Когда зовет магия

День был прекрасным. Даже Каэлин согласился прогуляться и потратить немного денег, что дала нам матушка. Поэтому сразу после завтрака… О, матушка готовит просто восхитительные булочки! А ещё отец купил у бабули, что живёт по соседству, клубничный джем — вкуснятина! Ой, кажется, я отвлеклась… Как только мы с братом доели завтрак, не забыли поблагодарить матушку — я её обожаю. Она всегда старается готовить нам булочки каждое утро и встаёт раньше отца, чтобы всё успеть. Ой, снова отвлеклась. Отца дома не было — он уехал куда-то, может, в город… кто знает. В общем, мы поблагодарили матушку, поцеловали её в щёку, на что получили тихий, нежный, как лепестки цветов… (ой, я забыла, как они называются) — смех. Я заулыбалась, и даже вечно угрюмый Каэлин улыбнулся! От этого на душе стало так тепло… Мы очень любили своих родителей. Они старались для нас, а мы старались быть хорошими детьми: хорошо учились, оправдывали их надежды, помогали по дому как могли. Ох, опять отвлеклась… Матушка нежно потрепала нас по голове и поцеловала в лоб, а мы побежали в свои комнаты — Каэлин в свою, я в свою. Переоделись, взяли деньги, сумку через плечо и спустились на первый этаж. Мама возилась на кухне. Мы предупредили её, что собираемся погулять и что-то купить, но едва хотели выйти, как услышали её обычные наставления: «Не доверяйте незнакомцам» и прочее. Я, если честно, уже не слушала — слышу это каждый день и знаю наизусть. После ещё одной порции поцелуев мы всё-таки вышли из дома и направились к рынку. Мы остановились у одной стойки (если честно, не знаю, как она называется, но пусть будет стойка). Купили яблоко в карамели и пошли дальше гулять. Во время прогулки наш взгляд зацепился за красивую заколку. Купив её, мы попрощались с друзьями и поспешили домой — подарить заколку маме. Она была так тронута! Мы получили множество поцелуев, объятий, слов любви и благодарности. Обед мы благополучно пропустили из-за долгой прогулки и рисования. К ужину вернулся отец. Мы тут же подбежали к нему, он поймал нас в объятия и расцеловал, совсем как матушка. Потом он прошёл на кухню и поцеловал маму. Мы с Лин-Лином (так я называю брата) скривились от «отвращения» — хотя на самом деле это не было противно, просто с детства привыкли так реагировать, и всё. Ужин прошёл, как всегда, в тёплой семейной обстановке, пока отец вдруг не сказал: — Через неделю едем в Цзиньлин. Путьпечать странника — для всей семьи! Стол тут же взорвался радостными детскими голосами. Мы были в восторге, а родители — счастливы, что нам понравилось. Неделя сборов пролетела незаметно, как и проверка путьпечатей и проход через стражей рубежей. Цзиньлин оказался волшебным! Мы гуляли, веселились, ходили по магазинам… И вот в один из дней я увидела щуплого, очень бледного мальчика. Мой взгляд скользнул выше — и я ахнула. Его волосы были светлее моих! Прямо как белый лист бумаги. Из чистого любопытства я подошла и представилась. Он ответил — его звали Никей. Мы разговорились. Он сказал, что пришёл сюда, в хижину лекаря, просто посмотреть, как тот работает. Я сразу поняла, что он хочет стать лекарем. Озвучила свою догадку — он утвердительно кивнул, а затем тихо добавил: — Я родился настолько слабым, что моё тело еле переносило даже лёгкие болезни. Так сказали родители. Поэтому, когда вырасту, хочу придумать лекарства для таких, как я. Я обняла его. На его щёчках появился румянец, но я решила не смущать его замечанием. Мы продолжили общение. С тех пор я приходила к нему каждый день — до самого отъезда обратно в нашу родную страну, Вальберг. В последний день мы обменялись подарками. Он подарил мне простую деревянную брошь, а я—свой любимый платок. Когда мы попрощались,я знала—этого мальчика я запомню навсегда