Аспирин

«Ах, голова так болит», — вздыхаю, чуть не плача. Прижимаю ладони к вискам и давлю, что есть мочи. Если бы вместо головы у меня был арбуз, он бы уже наверняка треснул. Слышу, как Калеб заканчивает убирать кухню после нашего позднего ужина. Он не притронулся к еде, пока я не пришла домой. Шум раскладываемой по местам посуды раньше успокаивал меня, но сейчас бьет по ушам, усиляя болезненные спазмы. Думала, причина боли в вынужденной голодовке, — за последние два дня успела перекусить только один раз — но сейчас едва могу пошевелиться от сытости, однако боль не утихает. Замечаю движение в дверях, и стараюсь не подавать виду, что чем-то расстроена. Между тем надо мной вырастает силуэт Калеба, загораживая свет всех светильных приборов в комнате разом. Лишь монитор ноутбука пытается испуганно светить мне на лицо. Я поднимаю глаза, а в больной голове только одна мысль: «Ну, почему ты такой здоровый? Чем тебя кормили в летной академии? Геркулесом что ли?» — Я закончил, — тихо шепчет он и, наклоняясь, целует меня в лоб. — Пойдём спать? Вопрос звучит неубедительно. Я бы даже сказала, звучит как приказ, но мы оба знаем, что у него нет надо мной власти. Тем не менее, я удивленно осознаю, как моё тело мягко вздрагивает, будто разгоняя энергию по уставшим мышцам. Что это?.. — Да… — отвечаю невпопад, все ещё пытаясь разгадать тайные сигналы своего тела. — Только отчёт допишу. Не хочу завтра им заниматься. Я киваю в сторону ноутбука, и тот сразу гаснет, будто не желая выяснять с этим громилой, кто тут главный. — Хорошо, — едва слышно соглашается Калеб, и я поворачиваюсь к ноутбуку всем корпусом. — Не жди меня, тебе рано вставать, — нарочито бодро проговариваю я, нетерпеливо выводя ноутбук из сна. Пальцы быстро пробегают по клавиатуре, я слышу мягкое звучание утопающих клавиш. Даже не думаю над тем, что пишу, просто перекладываю события прошлых дней на белый лист электронного документа. Надо мной становится светлее, я рада, что Калеб не стал настаивать. Или… Я задумываюсь — и пыльцы зависают в воздухе. Что это за чувство? Разочарование? «А что ты хотела?» — спрашиваю сама себя, и я отвожу взгляд в сторону, будто боясь услышать в голове ответ. Меня прошибает страх, потому что взгляд утопает в сиреневых глазах, покорно глядящих на меня. «Так он не ушёл?» Калеб присел на корточки у компьютерного стола, видимо, чтобы не мешать и сделать своё присутствие незаметным. Ему удалось… вписаться в интерьер. Тук. — Правда… не жди меня, — шепчу едва слышно и опускаю ладонь ему на голову. «Мне нравится гладить его… А? — я пугаюсь своего внутреннего голоса. — Это что ещё за мысли?» Тук-тук. — Я понял, — кивает Калеба, и его взгляд становится светлее. — Я просто побуду рядом, пока ты не закончишь. Все равно не смогу уснуть. Тук. Он улыбается, и я чувствую, как мои губы посылают улыбку ему в ответ. — Я могу для тебя что-то сделать? — спрашивает он. Я лишь мотаю головой, голос не слушается меня. Тук-тук. Я больше не чувствую боли. Моя голова наполнена бушующим звуком неровного сердцебиения. Меня беспокоит это чувство. Я не могу это скрыть, и Калеб замечает моё беспокойство. Он протягивает руку ко мне под столом и кладёт ладонь на колено. Я знаю, этим жестом он пытается меня успокоить. «Но это не работает!» — кричу я мысленно. Я пытаюсь отвлечься, возвращаясь к отчету, продолжая писать. Неосознанно, даже не задумываясь. Ладно, я просто завтра ещё раз прочитаю перед тем, как отправить. Калеб ведёт себя тихо, я даже не слышу его дыхания, но знаю, что он рядом, потому что продолжает поглаживать моё колено, и я нахожу это прикосновение успокаивающим. Тепло разливается от колен выше, и я чувствую, как сбивается моё дыхание. — Всё хорошо? — уха касается тихий шёпот. — Я?.. Да. — Хорошо. Я чувствую, как пальцы Калеба мягко поглаживают кожу выше колена, едва ощутимо сдвигаются ко внутренней стороне бедра. — Ка-леб! — я перевожу на него возмущенный взгляд. — Не отвлекайся, — шепчет он, а в глазах пляшут черти. Как легко он читает меня. Тёмная макушка ныряет под стол, и я чувствую уже не только прикосновения на своих коленях, но и обжигающее дыхание. Он прикасается ко мне губами, так аккуратно и нежно, как крылья бабочки. И я боюсь его спугнуть. Я сама развожу колени в стороны, словно умоляя его продвинуться вглубь. А Калеб… Я улыбаюсь своим мыслям. Его никогда не нужно просить дважды. Обе его руки скользят по моим бедрам выше, задирая юбку. И я инстинктивно подаюсь вперед. Это тело просто невыносимо! Оно не советуется с мозгом прежде, чем что-то сделать!!! Поцелуи Калеба всё жарче, а дыхание такое глубокое. Он прижимается ноздрями к моей коже, и жадно втягивает ее запах. Мои губы беззвучно шепчут его имя. Чёрт возьми, как кружится голова. Я тоже дышу неровно, спешно заглатывая воздух. И вновь соскальзываю со стула, ещё ближе к нему, только теперь делаю это по своему желанию. Пальцы Калеба сжимают мои ягодицы, и нижняя челюсть, как ледоход прорубает лед, прокладывает путь к моему истоку. Через влажную ткань трусиков его губы прижимаются к моим губам. И я на выдохе произношу «Пожалуйста!». Умоляю его, чуть не плача. Я требую уже в полный голос, чтобы он услышал: «Продолжай!» И, кажется, теперь мы оба знаем, что вся власть надо мной в его руках.