Терапия

Шшшшшш.... Мо стоял под тропическим душем, склонив голову вперёд и прикрыв глаза. Просто стоял, не намыливаясь. Не двигаясь. Стоял уже какое-то время. Сколько-то там минут. Десять? Двадцать? Полчаса? Шшшшшш... Звуки воды приятно ласкали уши. Струи - тело. Член уже не стоял, и Гуаньшаню до этого, откровенно говоря, не было никакого дела. Он обязательно удовлетворит эту потребность позже. Возможно - сегодня ночью. Или завтра. Сейчас же он растворялся в удовлетворении иного рода. Чувственном. Глубинном. Не мыслемым - во всех смыслах этого слова. Жажда, о которой он до недавнего времени даже не подозревал сейчас сыто спала где-то под диафрагмой. В кончиках пальцев. В корнях волос. Шшшшшш... Мо провёл рукой по лицу. По всё ещё закрытым глазам. Подставил воде шею - левую сторону, горло, правую. И снова затылок. Постоял так ещё немного и выключил воду. Не вытираясь, закутался в махровый халат с капюшоном, вышел из ванной комнаты и взобрался на кресло с ногами. Тишина... Но увы - вскоре мысли возвращаются. "Надо домой." "А на сколько зарезервирован этот номер?" "Что делать, если в дверь постучат следующие?" "Хотя, наверное, Генерал бы предупредил об этом?" "Он сам-то уже ушёл? Скорее всего, да..." Мо мотнул головой отгоняя мысли, словно назойливых мух. С тоской ощущая, как наваливается обыденность. Предстоит совершить тонну привычных, механических действий, чтобы добраться до дома. Мо глубоко вдохнул и на выдохе поднялся из кресла.

~ х ~

Следующим утром Гуаньшань проснулся от назойливого луча дурацкого солнца. Вчера он был в такой прострации, что даже не задёрнул плотную штору. И сейчас в полудрёме ему пришлось прятать лицо под одеялом. Дышать запахом своего тела. "От него тоже приятно пахло..." - лениво протекает мысль в извилинах. Сначала Мо подумал, что это аромат той комнаты, но нет, запах усиливался, когда Генерал приближался, и явно ударил в нос, когда в конце Мо ткнулся мордой в его грудную клетку. Горячую упругую грудь. Мо ожидал, что та будет холодной и жёсткой, как камень (не прям в моменте - тогда мозги, слава богу, уже не варили), потому что Хэ Чен производил впечатление ожившей греческой статуи. Строгой. Красивой. Идеальной. В сонных извилинах Мо по кусочкам всплывал его образ. Открытые участки оливковой кожи. Шея. Кадык. Ладони. Ключицы. Лоб. Скулы. Ступни. Мо с долгим вздохом поворачивается на бок. Вслепую находит вторую подушку, зажимает её между ног. Вжимается в неё напряжённым пахом. - Мммм... Тёплая волна окатывает всё тело. Мо хмыкает и отказывается выныривать из полудрёмы. Ведь тогда ему придётся задуматься о том, что Генерал - вообще-то мужик. И по идее не должен вызывать подобное жгучее возбуждение. Любое возбуждение. Мо может им восхищаться. Как человеком, естественно. Завидовать ему. Но не вжиматься в подушку напрягшимся членом от одного лишь воспоминания, как тот опускался перед ним на колено. Мо отворачивает от этой картины голову. И вроде срабатывает - Чен исчезает. Тянет за головой тело, в итоге ложится на спину. Ноги согнуты в коленях, подушка всё ещё между ними. Одеяло натянулось поверх колен. Мо начинает покачивать ими в разные стороны. Подушка не позволяла их свести, а одеяло развести, создавая ощущение, будто он всё ещё в бандаже. С распоркой. Будто всё ещё чувствует это приятное ограничение. Мо жмурится. Ощущения становятся ярче. Он буквально чувствует давление чёрной кожи на бёдрах и запястьях. Мо приподнимает задницу и кладет под неё руки, имитируя удержание. Перед внутренним взором вновь появляется Чен. Его исполинская фигура приближается, высвечивается в темноте. Прожигает своим немыслимым взглядом. У Мо напрягаются мышцы. Он не любит, когда на него смотрят. Оценивают. Осуждают. Мажут равнодушием. Но этот взгляд... Он пронизывал его плоть, как горячий нож масло. Застревал в костях и вибрировал там, посылая сигналы удовольствия по всему телу. Они всё ещё звучат эхом внутри. Подстёгивают Мо продолжать двигать коленями. Не замечая, как с каждым разом они разъезжаются чуть шире (а высокая широкая фигура под веками становится всё ближе), пока они не раскрываются бабочкой, чтобы принять на себя весь вес Генерала. - Хааах, - Мо испуганно распахивает глаза, выдёргивает руки и откидывает одеяло. Свет бьёт в лицо, как фонарь полицейского. Накатывает чёткое ощущение, что его как будто поймали за преступлением. "Почему "как будто"?!" Мо зло отбрасывает с паха подушку. О чём он только что думал, чёрт его дери?! "Принять Генерала?! Ты ёбнулся, Мо??!!" Но каменный стояк явно не поддерживал праведный гнев хозяина. Собственное тело его больше не слушалось. Оно подчинялось Генералу. - Чёртов предатель, - буркнул Мо, но всё же сунул руку в трусы. Он дрочил быстро и яростно, словно назло. Смотрел в потолок широко распахнутыми глазами. Ведь Мо прекрасно знал, что стоит хотя бы моргнуть - и Хэ Чен не отпустит его. Положит свою тяжёлую ладонь поверх, сожмёт его пальцы с членом в кулак. Навяжет свой ритм. Мо не допустит этого. Не допустит... Его глаза и горло начинают гореть от сухости, он не выдерживает, сглатывает и прикрывает глаза. Его тут же швыряет в мощный оргазм, и молочные капли летят на широкую гладкую накаченную грудь в распахнутой белой рубашке. - Блять...

~ х ~

Ближе к вечеру Мо успокоился. Домашние хлопоты, зависание в телефоне помогли собрать в кучу мысли. Ведь он только маломальски смирился с тем, что он грёбаный извращенец, а потому причислять себя к пидарасам ещё не был готов. Да, возбудился (не стал отрицать очевидные события утра Мо). Ну, потому что наложилось - ощущения во время сессии на ведущего этой сессии. Вполне логично. Плюс (тут он тоже не стал никого обманывать) Генерал невероятно красив. И не только лицом. Но и телом, манерами, голосом. Весь целиком. Опять же - видео - там далеко не каждая сессия заканчивалась сексом, но саб всегда был возбуждён. "И он тоже был возбуждён. Ты сам видел." "Тц. Заткнись." Да, Генералу тоже понравилось (и при каждом воспоминании об этом под диафрагмой что-то довольно урчало). Помимо очертания приличного такого размера под тонкой тканью брюк, он дважды озвучил это словами. Хвалил его... Или это было частью игры? Мо скосил взгляд на темный экран ноутбука. Что ж. Есть только один способ узнать. Мо нетерпеливо дёргал коленкой, пока оживал его старый друг. Наконец показался рабочий стол, открытая вкладка. "Сообщения" мигало не прочитанным. Мо закусил щёки, не давая располстизь улыбке, коленка замерла. Он поерзал задницей на стареньком компьютерном кресле. Добрый вечер, Ginger. Мне понравилась сегодняшняя сессия, и я предлагаю продолжить наши встречи. Если, конечно, и ва́м понравилось тоже. "Мы снова на "вы"? Стоп. Сегодняшняя? Он что, это вчера писал?" Мо облизал губы, зацепил зубами обветренную кожицу на нижней. Всё это тоже, чтобы скрыть довольную улыбку. Пусть даже от самого себя. Метнул взгляд на время сообщения. Да, 23.15. Наверное, он уже добрался тогда до дома. Нет, не так. Наверное, он уже добрался до своего неебически богатого дома. Готовился ко сну, но всё же решил написать. Мо сморгнул видение Хэ Чена в белом махровом халате нараспашку. Прежде чем согласиться, обдумайте, пожалуйста, мои условия. Первое: не искать встреч вне сессий. Второе: выполнять мои задания до или после встреч. Третье: не иметь иных сексуальных партнёров. - О, как... - вылетает у Мо возглас. - А сам-то их соблюдать будешь? "Иных сексуальных партнёров... А ведь я не собираюсь с ним это.. ну, трахаться, и он это принял. А сам сможет без этого? Или правила действуют только для сабов? И как сейчас узнать? Спрашивать стрёмно..." Встречи проходят обычно раз в неделю. Я буду приглашать вас заранее. "Обычно..." У Мо неприятно кольнуло под диафрагмой. Конечно. Для Генерала это "обычно". Только он здесь "зелёный"... И самое главное - учтите, что на следующей сессии вас ждёт наказание, согласно количеству ваших проступков. И вы должны понимать - раз это наказание, оно не будет приятным. Прошу вас обдумать всё обстоятельно, Ginger, и дать мне ответ. С уважением, He Cheng. Последним висело короткое видео, на котором рука Генерала изящным круговым движением крутила чёрные жемчужины в широком бокале, словно дорогой коньяк. Мо сглотнул. Видео проигрывалось по кругу. Он разглядел и подлокотник трона и столик из той самой комнаты. "Он снял это, когда я ушёл? Получается уже тогда он решил..." Мо откинулся на спинку кресла. Он не мог оторвать взгляд от этого зрелища. Открытое запястье мужчины завараживало. Длинные пальцы, обхватившие дно бокала... Мо развёл колени - в паху становилось тесно. Через какое-то время Мо громко выдохнул. Я согласен. Enter

~ х ~

В следующий раз он открыл чат перед сном. И вновь обнаружил там сообщение. Более того, He Cheng был он-лайн. Мне очень приятно, что ты выбрал меня, Ginger. Я могу перейти на "ты"? "Ага. Так всё-таки я́ выбрал? Допустим." Да, можете. И, поразмыслив секунду, добавил Сэр Приятно это слышать, Ginger. И "сэр" тоже У Мо обожгло щёки. То ли из-за смущения, то ли из-за неожиданной похвалы. Курсор продолжал мигать на строчке, но он не знал, что ещё написать. А очень хотелось. Продолжить их разговор. Продлить ощущение близости. Следующую сессию предлагаю на вечер пятницы. Это совместимо с твоим графиком работы? "Совместимо", - вспыхивает в голове Мо единственно верный ответ, и только после этого он считает в уме смены и понимает, что придётся поменяться. Да, сэр Даёт он в итоге лаконичный ответ. Хорошо. И до этой встречи у меня будет для тебя первое задание. Гуаньшань задержал дыхание и напрягся. Я хочу, чтобы ты сделал интимную стрижку. Название салона я пришлю позже. Всё будет оплачено. - Э-э-это что, блять, за стрёмные квесты такие? - хмурится Мо. Пару секунд раздумывает и отправляет в чат: Я мог бы и сам побриться Сэр Не сомневаюсь, Ginger. Но мне нравится твой огненно-рыжий лобок "Откуда он..?" - уже было захлебнулся праведным гневом Мо, но вспомнил ту фотографию. Даже пролистал их диалог вверх. Да, вот он. Во всей красе, так сказать. Мо ещё какое-то время раздумывает. - Я не собираюсь тебе это потом показывать.. - бурчит он себе под нос и с внутренним замиранием подчиняется. Я согласен Сэр И последний вопрос: Ты уже мастурбировал сегодня? - ЧТО?! Мо задыхается от неожиданности, чувствует как лицо начинает печь от нахлынувшей крови. Это от злости. Точно. (Убеждает он сам себя) Пальцы порываются написать "не твоё сраное дело!", но в итоге не двигаются, как будто в раз окаменели. Перед мысленным взором проносятся картинки сегодняшнего утра. Он сопит, чувствуя, как рот наполняется слюной. Мо наконец отмирает, сглатывает. Да. Сэр. Ответ прилетает мгновенно. Хорошо. Спокойной ночи, Ginger И He Cheng покидает сайт.

~ х ~

На следующий день по дороге на смену Мо решает зайти в БДСМ-почту с телефона. Он находит сайт, вводит логин-пароль - новых сообщений нет. Ну ещё бы - раннее утро. Мо оставляет вкладку открытой и сворачивает браузер. "Интимная стрижка, да? И как её, чёрт возьми, делают? Реальные парикмахеры? И им не стрёмно?" Мо, к своему собственному удивлению, довольно спокойно отнёсся к новому заданию. "В конце концов, не уролог - и ладно," - думал Мо. Он ещё не осознал это, но ему нравилось подобное "присутствие" Генерала в его личной? интимной? повседневной жизни. Получалось, что даже между сессиями Хэ Чен оставался с ним рядом. В некотором роде, конечно. "Подумаешь, лобок постригут - не большая печаль. Там небось и трусы-то снимать целиком не придётся." С такими нехитрыми размышлениями Мо Гуаньшань добрался до кафе и спокойно приступил к своим рабочим обязанностям. И только во вторник Гуаньшань поймёт, как же он ошибался.

"Ну, хотя бы салон не похож на космопорт." То что это "салон", а не парикмахерская - Мо прочитал на золотой вывеске. Ещё на ней было написано"косметический" и конечно же "VIP". "Ну, конечно же", - закатил глаза Гуаньшань. Адрес и время Генерал прислал вечером понедельника. И даже предложил ему два дня на выбор - вторник или четверг. Мо решил быстрей "отстреляться", чтобы ещё два дня не гадать о неизведанной до сего́ дня процедуре. Так же немалым облегчением оказалось, что весь персонал больше походил на медсестёр, чем на стилистов. В присутствии уверныых в себе странно одетых людей (а именно так одеваются стилисты по его мнению) Мо всегда терялся и тушевался от понимания того, какой огромный пласт жизни проходит мимо него. Гуаньшаня здесь встретили, как "господина G." и проводили в отдельную комнату. И на этом хорошие новости закончились. - Добрый день, господин G., - сказала полненькая женщина в медецинских перчатках и маске, - проходите, пожалуйста, за ширму, раздевайтесь до пояса и ложитесь на кушетку. "Ну, точно - медсестра!" Только они бычно говорили "ложитесь на кушетку, приспускайте штаны", и далее следовали болючие уколы. Но и в этот раз, похоже, малой кровью не обойдётся. "Хааа, а чего ты ожидал от задания Генерала? Проклятый садист..." - бурчал про себя Мо, выполняя требования медсестры. Следующий час Мо предпочтёт навсегда вычеркнуть из своей памяти. Из приятного было - только касание густой тёплой массы к коже, однако, места́ этих касаний и следующая после этого боль от выдирания волос - уводила всё в минус. "ЭТО ЖЕ ДОЛЖНА БЫЛА БЫТЬ СТРИЖКА!!" - орал про себя Мо, а вживую лишь стискивал зубы. Паховые складки горели огнём - медсестра "выводила" ровную линию растительности в паху. - Поворачиваемся на бок. - Что? - дал петуха Мо. - Повернитесь, пожалуйста, на бок и придержите ягодицу рукой, - дала более развёрнутые указания женщина. И Мо осознал. Сейчас он на себе прочувствует выражение "волосы на жопе рвать". "Ёбаный рооот... - простонал про себя Мо, когда его анус протирали влажной салфеткой. - Гори ты в аду, Хэ Чен," - когда кожи вокруг коснулась та самая тёплая масса. Далее следовали маты высшего порядка и позорно скатившаяся скупая мужская слеза. "Поворот на другой бочок" Мо принял со спокойствием висельника. Как и болезненные манипуляции со вторым полупопием. А вот "ложимся на спину, ноги лягушечкой" застало его врасплох. Наконец, поняв, чего от него ждут, Гуаньшань принял и эту унизительную позу. Придержал "хозяйство", как было велено. И подвергся пытке чистки промежности и яиц. И лишь после этого в руках медсестры зажужжала маленькая машинка для волос - стрижка была начата. Дорога домой прошла при полном отсутствии мыслительного процесса. Немного пришёл в себя Гуаньшань только в ду́ше, намыливая руками (боялся поранить мочалкой) непривычно гладкие интимные места. Да, возможно, теперь это смотрится лучше, чем было (скрипя сердцем соглашался он), но оно явно не стоит подобных мучений. И, слава богу, он не конченый мазохист, ибо если б у него при этом ещё и встал - от такого позора он бы до конца жизни не отмылся. "Интересно, Генералу уже доложили о выполнении задания? Или мне самому надо это сделать? А они вообще знают о наших.. отношениях? Или это просто салон, и им плевать, кто кого там записывает и оплачивает?" И вот тут Гуаньшань впервые задумался о "что, если кто-то узнает, чем он занимается?" И ему тут же пришёл ответ - да кто узнает-то? Ну вот, кто? Коллеги на работе? Да там только и разговоров о сериалах да чаевых. И даже, если узнают - там текучка такая, что за месяц может смениться больше половины официантов. Да и вообще - интересует ли их такие подробности его жизни? Мо вот плевать на их секреты. Какие бы они ни были. Мама? Она в личную (сексуальную) жизнь сына никогда не вмешивалась. Даже не имела привычки задавать вопрос, есть ли у него девушка. Получается, единственные люди, которые знают об этом - сам Мо, Генерал и психолог. И то, последний - без подробностей. Успокаивало ли это Мо? Скорее, да. Считал ли он при этом себя меньшим извращенцем? "Конечно же нет", - вздыхает Мо, чувствуя как твердеет его член при мысли о тех самых "подробностях" их первой и пока единственной встречи.

~ х ~

- У меня для тебя кое-что есть, Ginger. Да. Сегодня пятница. Вечер. И Мо уже зашёл в комнату. Хэ Чен подхватывает со столика чёрный подарочный пакет, встаёт со своего трона, движется к подиуму. Лёгким жестом приглашает Мо подойти. После его последнего задания, Мо почему-то не испытывает особого восторга или предвкушения, но конечно же подходит. - Опять какая-нибудь шлюшья одежда? Сэр. Угольная бровь на точёном лице приподнимается. - Ты чувствуешь себя шлюхой, Ginger? - Нет, - поспешно отвечает Мо и тут же добавляет, - сэр. - А хотел бы почувствовать? - Что? - Теперь была очередь светлых бровей метнуться вверх. - Сэр.. - Я спрашиваю, хотел бы ты сыграть в игру, где ты шлюха, а я тебя покупаю? Швыряю тебе деньги в лицо. Описываю, как именно ты должен меня ублажить. М? И после недолгой паузы добавляет: - Не сегодня, конечно. Мо Гуаньшань сглатывает и проклинает себя за то, что всерьёз обдумывает этот вопрос. Хэ Чен словно считывает его. - Понравилась эта мысль? - и вновь через паузу добавляет, - можешь не отвечать. Чен ставит пакет на подиум, достаёт из него.. связку ремешков? Мо не был уверен. - Это портупея, - поясняют ему, разматывая и расправляя "ремешки", - я подумал, что на твоей светлой коже она будет превосходно смотреться. Гуаньшань неожиданно для себя зарделся. Генерал думал о нём. Более того, представлял его в портупее. Мо знает, что это такое. Видел на многочисленных фото. И, честно говоря - ему нравится. - Давай руки. Мо подчиняется. На него, словно майку, надевают ремни, оставляя некоторые на плечах, поправляют горячими пальцами. Заходят за спину, затягивают первую пряжку. Мо чувствует затылком тёплое дыхание. Замирает, когда его "обнимают", перекрещивая ремни под грудной клеткой и уводят на спину. Затягивают вторую пряжку. Дышать становится.. чувствительнее. При каждом вдохе ремни натягиваются на рёбрах. - Не жмёт? Мо чувствует горячий выдох над ухом и, чуть поворачивая голову, прикрывает глаза. - Нет, сэр. Он чувствует как по изгибу шеи ведут носом. На расстоянии, но таком мизерном, что явственно чувствуется тепло. Останавливаются над плечом. - Хорошо, Ginger. На подиум. И на колени. Пока Гуаньшань выполняет приказ, Хэ Чен вновь заглядывает в пакет. Достаёт ещё один чёрный ремешок. Гуаньшань, хмурясь, вглядывается, пытаясь понять, что у него в руках. И когда понимает, его глаза наполняются ужасом. Хэ Чен, кажется, замечает, но всё же тянет руки к его шее.. - Нет! - и Мо сам пугается своего крика. - Нет! Нет! Красный!! Красный... - голос срывается на сиплый шёпот, Мо прикрывает горло руками. В ту же секунду Чен замирает. Внимательно смотрит во влажные глаза напротив. Опускает руки. - Это ошейник? - видит, как Мо отчаянно кивает. - Я понял, Ginger, - нарочито брезгливо отбрасывает его в сторону, словно грязную вонючую тряпку. Осторожно тянется к светлой щеке, гладит тыльной стороной пальцев. - Ты молодец, - проводит по влажным ресницам. - Ты вспомнил стоп-слово, - большой палец идёт от уголка к уголку, чуть сминая губы. - Спасибо, что сказал его... Дыши. Гуаньшань делает глубокий вдох. Ремни ожидаемо впиваются в кожу. Почему-то это успокаивает. Он делает ещё несколько глубоких вдохов. Горячие пальцы переходят на ремни. Ведут по краю, как бы случайно касаясь тела. По плечам к груди, где они сходятся в широкое металлическое кольцо. Гладят внутри него. Ведут вдоль следующих. Мо прикрывает глаза и сосредотачивается на этих ощущениях. Успокаивающее поглаживание иногда сменяется лёгким царапаньем. От ногтей останутся розовые полосы - Мо это знает. Он расслабляет плечи и горячие пальцы ныряют на бок. Мягко ведут обратно к груди. Щип! Его сосок резко сжали, острая молния метнулась к паху. Гуаньшань распахнул рот и глаза. - Нравится? - тёмная сталь, казалось, навсегда примагнитилась к его лицу. Отслеживала каждое микродвижение, отмечала степень затопления лица румянцем. Не получив ответа, Генерал не стал переспрашивать. Он стал мягко ритмично сжимать сосок. Молнии повторились, но уже не такие резкие. Было полное ощущение, что его член накачивают кровью, словно помпой. Такой вот странной маленькой помпой. Чен склонил голову к плечу, опустил взгляд на причинное место Шаня. - Тебя смущает собственное возбуждение? От этого вопроса не стало лучше. Значит - уже заметно. Ещё бы, в таких предательских трусах. Мо сжал губы. Посопел немного. Ответил. - Ну... это да... Сэр. - Тебе станет легче, если я скажу, что абсолютно не вижу в тебе шлюху? Изумление Мо отразилось на его лице. Он открыл было рот, но просто продолжал дышать. - Ginger? - всё же потребовал ответ Генерал, сжав сосок чуть сильней. - ..да, сэр, - честно ответил он, потупив взгляд. - А если добавлю, что в возбуждённом состоянии ты выглядишь восхитительно? И вновь распахнутые в неверии глаза смотрят в горящую сталь, что-то ищут, возможно, насмешку. Но не находят. - ...не надо, сэр... - шепчут в итоге пересохшие губы. - Почему? Это ведь правда, Ginger. Мо отводит взгляд в сторону, секунду решает, говорит: - Потому что, я буду считать вас ещё бо́льшим извращенцем. Сэр. Хэ Чен на секунду замирает (включая пальцы на соске), а после широко улыбается. От чего у Мо пропускает удар сердце. Низкий голос слегка меняется. Из томного на.. игривый? Или просто удивлённый? - Ты считаешь меня извращенцем, Ginger? Мо закатывает на очевидное глаза. - А что, нет? Сэр. - И себя? Мо зеркалит его недавний жест - склоняет голову к плечу, показывает глазами вниз. - ..а что, нет? Сэр. Хэ Чен легко улыбается. - Но раз ты снова сюда пришёл, смею предположить, что тебя это не особо.. парит? Мо поджал губы, пошарил глазами по потолку, пожал плечом, буркнул: - Не особо. - Очень хорошо, Ginger. Ведь я ещё столько извращённых вещей хотел бы с тобой сделать. - Он с ухмылкой щипает Мо за второй сосок, с удовольствием отмечает дернувшийся кончик. - Сейчас принесу фиксаторы, - и отходит к столику у трона. После, запястья и лодыжки Мо были быстро скованы. Да, на это раз лодыжки - так что колени можно было разводить по своему усмотрению. - Руки за голову, - скомандовал Чен и Гуаньшань безропотно положил скованные руки на затылок. Генерал зашёл ему за спину, Мо почувствовал горячие прикосновения к коже, послышалась пара щелчков карабинов - и всё - больше руками было не двинуть. - Осталось это. В руках Хэ Чена появилось нечто, подозрительно похожее на поводок. Что немного озадачило Мо - ведь ошейника не было. Но вскоре все вопросы отпали сами собой - карабин был пристёгнут к кольцу на груди, Генерал ("боже мой!") вновь опустился перед Мо на колено, натянул кожаный ремешок и закрепил его на невидимой опоре у пола. Хэ Чен поднялся и отступил на шаг. Мо глубоко вдохнул - натянул ремни на грудной клетке. Подался телом назад, но поводок не пустил. Потянул вверх запястья - они не сдвинулись и на сантиметр. Он переступил коленями. Выдохнул. Краем глаза заметил движение напротив - Хэ Чен с удовлетворённым выражением лица расстёгивал верхнюю пуговицу рубашки. - Тебе и правда, очень идёт, Ginger. Тут член Шаня окончательно натягивает трусы. Те самые - первый подарок Генерала. Сверху ткань отходит от тела (резинки), кокетливо приглашая заглянуть в разрез. На головке виновника появляется тёмное пятно. И кажется, Мо наконец понял, почему они светло-серые, а не чёрные или красные, например. А потому - теперь они предатели дважды. "Хотя, они скорее всего "служат" Генералу, тогда о предательстве..." - Ааах... Он не заметил, как Чен оказался рядом, а вот зажим на соске заметил сразу. Мо задышал чаще, опустил взгляд. Чёрные силиконовые лапки сжимали краснеющий бугорок. - Мммм... - второй оказался в подобном плену. Мо крепко сжал зубы и сопел через нос. Первая волна боли спа́ла, и к паху ринулись горячие волны. Его член несколько раз дёрнулся, и Мо уверен, пятно на трусах стало больше. Гуаньшань был в лёгкой расстерянности - он не знал, что соски его эрогенная зона. Или всё дело в моменте? Сессии? комнате? Генерале?.. - Ginger? - произнёс вкрадчивый голос, и сознание Мо вынырнуло из ощущений, он поднял голову, ловя поплывшим взглядом фокус на красивом лице. - Ты со мной, Ginger? - И горячие пальцы касаются его груди. Гладят нежно вдоль ремешков. Добавляют к горячим волнам мурашки. Гуаньшань размыкает губы, но сначала делает вдох и на выдохе произносит: - Я здесь... сэр. - Я рад, - горячие пальцы поднимаются к шее, ласкают нежными прикосновениями. А после крепко хватают за затылок. - Посмотри на меня, Ginger. Смотри. На меня. "А?" Оказывается, его взгляд снова уплыл, а точнее - глаза прикрылись. Его снова немного встряхнули, взгляд Мо стал более осмысленным, вперился в потемневшие глаза напротив. На него злятся? Кажется нет. Лишь пожирают глазами. - Будь со мной, Ginger, я усилю давление, слышишь? - Д-аааааа, - тянет болезненно Мо, его правый сосок сжали сильнее. И особый кайф добавляет наблюдение расширяющихся в стали мрачных зрачков. "Ему нравится..." - огнём проносится в мозгу мысль. Хэ Чену нравится.. его боль. Это дико странно, но и дико приятно. - Готов ко второму, Ginger? - шепчут ему почти в губы. Их лица так близко? Когда? - Смотри, на меня. - Хааааа... - захрипел Мо в эти губы. Он думал, что стерпит, но пусть он и ждал новой боли, она всё равно ужалила неожиданно. Чен выпил его эмоции взглядом. Отпустил шею, на последок огладив плечо, выпрямился. Глубоко дыша приоткрытым ртом, окинул Мо взглядом. Расстегнул вторую пуговицу на рубашке. - Великолепно, Ginger. Ты молодец... И Мо зачем-то кивает. Соглашаясь? Или хваля Генерала в ответ? О, да, ему будет о чём на досуге подумать. Но не сейчас. Сейчас он стоит на коленях, немного качаясь. Затылок его уже весь мокрый - он чувствует это скованными руками. Он старается держать локти прямо, но они всё же качаются, как крылья бабочки. Кажется, уровень его эндорфинов начал спадать, а сознание проясняться. (Да, да, именно это радует мазохистов - природный наркотик, выделяемый организмом, а не сама боль.) Мо завертел головой. - Я здесь, Ginger. Большая фигура встаёт ближе, закрывая собой всё поле зрения. Лишний раз намекая, что он - это всё, что сейчас нужно Мо. Горячая рука касается раскрасневшегося лица. - Я кое-что взял. Я здесь. С тобой. Мо прикрывает глаза, ластится. Пока его не начинают похлопывать по щеке. - Ginger? Посмотри на меня, Ginger. "С удовольствием", - вскидывает на него взгляд. - Сейчас будет больнее, Ginger, ты справишься? Мо тут же нахмурился. - Хочешь кляп? Он замирает на пару секунд, но всё же кивает. - Я хочу, чтобы ты это сказал, - Чен показал кляп в руке. Так вот за чем он ходил. - Я, гхм.. - Мо прочистил осипшее горло, - хочу кляп... Сэр. Губы Чена расплылись в довольной ухмылке. - Интересно, тебе нравится кляп, потому что ты не хочешь получить лишнее наказание за сквернословие или потому что рот - твоя эрогенная зона? - Генерал делает паузу, и когда Мо открывает рот, добавляет - Не отвечай. Меня оба варианта устраивают, - и ухмыляется на гневный взгляд Мо. - А теперь без шуток, Ginger. Я зажму девайсы на крайнюю точку. Сразу оба. Если не сможешь выдержать - сядь на пятки. Сядешь на пятки - и я их сниму. Ты не разочаруешь меня, если сделаешь это, понятно? Скажи это вслух. - Да, сэр. Я всё понял, сэр, - сказал Мо слегка дрожащим голосом, внутренне готовясь к новой боли. - Хорошо, Ginger, умничка. Держи свой кляп. Ловкое движение, и вот уже Мо чувствует приятную упругость зубами. Кладёт куда надо язык, трогает им стенки кляпа. Чен даёт ему десяток секунд обвыкнуться и без предупреждения сжимает девайсы. Боль ударяет в ноги и голову. Мо громко кричит и мычит в кляп, терзает его зубами. Склоняется вперёд, сводит локти. Его член опадает, но ему всё равно, он жмурится и рычит от боли. В момент, когда она кажется уже невыносимой, зажимы вдруг исчезают, вместо них горячие пальцы мягко нажимают соски, легко поглаживают, разгоняя кровь. Из заткнутого рта Мо вырывается громкий стон облегчения. - Даааа... Ох, Ginger, дааа... - вторит ему Чен, потирая грудь. - ты молодец... Мой хороший мальчик... Мо выпрямляется, откидывает голову назад. Садится на пятки. - Устал? Гуаньшань кивает. - Ты всё смог, всё вытерпел, - хвалят его густым низким голосом. Склонившись над ним, споро расстёгивают карабин за спиной, опускают его руки. Аккуратно вынимают кляп. - Хочешь воды, Ginger? - Да, сэр! Очень... ха... ха.. хочу, сэр. Чен отходит и появляется вновь с пол-литровой бутылкой воды. Пока он сворачивает крышку, Гуаньшань тянет руки. Но Хэ Чен лишь подходит вплотную к подиуму и с высоко поднятой головой смотрит на него сверху вниз. Мо сначала теряется, но потом до него доходит. Он опускает руки и с недовольством во взгляде поднимает голову и открывает рот. Но Чен, как будто не замечает его осуждения. Он опускает бутылку перед собой примерно на уровень пояса и аккуратно кладёт горлышко на нижнюю губу Мо. Вода полилась. Через пару секунд Мо пришлось обхватить горлышко губами и приподняться, чтобы не захлебнуться потоком. Таким образом он сделал три или четыре глотка, прежде чем отстраниться. Хэ Чен оторвал от него гордый горящий взгляд, коротко облизал губы. Допил остатки воды, и, расстегнув третью пуговицу на рубашке, обрызгал грудь последними каплями. - Осталось твоё наказание, Ginger. Мо не успел испугаться, как Чен уже отвязал поводок от опоры и сел на подиум с левой стороны. Гуаньшань сглотнул и боялся пошевелиться. - Знаешь, сколько жемчужин было в бокале? - Нет, сэр, - честно ответил Мо и всё-таки слегка развернулся к Чену. Сидеть рядом и тупо смотреть вперёд показалось глупым. Кажется, Генералу понравилась его инициатива, он слегка кивнул головой. - Десять, Ginger. Их было десять. - Десять, сэр, - не знал что ещё сказать Мо. - Правильно, Ginger, - неожиданно похвалил его Чен. - Ты готов принять наказание? Колкость готова была сорваться с его языка, но он вовремя его прикусил и лишь ответил: - Да, сэр. Чен довольно кивнул, протянул левую руку, накрутил на неё поводок и резко дёрнул обратно. Рывок оказался сильным. Мо повалился через его колени, слава богу, успел выставить локти, чтобы не поприветствовать подиум лицом. Да так и застыл кверху задом. Он попытался подняться, но поводок держали намертво. Хотел подвигать колени - но это тоже ничего не дало - его задница просто чуть поднялась верх, а потом вернулась обратно. "Блять", - выругался про себя Мо, искренне надеясь, что не вслух. Дождавшись, пока он закончит трепыхаться, Чен одним бескомпромиссным движением стянул с его задницы трусы. Мо как-то совсем не авантажно заскулил и сомкнул колени, но резинка поползла вниз, и их снова пришлось раздвинуть, дабы не засветить хотя бы яйца. - Ты закончил? - Да, сэр. - Гуаньшань уткнулся в кушетку лбом, окончательно смирившись с позором. - Хорошо. Сейчас ты будешь считать удары. Это понятно, Ginger? "Удары? В такой позе... Это значит... О, нет!" - Да, сэр, - обречённо отвечает Мо. - Если собьёшься со счёта, будешь считать сначала. Это понятно, Ginger? - Да... сэр... Шлёп! Тяжёлая горячая рука обожгла задницу. Мо на секунду замер от шока и неожиданности, но быстро спохватился, хрипнул: - Раз. - Не правильно, Ginger. Шлёп! Ладонь приземлилась левее, расширяя очаг поражения. - Один? - Ещё раз. Шлёп! - Один, сэр! - наконец соображает Мо. - Умничка. Шлёп! Ладонь обжигает правую ягодицу. - Два, сэр! Шлёп! Теперь достаётся левой. - Три, сэр! Шлёп! Удар получают обе половинки. - Четыре, сэр! Шлёп! Мо серьёзно качнуло вперёд, кажется Чен начинал входить в раж. - Пять, сэр... - кусал губы Мо, чувствуя жаркий стыд от происходящего. Шлёп! Горячая ладонь слегка задержалась на теле и соскользнула, невзначай задев промежность пальцами. - Шесть, сэр... Шлёп! На этом моменте Мо понял, что из-за "своеобразной конструкции" приспущенных трусов его оживший член показался в прорези под резинкой. - Су..семь, сэр! Шлёп! Набухшая головка ткнулась в чужую ногу. - Хмн.. восемь, сэр... Чен закидывает ногу на ногу и кончик Мо оказывается зажатым между его бёдрами. Мо потряхивает от неожиданного, но такого желанного давления. Шлёп! Мо въезжает в тесноту по основание, чувствуя гладкую ткань и различая шов на брюках. - Д-дааа.. ха... девять, сэээр... - тихо стонет он в подиум. Генерал чуть наклоняется к его уху, жарко шепчет: - Давай, Ginger, покажи мне, как ты кончаешь. В честь первого раза позволю тебе не прибраться за собой. Шлёп!! Рука остаётся на ягодицах, жмёт и гладит их, разгоняя горячие волны. Иногда проводит ногтями по чувствительной коже. Мо содрогается, впитывая удовольствие... и с тихим всхлипом кончает. - Де...сять... сэр...