Бежившие от Секретов

      Проблемы. Проблемы и смерть. Вот что преследовало Ло и Дилана последние месяцы. Смерть Брэндона стала началом огромной черной ленты, которая появлялась на фотографиях их друзей. Кажется, JDH решил основательно разрушить их жизни и ввести в состояние настоящего отчаяния. Один за другим начали уходить из жизни их друзья: Жаклин, Престон, Чед. Карл попал в псих лечебницу с сильнейшей депрессией и навязчивыми мыслями. Глен уехал с родителями в другую страну. Их компания рассыпалась просто на глазах, и единственными живыми и относительно здоровыми там остались только Ло и Дилан.       Они прекрасно понимали кто стоит за чередой смертей и проблем их друзей. Все они так или иначе контактировали с JDH даже того не подозревая. Он за руку подводил их к безумию и мыслям о суициде. И все это происходило на глазах Ло. Рыжий ублюдок даже не прятался, периодически появлялся в их жизни в самых невероятных местах, появлялся всего на пару минут, говорил намеками и загадками. Отрыто намекал, кто замешан во всех их неудачах и проблемах. Роме ведь всего лишь нужно снова вернуться к нему, чтобы проблемы прекратились. Прийти в стационар и снова послушно играть роль его брата, и тогда семья Линайви не пострадает.       Ло становилось хуже с каждым инцидентом, и только уговоры и поддержка Дилана, вместе с паническим страхом перед Джоном, не позволяли ему уйти. Паранойя, галлюцинации, обострившиеся ментальные проблемы стали частыми спутниками в их жизни. Ло чах. Увядая как комнатный цветок на солнцепеке без воды и грунта. Превращался в тень собственной тени. И Дилана это пугало.       Он скучал по Лололошке. Живому, искреннему, энергичному, с множеством идиотских идей и шилом в одном месте. Он бы все отдал, лишь бы увидеть на его лице искреннюю улыбку хоть на секунду. Лишь бы он не шугался любой тени, боясь носа из комнаты высунуть. Лишь бы поговорил с ним нормально…       Состояние Ло медленно убивало и самого Дилана. Каким бы безразличным он не казался, смерти друзей сильно его подкосили, как и постоянная обязанность следить за состоянием Ло и одёргивать его от поступка о котором он пожалеет. До собственных романтических чувств уже не было никакого дела, хотя его сердце болезненно сжималось каждый раз при виде Ло. Кажется, даже сам Дилан стал сдавать позиции. Оптимистом он в целом никогда не был, а дальнейшее будущее было столь темно и туманно, что даже думать о нем было страшно.       И все же, огонек надежды таился в его душе. Может еще есть шанс все исправить, есть шанс хотя бы сбежать из этого кошмара на яву. Как же Дилан завидовал дару Мироходцев сбегать в другие миры! Им бы сейчас сбежать из этого явно не помешало. Но увы, искра Ло после такого количества стресса не то что не восстановилась, а повредилась только сильнее, а он сам был обычным человеком. И все же. Неужели у них совсем не осталось вариантов на счастливую жизнь?       Надежды что что-то начнет меняться с каждым днем все больше разбивались о суровую реальность. Даже семья Линайви снова начала рассыпаться. Мама ругалась с отцом, который все чаше пропадал в Мирохэнфорте сутками. Погруженная в свои тревоги и проблемы женщина либо не замечала детей, либо использовала их как бесплатных психологов. Дом приходил в все более отвратительно серый и недружелюбный вид. Дом стал превращаться в клетку.       Дилан искал, долго искал хоть какой-то способ сбежать от этого всего, разрешить сложившееся отчаяние, но ни интернет, ни даркнет, в который парень рискнул залезть, ни разговоры с другими мироходцами не привели ровным счетом ни к чему. Отчаяние. Дилан был в шаге от того, чтобы упасть в эту непроглядную бездну. Если слишком долго смотреть в бездну, она посмотрит на тебя в ответ. Свою бездну Дилан увидел в почти почерневших глазах Лололошки. Даже черной искры там как на зло, почти не было видно.       Они поругались, сильно и страшно. Все потому что Дилан устал держать на себе хрупкое равновесие всей семьи и ментальное состояние всех ее членов. Искал, пытаться найти выход из заведомо непроходимого лабиринта. Он устал, устал настолько что от одного только взгляда на самого близкого его сердцу человека Дилана мутило. Он сорвался. Сорвался на Ло когда тот в очередной раз хотел совершить роковую ошибку, но передумывал на грани и бежал за поддержкой и утешением к Дилану.       Но ни того ни другого Дилан дать не смог, наорав и обматерив названного брата на чем свет стоит, выплеснув на него в одночасье все скопившиеся переживания, боль усталость, злость. Вылил это лавиной негатива и сбежал. Сбежал, испугавшись последствий, собственных чувств. Сбежал испугавшись самого себя.       Пулей вылетел из квартиры когда увидел в этих бездонных черных глазах всю ту боль, отчаяние, предательство, что не смог более выносить. Дилану стало так мерзко от самого себя, что он вообще позволил так себе поступить. Именно поэтому он просто убежал, захлопывая дверь квартиры.       Даром что на улице была отвратительно хорошая погода. Лучше бы это быда гроза или буря, да хоть дождь на худой конец, чтобы хоть немного погода отражала его внутреннее состояние. Остановился он только у знакомого ларька, где раньше подкармливал котов. Ха, а ведь он совсем забыл о своей прошлой традиции, животные наверняка о нем тоже уже забыли, сколько месяцев он сюда не приходил? Интересно, а если и он забудет все события последнего года, ему станет легче? А если забудет себя? От чего не способ начать жизнь с чистого листа! Долой чертовы чувства, долой проблемы, вот он, чистый белый лист, жизнь без прошлого и будущего, ну не идеально ли?!       От собственных мыслей хотелось истерически рассмеяться. Пару нервных смешков вышли наружу. Ведь именно в таком состоянии к ним в семью когда то пришел Ло. Разве не это стало началом конца его гребенной жизни? Смешки постепенно переросли в смех, парень сел на корточки, закрыл лицо руками и начал смеяться. Коты, до этого заинтересовавшиеся приходом человека попрятались от него. Вместе со смехом по щекам стали катиться горячие дорожки слез. Они обжигали своей неправильностью. Смех перерос в крик, сначала тихий, но затем в громкой и отчаянный. С забора улетели голуби, а коты окончательно спрятались подальше. Крик перешел в вой, эмоции просто выходили из него бесконтрольным потоком.       Со злости парень упал на колени, несколько раз в ярости ударяя руками по асфальту, стачивая кожу о шероховатое покрытие. Боль не отрезвляла, только подстегивала молчаливую истерику. На руках проступила кровь, но Дилану было все равно, он сжался еще сильнее, припадая лбом к нагретой солнцем земле. Он кричал, кричал, ругался, плакал и снова кричал, пока голос не перерос в тихие хрипы. Он сидел на грязном асфальте пока буря в душе не сменилась чертовой пустотой. Пока слезы не высохли, оставляя за собой лишь противные засохшие соленые дорожки и жжение в глазах. Пока кровь в на разбитых ладонях не остановилась и успела слегка запечься. Двор покрывался алым закатным светом, словно пытаясь утопить Дилана в крови перерезанного горла его собственной жизни. Пустые синие глаза бездумно смотрели на небо в момент когда кто-то дотронулся до его плеча. — Вам нужна помощь, молодой человек? — голос был чужой, мужской, старческий, но Дилан не собирался смотреть на собеседника, взмахом плеча скидывая чужую руку. — Сомневаюсь, что хоть что-то в этой жизни способно мне помочь. — голос был тихим, сорванным, хриплым и надломленным. Впрочем, собеседника судя по всему это ни капли не смутило. — Всегда можно найти выход, не в этой жизни, так в следующей. Вселенная бесконечна, так зачем страдать там, где выхода нет, если можно уйти туда где выход и не нужен. — Я не мироходец, чтобы сбежать отсюда, как бы не хотелось, да и мой… Брат тоже. — Не обязательно быть мироходцем, чтобы иметь возможность найти свой покой в другом мире, юноша. Вам уже нечего терять, так почему бы не попробовать? Вы в любом случае будете в выигрыше. — Что, о чем вы вообще говорите? — Не бойся, мальчик мой. Смерть это новое начало. Душа бессмертна, ей только нужно помочь вспомнить то, что было в прошлой жизни. Если очень сильно захотеть встретиться с близким человеком там, у вас все получится.       Незнакомец вложил в обессиленную ладонь бутылку с бело-фиолетовой жидкостью. От руки до сердца прошелся таинственный холодок который разогнал усталость в его организме. — Советую вам поспешить, Юноша, ведь вы можете не успеть испить его со своим избранником. Его душе скоро будет не нужно сохранить память об этой жизни. — О чем вы? — осознание прошибло Дилана словно током. Лололошка! Один дома! После их то ссоры, и в состоянии и без того близком к смерти. — Лололошка!       Даже не попрощавшись с человеком Дилан сорвался с места, в нем будто открылось третье дыхание. Казалось, он никогда не бегал так быстро. И в голове набатом била лишь одна мысль: только бы успеть! Ло и до этого бывало резал себя или наносил увечия. Ло отдал все свои ценные вещи. Ло начал шутить про смерть. Блять, блять, блять, у него ведь все признаки суицида присутствуют! О боги, лишь бы он успел!       В квартиру он буквально влетел, радуясь что дверь не захлопнулась на замок. И почти сразу ему в нос ударил противный запах крови. Нет нет нет, он не мог опоздать! Дверь в ванну была открыта и была единственной комнатой где горел свет. Дилан забегает туда, на секунду ошарашено замирая на пороге. Вся утварь была разбросана, зеркало десятками осколков рассыпалось по всем поверхностям ванной комнаты и постепенно заливалось кровью из исполосованных одним из осколков рук. Нет, неужели он опоздал?       Дилан падает на колени перед безвольно сидящим на полу Лололошкой, игнорируя боль в коленях от впившихся в них стеклянных осколков. Трясущаяся рука пытается нащупать пульс, глаза всматриваются в грудную клетку, пытаясь различить дыхание. Секунды тянуться часами, и все же, Дилан чувствует слабый удар пульса под пальцами. Ло жив, Ло все еще жив!       Дилан бьет Ло по щекам, пытаясь привести его в чувство, пережимая поясом маминого халата предплечье чтобы замедлить поток крови, хотя пощущениям это не помогает, а жизнь утекает из тела Ло с каждой секундой. Нужно что-то делать, но все знания о первой помощи испаряются из сознания. Собственный телефон как на зло разряжен в ноль, телефон Ло неизвестно где. Скорая скорее всего просто не успеет приехать, а отдавать им Ло, значит раскрыть что он мироходец. Ситуация была безвыходная, а Ло медленно умирал на его глазах. В момент паники в голове всплывают слова того старика, и Дилан наконец замечает что двумя пальцами до сих пор держит этот бутылёк, который вот от норовит выскользнуть из руки.       Перехватив пузырек поудобнее Дилан с усилием откупоривает крышку, в нос бьет непонятный, но на удивление приятный запах. Ло слабо приоткрывает глаза, мутным взглядом окидывая комнату и практически отключается снова, но Дилан не позволяет этому случиться, вновь хлопает по щекам, приводя в чувство. — Ло не спи, не спи, слушай меня. Я надеюсь это поможет. — Дилан опрокидывать в себя половину бутылька, жидкость отдаёт на языке неприятной вязкостью и чем то сладким. Дилан приоткрывает рот Ло и целует, насильно вливая в рот эту жижу. Ло слабо сопротивляется, но в итоге проглатывает все что ему впихнули в рот, только пара белесо-фиолетовых капель скатываются по подбородку. — Вот так, Ло, молодец, пожалуйста, не умирай ладно? Я тут, я с тобой, ты прости меня за все что я наговорил. — Ди…       Глаза Ло слабо приоткрылись и мутный взгляд бегал на фигуре Дилана. Губы двигались, но вместо звуков выходил лишь нечленораздельный шепот со стонами боли. Как Дилан не старался, понять так и не смог, что Ло говорил ему. Внезапно губы перестают шевелиться, глаза закрывается и весь парень будто обмякает. Дилан в панике пытается нащупать сонную артерию, но пульсации совсем нет. Попытки почувствовать дыхание тоже ни к чему не приводят. — Нет, нет, нет, Ло, живи, пожалуйста, ты не можешь умереть.       Слезы сами начинают течь по щекам, сознание просто отказывается принимать что уже слишком поздно. Что Лололошки больше нет. Его Лололошки, его лучика света, такого доброго, энергичного, местами ебанутого, но такого своего, родного. Дилан обнимает все еще теплое тело, вжимаясь головой в грудную клетку и сдерживая всхлипы и рыдания чтобы услышать хоть малейший стук сердца. Проходит минута, две, пять, но ничего не стучит. В его руках не более чем безвольная оболочка.       Дилан больше не сдерживает себя, он плачет навзрыд, кричит, чувствует как что то внутри него обрывается, трескается, ломается, болит-болит-болит. Болит не только душевно, но и физически. Он не сразу замечает что при каждом малейшем движении сердце отдает колющей болью, а каждый вздох становится делать все труднее. Легкие ноют, будто обвитые шипами, сердце болит так будто в него медленно вводят десятки толстых игл. Он задыхается прямо там, стоя в осколках зеркала и собственной души, в чужой и собственной крови. Задыхается буквально, легкие отказываются сделать хоть еще один вдох, а сердце отдаёт невыносимой острой болью. Сознание плывёт, глаза закатываются и наступает блаженная темнота. Без боли, без проблем. Тишина и тьма. Долгожданное забвение…

***

      Жизнь текла совершенно обычным чередом. Две девушки даже не могли подумать, что судьба приготовила им совершенно необычные сюрпризы. Они просто жили, как и все: учились, дружили, радовались, расстраивались, творили и ломали. Мира и Ася совершенно не подозревали, что обычная недолгая встреча на сходке что-то поменяет в их жизнях.       И ведь даже встретились они совершенно внезапно: Ася заметила Миру когда та уже уходила, и всего лишь они перебросились парой слов, однако, что-то внутри каждой из них ёкнуло при этой встрече. Будто с груди слетел замок, до этого отягощающий, и тяжести которого до тех пор они вовсе не замечали, словно привыкнув с ним жить, но сейчас. Сейчас когда этот замок спал будто дышать стало легче.       Естественно, ни одна из девушек не заострила на этом внимание, и даже не сказали что вообще почувствовали нечто странное. И все же, странное ощущение преследовало их весь следующий день. Мысли были более вязкими. Будто слегка подернутые дымкой. Голова немного болела, хотя и было это вполне терпимо. Появилась рассеянность, не получалось долго сконцентрироваться на чем-либо, мысли постоянно уплывали в сторону неясных смутных образов. Все больше тянуло в сон.       Списав все на усталость и насыщенный день, они обе в итоге легли спать. И сны их были странными. Будто обрывки воспоминаний, но совсем не их. Комната с двухэтажной кроватью, знакомая-незнакомия квартира, улицы которые они видят впервые, но которые ощущаются как привычный и уже приевшийся пейзаж. Люди, много людей, местами размытые, с нечеткими лицами, почти без голосов, но будто уже привычные, давно знакомые. Люди-силуэты при виде которых все отдавало грустью и горечью.       Пробуждение было не менее странным. Картинки и образы странного сна никак не выходили из головы, наоборот, засели там так же прочно, как собственные яркие воспоминания. Голова неприятно болела после пробуждения, а во рту чувствовался странный сладковато вязкий привкус. Все эти ощущения проходили буквально через минут двадцать, и все же настораживали.       Так продолжалось каждую ночь. Сны были все дольше, все детальнее, появлялось больше людей, больше воспоминаний. И все было такими знакомыми и одновременно таким чужим. Кого-то в этих снах очень уж сильно не хватало. Более того, эти сны что-то очень сильно напоминали, и мысль буквально крутилась на языке, но формироваться никак не хотела.       Появилось еще кое-что: желание встретиться. Что Мира, что Ася, даже не заметили как стали больше общаться и переписываться друг с другом. И каждую переписку росло это зудящее желание встретиться, и повод все же нашелся. Почему бы не сделать коллаб? На том и порешили, Эгралошек народ любит, отснять их было бы очень кстати, да и для длительной встречи повод прекрасный.       Мира волновалась, когда шла к Асе на встречу. Что-то внутри подгоняло ее идти быстрее, а время до назначенного тянулось преступно медленно. Хоть виду она особо и не показывала, но все же очень волновалась. И судя по всему волновалась не одна она. Придя к Асе на работу, дабы уже вместе потом пойти по делам, она практически сразу заметила некоторую нервозность у девушки. К тому же, взгляд сам собой постоянно приклеивался к ней, стремился разглядеть все, даже малые мельчайшие детали, и вместе с тем часто она смотрела куда-то сквозь, мысленно улетая в нечеткие образы и воспоминания. И в подобном состоянии она была не одинока.       Концентрировать внимание на этом, ни одна ни вторая не стала. Продолжили встречу, заканчивали с делами и отправились домой, отснять коллаб. Что-то в голове Миры будто щёлкнуло когда Ася переоделась в Ло и начала дурачиться. Виски прострелило тупой болью, перед глазами как живые замелькали воспоминания из снов. Только уже полноценные, потому что везде в их центре был Лололошка. Такой разный, такой живой, такой родной.       Вот он. Лежит на кровати, обнимая курочку и посмеиваясь с какого-то прикола в телефоне. Обиженно сидит в машине, заткнув уши наушниками. Болтается вместе с ним в коридоре школы. Стоит в океанариуме, восхищенно наблюдая за рыбками, а он наблюдает за ним. Сидит вместе с ним в одном горячем источнике, такой манящий, раскрасневшийся. И вот он уже прячется в ванной и дрочит на Ло… Стоп, что?! Какого черта она вообще помнит все это так ярко?! Виски простреливает тупой болью, и Мира трясет головой и хлопает себя по щекам, пытаясь избавиться от навязчивых неловких образов. Что вообще черт подери происходит?! Смотрит на Асю, но та выглядит так будто сейчас в прострации находится. Невидящий взгляд уставился в одну точку, и, Мира уверена, всего минуту назад она выглядела точно так же.       Ася тем временем будто на яву наблюдает с кровати за яростно матерящим в игре Глена Диланом. Лежит с ним на одной кровати в деревенском доме. Прячется в гаражном комплексе и целует Дилана в щёку. Стоит с ним в обнимку и шепчет всякие смущающие милости наблюдая как очаровательно краснеет его брат. А потом перед глазами появляется повешенная фигура Брендона и она словно выныривает из кошмара, делая жадный вдох и морщась от резкой боли в висках. — Какого хера только что было? — Ася растерянно смотрит на Миру, пытаясь избавиться от жуткого образа в мыслях. — Что случилось? — Я не знаю, что это было, у меня просто начали появляться, не знаю, будто воспоминания, но они вообще не мои! — У тебя тоже? — Что?       Обе растерянно смотрят друг на друга, после чего поочередно начинают рассказывать что они видели и что происходит. Быстро узнается, что они помнят одну и ту же квартиру, ту же школу, тех же людей но с разных ракурсов. С ракурса мать их Лололошки и Дилана! Но это невозможно. Это настолько странно и абсурдно, что в реальность просто не верится. Небольшой мозговой штурм пока ни к чему не приводит, хотя, кажется можно даже физически услышать с какой скоростью у них бегут мысли в попытках объяснить происходящее.       Впрочем, не найдя ответов, они решают сделать перерыв на покушать, дабы переварить все это и утихомирить немного головную боль. Ужин проходит в тишине, обе витают в своих мыслях, благо, хотя бы головная боль быстро проходит, и они таки доснимают коллаб.       Заканчивают они поздно ночью. Могло быть быстрее, если бы они не дурачились и не снимали кучу кринжовых рандомных звуков, но что поделать если настроение хорошее. Естественно отправлять домой в ночь в другую часть города никто никого не собирается, а потому принимается решение остаться на ночевку. Спать девушки ложатся вместе, засыпая одновременно и почти мгновенно.       Снится им тяжелый сон, в котором один за одним на из глазах умирают друзья. Как ругаются родители. Как все, что они знали и к чему привыкли рушится прямо на их глазах, и все это сопровождается наглой издевательской улыбкой проклятого Джона Дейви Харриса, что смотрит на них из осколков разбитого зеркала в ванной, покрытых своей и чужой кровью, в которой стоят два подростка.       Первой просыпается Мира, в панике оглядывая незнакомую обстановку, незнакомую девушку рядом, и… своё женское тело? От шока видимо она слишком шумела, потому что тело рядом так же просыпается, потерянно оглядываясь. — Ди, ты чего подскочил так рано… — Ло?       Неловкая пауза, взгляд глаза в глаза. Искра. Буря. Осознание. — Что?! — раздаётся одновременно два голоса. — Я же был там, в ванной, я сделал это, а потом ты, поцеловал меня, и… — И потом ты умер, и я видимо тоже. Что за херню мне тот дед подсунул?! — Это мы типа щас свою прошлую жизнь вспомнили? — Видимо типо того? — И мы были Лололошкой и Диланом? — Судя по всему да. — Круто. — Ася улыбается, Мира смеряет ее подозрительным взглядом. — Мы либо одновременно помешались, либо сходим с ума ,либо все это не настоящее. У меня нет других объяснений происходящему. — Знаешь, даже если это и так, это все равно круто. И… Оууу, подожди-ка… А тебе ничего все эти воспоминания не напоминают? — Ася хитро прищуривается. — Кроме того что это Дилошки? Нет. — Ты Секрет читала?       Ася тихо смеется наблюдая как на лице Миры постепенно отражается осознание всего происходящего. В прошлой жизни они были персонажами самого популярного фанфика в фандоме Лололошки. Переживали все то, что там происходило. Наверное переживали. Но воспоминания такие настоящие и живые, да они даже четче чем воспоминания этой их жизни! — Да ну, это все какой-то дурацкий сон… — Не зря Ло из секрета был моим Кинном! Это буквально я! — Не то чтобы я так уж сильно похожа на Дилана. — А по моему очень даже похожа. — Ой, да идиты! И вообще, я дальше спать, мой мозг не выдерживает столько потрясений за раз!       Мира показательно ложиться назад в кровать и поворачивается к Асе спиной, настойчиво игнорируя чужое хихикание. Максимально старается не думать об этой ситуации и доспать свои законные два часа. Мозг спать не хочет, до сих пор не может понять кто он, Дилан или Мира, путаясь в собственных воспоминаниях и ощущениях. Прошибает внезапным осознанием, девушка переворачивается на другой бок, заглядывая в глаза Асе. — Ты что, серьёзно дрочил на меня? — А, ой… — Ася очаровательно краснеет, после чего заливается смехом и Мира за ней сладом.       Похоже, они действительно чертово перерождение героев популярного фанфика, и эта информация до сих пор не хочет усваиваться. Что же это получается, иссекай наоборот в реальную жизнь? Даже если это дурацкая шутка судьбы, это по настоящему для них второй шанс. Второй шанс начать жизнь с чистого листа, сбежать от проблем и ужасов прошлой жизни, и наконец-то, разобраться с собственными чувствами.       Что делать если вы случайно переродились в двух девушек в мире, где ваша жизнь лишь популярный фанфик? Кайфовать? Именно!