Я тебя конечно ненавижу, но буду любить.

— Ты снова здесь.. Голос Чуи прозвучал резко, будто выстрел. Он не повернулся — стоял, спиной к двери, глядя в ночное окно. Йокогама утопала в огнях, внизу шумели машины, но здесь, в тишине офиса Портовой мафии, слышно было только, как он дышит чуть быстрее, чем хотелось бы. Дазай облокотился на дверной косяк, словно вернулся домой. В глазах — ни капли сожаления. Только привычная, выматывающая улыбка. — А ты всё так же не радуешься моему появлению, — сказал он, делая шаг вперёд. — Сложно радоваться человеку, который исчезает без слов и возвращается, как будто ничего не было. Чуя обернулся. Его глаза — ярко-синие, как шторм — смотрели прямо в Дазая. Злость, боль, усталость. Всё, что они не сказали друг другу годами, сверкало в этих глазах. — Ты ведь знал, что я вернулся, — тихо сказал Дазай. — Но не пришёл. — Потому что я был идиотом. Думал, если не увижу тебя, то легче станет. Не стал бы вспоминать, как ты смотрел на меня в последний раз. Как будто... тебе было всё равно. Молчание сгустилось между ними, как дым после пожара. Дазай подошёл ближе, почти впритык. Слишком близко. Как всегда. — Мне не всё равно. — Ага, конечно. Ты же умеешь врать, Дазай. Так, что сам себе начинаешь верить. — А ты умеешь ненавидеть. Даже когда любишь. Сердце Чуи сжалось. Он шагнул назад, будто это могло защитить его. — Не смей. Не лезь в это. Ты разрушил меня тогда. Своим молчанием. Своим исчезновением. — Я разрушил и себя тоже. Но ты не спросил, почему я ушёл. — Потому что боялся услышать, что ты ушёл не из-за миссии, не из-за войны... а потому что тебе просто надоело. Дазай подошёл и, впервые за долгое время, осторожно коснулся его запястья. — Я ушёл, потому что слишком сильно... — он замолчал. — Я не знал, как быть с этим. С тем, что чувствую к тебе. Это пугало меня. Ты — единственный, кто может ранить меня по-настоящему. Чуя не убрал руки. Только закрыл глаза. — А теперь? Ты вернулся, и что? Думаешь, я прощу? — Нет. Я не хочу прощения. Я хочу шанс. Тишина. — Хоть я тебя и ненавижу, Дазай... — выдохнул Чуя. — Но, чёрт возьми, я всё равно буду тебя любить. Даже если это убьёт меня. И в ту ночь, среди запаха табака, старых ран и невысказанных чувств, они оба поняли — эта история далеко не окончена.