Разговор под ивой

Летний день пощадил жителей города и не одарил их неимоверной жарой. Солнце время от времени пряталось за облаками, освежающий ветер гулял по улочкам и полям. Грушницкий сидел под ивой на выезде из поселения, вслушиваясь в пение птиц. Его нога наконец полностью выздоровела, и в костылях он более не нуждался, а потому часто уходил на прогулки, навещая знакомых по службе или уединяясь с природой, как это было сейчас. С собой Юнкер прихватил дневник и перо с чернилами. Привычка записывать свои мысли перешла ему от товарища, с которым Грушницкий успел сблизиться на водах. Сзади послышался шорох шагов. Парень обернулся и увидел нарушителя своего покоя. – А, это ты, Гриша. – хмыкнул блондин, наблюдая, как товарищ проходит и садится рядом. – Снова решил от городской суеты сбежать? – подошедший оглядел Грушницкого и заметил раскрытый дневник на чужих коленях. – Что пишешь? – Да что в голову взбредёт, то и пишу. – внимание блондина вернулось к его прежнему потоку мыслей. – Интересно будет послушать. – Печорин удобнее устроился, сползая по стволу дерева ниже, теперь уже наблюдая за движением облаков чуть ли не лежа. – Знаешь, я заметил определенную параллель, – начал младший, записывая все в дневник. – девушки очень похожи на цветы, пока их не тронешь. Они благоухают и радуют окружающих своей красотой, но стоит кому-то сорвать этот цветок - он быстро начнет терять свою красоту. Тоже самое происходит и с девушками после замужества. Мало кто может правильно высушить и сохранить цветок, мало кто сумеет стать достойным мужем и уберечь свою избранницу. – .. Занятное сравнение. – после некоторого молчания кивнул брюнет, поворачивая голову на друга. Грушницкий закончил запись и отложил перо в сторону, разглядывая свой почерк. – Ты к какому типу мужчин себя относишь? – поинтересовался блондин, чувствуя на себе взгляд старшего и решая поддержать разговор. – Я бы хотел быть хорошим партнером, но пока не получается. – усмехнулся Григорий, лениво потягиваясь и щурясь от выглянувшего солнца. – Да у тебя уж целый гербарий, – криво улыбнулся Грушницкий, оглядывая поляну кругом. – жаль только, что ты не научился бережно обходиться с ним. Наступила тишина, прерываемая лишь шелестом листьев и пением птиц. Печорин выглядел напряжённым, глядя куда-то в даль, что не осталось незамеченным юнкером. – Что тебе тревожит? – изогнул бровь юноша, рассматривая товарища, пытаясь считать его эмоции. – Иногда мне трудно определиться, какой из своих цветков выбрать. – признался парень, тяжело вздыхая. Грушницкий лишь тихо усмехнулся. – Хорошо, что у меня такой делемы не возникает. – Очень смешно, – фыркнул брюнет, хмурясь чуть и отмахиваясь от собеседника, как от мухи какой. – мог бы и помочь советом, раз уж решил копаться в моих проблемах. – А какой совет я могу дать то? Тебе нужно найти девушку, которая будет подходить тебе по всем требованиям и жениться на ней, вот и всё. – спокойно ответил блондин, пожимая плечами. – Легко сказать, – Печорин сел ровно, чтобы быть на одном уровне с собеседником. – а если не тянет связывать себя узами брака? Это ведь как клетка, никакой свободы. – Тогда тебе не следует зацикливаться на цветках. Они то на земле, а не в небе. Парни вновь замолчали, занятые каждый своим. Григорий размышлял над чужими словами, а Грушницкий принялся за новую запись. – Что пишешь на этот раз? – Ничего такого, глупости всякие. Печорин предпринял попытку заглянуть в чужой дневник, однако блондин вовремя отвернулся. – Тебе необязательно знать всё. – хлопнул младший тетрадкой, откладывая её в сторону и встречаясь взглядами с другом. Разговор их продолжился на другие темы, пока оба не устали. Юнкер задремал, чем решил воспользоваться брюнет. Любопытство взяло верх и потому он потянулся за чужим дневником, открывая и читая последнюю запись. "Мне до орла в небе далеко."