Нежность

Солнце, отражаясь от полированных шпилей эльфийских башен, заставляло щуриться. Ло потер глаза, стараясь прогнать остатки дремы. Архей, который он помнил пепелищем, теперь сиял красками и жизнью. В воздухе витал пряный аромат жареного мяса и экзотических специй, смешиваясь с запахом кожи и металла от оружейных мастерских. Телеги, груженые товарами, толкались среди пешеходов, создавая непрерывный гул. Эльфийские торговцы, с гордым видом предлагали свои изысканные украшения, в то время как орки, с громким смехом, перекидывались шутками, осматривая крепкие молоты. Ло медленно двигался по узкой улочке, ища знакомые лица. Он нуждался в ответах, но город, казалось, только дразнил его, пряча их за каждой повернувшей за угол фигурой. И вдруг его имя прозвучало в толпе, как звон колокольчика. — Лололошка. Он обернулся. Перед ним стоял высокий эльф с белокурыми волосами, которые переливались на солнце, как золото. Его глаза, некогда безжизненные, теперь сияли ярче звезд, а кожа, бледная и тусклая, теперь была наполнена здоровьем. Это был Эграссель, но не тот, кого Ло помнил из заточения. Этот Эграссель был полон жизни, легкости и грации. — Эграссель… — прошептал Ло, не в силах скрыть изумления. Во взгляде эльфа промелькнуло легкое удивление, и он с едва уловимой забавой произнес: — И вам чудесного дня, Лололошка из Глассгарфа. _______________________________ Ло последовал за эльфом, жадно разглядывая оживленные улицы. Вскоре они свернули в тихий, почти безлюдный закоулок, где шум города затих, оставив их наедине. Эграссель, не говоря ни слова, заключил Ло в крепкие объятия, прижав к своей груди. Лололошка, смущенный, уткнулся лбом в его плечо. — Наконец-то мы одни, Ло, - прозвучал тихий, ласковый шепот у самого уха. - Я так скучал по тебе. Эльф отстранился, но не выпустил его из объятий. В его глазах плескалась искренняя нежность и какая-то детская, почти восторженная радость. Он невесомо провел рукой по щеке Лололошки, большим пальцем нежно очерчивая линию скулы. — Ты совсем не изменился, Ло. Все такой же… прекрасный, — прошептал Эграссель, и в его голосе явственно дрожали переполнявшие его чувства. — Я столько мечтал об этом моменте. О том, как снова увижу тебя, смогу прикоснуться к тебе… Лололошка почувствовал, как краска густым румянцем заливает его щеки. Он опустил взгляд, не зная, что ответить. Все это было так неожиданно и… неправильно. Он знал Эграсселя, как друга, союзника, но никак не как человека, испытывающего к нему романтические чувства. Эта новая, совершенно незнакомая грань их отношений вызывала у него замешательство и легкий испуг. — Эграссель… — начал Лололошка, собираясь с духом, чтобы объяснить, что он чувствует. Но эльф не дал ему закончить, прижавшись к его губам в нежном, робком поцелуе. Лололошка замер, словно пораженный молнией, не зная, как реагировать. В голове царил хаос, смешанный с непонятным, волнующим предчувствием. Он никогда раньше не целовался с парнями, и ощущения были совершенно новыми, незнакомыми и… будоражащими. Поцелуй был коротким и почти невесомым, но оставил после себя ощущение электрического разряда, пробежавшего по всему телу. Лололошка отстранился, тяжело дыша, и вопросительно посмотрел в сияющие глаза Эграсселя. Ло смущённо прикрыл рот ладонью. Эграссель замялся на месте и, с тревогой в голосе, взял парня за плечи. — Прости, я должен был спросить разрешения… мы ведь так давно не виделись… Лололошка молчал, не зная, что ответить. Слова застряли в горле, а в голове роились сумбурные мысли. Он чувствовал себя пойманным: с одной стороны, его тянуло к Эграсселю, к его нежности и искренней радости, с другой – что-то внутри сопротивлялось, кричало о неправильности происходящего. Он не понимал своих чувств, не знал, что сказать, как объяснить Эграсселю, что он не готов к такому повороту событий. — Все в порядке? – тихо спросил Эграссель, и в его голосе явственно звучала тревога. Лололошка вздохнул, пытаясь успокоиться. Ему нужно было собраться с мыслями и объяснить Эграсселю, что он чувствует, не обидев его. — Эграссель, послушай, – начал он, глядя эльфу прямо в глаза. – Я… я рад тебя видеть. Очень рад. Но… то, что сейчас произошло… это слишком неожиданно для меня. Эльф удивлённо посмотрел на Ло. — Мы раньше так часто это делали… я подумал, что все в порядке и мы… Эграссель смущенно закрыл лицо руками. — Прости, мне жаль, я не думал, что причиню тебе этим… неудобство. Ло испуганно посмотрел на эльфа, понимая, что может ненароком изменить ход истории. Он робко потянулся к Эграсселю, коснувшись его руки. — Эграсса, все хорошо, я просто… не ожидал. Лололошка чувствовал, как его ладони становятся влажными от напряжения. Пальцы Эграсселя, тонкие и изящные, дрожали в его руках, словно перья на ветру. Он сжал их чуть сильнее, пытаясь передать то, что не мог выразить словами. Эльф смотрел на него с немым вопросом в глазах, сияющих, как два бездонных озера под лунным светом. Ло вздохнул. Хоть он и не помнил своих прошлых отношений с Эграсселем, он должен изрядно постараться, чтобы оставить в этом времени все как есть. — Ло… можно? Первый на мгновение застыл, пытаясь понять, что имеет в виду эльф, но, осознав невысказанный вопрос, он медленно кивнул, хотя в глубине души не был уверен в правильности происходящего. Лололошка почувствовал, как его тело становится тяжелым, будто его опустили в теплую, обволакивающую воду. Он не мог сопротивляться, точнее, не хотел сопротивляться. Эграссель снова приблизился, и на этот раз их губы встретились с такой щемящей нежностью, что Ло ощутил, как все его сомнения растворяются, как дым на ветру. Поцелуй был долгим, глубоким, всепоглощающим, и Лололошка чувствовал, как его сознание плывет, словно он погружается в бескрайний океан, где нет ни времени, ни сомнений, только они двое. Его руки сами потянулись к Эграсселю, обняв его, прижав к себе, и он почувствовал, как тело эльфа отвечает ему, становясь ближе, теплее. Когда они наконец разомкнули объятия, Лололошка смотрел на Эграсселя с новым, еще не осознанным чувством, которое было таким сильным, что он едва мог дышать. Эграссель взял его руку и осторожно поцеловал каждый палец, словно Ло был самым хрупким и драгоценным созданием в мире. — Нам пора, первые ждут.