, а волны бились об острые камни. Нами уже ждала их, прислонившись к стене, с мешком на плече и лукавой улыбкой на губах.       — Надо же, вы пришли. Думала, сбежите.       — Разве я похож на того, кто убегает? — фыркнул Зоро.       — Ты — нет. А вот твой капитан… — она бросила взгляд на Луффи, оценивая. Тот, как всегда, улыбался. Но в глазах сверкало что-то иное — стержень, закалённый мечтой и проблеск стали, что говорило о многом. От этого взгляда, Нами неосознанно вздрогнула. Ведь эта омега внушал страх. Но девушка быстро пришла в себя.       — Итак, испытание, — сказала она, сбрасывая мешок. — Здесь два артефакта. Один — карта. Настоящая. Ведёт к Гранд Лайн. Второй — поддельный, но его цена на чёрном рынке... заставила бы самого Моргана продать собственную мать.       — И где подвох? — Зоро сразу заподозрил подвох.       — Артефакты находятся в старом форте, внизу, за решётками. Его охраняют бывшие дозорные, ставшие наёмниками. Карту можно достать только вместе. Но вот беда… Если хоть один из вас попытается унести что-то сам, форт обрушится. Активируется ловушка. Всё уйдёт под воду. Выживут только те, кто выберется первым. — Она лукаво улыбнулась. — Это проверка не на силу, а на жадность. И веру друг в друга. Особенно… — она задержала взгляд на Луффи. — В своего...альфу.       — Ты думаешь, мы такие, как ты. Прячем ножи за спиной? — Зоро сжал кулаки, угрожающе выпуская феромоны. Из подлобья смотря на рыжеволосую омегу.       — Я знаю, какие вы. И хочу убедиться, что ты не станешь резать его первым. Если его запах повеет слабостью.       — Я не слабый, — спокойно сказал Луффи.

Нами чуть удивилась тону — он был серьёзен, с ноткой угрозы.

      — Я просто другой. А Зоро меня не предаст. И я его — тоже. — паренек кинул мемолетный взгляд на альфу, уверенный в своей правоте.

На миг между всеми зависла тишина.

      — Посмотрим. У вас есть время до рассвета. — Нами кивнула, принюхиваясь к запаху, чтот на секунду стал мягче. И направлен он был на паренька в соломенной шляпе.       Форт оказался полупогружённым в скалу, усыпанным ловушками и мутной водой. Наёмники не церемонились — драка разгорелась быстро. Зоро двигался как хищник, рубя вперёд с яростью урагана. Луффи, растягиваясь, пригибаясь и отскакивая, ловко уклонялся, но держался чуть ближе к центру — подальше от затопленных участков. Он знал: если оступится — пойдёт ко дну.       Фруктовик, — раздражённо думал Зоро. — И ведь лезет вперёд, как будто из стали сделан, а не из резины.       Наконец они добрались до подземного зала. Там, под светом мёртвой луны, пробившейся сквозь щель в потолке, стояли два сундука: один — яркий, позолоченный, другой — простой, деревянный, будто забытый.       — Берём оба!       — Тебе нельзя в воду! — предупреждающе рыкнул Зоро, сжав зубы.       — Вот поэтому ты со мной.

Зоро выругался про себя, но встал рядом.

      — На счёт три. Один… два… ТРИ!       Они схватили сундуки одновременно. Раздался щелчок — в стенах зашипели механизмы, завыла сирена, и с потолка сорвались цепи. Камни заходили ходуном, а из трещин хлынула вода.       — Уходим! — рявкнул Зоро.       Но уже было поздно: волна ударила сбоку, сбив Луффи с ног, и тот, споткнувшись, упал в наполняющийся водой зал.       — Луффи! — голос Зоро сорвался. Он метнулся к нему, бросив сундук. Руки — в воду, глаза бешено ищут. Луффи барахтается — но тяжелеет, судороги уже сковывают тело. Резина бесполезна, когда лёгкие режет паника. Да и как её использовать, если вода для фруктовика — смерть.       Зоро ныряет. Хватает его за талию, притягивает к себе. А мысли лишь об одном:

Дыши. Чёрт тебя побери, Луффи дыши!

      Он вынырнул с омегой в одной руке и сундуком — в другой. Тот кашлял, бледный, с дрожащими губами, но живой.       — Ты… безрассудный псих, — прохрипел Зоро, уже на поверхности, бросая его на камни.       — Справились же… — еле выдавил Луффи, слабо улыбаясь. Смотря на то, как паника уходит с лица альфы.       Сверху, с башни, наблюдала Нами. Лёгкий шок отразился на её лице. Мысли неистовым потоком прыгали в голове. Он бы утонул. И этот идиот, альфа — нырнул за ним без тени колебания. Даже карту бросил. Она устало выдохнула.       — Ну что ж, — пробормотала. — Похоже, мне и правда с вами по пути...

***

      Ночь выдалась тёплой, но сырая одежда делала воздух колючим. Костёр потрескивал, выхватывая отблесками лица. Луффи сидел, закутавшись в плащ Зоро — тот сам накинул его, молча, и даже не посмотрел в глаза.       Омега прижимал к груди кружку с горячим отваром, пальцы дрожали — не от холода, скорее от усталости. Взгляд его блуждал в языках пламени, рассеянный, уставший. Но тёплый.       Зоро сидел напротив, будто на страже. Он не ел, не пил. Только точил катану — привычно, ритмично. Но звук металла был тихим, почти уважительным. Не к оружию — к ночи. К тому, что они выжили. К тому, что он смог себя проявить, как хороший альфа.       — Спасибо, — вдруг тихо сказал Луффи.

Шёпотом, не требуя ответа. Просто… сказал.

      — За что?

Зоро замер. Всего на миг, смотря в лицо омеге, что стал его капитаном.

      — За то, что нырнул. — пожал плечами Луффи, отхлебывая из кружки отвар.       — Я бы так и за чужака нырнул, — буркнул альфа, чересчур резко.       — Врёшь, — сказал Луффи с той самой спокойной улыбкой, от которой у Зоро что-то сводило в груди. — За меня ты нырнул, не думая.       — Ты — мой капитан, — сказал Зоро, глядя в огонь. — Я за тобой хоть в ад. Даже если ты, чёрт возьми, фруктовик, которому нельзя приближаться к лужам.       Луффи усмехнулся на такие слова, всё-таки он не ошибся в альфе. Когда звал его в команду и будуший гарем... даже если пока это лишь мечты. И Зоро не в курсе. Всё-таки Монки Д, очень алочная омега, с очень большими амбициями.       — Прости. Я просто не хотел, чтобы карта осталась…       — Да к чёрту карту, — Зоро оборвал. Потом затих, выдохнул. — Если бы ты не вынырнул… я бы не простил себе.       Молчание. Только ветер играет в прядях Луффи, сушит щёки от морской соли.       Омега потянулся вперёд, осторожно положив руку на обмотанные бинтами пальцы Зоро. Тот вздрогнул — но не отдёрнул.       — Я здесь. И не утону. Пока ты рядом.       — А вот за это — в следующий раз тащишь сундук сам. — альфа клыкасто улыбнулся, немного выпустив своих феромонов. Ненавязчиво успокавивая ими взбалмошную омегу.       Луффи тихо рассмеялся, вдыхая приятный запах, что давал такой нужный сейчас покой.       А рядом, в тени, Нами, лёжа с пледом на плечах, приоткрыла глаза и на миг посмотрела на них. Интересно… кто именно из них двоих, на самом деле опора для другого? Она на секунду прикрыла глаза. Решив, что об этом можно подумать и завтра.       Ночь почти прошла. Луна сползала к горизонту, и волны снова стали ровными — убаюкивающими, обманчиво мирными. Костёр догорал, бросая тени по мокрым камням и коже.

Зоро не спал.

      Он лежал на спине, скрестив руки за головой, будто отдыхал. Но глаза оставались приоткрытыми — чуткими. Он слышал всё: хруст углей, храп откуда-то со стороны местных рыбаков, и… тихое, ровное дыхание Луффи.       Иногда оно сбивалось. Луффи ворочался во сне, дёргал плечом, как будто что-то вспоминал. Снова тонул? Снова задыхался?

Зоро медленно сел.

      Скосил взгляд — омега спал свернувшись, подогнув ноги, всё ещё в том самом плаще. Волосы спутались, губы приоткрыты. Щёки чуть влажные — от жары костра или от сна, Зоро не знал.       Он потянулся — медленно, почти не дыша — и поправил край плаща, что сполз с плеча Луффи. Рука задержалась — на мгновение. Почувствовал жар кожи. Пульс.       И всё же — Зоро наклонился чуть ближе. Настолько, чтобы услышать: вдох… выдох… вдох…

Он замер. Слушал. Считал.

Раз. Два. Три.

      Ритм сердца под рёбрами — не его, но будто важный для собственного. Потом откинулся назад, сел. Резко провёл рукой по лицу, раздражённо.       — Чёртов безрассудный, фруктовик, — пробормотал себе под нос. — Заставляешь людей волноваться. Не по делу.       Он замолчал. Вновь лёг. На этот раз — ближе. Боком к Луффи. Не касаясь, но рядом. Настолько, чтобы — если что — успеть.       Сон к нему пришёл не сразу. Он не боялся тех безкрайних морей, тех преключений, что их ожидают. Но боялся проснуться и не услышать дыхания рядом. Он боялся подвести омегу. Он боялся провалиться как опора. Как мечь. Как альфа.       Когда сон, наконец, смилостивился и сомкнул его веки, Зоро поймал себя на мысли, что эта навязчивая забота становится опасной привычкой. Оберегать. Хранить. Быть незримой тенью рядом. Раньше он и помыслить не мог, что его сердце обречено на такую трепетную привязанность к кому-то, кроме собственной мечты и заветной цели. Но Луффи… Луффи ворвался в его жизнь, как ураган, перевернув все представления о мире и месте в нём.       Он ощущал груз ответственности за эту безрассудную омегу, за его обезоруживающую наивность и бесстрашие, граничащее с безумием. Зоро вдруг осознал, что Луффи – его якорь, его незримый компас, указывающий путь в этом безумном море жизни. И он дал себе нерушимую клятву, что сделает всё возможное, чтобы этот компас всегда указывал верное направление, даже если для этого придётся проложить дорогу через чужие кости. В конце концов, до встречи с Луффи он был охотником на пиратов, и запах крови ему не в новинку.       Эта несказанная в слух клятва, стала его новым кодексом, его новой целью. И он готов был пойти на все, чтобы сдержать её. Даже если это означало вернуться к темным временам, когда его меч обагрялся кровью невинных. В конце концов, Луффи стоил того. Он стоил всех жертв, всех страданий. Ведь именно он подарил Зоро смысл, которого он так долго пытался найти.       Ророноа твердо знал, что завтрашний день принесет новые испытания, новые опасности. Но он не боялся. Потому что рядом с ним был Луффи, его якорь, его компас, его безумный и прекрасный капитан. Его безрасудный омега, с очень большими амбициями. Вместе они смогут преодолеть все. Всё-таки теперь их трое и карта Гранд Лайн у них в кармане. И даже есть навигатор, а это уже говорит о многом!       И завтра наступит новый день, полный приключений и опасностей. Но Зоро был готов. Он был готов сражаться, защищать и жертвовать всем ради Луффи и его мечты. Ведь именно в этом он видел свой смысл, свое предназначение. И с этой мыслью он наконец погрузился в глубокий, спокойный сон. Убаюканый, тихим сопением омеги под боком. Что, доверчиго прижемался к альфе во сне.