Бдсм сессия

      Она пришла к своему господину. Прошла в уже привычную комнату, что находилась у него в квартире. Комната, в которой всегда происходило всё самое интересное. Она разделась и стала на колени. На ней остался лишь пояс верности и зажимы на сосках — вещи, которые она носила постоянно, скрывая под одеждой. Напоминания, кто она и кому принадлежит. Ей нравилось ощущать себя шлюхой, подчинятся кому-то. Именно поэтому она добровольно пришла сюда, как и много раз до этого. Тут вошёл Господин. Она осталась на месте — знала, что двигаться нельзя, пока не разрешат. — Знаешь ли ты зачем здесь? — Чтобы служить вам. — Готова ли ты вынести то, что я дам, зная, что я не переступлю через твои границы? — Да, господин. — Воспользуешься ли ты стоп-словом при необходимости? — Да. У них был контракт, в котором прописаны все табу, но каждый раз Господин уточнял, точно ли она всё понимает. От этой заботы приятно грело сердце. — Начали. С этого момента она становилась шлюхой. — Ты весь день носила этот пояс? — Да, господин. — Наверно хочется в туалет? — он издевательски надавил на её мочевой пузырь, отчего она еле сдержала стон. — Да… — Да, кто? — он надавил сильнее в наказание. — Да, господин. — Молодец. Ты знаешь, что я решаю, когда тебе можно пописать и кончить. Именно поэтому на тебе сейчас этот пояс. Но я добрый. Я знаю, как тебе нравится боль, поэтому дам тебе это. — Спасибо, господин. Он прицепил её зажимы к висящей палке, отчего она стояла на носочках и при малейшем движении, соски отдавали резкой болью. — Я выпорю тебя флогером. Удары наносились хаотично, что от них нельзя было куда-то деться. Спина, ягодицы, соски, живот, всё покраснело от ударов. Инстинктивно, она дергалась, делая себе ещё больнее. Эта пытка продолжалась долго, пока от очередного удара она не споткнулась, падая и срывая зажимы. Она заорала от боли. Господин тут же подхватил её, обеспокоено спрашивая: — Как ты? Какой цвет? — Зелёный, — уверено ответила она. Она уже плыла. Господин связал её, поигрался с её многострадальными сосками, которые после всего стали очень чувствительными, а потом снял пояс верности и принялся пером щекотать её. Она была очень чувствительной, отчего всё время смеялась, пытаясь увернутся, а киска всё намокала, особенно когда перышко мимолётом проходило по клитору. От смеха из глаз уже текли слёзы. Господин отложил перо и принялся медленно и сильно надавливать на пузырь. От болезненных, но приятных ощущений, она стонала. Внезапно Господин ударил по её пузырю, заставив вскрикнуть. Потом ещё и ещё. — Терпи, сука! Такая шлюха как ты должна терпеть! Она уже вовсю плакала, боль мучила её, очень хотелось в туалет. И кончить. Господин взял ремень и принялся бить мочевой пузырь и клитор. Слёзы текли рекой, возбуждение всё нарастало, как и желание опорожнится. После этого господин вновь взял перо и принялся водить по горошине клитора. Вначале мягкой частью, наблюдая, как она извивалась, пытаясь то ли уйти от прикосновений, то ли придвинутся к ним, а потом и твёрдой, вдавливая клитор. Наигравшись, он быстро растянул ей и принялся трахать. Толчки были размашистыми и она была близка к тому, чтобы кончить. Вот только он ей не разрешал. Приходило с трудом сдерживаться. Пожалев её, он вышел. — Давай сучка, делай мне минет. И если хорошо справишься, так и быть, дам тебе кончить. Она старательная вылизывала головку, но сегодня Господин хотел не этого — он грубо вогнал член её в горло, заставляя кашлять и давится. Но она справилась, и Господин кончил ей в горло. — Молодец. Хорошая девочка. От этих слов стало приятно. Наравне с унижением, она любила и похвалу. — Думаю, ты заслужила куни. — Он припал языком к её вагине, слизывая соки и посасывая горошину клитора. Он отстранился, только чтобы сказать: — Кончай. Она кончила, выгибаясь. После долгого воздержания, оргазм был очень бурым. Но господин, у которого за это время вновь встало, заканчивать не собирался. Он вновь вошёл, принимаясь активно трахать. Он быстро входил и выходил, одновременно мокро целуя, трахая её рот языком и надрачивая горошину клитора рукой. Тот был очень чувствительным после недавнего оргазма и стимуляция была болезненной, но господин не останавливался. Он поменял позу так, что вторая рука давала на её полный мочевой пузырь. — Давай, сучка, кончай и писайся от моего члена. И она вновь кончила, выплёскивая прозрачную струю свирта, а потом полилась струя мочи. Она пачкала всё вокруг, но господина это не волновало. ещё раз кончив, он вышел. — Молодец. Хорошо справилась.       Он вытер её, смазал пострадавшие соски мазью, одел, принёс воды и еды. На руках перенёс в спальню. А потом лёг рядом, нашёптывая похвалу.