Претенденты

      Дилюк Рагнвиндр получил это странное письмо ещё с неделю назад. Грешно было бы отказать героине Монштадта в… а, собственно, в чём?              «Дорогой Дилюк!       Приглашаю тебя на фантастическое мероприятие, где соберутся все мои ближайшие друзья. Конечно же, ты просто обязан присутствовать!       Вместе с письмом ты найдёшь особый билет, который переместит тебя в мою Обитель в назначенные время и место.       С собой бери хорошее настроение!       Путешественница.       P.S: Тебя встретит моя преданная подруга».              Путешественница многословностью никогда не отличалась, поэтому всех её речевых привычек и замашек он не знал. Разве что пошутить она любит.              И всё же письмо оставило после себя смутное чувство беспокойства размером с крошечное, едва видимое глазу зерно, из которого совсем скоро появятся первые ростки настоящей тревоги.              Во-вторых, напрягли слова о том, что его в скором времени этот билет практически принудительно телепортирует в Обитель Путешественницы. Отказы не принимаются, значит? Что ж… Ей подобную забаву можно простить.              И вот он здесь.              Рагнвиндр бывал уж гостем в её Обители. А это, чёрт возьми, что ещё за место?              Стилем напоминает Фонтейн, а яркостью – Инадзуму. Огромная комната без окон застелена красными коврами, а вместо потолка здесь высится идеально чёрное небо, где до рези в глазах ярко сияют звёзды. А бар-то здесь откуда? В ушах стучит странная музыка. И ни единой души в данном огромном пространстве. Для кого все эти столы, стулья, выпивка?              Где-то внутри раздался первый тревожный звоночек.              Красные брови исказились в прямую строгую линию.              — Что это за место… — тихо прошелестел одними губами, нахмурившись ещё больше обычного и продолжая озираться вокруг.              Ещё и как-то странно жмёт в ботинках…              Сглотнул, посмотрев на свои руки и ноги.              Что за чертовщина? Почему он одет в свой красный костюм, а конский хвост завязан так туго и высоко!?              — Дилюк! Дилю-ю-ю-юк!              Оглянувшись, увидел на всех парах летящую в свою сторону небезызвестную фею.              Захотелось выдохнуть – он подозревал, что под преданной подругой Путешественницы имелась в виду как раз Паймон.              — Наконец-то хоть кто-то появился! Паймон уже заждалась!              Паймон светилась и улыбалась так, будто ей пообещали бесплатную кормёжку в Доле Ангелов до конца её жизни.              Фея ухватилась за его красный рукав и куда-то потащила. Дилюк решил последовать за ней. Уж фея-то должна знать, что делает.              — Паймон. Ты можешь объяснить мне, что именно затеяла Путешественница?              — Паймон постарается! — и тихо посмеялась, чувствуя своё превосходство.              Дилюк пока ещё крепко держал себя в руках. Ситуация, мягко говоря, не улучшилась даже с появлением феи, которой он доверял на пару с героиней Монштадта.              Она продолжала испытывать его терпение, молча в тряпочку. Дилюк суровее взглянул на фею, и Паймон притворилась наивной овечкой, сделала вид, что чихнула в ладошки, но Рагнвиндр понял, что она посмеялась.              Что. Здесь. Происходит.              Паймон остановила полёт, сделала глубокий вздох и обезоруживающе улыбнулась, заведя руки за спину. Голову чуть склонила к плечу.       — Дилюк… ты же знаешь, что ты герой, да?       Рагнвиндр молча испытывал Паймон, пытаясь понять, к чему та ведёт. Не кивал, не отрицал. Ждал. Он терпеливый.       Паймон туда-сюда забегала глазами.       — Ну, ты же знаешь, что популярен в Монштадте, да?       — Ты же не хочешь сказать, что в Ордо Фавониус прознали о моей деятельности? — постарался не звучать грубо, но обвинительный тон всё же послышался. Конечно, речь не про что-то… отвратительное… Просто Дилюк у нас полуночный герой. Молчаливый и совсем не пафосный герой, да.       Никому об этом не слова. Это так, по секрету всему свету.       — Нет, Паймон не это имела в виду… — фея замотала перед ним вытянутыми вперёд ладонями и головой. Что ж, это хорошо.       Паймон опять улыбнулась, скосив снисходительный взгляд в сторону, и постучала кончиками указательных пальцев друг о друга.              — Дело в том, что ты… ну… ты популярен как…как… как мужчина.       Секунда. Две.       Паймон едва ли смутилась.       Десять секунд. Шестерёнки в красноволосой голове дали небольшой сбой, Дилюк сложил руки перед собой.       — И что?       Нет, правда, логика никак не освещалась. Может, он и популярен у девиц как видный холостяк, но как это связано с тем, что Путешественница на пару со своей подругой позвала его в это странное место? И нарядила его без спросу в этот костюм…       И его ли одного? Похоже, всё-таки стоило спросить у знакомых, получали ли они такие же письма. Возможно, вместе они бы добрались до разгадки и смогли бы… подготовиться? Предотвратить беду?       Рагнвиндр, опять ты поступил самонадеянно.       Похлопав ресницами пару секунд, фея почесала голову и махнула рукой.       — Паймон сдаётся… Тебе всё объяснят вон там!       Фея ткнула пальцем в сторону двустворчатой чёрной двери.              На секунду подумалось, что это врата в ад. По крайней мере, что-то такое читалось в их мрачном стиле. Статуй львов и горгулий ещё не хватает. И ещё этот горящий взгляд Паймон…              — Ты тоже идёшь?       — Нет, Паймон пока что не разрешили…       И ей это явно не нравилось, судя по недовольному фырканью.              Дилюк понял только то, что… В голове не укладывалось – ему преподнесут девиц на выданье!? Мало ему слухов по вечерам в собственной таверне и подстёгиваний от надоедливого названного брата… Путешественница… Что ты задумала?              — Дилюк.       — Что, Паймон?       — Пока что ты не должен заходить туда. Тебя должны позвать.       Рагнвиндр задумался и нахмурил брови, подставил кулак к подбородку. Так, ладно, что мы имеем? Это кажется всё более странным. Но вряд ли опасным.       — Присядь пока, — бросила фея, пикируя на вдруг откуда ни возьмись материализовавшийся диван. Он всё время был здесь?       Присел. И правда захотелось сесть.       Что ж, раз это Обитель Путешественницы, соответственно, всё подчиняется её правилам.       К тому же, почему-то подсознательно был уверен, что раз уж организатором является Люмин, то за теми дверями он её и встретит, и тогда уж он потребует чётких ответов. Но…       — Дилюк Рагнвиндр! — позвал совершенно не её голос, заставив напрячься вновь.       Фея радостно всполошилась.       — О, наконец-то! Ну всё, иди! — Паймон залетала вокруг, останавливая себя от того, чтобы не толкать Рагнвиндра ладошками в спину, чтобы поспешил.       И Дилюк пошёл. Решив, что изложит всё своё недовольство самым аккуратным образом, смело зашагал в сторону странных и неизвестных дверей. Что бы ни произошло, он пройдёт всё как герой. Да.       Первая мысль, когда пересёк порог:       Что. Здесь. Происходит. Опять.       Что это за люди, что это за дама и чего она так широко улыбается? Где Путешественница? Почему… почему на него смотрят так восхищенно и аплодируют?..       — Добрый день, Дилюк Рагнвиндр!       Непонятной даме пришлось дойти до самых дверей, потому что, едва оказавшись в этом дико странном месте, Дилюк врос ботинками в пол и попытался осознать реальность.       Дама остановилась в двух шагах и протянула руку для приветствия. Машинально, но он сделал то же самое.       — Я Эрис, хорошая подруга Путешественницы. Как Вы добрались к нам?       — Добрался… сносно. — Губы надо смазать маслом. Говорить довольно трудно. Давно его так не выбивало из колеи.       — Как настроение?       Девушка дружелюбно улыбалась и выглядела миловидно. Наверное, это хороший знак.       — Приемлемо.       — А можно на ты?       Оглядев её с макушки до пят три раза, коротко кивнул. Признаков неадекватности он в ней пока не нашёл.       — Замечательно! А теперь предлагаю познакомиться поближе и присесть на диваны. — Эрис приглашающе вытянула руку в сторону сцены.       Сцена. Зрители. Личная жизнь.       Будь у него инстинкты самосохранения, как у животного, они бы орали «беги!».       Но Дилюк пошёл, как тело, скинутое в бурное течение реки. Послушно, но всё-таки осторожно, пытаясь разведать обстановку.       Диваны здесь мягкие. Взгляды, обращённые на него со зрительских трибун, одновременно и пугали и… удовлетворяли? Редко на него смотрели вот так – с огоньком какого-то обожания.       Эрис присела на диван напротив и тряхнула кудри себе за спину, продолжая улыбаться ангельской улыбкой.       — Итак. У тебя определённо есть некоторые вопросы, например, зачем же ты здесь. Не переживай, я сообщу обо всём и по порядку.       Что ж, кипа каких-то бумаг, книг и даже рукописей на журнальном столике между ними дали догадаться, что эта дама способна быть ответственной перед собственными обещаниями.       Очки. Книги. Чёрно-белый костюм. Запах бумаг… Девушка подсознательно вызывала доверие. Дилюк позволил себе немного расслабиться. Но…       — Не переживай на счёт зрителей, — легко сказала она, уловив его направленный взгляд в сторону аниме-голограмм.       Так это всё-таки зрители. Ясно.       — Они НПС, — добавила Эрис, махнув рукой и выудив из кипы бумаг тетрадь.       — Кто?       — Это ненастоящие люди.       Эрис уверенно улыбалась. Дилюк обратил к ней взгляд «как это понимать?».       — Это иллюзия. Для веселья и шоу! Тебе не нравится? Не чувствуешь себя звездой? — добавила она через две секунды, искренне интересуясь.       Дилюк мысленно поставил галочку напротив вопроса, зачем… просто зачем?       — Это настораживает. — Нет уж, он не будет делать вид, что всё это ему нравится. Что всё это не подозрительно.       Эрис откинулась на подушки дивана и сложила ногу на ногу, что-то черкая в своих бумагах ручкой.       — Я догадывалась, что ты так скажешь. Всё-таки ты известен не только как герой, первый холостяк и король Монштадта. — Эрис проникновенно заглянула в глаза. Пронзительно как-то. — Ты, Рагнвиндр, чрезвычайно умный человек, научившийся в критические моменты останавливать эмоции и включать холодный рассудок.       Это… это комплимент? Откровенная лесть?       Дилюк кивнул без смущения. Со стороны он казался холодным. По-февральски холодным. Хотел, чтобы она по его виду прочла – для него это не новость.       И всё-таки… Кто эта девушка такая? Откуда ей столько известно?       Она будто мысли и прочла. Дилюку показалось, или Эрис хмыкнула, а стекло её очков блеснуло странным отсветом пламени? Даже музыка притихла слегка.       — Видишь ли… — начала Эрис, выравнивая осанку и удерживая зрительный контакт. — Мы позвали тебя сюда для интервью. Ты гораздо популярнее, чем думаешь. Люди тобой восхищаются, и, что уж тут скрывать, некоторым не безразлична твоя жизнь.              Интервью? Звучит не так уж безобидно. Что ж, на неудобные вопросы он просто не будет отвечать, вот и всё.       — Я не склонен себя переоценивать. И в полной мере ознакомлен с тем, что думает обо мне общество.       — Если не веришь, то позволь продемонстрировать тебе несколько писем от твоих фанатов. Я прочту…       Дилюк не успел попросить её просто-напросто отдать их ему – слишком быстро всё произошло. Хоп – и вот она стянула один будто заранее подготовленный лист бумаги с одной из стопок и просто начала читать. Это разве не личное?       — «Дилюк, — не своим голосом начала Эрис. Ещё и ладонь к сердцу приложила торжественно. — Для меня ты самый сильный не смотря ни на какой паверкрип. А ещё твой красный костюм просто ахереть какой классный. Я готова смотреть на тебя вечность. И да. Можешь не улыбаться. Обожаю твой потрясающий пустой взгляд». Ну, я отчасти согласна.       Эрис с любопытством ждала реакции, оторвавшись глазами от чтения и выискивая эмоции на физиономии Дилюка.       Рагнвиндр затянул хвост ещё туже и пальцами стряхнул невидимую пыль с подлокотника, забыв спросить, что такое паверкрип, и изо всех сил делая вид, что…       …что внутри он не был абсолютно ошарашен. Словами, поворотом событий.       Тем временем Эрис достала второе письмо.       Надо было остановить её. Надо было…       — Или вот! «Дорогой Дилюк, не передать словами, как глубоко я поражена твоей историей становления и силой твоего духа. Но ты не просто герой. Ты – пример настоящего мужчины. Иногда перед сном я вспоминаю тебя, думаю о твоих огненных волосах, о твоей ледяной крепости, где ты хранишь своё сердце, о твоём теле…» Конец. Мне понравилось про ледяную крепость. А тебе?       ..У Дилюка лицо кирпичом.       Это было выразительно.       Это было…       Это правда было?       Эрис довольно хмыкнула и отложила бумаги обратно.       — Думаю, ты согласен теперь с тем, что популярен. Остальные письма я отдам тебе в конце нашей встречи. — Эрис кивнула подбородком в сторону стопки на столике. На самую высокую стопку.       Стопку. Писем. Уверен абсолютно, похожего содержания.       Лучше бы он не сомневался в её словах. Будет уроком.       С очередным её ангельским взглядом и чёртовой ангельской улыбкой прозвенел второй колокольчик тревожности.       Нет. Это не ангел. Она чёрт в юбке. Что эта женщина задумала? Да ещё и на пару с Люмин.       Захотелось уйти. Но в то же время не хотелось сбегать подобно трусу. Герой, значит, да? Да. Не думайте, что Рагнвиндр способен сдаться после какого-то странного около любовного письма и поджать хвост. Он уже сталкивался с подобным… от кое-кого.       Дилюк выдержал её прямой взгляд. Стойко.       — Переходим к интервью? — Её слова прозвучали как вызов. Он почти что дорисовал ей алые рога над кудряшками. Чертовка.       Сдержанно кивнул. Вызов принят. Ну и что, что его почти что насильно сюда приволокли? Окончательное слово за Рагнвиндром.       Дилюк удобнее устроился на диване, положив руку на подлокотник. Расправил широкие плечи.       — Это прекрасно! — Эрис всплеснула в ладоши, принимая вид ангела во плоти. — Начинаем!       В воздухе раздался громогласный проигрыш музыки. Что-то вроде:       Ту-ту-ту!       Тень упала на зрителей, и весь бледно-жёлтый свет собрался только на сцене, опоясывая зону диванчиков в круг. Разве что приглушёнными цветными пятнами плясали под музыку силуэты в форме… сердечек?       — Вопрос номер один! Бывает ли тебе одиноко? — волнительно спросила Эрис, в упор глядя на Дилюка.       Что ж… Иногда он правда об этом думал. Это одновременно и сложный, и довольно простой вопрос.       — Полагаю, каждому человеку бывает одиноко. Это наша природа.       Эрис удовлетворительно кивнула, что-то написала в своей толстенной тетрадке и вновь блестяще улыбнулась ему.       — Вопрос номер два! Ты когда-нибудь в мыслях называл Паймон летающей консервой?       …Всё ещё лицо кирпичом.       — Нет.       — Третий вопрос! — распиналась чертовка, войдя в раж. В глазах у неё уже настоящий пожар. — Существует ли человек, способный покорить ледяную крепость твоего сердца?       — Нет.       Держись. Просто держись.       — Ответ неверный!       …       — Ответ верный, — сказал он с нажимом.       Вот оно. Вот то, ради чего на самом деле его позвали сюда.       — Никак нет, — подозрительно ухмыльнулась Эрис, глядя на Дилюка, как на добычу. — Но зачем спорить? Если можно доказать…       Дилюк понял, что на таких битвах ещё не бывал. А она – противник, каких он ещё не встречал. Тут нужен не меч и огонь. Надо действовать тонко… Или...       Или просто игнорировать всё, что тут происходит. Отличная тактика, Дилюк.       Эрис встала, оглядывая «зрителей».       — Я приглашаю к нам Лизу Минчи!       …       Лиза?       Впрочем, и чему здесь удивляться? За секунду ему пришло на ум как минимум десять причин, зачем она здесь. И Дилюку большинство из них не понравилось.       Лиза прямо-таки проплыла к Эрис и обменялась поцелуйчиками в щёки, с удовольствием с ней знакомясь.       Лиза села рядом. Это порадовало.       — Так что, милашка, расскажешь мне, что тут у нас?       — Видишь ли, милая Лиза…       Когда успели стать подругами?       — …ты очень популярная личность… — продолжала Эрис.       Третий тревожный звоночек. Ладно-то он немного знаменит, но… Лиза? Библиотекарь?       Тревожный звоночек превратился в колокол. На всю ивановскую он гудел о неизбежной опасности.       — …и фанаты очень интересуются твоей жизнью! Как здоровье? Как себя чувствуешь?       — Хи, так мило с их стороны. Всё неплохо, спасибо. — Воодушевлённая Лиза ещё раз огляделась, не снимая улыбки. — Чувствую, что сегодня произойдёт что-то очень хорошее… — промурлыкала Лиза, прильнув ладонью к щеке.       У Дилюка обратное чувство.       И почему Лиза так спокойна? Впрочем, возможно, что у неё просто нет сил возмущаться.       — Чай, кофе?       — Если можно, воды, милая.       А вот ему ничего эта чертовка не предложила.       Дилюк не заметил, как начал стучать пальцами по штанине, потихоньку нервируясь.       В ту же минуту из-за кулис какой-то маленький робот-официант принёс на подносе воду и стаканы. Больше, чем три стакана. Гораздо больше.       — Милашка, — заметила Лиза, глядя на низкого белого робота с огромными зелёными глазищами на чёрной сенсорной панели.       — А то, — обрадовалась Эрис и подмигнула. — Спасибо! Можешь идти, Ева.       (⌒_⌒;) — показала Ева и отправилась обратно.       А может Рагнвиндр здесь и не нужен?       Сделав глоток воды, Эрис продолжила:       — И, конечно, их очень интересует твоя личная жизнь.       Лиза в ответ миловидно усмехнулась. Ей льстит такое внимание? Эрис опять вооружилась ручкой и тетрадкой, закинув ногу на ногу.       — Это так занятно… — протянула Лиза, свободно расстилаясь на спинке дивана. Странный у неё блеск в глазах… Вообще, она выглядит так, будто ей очень нравится вся эта… атмосфера…       — Ещё бы! Знаешь, довольно-таки многие задаются вопросом, есть ли у тебя любовный интерес? Хе-хе, какая многозначительная улыбка! А что, если я скажу, что есть люди, которые считают, что… вы вдвоём были бы отличной парой?       ?       ???       Молчание. Улыбка Лизы. Ноль эмоций у Дилюка.       Лиза. Дилюк. Лиза и Дилюк. Дилюк и Лиза.       — Хе-хе, — вскоре первой ожила и усмехнулась Лиза, с диковатой улыбкой косясь на Дилюка, чьё лицо обволокла тень. Эрис же просто сёрфила на волнах какого-то своего безумного удовольствия.       — Так и что вы об этом думаете? — спросила она, жаждая получить ответ.              Дилюк закрыл глаза.              Интервью, да? Интервью, да? Интервью, да?..              Нет. Он не обязан отвечать. Архонты. Да хотя бы просто дайте ему время переварить эту информацию.              Так. Дилюк и Лиза. Лиза и Дилюк.              Он даже представить их вдвоём не может. Так какого чёрта какие-то недалёкие фанаты умудрились такое учудить!?              Не то чтобы она страшная или не в его вкусе, стара для него или что-то ещё…              Она красивая, это факт. У неё милые глаза, фигура привлекательная. Просто… Нет. Просто нет. Лиза… Это же Лиза. Она ему скорее как старшая сестра. Троюродная и очень далёкая сестра. Только не Лиза.              — Ох, милая, я никогда не расценивала малыша Дилюка как своего потенциального партнёра.              …              Малыша?              — Ой, если честно, я тоже не очень-то могу представить вас в качестве гармоничной пары. Лиза, тебе нужен кто-то… Хм… — задумалась Эрис, потирая подбородок кончиком колпачка от ручки. Всем своим существом она задумалась, прищурила зелено-огненные глаза.              Против воли Дилюк врезался взглядом в оливковые глаза рокового библиотекаря. А Лиза просто подмигнула в своём обольстительном стиле в ответ. Она… она считает, что он такое приемлет?              Малыш?..              Не то чтобы это какие-то комплексы… Но уж лучше тогда герой.              Терпение. Ты не должен высказываться этой женщине. По крайней мере, не сейчас.              — Помладше? — предположила Лиза.              — Необязательно. Главное – понаивнее, — подытожила Эрис с удовлетворённым кивком самой себе.              Что. Здесь. Происходит. (третий раз)              — Хе-хе, может быть… — протянула очаровательно Лиза.              Эрис что-то черканула в тетради. И уставилась на Дилюка. Тот тут же перехватил её этот взгляд «мы только начали, малыш».              Дилюк медленно вдохнул и выдохнул.              Терпение. Ты стойкий. Ты не ругаешься на женщин. Ты герой. А герои добрые. Герои борются со злом. Добро побеждает зло.              — Мне кажется, нашему Дилюку нужен кто-то… помягче. Та, кто сможет…              — … растопить лёд! — закончила за Лизу Эрис, взметнув наверх брови.              У Дилюка еле заметно дёрнулся глаз.              — Хе-хе, — медленно кивнула Лиза, поправив шляпку, закидывая ногу на ногу и соблазнительно приоткрывая вид на бедро.              …Ладно. Это же Лиза. Ты никогда не смотрел на её бёдра, и сейчас не будешь.              — Я знаю, кто на это способен… — понизила голос Эрис.              Дыши. И просто молчи. И не позволяй им играть на своих нервах.              Эрис провозгласила, уже даже не вставая с дивана:              — Пастор Ордо Фавониус, сияющая звёздочка, идол – Барбара Пигг!              Заиграла очень знакомая песня. Её песня. Софиты осветили подиум для растерянной Барбары.              Дилюк опять закрыл глаза. Вариант уйти уже не кажется таким унизительным.              — Нет.              — Барбара! — подбежала к ней Эрис. Приветствие. Пожатие рук.              А его вообще услышали?              — Я сказал – нет, — повторил твёрдо Дилюк, когда Эрис и Барбара присели напротив.              Его определённо слышат. Просто игнорируют.              Барбара пыталась улыбаться. По губам Лизы улыбка же просто змеилась.              — Барбара. — Эрис обернулась к ней и поднесла стакан воды. Та машинально стала пить. — Мы вот тут сидим, обсуждаем романтику, и нам интересно… Твоё сердце свободно?              Брызги-таки долетели до Дилюка. До его колен.              — П-простите, господин Дилюк, это… это вышло случайно! — она поспешила к нему.              — Всё в порядке, Барбара, — ровно выдохнул Дилюк. Всё... всё и правда в порядке. Наверное.              Эрис… Стерва, ты же улыбаешься.              — Д-давайте я вытру... — Перепуганная Барбара присела на корточки у его колен и уже достала белый платочек.              — Нет. Не нужно. Барбара. — перехватил её руку. — Хватит. Слышишь?              Ни. В коем. Случае.              Барбара неуверенно вернулась на диван под напористым взглядом Рагнвиндра.              — Так что насчёт сердца? — завела шарманку Эрис.              — П-простите, моё сердце принадлежит только Барбадосу! — Барбара вжалась в спинку дивана и спрятала красное лицо в ладонях.              — Ладно-ладно, — равнодушно пропела Эрис, махая в её сторону холодный воздух своей тетрадью. — Верю. Ты можешь идти.              Барбара с удовольствием убежала.              Хочется уйти тоже. Всё больше и больше. С каждой минутой. Секундой.              Дилюк послал обвинительный взгляд для Эрис. Чертовка улыбнулась и подмигнула бровями.              — Хм… полагаю, некоторых личностей действительно лучше сюда не звать. Если честно… — обратилась она к Лизе добродушным взглядом. — Тебя я тоже должна была отпустить. Но… Слушай, а ты не против стать особым гостем на этот раз?              Лиза сладко улыбнулась.              — Раз ты приглашаешь, милая…              — Что ж! Тогда давай ко мне, — Эрис похлопала по дивану от себя справа.              И Лиза пересела к Эрис. Дилюк почувствовал себя окружённым по всем фронтам. Двумя танками. Выпил воды. До дна.              — Дилюк, — позвала Эрис.              — Слушаю, — прокряхтел Дилюк.              — По некоторым мнениям, Диона… — Эрис задумалась.              …              Она правда это скажет? Закончит эту фразу?              — Нет. Её всё же вычёркиваем, — Эрис тяжко вздохнула, смахнув мешающий локон с лица. — Это не я, если что, придумала этот шип.              — Эти фанаты бывают такими странными… — хихикнула Лиза.              — Полагаю, Кли мы вычёркиваем из списка тоже…              ???              Внутри закипало что-то похожее на злость. Дыши. Просто… Просто сделай вид, что ты не слышал ни имени Дионы, ни Кли.              Вот значит какие у него фанаты, да?              Больные. Просто… Просто…              Ладно, Дилюк. Просто забудь и не кипятись.              Лиза что-то шепнула на ушко Эрис, и та вдруг подскочила.              — Ну точно! Как я могла забыть! Эола!              На сцену вскоре вошла Эола. Нет, вбежала. Почему-то очень сердитая. Громким шагом она подошла к диванам.              — Что здесь творится? — строжайшим тоном процедила она, поставив ладони на бёдра. — Что это за место? И почему Барбара вся сама не своя!?              — Привет, милая.              — Лиза! Что за балаган здесь происходит!?              — Добрый день, Эола! Меня зовут Эрис. Присаживайся. Водички?              — Дилюк!?              — Просто уходи отсюда, — Дилюк послал Эоле мощнейшие волны своей убедительности, но она их проигнорировала, стоя как истукан, ещё и злющая как чёрт.              — Ой, точно, забыла сказать! — хлопнула в ладоши Эрис и заиграла бровями. — Отсюда невозможно выйти, если я не разрешу.              — Не поняла…              Что ж. Беги, Эрис. Беги от этой мстительной дамы подальше, если жизнь дорога.              — Вы также не можете применять силы своего глаза бога. Это пространство блокирует магию.       Молчание. Тяжёлое. Холодное.       Между Лизой и Эолой произошёл странный обмен взглядами. Какой-то мысленный диалог.       — Чай, кофе? — по итогам телепатических переговоров спросила Лиза, приветливо улыбаясь. Наверное, она будет наслаждаться происходящим и тогда, когда дойдет до кровопролития.       Эола отступила и немного пришла в себя, глухо пробормотав:       — Кофе. С виски.       Эола села с другой стороны дивана, где располагался Дилюк. Ева быстро привезла кофе.       — Ну так и кто мне ответит? — спокойнее спросила Эола, сделав первый горячий глоток.       — Ты погоди, всё сама поймёшь. Видишь ли, у меня к тебе есть очень важный встречный вопрос, — в диалог вступила ничуть не раздосадованная Эрис.       Эола с раздражением вздохнула.       — Ну и?       — Твоё сердце кому-нибудь принадлежит?       Одна секунда. Три…       — Я не буду отвечать на этот вопрос, и уж тем более такой подозрительной личности, — довольно громко, с оттенком кипения злости.       У Эрис зрачок сузился. Эта стерва что-то задумала.       — Ох, то есть, всё-таки принадлежит! Кому? — довольно уверенно.       — Я ничего тебе не скажу! — начала выходить из себя Эола опять, метая молнии глазами.       — Дилюку?       — Нет!       Как резко и чертовски громко. Вроде и отлегло, а вроде и нет… Хм. Он и Эола? Не тот у неё характер. Не такие женщины нравятся Дилюку. Не те, что способны убить одним только взглядом.       — Варке?       — Ни в коем случае!       — Но ведь он такой сильный и надежный, харизматичный!              — Высокий… — поддакивала Лиза.              — Красивый… — мечтала Эрис, хлопая ресницами.       Эола выпила кофе залпом и шумно стукнула чашкой о стол. И внезапно:       — Да не нужны мне мужчины!              И осеклась. Будто поняла, что сказала лишнее. Стянула губы, с силой закрыла глаза и вся сжалась.       Лиза едва слышно хохотнула. Эрис показалась хищной кошкой. Дилюк продолжал делать вид, что ему плевать. Что он не здесь.       Эрис максимально очаровательно улыбнулась и выкрутила настройки своего голоса на максимум по шкале «милота».       — Знаешь, Эола… а ты довольно популярна! И некоторые твои фанаты считают, что ты неплохо сошлась бы с одним человеком…       Эола выгнула бровь, присмирев. Только не говорите, что ей интересна эта ересь.       — Эмбер!       …       Нет. Просто нет. Он об этом даже не будет думать. И представлять. Не будет, чёрт возьми!       — Эола? — растерянно.       — Привет, Эмбер! Я Эрис. Чай, кофе?       — Спасибо… пока нет.       Эмбер вознамерилась присесть рядом с Эолой, потесня Дилюка, но вдруг Эола резко вскочила как кипятком ошпаренная.       Эмбер сильно удивилась. А Эола старалась на неё не смотреть. Архонты…       — Эмбер… знаешь, мы вот тут кое-что выяснили… — Эрис пересластила свой голос. — А ты знала, что твоя подруга влюбилась?       — Что? Это правда? — Эмбер взбудоражилась, послав вопросительный взгляд Лизе.       А Лиза согласно кивнула.       Эола… раскраснелась? Глаза забегали лихорадочно, руки сцепились под грудью.       Рагнвиндру вдруг стало немного интересно, лишь на самую малую часть он начал понимать садистские наклонности этой чертовки Эрис.       — Можно мы просто уйдём? — минуту назад Эола была готова порубить на фарш эту Эрис своим клеймором, а теперь умоляла дать себе путь к отступлению с таким смущённо жалостливым взглядом? Никогда её такой не видел… Она… милая.       Попридержи коней, Рагнвиндр. Какая ещё милая? Нет, это уже ни в какие ворота...       Эрис сверкнула адской улыбочкой и приложила ладони к груди.       — Ох, Эола, я так тебя понимаю. Не влюбиться в этого человека просто невозможно! Эта красота, самоотдача, активность… — слащаво протянула Эрис, прикрывая губёхи кончиком ладони. Пытаясь сдержать… смех.       — Хватит! — рявкнула рыцарь       — Ох, так это… Это правда? Как его зовут? — Эмбер попыталась взять её за руки, переживая за подругу, пока та старательно отводила напуганный взгляд. А в голосе Эмбер слышалась нота… грусти?       — Никак! Я не влюблена! — а по виду не скажешь.       — Хе-хе, какие милашки, — добавила пороха Лиза.       — Я не милашка! — орёт Эола.       — Эй, Дилюк, — насмешливый шёпот Эрис послышался чуть ли не у самого уха. Когда она успела присесть рядом!? — Кажется, здесь у тебя совсем нет шансов. Ты будешь третьим лишним в их постели.       Злость. Эта стерва умеет выводить на эмоции. Но только не Дилюка Рагнвиндра. Только не его ледяную крепость. Тьфу ты, какая к чёрту ледяная крепость! Успел уже заразиться идиотизмом, что ли?       Дилюк неотрывно глядел ей в глаза. Он не сдастся. Эрис от него ничего не добьётся.       — Ты согласен, скажи? Милашки ведь, да? — всё также шептала она, пока Эола краснела и рявкала в руках Эмбер, а Лиза с удовольствием наблюдала за этой странной парочкой, вокруг которой резвилась куча световых сердечек.       Очень. Очень странно. Это же… две девушки.       — Нет.       — Да брось! А чего тогда зарумянился?       Что? Нет, он физически не умеет краснеть. Цвет волос не в счёт. Да она лжёт как дышит…       — Это неестественно. В этом нет ничего милого, — гробовым голосом.       — Ну хорошо, допустим. А сама Эола как тебе?       — Не интересует.       — Да не гони, — Эрис закатила глаза и скрестила руки. — Я же видела, как ты на неё смотрел! Признай! Она может быть милой!       — Нет.       — Просто признай.       — Нет.       — Я не позову Ноэлль.       Молчание. Непробиваемое. Почти. И глаза в глаза.              Эрис улыбнулась кончиком рта и полуприкрыла хитрющие веки.              — И не зачитаю вслух и перед всеми этими прекрасными дамами ещё одно интересное письмецо от одной твоей очень жаркой фанатки, малыш.       Пора признать это. Ставки слишком высоки.       Взгляд зацепился за ту злосчастную стопку писем. Что-то подсказывает, что Эрис не блефует. Лучше уступить.       Взглянув ещё раз на смущённую и шумную Эолу, Дилюк прикрыл на секунду глаза, чтобы едва слышно процедить:       — Она может быть милой.       Эрис удовлетворенно хмыкнула. Дилюк не поверил, что только что это сказал. Вслух. Своими губами. Осмысленно.       — Что ж, девочки, вы можете быть свободны! — поднялась и уселась на своё место Эрис. — Хе.       Вся красная Эола убежала, напоследок окинув всех мстительным взглядом. Так ничего не уразумеющая Эмбер поплелась следом за ней, твёрдо вознамерившись прознать имя объекта воздыхания своей лучшей подруги.       И всё-таки их уход успокоил мало.       — Что-то все тебя отшивают, Дилюк.       — Бедняжка, — вторила Лиза тем же притворно сочувственным тоном.       Чертовки.       — Я и не нуждался. — Спокойствие. Только спокойствие.       Отвратительная из этой Эрис сводница. Говорила, что он популярен, а сам так ни одной кандидатки для себя и не увидел. Все они так или иначе ему не подходят. Даже если скрепя сердце и пришлось признать милой… Эолу.       Чёрт, нет, Дилюк, ты и правда начал сдавать позиции. И только не говори, что тебе становится интересна вся эта ересь…       Эрис гаденько заулыбалась.       — Но ничего. Пусть их сердца заняты другими, есть та, чья душа уже преисполнена любовью к тебе.       Прозвенел четвёртый колокольчик тревожности. Догадка нехило всколыхнула нервы.       Архонты... Только не она. Но реальность оказалась штукой суровой.       Эрис окликнула его личную головную боль. И на сцену впорхнула Донна на крыльях любви. И под светом любви. Эти световые сердечки уже порядком раздражают.       — Господиииин Дилюююк! Как я рада вас видеееееть!       — Здравствуй, Донна, — сухо. Максимально. Просто будь равнодушным, ты делал это тысячу раз. Когда-нибудь она поймёт, что у неё нет и шанса.       — Донна, милая Донна, скажи, как ты относишься к Дилюку? — добавила дров в огонь Эрис. Явно осознавая, что она делает. В высшей степени наслаждаясь этим представлением.       — Я люблю его! — пропела Донна, обняв руку Дилюка и прильнув к ней же. Грудью. — Господин, сегодня ты выглядишь бесподобно в этом костюме. Ах…       Чёрт, нет, не надо так липнуть!       Лиза и Эрис утробно посмеялись.       — Как ты… — пыталась продолжить Эрис.       — Господин Дилюк самый лучший! Господин Дилюк, я верю, настанет время, и вы взглянете на меня по-другому. Я… я… Ты…       — Он так много значит для тебя, да?       — Да!       Рагнвиндр чуть не закатил глаза. Архонты. Скажи ей уже что-нибудь. Она просто давит своими чувствами. Неужели не видит, что ему всё-равно?       — Я люблю ждать господина после работы, подметать его порог, чтобы он не дышал пылью, знаете… я… так сильно люблю, и эта любовь вдохновляет меня.       …       Остановись. Не надо.       — На что например? — поинтересовалась Эрис.       — На стихи! А ещё… на рассказы. О… о нас…       — Донна! — вскочила Эрис. Выглядела она так, будто выиграла только что в лотерею. — Ты что, пишешь фанфики!?       …       Что?       — Да! — в глазах Донны смешались звёзды и сердечки. А ещё она ему скоро руку сломает своей мёртвой хваткой. Или поглотит всего его в свою грудь. Наверное, того она и добивается.       — Ого! Не думала, что кто-то в этом ми… кхм… что ты знаешь о фанфиках! Хе-хе. — Эрис присела обратно, начиная махать на свое лицо тетрадью.       Лиза… У Лизы загорелись глаза…       Плохое предчувствие. Очень плохое предчувствие какого-то апокалипсиса.       — Я даже отправляла рукопись в издательство! Но её отклонили… — Донна томно вздохнула и превратилась в самую несчастную женщину на свете.       — Но почему!? — Эрис к ней склонилась как смогла, Лиза пришурилась.       — Эм... Ну… — Донна покраснела и даже отцепилась от мужской руки, уставилась на сведенные вместе колени. — Из-за некоторых сцен…       Дилюк очень, очень глубоко вздохнул.       Минута молчания. Как двусмысленно, да?       — А у тебя с собой эта рукопись?       Эрис, чёрт… даже не думай…       — Нет… — виновато отозвалась Донна.       — А ты можешь потом прислать мне копию по этому адресу?       — И мне, — как бы невзначай попросила Лиза.       — Никаких копий, — Рагнвиндр пронзительно посмотрел на Донну, на Эрис, на Лизу. По очереди на каждую. Донна послушно-понуро кивнула.       Можно ли сказать, что он избежал чего-то, что и правда может превратить его лицо в подобие помидора? Чёрт, Донна! До чего ты себя довела!? Стоит всё-таки поговорить с ней откровенно. Чтобы и не думала издавать там какие-то фанфики о них двоих! И писать их, чёрт возьми!       — Итак… Дилюк, что ты думаешь о Донне? — опять вмешалась Эрис.       У Донны горели глаза, и он очень не хотел в них смотреть, но надо.       — Донна.       — Да?       — Ты…       И всё-таки что-то резануло по сердцу. Нет, это точно из-за того, что она опять к нему так эротично мнётся! Эти глупые женские чары не действуют на Дилюка. Чёртовы женщины. Чёртовы декольте.       — Мы…       — Да-да?.. — и сверлит его своим раздражающим щенячьим взглядом, трётся, чёрт.       Ну конечно, Лиза и эта стерва ещё и так смотрят!       Дилюк шумно вздохнул, что-то для себя решая.       — Я поговорю с тобой позже. А вы двое… — Рагнвиндр послал взгляд «я не потерплю этого» чёртовым сводницам. — Я дам Донне ответ не при лишних глазах.       — Ладно, — недовольно буркнула Эрис. Видимо, мозгов хватило додуматься, что достаточно уже играть на чувствах влюблённой девушки. Наверное, к нему самому это тоже относится… Отчасти, пожалуй. — Но хотя бы скажи вот что. Донна красивая?       Взглянул на Эрис несколько раздражённо, но признал:       — Да.       Если отбросить её чокнутость и повёрнутость на его персоне, то она вполне нормальная и даже симпатичная девушка. Да.       Донна подпрыгнула.       — А-а-а! Я так счастлива! Встретимся тогда в баре, господин Дилюк? Хотя стойте, я могу подождать у вас дома! Я готова ждать вечность!       …У него дома?       — Я сделала копию ваших ключей, — без тени сожаления. Без зазрения совести и, конечно, без спроса. Зато очень счастливо.       …       Как?       Это… просто… Так. Ладно, не злись. Ты решишь проблему по имени Донна сегодня же. И тогда всё будет в порядке.       — Жди меня за дверями.       Донна радостно кивнула.       Надо будет не забыть поменять замки. В самое ближайшее время.       После ещё нескольких минут сладострастных речей Донна выпорхнула за двери.       Это было тяжело. Непередаваемо.       — Так а какой ты ответ ей дашь?       — Объясню, что я ей не пара, — холодно сказал Дилюк. Так, погодите, а почему он вообще отвечает Эрис на вопросы о своей личной жизни!? Хотел ведь игнорировать.       Похоже, всё-таки его выдержка потихоньку шла трещинами. И неудивительно.       — Жестоко, — съязвила Эрис, ухмыляясь и попивая свой кофе.       Чья бы корова мычала.       Выдохнул устало, что не скрылось наверняка от этих по-кошачьи пронзительных женских глаз. Двух пар глаз.       — А почему?       Просто не отвечай. Ты не обязан. Никому и ничего.       — Мне кажется… — натурально вмешалась Лиза, взяв печеньку. Когда они появились? — Наш Дилюк любит женщин не таких навязчивых.       И заглянула в его глаза как-то оценивающе. И Эрис. Ему кажется или его буквально лапают взглядом?       — Ему нужна та, что не прогнётся, — выдала какой-то несусветный бред Лиза.       — И милая. Ему нравятся милые.       — Но с характером. Сильная, волевая, но всё же по-женски слабая. Наш Дилюк нуждается в том, чтобы защищать.       — Однозначно, — подтвердила Эрис.       — Может, хватит? — не выдержал Дилюк, сдвинув брови.       …              Чертовки синхронно переглянулись между собой и опять оценили вид Дилюка.              — И обязательно умная.       — Да.       …       На мужском лбу проступила пара оливковых вен. Эрис примирительно вскинула руки. Лиза скрыла смешок в ладошке.       Дилюк попробовал призвать пламя. Как и ожидалось, магия в этом пространстве ему не подчиняется.       Просто на секунду захотелось спалить здесь всё к собачьим чертям. На долю секунды. Видимо, опасность такого и предусмотрели.       А внутренний тревожный колокольчик подсказывал, что дальше – хуже.       — Как долго этот спектакль будет ещё продолжаться? — Рагнвиндр затянул хвост на голове ещё туже. Готовясь… к худшему.       — Хе-хе. Втянулся, да? Ещё три человека. Не расстраивайся, что так мало. Но поверь, уж этих кандидатов ты сможешь оценить…       Тревожно. Давно ему не было так неспокойно. Эти чёртовы сердечки, что пляшут вокруг, музыка, что будто смеётся над ним. Как тут ещё не танцуют на костях? На его костях. Впрочем, оно и происходит, пусть и в переносном смысле.       Лиза и Эрис то и дело взглядами перекидываются, явно спелись. Чёрт… две чертовки-сводницы.       — Итак, думаю, начнем с третьего места из списка претендентов на твоё сердце…       Отлично, тут ещё и рейтинги имеются. Невольно сглотнул. Ну и кто на этот раз?       — Что ты думаешь о себе и Люмин?       Есть такая фраза – сердце ухнуло вниз. Так вот каково это…       Это… ужасно. И с этим самым оттенком ужаса в глазах он кинул быстрый взгляд к чёртовым дверям, откуда выходили прежние девушки и он сам. Но её там не было.       Спокойно. Соберись. Что ещё за реакция?              Оглянувшись обратно на девушек, увидел в их глазах… предвкушение. Архонты, что эти две чертовки уже себе там нафантазировали?       — О боже. Тебе нравится Путешественница? — с удивлением вскрикнула Эрис, хлопнув себя по щекам.       Молчи. Просто попробуй убить взглядом также, как Эола.       — Хм… это так… — Нет Лиза, не предавай меня окончательно. Не говори этого. Не смотри так снисходительно. — Это так мило…       И всплеснула ладошками, прикрывая глаза.       Эрис так вообще впала в ступор.       Ситуация вышла из-под контроля. И нет, не сейчас, а ещё тогда, когда получил на руки то чёртово письмо.       Тупик. Ловушка. Ты добыча, Дилюк. Тебя пожирают.       Борись. Злой предупреждающий взгляд не помог, значит, придётся воспользоваться языком.       — Ты ошибаешься. Я уважаю Люмин, но не смотрю на Путешественницу с такой стороны.       И это абсолютная правда. Просто Люмин... её личность всегда вызывает какой-то душевный трепет. Не в любовном плане. Это скорее восхищение. Да.       Эрис смешно фыркнула, отвлекаясь от писанины в тетради. Лиза перешёптывалась с Евой.       ♡Σ>―(〃°ω°〃)♡→ — показалось на экране у Евы.              — Правда? Ты правда не смотришь на неё, как на девушку? — с какой–то немыслимой осторожностью спросила Эрис у Дилюка.              Твёрдо кивнул.              — Но Люмин ведь почти самая желанная девушка в вашем мире…              — Не в моём вкусе.              Он… Он правда это сказал. Чёрт. Чёрт. Скорее прими это своё каменное и безучастное выражение лица, как и обычно. Будто то, что ты сейчас выдал своим предательским ртом, это… это так и надо.              Эрис странно улыбнулась, а Лиза выжидала чего-то, как хищница.              — Почему? — явно не поняла Эрис.              Этот вопрос следовало ожидать…              Молчи. Просто не говори. Просто не дай этим двоим узнать, что тебе нравятся… повыше и погрудастее.              Ты никогда этого не скажешь вслух. Даже себе. Понял?              Эрис мило улыбнулась, прямо как в начале всей этой вакханалии. Странно.       — Ну слава богу, — облегченно выдохнула Эрис. Абсолютно внезапно. Даже Лиза её не поняла, выдавив томное «ммм?».       Дилюк не сдержал вопросительного взгляда. Даже морщинки на лбу, вызванные раздражением, разгладились в некотором удивлении от непонимания данной реакции.       Эрис заметила их непонимающие выражения лиц через пару секунд и похлопала глазами.       — Что? Просто я Люмин с другими шипперю.       А можно ещё больше непонятных слов?       Эрис цыкнула.       — Я имею в виду, что я тоже не вижу вас парой! — наконец-то объяснила она по-человечески.       — А мне кажется, они бы отлично друг другу подошли. И малышке Паймон нравится наш Дилюк, — почему-то слова Лизы приятны ушам.       — Нет... Люмин нужен… Так, не о ней сейчас. Люмочку я припасла на десерт, как са-а-а-амое сладкое, — с восторгом и предвкушением протянула Эрис, чуть ли не облизываясь.       Страшная женщина. Нет, правда. Что ещё она способна выкинуть?       И кстати?..       — А где сама Люмин?       — Оу, мм-м, она сейчас занята и не может подойти, хе-хе, — замялась Эрис, избегая взгляда Дилюка.       Рагнвиндр напрягся. Опять.       — Да не о чем переживать! — Эрис весело замахала ладонью вниз-вверх. — Ты скоро её увидишь. Хе, соскучился? Ладно, закрытая тема. Ты бы лучше о себе беспокоился! Ведь сейчас на эту сцену выйдет вторая кандидатка на штурм твоей ледяной крепости!       Честно? Занервничал. Уже даже не обратил внимание на «ледяную крепость», которой обзывают его сердце.              Будто приближается тень кульминации. Будто… будто перед прыжком со скалы. Поправил манжеты даже. Стряхнул пыль с колен.       Кто это может быть? Десятки имён пролетели в голове.       И вдруг синхронно:       — Заместитель Магистра Ордена – Джинн Гуннхильдр!       Накатило некоторое облегчение… Это Джинн.       Джинн – оплот спокойствия. Она определённо способна уравновесить атмосферу своей адекватностью и выдержкой, потому что, вот честно, терпение Рагнвиндра не бесконечно.       Предел уже близок, правда. Близок как никогда.       Тем временем Джинн обменялась любезностями с Эрис и Лизой. Она не выглядела растерянной, он не зря столько лет её знает. Просто она сильная. Просто это Джинн Гуннхильдр, и этим всё сказано.              Джинн лаконично присела рядом, но на некотором расстоянии.       — Полагаю, ты уже знаешь, зачем мы здесь собрались?       — У меня есть некоторые догадки, госпожа Эрис, — Джинн нервно усмехнулась.       …       Что? Джинн? Нервно усмехнулась?       К слову, она даже ни разу не взглянула на Рагнвиндра.       Так, нет, не фантазируй в лучших женских традициях. Это случайность. Ну, или же совпадение, как будет угодно. Вот, смотрите:       — Рад видеть, Джинн.       — О, эм... Да, и я тебя. Привет.       ?       Какого чёрта?       Эрис кашлянула, привлекая внимание.       — Кажется, я и Лиза вам двоим мешаем? Ха-ха, ладно. Джинн, а ты знала, что, как и у твоей сестры, у тебя тоже есть фанаты?       Джинн непроизвольно вжалась в спинку дивана и поправила чёлку, скрестила руки под грудью.       — Я впервые слышу об этом… — Джинн сглотнула. Джинн сглотнула? — Как-то не удавалось узнать.       — Что ты думаешь о Дилюке как о парне?       Подождите! Вот так сразу в лоб? Кажется, перед этим нужно было ей как минимум два-три наводящих вопроса задать...       Так, погоди… А зачем? Рагнвиндр, что за идиотские мысли лезут в твою голову?              — Эм, он…       Чёртовы световые разноцветные сердечки, что пляшут по потолку, стенам и по полу. И музыка. Кто переключил песню на… романтическую!? Это что за странный язык? Никогда такого не слышал.       И молчание. Сколько оно уже длится? Две секунды или две минуты?       Джинн… Архонты. Почему ты избегаешь моего взгляда?       И почему я неотрывно смотрю на тебя?       — Так, ладно, поступим иначе, — вмешалась Эрис со своей медвежьей услугой, поправив очки повыше к переносице. — Я буду перечислять характеристики, а ты будешь говорить «да» или «нет». Договорились? — подготовила свою тетрадь и вооружилась ручкой.       Джинн старательно-собранно выпрямилась и вздёрнула подбородок, кивнула, сложила руки на коленях.       — Да. И прошу прощения… Просто… Это странный вопрос. Но я готова ответить.       Слава Архонтам, прежняя Джинн на месте. А то уж он начал думать разное и… бредовое. Абсолютно.       Это ведь Джинн. Джинн, которая с гордым видом готова встречать любые трудности.              Но сложность по имени Эрис оказалась слишком сильна.              Джинн не знала, во что конкретно вляпалась. Потому что там, в той огромной комнате со звёздным небом и баром, никто не смог ей толком ничего объяснить.              Барбара не выдавила из себя ничего членораздельного, махаясь веером в попытке согнать красноту с щёк и пот. Красная как варёный рак Эола прямо при всех ругалась с Эмбер. Только Диона вела себя как обычно, готовя напитки в баре. Донна пыхтела о любви к Дилюку, что, впрочем, тоже обычное дело, да и Ноэлль не смогла дать ответ, лишь пожимая плечами.              Только Паймон смогла поделиться хоть какой-то информацией. Так Джинн и узнала, что там сейчас Дилюк. И ему… подбирают пару. И вот… позвали её, Джинн. Практически после своей сестры. Младшей. И смущённой.              Джинн никогда не думала о Дилюке так. Правда. Но… Всё это заставляло нервничать. И появлялись странные мысли в голове. Совершенно непредсказуемые!              Она пообещала себе держаться стойко и не ударить в грязь лицом. И если вдруг её спросят… Она улыбнётся. Назовёт его другом. Даст положительную заученную наизусть характеристику. Да. Так и будет.              И вот она здесь.              И всё пошло к чёртовой матери.       — Дилюк умный, — начала Эрис перечисление.       — Да, — легко согласилась Джинн.       — Сильный.       Быстрый кивок.       — Порой бывает невыносимым.       Мгновенный кивок.       — И таким сексуальным.       Ки…       — Холодный снаружи, горячий внутри! — распалялась Эрис, чья улыбка растягивалась до ушей. Лиза одобрительно кивнула и неслышно хихикнула.              Дилюк поймал себя на нервном тике.              ???       Даже воздух перестал двигаться. А вот кровь вскипела, а глаза наружу.       Джинн покрылась тонким слоем испарины и смотрела на Эрис так ошарашено. Эрис улыбалась ехидно. И Лиза.              Сжался мужской кулак. Даже не взглянув на неё:       — Джинн, ты не обязана это терпеть. Эрис, отпусти её, — медленно и чётко вмешался Дилюк, стараясь сдержать ударную дозу раздражения. Злой. Сердитый. Непоколебимый. — Между нами ничего нет. Точка.       — О, это так по-мужски… — ахнула Лиза в удовольствии.       — Да. Заступаться за своих женщин – это сексуально, — со знанием добавила Эрис, не боясь холодного-жаркого взгляда Рагнвиндра. Чёрт. — О, нет-нет, Дилюк, я от вас двоих не отстану. Вы вообще знаете, что половина сообщества считает вас идеальной парой!? Вы только взгляните на себя! — ткнула в них пальцем. — Раскройте глаза! Вы друг другу подходите!       Это провал. Это… это… Как эта женщина могла так извратить весь посыл его слов?       Костяшки зачесались в кулаке. А Джинн… Джинн просто пыталась осмыслить то, что сейчас услышала.       — Ну так что скажете? — уже спокойным тоном отозвалась Эрис. Как будто только что не провернула их души через мясорубку.       Может, вернуться к прошлой стратегии? Просто игнорировать эту стерву? Но… Архонты… Теперь-то здесь еще и Джинн. И она просто… Она…       Она в ужасе. Да?       Хуже быть уже не может.       — И п-почему это мы друг другу подходим!? — выпалила Джинн, не отрывая взгляда от… чего-либо, лишь бы не смотреть на Рагнвиндра.       — Вы два трудоголика, — бескомпромиссно сказала Эрис.       — Вы оба такие милые, — умилялась Лиза.       — Это не аргументы, — включился Дилюк.       Спор. Это война.       Эрис усмехнулась недобро. Она то стучала ручкой по тетрадке, то размахивала ею по воздуху, жестикулируя.       — Вы совместимы характерами. Вот после всего, через что вы вместе прошли, разве вы не заметили этого? Вы отличная команда! А ещё Джинн всегда улыбается. Её улыбка идеально уравновешивает твой вечно ледяной взгляд! Ты ведь согласен, да? Скажи! У Джинн очаровательная улыбка? Да или нет?       Как… Как он оказался в таком положении? Он не может не согласиться с этой чокнутой. Как минимум потому, что она чертовски права.       Очень сдержанно кивнул.              — Ну давай, вслух. Повтори. У Джинн очаровательная улыбка.              …       — Боже, ты сейчас так зол… — усмехнулась Эрис, не дождавшись ответа.       — Сексуально, — сказала Лиза.       — Ага.              — Мне кажется, наша Джинн тоже так думает.       Палка… Её перегибают. Прямо здесь и прямо сейчас.       Глубоко втянув воздух в лёгкие, обернулся проверить эмоциональное состояние Джинн. Она скрывала нижнюю часть лица ладонью, тут же при виде него отвернула взгляд в бок и… сдержала улыбку? Или смех?              — Знаешь, Лиза… — насмешливо потянула Эрис.       — Да, милая?       — А у Джинн очень красивые голубые глаза. Интересно, кто-нибудь ей говорил об этом?       — Хе-хе, это верно. А ещё наша Джинн добрейшей души человек…       — Я считаю, она достойна мужчины, который будет совершать для неё геройские поступки каждый день.       — И ночь.       — Разумеется.       …       Эрис и Лиза на пару секунд оглянулись на Джинн и Дилюка с приторно загадочными полуулыбками. А после продолжили.       — А этот летний костюм Джинн очень идёт. Она такая высокая и стройная!       — Хе-хе, да… Эти шортики так удлиняют её ноги…       — А топ подчёркивает объём груди.       — Сексуально.       — Да, Джинн определенно сексуальная.       — Правда же, Дилюк?       Что он там думал пару минут назад? Хуже быть не может? Может.       Эрис широко ухмылялась и хихикала.       — Ты же не станешь отрицать эти факты? — прямой взгляд. Выжигающий. И в ответ ей такой же.       Джинн выпила водички залпом в один присест.       — Можешь продолжать играть в молчанку, Дилюк, но знай, я не отпущу Джинн, пока не скажешь, что ты думаешь о ней как о своей возможной паре.       Думай. То есть, нет, думай, но не о том, о чём хочет эта чертовка. Просто думай своим чёртовым идеально холодным рассудком. И не обращай никакого внимания на бешено колотящееся сердце, это просто злость. Отчаянная и рвущаяся наружу. Ты выплеснешь её на тренировке. Потом. Даже вина глотнешь бокал или два. Или три. Или бутылку. Но потом. Не сейчас.       А эти картинки в твоей голове в виде полуголой Джинн – это не твои фантазии, насильно запиханные в голову чужими трудами. Просто успокойся и возьми себя в руки.               — Кстати, — что-то вспомнила Лиза. Её хитрая улыбка Дилюку совсем не понравилась. — А ведь библиотека находится прямо напротив кабинета Джинн. И под ночь иногда наш Дилюк заходит туда…              У Эрис зазвездились глаза и широко раскрылся рот, чуть не выпали очки вместе с глазами.              — Лиза… Ты… Ты что-то знаешь? Ты что-то слышала?              — Хе, обычно мужчины просто так не приходят под вечер к одиноким девушкам… — наматывала локон на палец Лиза и многозначительно глядела на Джинн и Дилюка.              — Э-это было по делу! Он… Там… бумаги…              Джинн, оправдания только усугубят… Просто… Просто надо подождать, пока этот бред в их головах не пройдёт.              — Хе-хе, ну конечно, — не поверила Эрис и послала Рагнвиндру взгляд «это моя игра и мои правила, детка». И тут Эрис неожиданно подскочила, прижимая ко груди свою дурацкую тетрадь, и оглядела всех. — Хотя погодите! Я поняла, как всё было!              Архонты. Не надо. Замолчи.              Эрис закрыла глаза. Но она точно видела что-то на внутренней стороне своих век. И вдруг открыла. Словно до неё снизошло озарение.              — …Дилюк наверняка приходит к ней поздними вечерами, чтобы проверить, не заработалась ли опять там Джинн! Он беспокоится о ней, ведь не хочет, чтобы она слегла с переутомлением! Однако Джинн так просто не проймёшь... Но Дилюк заставляет её вспомнить, что она в первую очередь – женщина… И тогда… Дилюк применяет к ней свою мужскую силу, ловит её тонкую руку и говорит прямо в ухо интимным баритоном: «Детка. Хватит. Я сказал – довольно. Иди ко мне. И к чёрту твои бумажки…» И тогда… И вот! Он стряхивает все эти ненавистные кипы документов и резолюций с её дубового стола, чтобы прямо там… прямо на нём... Ой, мамочки…              …       Пугающее молчание. Отсутствие дара речи у Дилюка и Джинн. Вздохи и ненормально вдохновлённый взгляд Эрис, её ладони на своих порозовевших щеках. Восторг в блестящих глазах, которыми она смотрит на Дилюка и Джинн, которая смущена до предела и просто прячет лицо в ладонях, как и её сестра до этого. Лиза всё это время наблюдала за Эрис с неподдельным интересом, а теперь оценивала обстановку и лыбилась.              Дилюк, кажется, не дышал какое-то время. Потому что… что это сейчас было за бешенство матки?              — Этого не было, — попытка не пытка, Дилюк. — Никогда.              Ни в реальности, ни в его голове. И не будет. Не будет.              Не будет. Повторить сто раз.              Эрис заморгала, сгоняя наваждения, вернулась в реальность обратно к ахеревшим от её монолога Дилюку и Джинн, ухмыльнулась. И наконец-то села, приняла прежнюю позу. И…              — То есть, ты бы не взял её силой прямо там на столе? Какой ты терпеливый. Тогда что бы ты сделал? Проводил бы Джинн к себе или к ней домой? Как приличный джентльмен? Или, вернее сказать, как герой?              …              — Ничего из этого.              — Лучше к нему, — сказала Джинн одновременно с Дилюком.              Молчание. Опять. И невероятно довольные улыбки чертовок напротив.              Ту-ту-ту! — прозвучало странное звуковое сопровождение, и сцена озарилась розовым светом. Сердечки вокруг заплясали усерднее.              …              Джинн… Она… Она правда это сказала, да?       — Да, я тоже это слышала, — вторила внутреннему голосу счастливая Эрис. Практически в голос запищавшая Эрис (а ведь это даже не её любимый пейринг).       Джинн правда не хотела... Просто... Просто если бы пришлось выбирать, к кому идти домой, то лучше к нему, там им... эм... не смогут помешать? На этом все здравые мыслительные процессы Джинн отключились от осознания. Очень странного и внезапного осознания.              — Хе-хе, — вставила Лиза. — Ева, прошу, принеси нам ещё воды, у нас закончилась.              (￣▽￣*)ゞ — показала Ева.              — О, так ты тоже считаешь, что они отличная пара!? — неожиданно спросила Эрис… Еву.              (♡°▽°♡) — показала Ева розовым цветом на чёрном экранчике.              — Знаете, — продолжила Эрис, — всё это может быть между вами. Вы просто из тех, кто привык отрицать свои чувства. Думаете, что поодиночке вы сильны. Но это не так, и жизнь не раз вам это доказывала. Особенно с тех пор, как в Тейвате появилась Путешественница. Ну же, давайте, признайте. Вы были бы отличной парой!              Дилюк взглянул на Джинн. Она почти задыхалась. То ли от позора, то ли от смущения. И тогда она тоже нашла его глаза своими, будто почувствовала его изучающий взгляд.       Секунда. Вторая. И… искра? Чёрт. Что он сейчас может сделать!? Это что, паника? Там, прямо под его рёбрами?              — Возможно… — начал Дилюк с неожиданным придыханием, откинувшись на подушки устало. Даже кадык дёрнулся. Погоди, нет, стой! Ничего не говори и не смотри в её глаза! И на то, что ниже, тоже! — Джинн… в моём вкусе.              — И она подходит тебе.              Отвернулся, потому что круглые, огромные, такие голубые и открытые глаза Джинн так сильно и остервенело впивались в его, а жар её щёк буквально касался разгорячённого рассудка, рисуя в его воображении сцену в её кабинете. Ту, что описала Эрис.              — И она подходит мне, — тупо повторил с закрытыми глазами и опустил подбородок на сомкнутые в кулак ладони, опустив лицо.              — И она сексуальная.              — Да.              Сдался. Просто сдался.              Эрис просияла.              — И ты не против взять Джинн прямо в её кабинете.              — Не наглей.              — Ладно, это всё равно был риторический вопрос…       Эрис протянула ладонь для Лизы, и та с радостью дала ей пять.       — Думаю, этого достаточно для вас двоих, — довольно подытожила Эрис, встряхивая кудри по плечам и выравниваясь. — Так сказать, начало положено.       Лиза растормошила охеревшую от жизни Джинн и провела к дверям, где её уже ждали, напоследок что-то сказав о том, что она растопила ледяную крепость. А вернувшись, спросила Эрис:              — Милая, ты описала ту сцену с ними так… Ты случайно не пишешь книги?       — Хе-хе. Лиза, ты не поверишь, но и правда пишу…       Они серьёзно думают, что Дилюк не слышит их громкие перешёптывания?       — Я бы хотела прочесть что-то из твоего репертуара, если ты не против.       — О, ты даже не представляешь, насколько скоро ты познакомишься с моим творчеством. Хе... Хе-хе. Хе-хе-хе. Ха-ха-ха!       Что за злорадный смех? Жуткая стерва.       Дилюк пилил взглядом Эрис. Ох, как много он хотел бы ей сказать. Очень, очень много. И тогда, отсмеявшись, она наконец заметила его обвинительный во всех грехах взгляд.       — Ну чего ты? — невозмутимая Эрис отпила воды. — Это всё ради тебя же устроено.       — Сомневаюсь, — выплюнул Рагнвиндр, скрещивая руки в замок.       Сколько времени уже прошло? Полчаса? Час? Он изнеможден, как путник в пустыне. И пусть здесь есть вода, ни черта это место не оазис!       — Ну не дуйся. К тому же, Джинн и правда отлично подходит тебе. Ты ведь сам это признал! — не унималась Эрис с распахнутыми глазами. — А так бы точно ещё лет пять в девках ходил…              Пропусти это мимо ушей. Сделай вид, что ты не слышал, ладно? Успокойся. Дыши.              — Ты меня вынудила это сказать.              — То есть, на самом деле ты не считаешь, что все эти милые девушки тебе пара? — неожиданно спросила Лиза. Со странным подтекстом. Зачем-то по скуле своей постучала пальцем. Голову вбок наклонила.              — Именно так, — не заметил подвоха Рагнвиндр.              Эрис вздохнула и уныло покачала головой. Это… это поведение показалось странным. Даже для неё. Чего это она так внезапно расстроилась?              — Эх, а я-то надеялась. В общем, раз такие дела, то вся надежда только на последнего кандидата… — неопределенно сказала Эрис, пожевав губу и передавая свою тетрадь Лизе.       Лиза что-то прочла там и…              Никогда не видел такого выражения лица у неё. Это шок, смешанный с… удовольствием? восхищением? неверием?       Что происходит? Что там за последний кандидат?       Погодите…       Кандидат?..              Тревожный звоночек уже даже не колокол. А оркестр из тысячи колоколов.       Эрис встала.       — Кэйа Альберих! — как удар хлыстом.       Дилюк был ошарашен за этот последний час несколько раз. Так Дилюк думал. Он ошибался.       Потому что вот теперь он по-настоящему в шоке. В абсолютнейшем неверии. Отрицании. Гневе и одновременно в пустоте. Его выкинули в открытый космос без снаряжения. Дилюк не забыл, как дышать, ему просто-напросто нечем.       Дилюк Рагнвиндр захотел умереть на месте. Причина смерти – остановка сердца. Принудительная.       Нет, чёрт, даже не думайте, что из-за каких-то чувств!       Архонты. Венти. Просто вытащите меня из этого ада.       Кэйа лёгкой походкой притормозил напротив своего места рядом с Дилюком и протянул руку для рукопожатия.       — Давно не виделись, Дилюк. Выглядишь, как в старые добрые, да?              В глазах Дилюка начало зарождаться что-то тёмное при взгляде на братца.       Руку. А он должен пожать, да? И это будет дружеским жестом, да? И эта чертовка не надумает там себе ничего… ненормального?              То есть, претендент номер один – Кэйа? Да?..              Дилюк и… Кэйа?..              …       Дилюк уткнул презрительный-стеклянный взгляд в свои ботинки.       Чертовщина. Нет… это пиздец. Это… это просто пиздец. Кто… кто? Чья это идея? Может, кто-то и правда желает ему вселенского зла?              Руку Дилюк ему так и не пожал, и Кэйа со смешинками в ухмылке и в глазу уселся на соседнее место с другого края дивана, поскрипывая своими отвратительными кожаными штанами.              Правильно. Держись подальше. Как минимум из-за противного алкогольного душка, а как максимум… Просто. Даже. Не. Касайся. Не смотри и не разговаривай со мной.              Меня нет. Я мебель, я тоже красный. Я слился с диваном.              — Классный прикид, — похвалила Эрис этого подонка.              — Хех, благодарю, вы тоже прекрасно выглядите, девчата.              — Ихи, можно на ты. Эрис, к вашим услугам. Чай, кофе, капучино, потанцуем?              — Кофе. А на счёт танцев я пока подумаю.              — Хе-хе.              Остановите. Хотя нет… Просто продолжайте флиртовать и не смейте переходить к… этой… к той самой теме.              — Кэйа, душка, как ты относи…              — Почему? — зло и невольно процедил Дилюк, поймав непонятный взгляд Эрис, перебивая Лизу. А вот Эрис отчего-то одновременно было и грустно, и радостно.              Странная женщина. И страшная.              Эрис стала заламывать пальцы и не смотреть прямо на Дилюка.              — Ну, понимаешь, Дилюк, я и сама не слишком рада этому. Но ты ведь сам сказал, что девушки тебе не подходят…              Так. Минуту. Просто остановите время хотя бы на одну минуту и дайте ему придумать ответ, пока его чёртов братец не понял, что тут происходит.              Погодите. То есть, эта чертовка… Она искренне считает, что он…              …голубой?              Кэйа пытался понять, что здесь за сыр бор, и почему вдруг одно большое световое сердце голубого цвета озарило диван, где сейчас сидят названные братья. Скрестил руки, но в целом продолжал выглядеть расслабленным. Тем более на фоне Дилюка.              Рагнвиндр сгорбился и внимательно оглядел его за пять секунд своего незаметного наблюдения. Чёрт, он… Кэйа уже что-то подозревает.              — Понимаете, мальчики, — снова включилась Лиза, привлекая внимание. Что ж, пора бы привыкнуть. — Между вами есть определённая химия.              Остановилась, оценивая реакции парней.              …              — Продолжай, Лиз, — непонятным тоном попросил Кэйа.              Дилюк пытался раствориться в пространстве, закрыв глаза.              — Я отказываюсь это выслушивать, — угрюмо. Мрачно. И чуть-чуть вопрошающе.              — Это известный троп в литературе. Называется «любовь и ненависть», — объясняла Лиза с чувством, с толком, с расстановкой. — Вы как лёд и пламя. Даже ваши глаза бога это подтверждают.              …              Любовь?..              — О! Они столкнулись – лёд и пламя… — пробормотала Эрис с милой улыбкой, хлопнув себя по лбу. — И правда…              — Похоже, не стоит пытаться вселить огонь в ледяную крепость нашего Дилюка. Ведь что если этот лёд изначально принадлежал Кэйе? — рассуждала Лиза. О чём-то очень безумном.              — Не знала, что ты яойщица, Лиза, — заметила Эрис с ноткой… страха?..              — Хе-хе.              — В общем… — вздохнула Эрис. Вид у неё даже несколько виноватый. — Люди называют ваш пейринг кратко – КаеЛюками, вас чаще всего шипперят именно друг с другом. И да, ваша пара входит в топ пять пар Тейвата. Вот.              — Что значит шипперить? — игриво спросил Кэйа.              — Сводить вас в романтическом плане. О, хорошо, что ты спросил! — воодушевилась Эрис в мгновение ока. — Люди, которые шипперят других, называются шипперами. Они представляют вас в своих мыслях и даже занимаются творчеством, рисуют, пишут про вас фанфики, это как книги… Вот.              …              Парни благоразумно решили промолчать.              — Кхм. В общем, на правах ведущей и от имени ваших шипперов для начала я прочту пару писем от фанатов вашего пейринга...              Лиза томно вздохнула.              — Не делай этого, — это был Дилюк. И это было почти похоже на его голос.              Угроза. Это правда звучало как угроза с его стороны.              Потому что… Потому что… Потому что это пиздец.              — Да не парься, — махнула рукой Эрис, неловко усмехаясь. — Ничего эротичного. Почти. Поверь, это самое безобидное.              — Так… — подал голос Кэйа, негромко хлопнув ладонью себе по коленке. Не ясно, что у него в голове. Тон непонятный. Вроде и недовольный… А вроде и… заинтересованный!? Какого чёрта? — Прошу извинить, а какова цель?              — Ты и Дилюк должны рассмотреть возможность ваших романтических отношений и определиться со своими чувствами друг к другу, — невозмутимо отчеканила Эрис с лёгкой улыбкой.              Какой определиться? Какими ещё к чёртовой матери чувствами!?              — Хм. Я понял, — хмыкнул Кэйа и… приподнял уголки губ.              — Что, чёрт возьми, ты понял? — не выдержал Дилюк и прямо обернулся в невыносимому брату.              Мог бы Рагнвиндр, уже бы воспламенился.              — Что мы должны рассмотреть возможность наших романтических отношений и определиться со своими чувствами, — точь-в-точь и медленно повторил Кэйа с какой-то издевательской усмешкой. И ногу на ногу закинул.              Он и правда смеётся. Он… хочет вывести из себя окончательно, да? Так заметно, что Дилюк уже на грани своего терпения? Да?              Рагнвиндра уже тошнит. Физически.              То есть… люди считают его голубым, да? И… И эти две чертовки на пару с недо-братцем думают, что он сейчас будет танцевать-унижаться под их дудочку и распинаться о том, что он не из этих? Что у него нет романтических чувств к Кэйе? Или как!?              ...              Пиздец.              — Я так понимаю, некоторые фанаты, — голос Рагнвиндра почти лишён жизни, — меня ненавидят.              — Ну… — отвлеклась Эрис и рассеянным взглядом оглядела посеревшего Рангвиндра. — Не то чтобы… Скорее, затаили обиду. Не могу рассказать, конкретно почему, эм… Ладно. Ты всё равно ничего не поймёшь. В общем, ты и ещё парочка лег сбиваете людям гарант. Но с тем, что твою гетеросексуальность ставят под сомнение, это обычно не связано. Вот.              Он не понял. И понял, что… Не хочет это понимать.              Тем временем на преисполненного праведным огнём Дилюка уставились три пары глаз. Кэйа с насмешкой и ожиданием, с чашкой кофе в руках. Лиза с ехидной улыбкой. Эрис опять заперебирала что-то в бумагах… И эти пиздецовые голубые сердечки вокруг. И романтичная музыка. А о зрителях в тени, которые «ненастоящие», он вот вообще позабыл. Они всё ещё проблема, но не того масштаба, что предстала перед ним сейчас.              И пока он об этом всём думал, ведущая как раз протёрла салфеткой очки и открыла рот.              Чёрт, нет, не читай, Эрис!              Думай, идиот, думай, что делать! Как это остановить!?              — «Я могу назвать десять причин, почему Кэйа и Дилюк обязаны стать парой. Первая. Они выросли вместе и отлично друг друга знают, но при этом они не кровные братья, так что со здоровьем их детей не должно возникнуть никаких генетических проблем…              …       Что, прости?              Дети? То есть, у мужчин?              …Это сюр. Это пустая и искалеченная реальность. Тебе это снится, Рангвиндр. Этого не существует. Ничего не существует.              — …Вторая, — продолжила серьёзным взрослым тоном Эрис доказывать, почему он и его названный чокнутый братец – отличная пара голубых. — От ненависти до любви один шаг. И по сути у них нет причин друг друга ненавидитеть. Так, ну это мы уже выяснили, едем дальше… Третья причина: однажды Кэйа сказал, что присутствие Дилюка всегда делает происходящее более интересным. Можно сделать вывод, что жизнь без Дилюка для Кэйи не имеет смысла. О как вывернули…              Дилюк зыркнул на Кэйю. Тот уже не улыбался.              Рагнвиндр едва заметно ухмыльнулся. Что, уже не так смешно, да, братец?              — Четвёртая причина: иногда Дилюк приглашает Кэйю на дегустацию своего вина, аргументируя тем, что тот не пьёт. И тогда Кэйа напивается до почти невменяемого состояния. Это может говорить нам о том, что Дилюку нравится спаивать Кэйю. Я читала фанфик, где Дилюк воспользовался его состоянием и...              — Кажется, мы уже выяснили, что я считаю сексуальной Джинн, а не всяких вычурных павлинов. — Рагнвиндр встал, оглянул бесстрастную Эрис и совсем не милую Лизу взглядом на грани жизни и смерти. И пошёл на выход с гордо выпрямленной спиной. И сжатыми кулаками настолько, что интересно, как костяшки ещё не посыпались.              Это было очень внезапное и очень мужское волевое решение, а слова нашлись сами собой.              Он потом подумает о том, что именно сказал. Не здесь, а за этими вратами из ада.              Никто не стал его останавливать. Даже музыка стихла. Сердечки только остались. Возмутительно голубые.              — А письма не хочешь забрать?              Молчание послужило Эрис ответом.              А дверь, естественно, не поддалась.              — Ладно. Я тебя отпущу, но скажи то, о чём промолчал тогда, — опять послышался голосок Эрис ему в спину. Тонкий и весьма довольный.              Дилюк её понял.              — Я не прочь взять Джинн в её кабинете.              Дверь поддалась.              Брачные игры на этом для Дилюка окончены. Пока что.              

***

      Дилюк скрылся за дверями.              Эрис грустно вздохнула, глядя на задумчивого Кэйю.              — Тяжело же тебе…              Кэйа не понял и выгнул бровь.              — Когда твои чувства не замечают, — разъяснила Лиза. Такая же немного опечаленная. Претворяются?              — Все эти взгляды…              — И подтекст…              — Да? — как бы сочувственно спросила Эрис.              М-да. Кэйа расплылся в лукавом оскале. Они же так играют, проверяют.       Прямо как кошки. Или чертовки.       Кэйа для вида пригладил волосы и дерзко расставил руки по сторонам спинки дивана.              — Я бы сказал, что гораздо сложнее мастерки скрывать их.              Девушки выпали от неожиданности. И глаза по пять копеек.              Удовлетворённый результатом, Кэйа показательно посмеялся, с размаху встал и зашагал на выход, махая им на прощание, даже не оборачиваясь.              — Надеюсь, ещё встретимся, дамы!

      

***

      Тяжёлые шаги Рагнвиндра тянулись в сторону бара.              Пошло всё к черту.              Паймон задаёт какие-то вопросы, так и светится вся «ну же, давай подробности!»       Бросил в неё презрительный взгляд. К чёрту эту летающую консерву.              Выпить. Это всё, что было в его голове. И плевать, что Дилюк не любит алкоголь. Только пойло может сейчас дать ему то, что нужно.              Беспамятство. Просто забыть всё. Просто… Вычеркнуть этот день из своей жизни.              Все в зале притихли, наблюдая за Дилюком, от которого исходила чёрная аура. И никто не решился больше к нему подойти. Ведь этот человек находился там дольше всех. И этот человек… по виду абсолютно морально убит.              Через две минуты появился Кэйя и взялся за выпивку где-то в тёмном углу и в гордом одиночестве, откуда был прекрасный обзор на происходящее. Следом за темнокожим вышла дама в соблазнительном фиолетовом прикиде с пачкой каких-то рукописей. Лиза направилась к бару. Для Донны попросила у Дионы что-то… что-то очень крепкое.              Эмбер и Эола куда-то пропали. Барбару смог успокоить приятной мелодией Венти. Джинн слушала-не-слушала Донну с выражением полного отсутствия в реальности на лице, и Донна так увлеклась восхвалением разных частей тела Рагнвиндра, что даже не заметила, что тот уже и пришёл.              И к лучшему.              Паймон пыталась выведать подробности о произошедшем тут же, едва выходил (выбегал) кто-то оттуда. В лучшем случае её существование игнорировали, а в худшем – фею посылали.              Никто из появившихся позже не понимал, что происходит. Что за чертовщина творится за этими дверями. Успокаивало наличие бара. Не всех, но успокаивало.              Один молодой человек не пил алкоголь. Посасывал свой излюбленный баблти, опираясь спиной о стену. Строил догадки о том, какие интриги плетёт Путешественница. Даже Яэ Мико тут со своей свитой. Хм, столько личностей в одной комнате.              Интересно. Возможно, это игра?              И тут кто-то произнёс его имя:              — Камисато Аято!       — Надеюсь, ты будешь в порядке, брат, — побеспокоилась Аяка и натянуто улыбнулась.       — Не сомневайся во мне, сестра, — тепло уверил её.              А развернувшись, ухмыльнулся. Хорошо, мы с тобой поиграем, Путешественница.              Самоуверенный, официальный и даже немного нахальный, не обращая внимания на то ли жалобные, то ли испуганные взгляды, направленные в его сторону, Аято широким шагом устремился к роковым дверям, которые караулила потирающая ладошки Паймон. Почему-то очень довольная Паймон.              Вдруг чья-то ладонь крепко легла на широкое плечо Камисато, заставив остановить шаг почти что на полпути. Аято оглянулся вбок, не выказывая удивления.              Этим кто-то оказался тот красноволосый молодой мужчина, что источал чернющую ауру. Кажется, Дилюк, да?              Секунда. Вторая и третья, и нечитаемый взгляд. Очень тяжёлый взгляд от Дилюка.              Дилюк закрыл глаза, медленно и глубоко вздохнул, неторопливо покачал головой, убрал ладонь. И безмолвно зашагал прочь.              Аято немного выгнул бледную бровь.              Хм.              И что это было?