Обнажи свою любовь

      Кюма выключил плиту, снимая фартук с полуобнажённого тела и, аккуратно сложив, убрал в сторону. Ужин был готов, и Гинджи взглянул на часы: до прихода друга оставалось немного времени. Но… Мог ли молодой человек считать Кузурю другом, если за годы долгой дружбы, у парня оказались совсем иные чувства, которые в первое время были внезапностью. Но разрушить дружбу, которая была длиной в несколько лет, не хотелось испортить признанием в собственной любви.       Отринув лишние мысли, Кюма поставил на стол бутылку вина и бокалы на двоих, отойдя чуть назад, чтобы начать накрывать столик.       Гинджи поставил блюдо с онигири собственного приготовления, тарелку запечённых домашних роллов, в качестве предпоследнего кушанья ставя рыбу из духовки, внутри которой были мелкие дольки лимона и порубленный чеснок, что предавало в свою очередь сочность и приятный вкус с ароматом.       Завершающим штрихом стали несколько видов нарезок: сырная, мясная, овощная, и фруктовая тарелка. Всё было готово, чтобы встретить давнего друга. Оставалось несколько минут, и парень последовал в спальню. Там он снял шорты, которые были единственной одеждой на нём, и взглянул на себя в зеркало в полный рост. Кузурю, казалось, смущался каждый раз, видя приятеля голым, но Гинджи всегда забавлялся его реакцией в такие моменты.       Звонок в дверь, и молодой человек пошёл в коридор. В глазок он не смотрел, зная, что там был друг. Кюма пару раз повернул замок, открывая дверь, и отошёл, чтобы Кейичи мог свободно войти. Кузурю — отличник со школы во всём, одетый всегда с иголочки, и сегодняшний день не стал исключением: на мужчине были отглаженные рубашка и брюки, поверх которых была лёгкая ветровка, ибо погода ещё не была тёплой.       Старший переступить порог не успел, отводя взгляд в сторону, и поправил очки, которые без этого сидели идеально ровно. Кюма позабавился очередной реакцией Кузурю, рассмеявшись, и протянул ему ладонь для рукопожатия.       — Мы знакомы достаточно, чтобы ты перестал краснеть, словно девица, — хохотнул, подтрунивая, Гинджи, во время рукожатия заводя Кейичи в квартиру, и закрыл за ним дверь.       — Хоть бы раз бы ты встретил меня одетым, — произнёс мужчина, разуваясь, и последовал на кухню. Там старший поставил на столешницу коробку конфет, тщательно вымыв руки, и прошёл к столу, за которым уже сидел Кюма. Прежде чем начать трапезу, Гинджи открыл бутылку, разливая вино по бокалам, и опустился на своё место. Мужчина с парнем слегка чокнулись бокалами, отпивая немного, и наконец, приступили к совместному ужину. Кюма говорил меж делом, Кузурю, в основном, был слушателем, не упуская возможности также разговаривать.       — Специально сегодня пробудился раньше, чтобы навести порядок и успеть с готовкой. До этого ходил в магазин за продуктами, — продолжил говорить младший, пока мужчина, слушая, смотрел на приятеля, наслаждаясь вином, которое иногда отпивал, а также неторопливо вкушал запеченную рыбу и сырную нарезку. Кузурю вёл себя за столом, словно высокопоставленный аристократ: не торопился с трапезой и придерживался базовых правил этикета. Это было одно из того, чем адвокат привлекал Кюму, который в свою очередь не заморачивался над правилами за столом. И от этого вновь появлялись мысли о том, что Гинджи не пара для Кейчи. Принять эту мысль было непросто, но факт оставался фактом. Кузурю вновь отпил вина, слегка посматривая на Кюму. Мужчина подмечал смену настроения парня по лицу, но не подавал вида с думой о том, что юноша мог не хотеть акцентировать внимание. Старший аналогично утопал в собственных размышлениях: он считал Кюму простым человеком, лёгким, приятным в общении, с привычными за всё время шутками. И это было одним из фактов, благодаря которому Кейичи испытывал симпатию.       Тем не менее мужчина с парнем сейчас старались не думать о своих чувствах, и друг перед другом скрывали всё за масками.       После сытного, вкусного ужина, Кюма выдвинул предложение.       — Пойдём в гостиную? Посмотрим что-нибудь, — Гинджи встал из-за стола, посмотрев на Кейичи в ожидании ответа.       — Идём, — ответил Кузурю, вызвав у младшего лёгкую улыбку, и последовал за ним в зал, садясь рядом на диване. Путём недолгого обсуждения и общего решения, парень с мужчиной приступили к просмотру выбранного фильма. И чтобы не заморачиваться, остановили свой выбор на обычном фантастическом фильме. Кюма между просмотром принёс пару кружек чая и захватил со стола фруктовую нарезку. Парень поставил ногу на диван, согнув в колене, и следил за действиями на экране, моментами попивая чай.       Сидеть просто так вскоре стало скучно, а потому Гинджи вновь завёл простую беседу, рассказывая порой глупости, которые, в принципе, были в его духе.       — Сегодня, пока уборкой занимался, случайно ударился головой об стол, — со смешком произнёс Кюма, вызвав лёгкую улыбку на лице Кузурю. Юноша замер в тот момент, когда мужчина подвинулся ближе, пальцами аккуратно отодвинув тёмные волосы младшего, рассматривая его макушку и затылок. Кюма аж дыхание ненадолго задержал, посмотрев в сторону.       — Вроде, ничего нет, — сказал Кейичи, убирая руку, и положил ту на спинку дивана. — Хорошо, — тихо ответил Гинджи, от взволнованности пригладив волосы, и отвёл взгляд в сторону телевизора. Только отвлечься с помощью событий на экране не получалось совсем. Мысли вновь были о Кузурю, собственных чувствах и, конечно же, страхе разрушить выстроенную дружбу признанием в любви. Кейичи сейчас размышлял аналогично о подобном.       Мужчина понимал, что его чувства непросто симпатия: это уже была конкретная влюблённость. Старший провёл ладонью по нижней части лица.       Из раздумий Кузурю с Кюмой вырвал гром за окном, отчего они синхронно вздрогнули, обернувшись, друг к другу. Гинджи поднялся, выключая телевизор из сети питания, и подошёл к журнальному столику, с которого взял телефон. Молодой человек открыл прогноз погоды, и на мгновение округлил глаза, увидев, что дождь с грозой будут идти до следующего утра. Кузурю встал следом, и подошёл к парню, посмотрев в экран смартфона. Кейичи чуть поправил очки.       — Похоже, мне придётся у тебя заночевать? — старший посмотрел на юношу, получая в ответ кивок.       — Оставайся. Я пойду, поищу тебе одежду, — ответил молодой человек, выключив телефон, и пошёл в спальню. Пока парень ушёл, мужчина решил помочь и, убирая посуду со столика, относя на кухню, а после навёл порядок на кухонном столе, убрав остатки в холодильник, и протёр поверхность влажным бумажным полотенцем.       Через несколько минут вышел Кюма, принося найденные футболку с трусами, запакованные в зип лок пакет и, очевидно, ни разу не одевались. Кейичи поблагодарил Гинджи за принесённые вещи, и удалился в ванную комнату. Пока друг занимался водными процедурами, Кюма поставил чайник. В этот раз молодой человек заварил не обычный чёрный чай, а добавил к нему свежих ягод клубники и маленькие кусочки лимона, заливая кипятком. В свою кружку он добавил пару ложек сахара, а вот чай приятеля не трогал, дабы тот сам решил, хочет он сладкий напиток или пожелает почувствовать вкус самого напитка. Так и вышло: выйдя из ванной, адвокат сразу взял кружку, и они с парнем последовали обратно в гостиную.       Гинджи подошёл к окну, приоткрыв его, и прислушался: гром ещё гремел поблизости, и парень, закрыв окно, сел на диван с телефоном. Кейичи взял с полки одну из книг, садясь неподалёку от Кюмы, и стал читать, изредка отпивая чай.       Вечер шёл спокойно, размеренно, гром постепенно затихал, и за несколько часов до сна было решено выйти ненадолго на лоджию. Парень с мужчиной сели на маленький диванчик, смотря в окошко на небо, которое неторопливо расходилось после сильной непогоды, и проглядывали первые звёзды. Кюма не думал сейчас ни о чём, пока голос Кузурю не заставил обратить на него внимание.       — Кюма, я давно думал об этом и, кажется, настал момент сказать, — начал, тихо говоря, Кейичи, и было видно, что он волновался. Юноша смотрел на мужчину в ожидании. Рука старшего аккуратно коснулась ладони молодого человека, и парень, с удивлением взглянув на их руки, смотрел в лицо Кузурю, не отводя взгляд.       — Кюма, ты… Я всегда считал тебя простым, приятным юношей, с которым нравится проводить свободное время. И в одно мгновение я понял, что мои чувства нечто большее, чем просто дружеские. Ты мне симпатичен, и сегодня я убедился, что любил, и буду любить тебя.       Кюма удивлённо смотрел в глаза Кузурю. Всё, что он слышал сейчас, было, несомненно, правдой, но одновременно было непросто это принять. Несколько лет взаимной влюблённости, которую они оба скрывали, наконец, обнажилась в этот момент. С разливающимся внутри теплом, Гинджи не сдерживал улыбки, заметив на себе взгляд Кейичи, и ответно обхватил его ладонь пальцами. Наконец, всё встало на свои места.       — Мои чувства к тебе взаимны, — произнёс парень, свободной рукой касаясь подбородка мужчины, и утянул того в нежный поцелуй. Теперь, когда они признались в своих чувствах, все сомнения, страхи и волнения развеялись, оставляя место трепетной, вечной любви и полному оплоту доверия.