Жди меня, когда наступят сумерки.

Кабинет психолога Рэйчел Блэк напоминал скорее уютную гостиную, чем строгое медицинское помещение. Мягкий свет лампы, обои с едва заметным узором, диван, который словно обнимал каждого, кто на него садился. Маргарет, однако, чувствовала себя так, будто её заперли в клетке. Она сидела, сжимая руки на коленях, ногти едва не впивались в кожу. Рэйчел, с чашкой чая в руках, наблюдала за ней с мягкой улыбкой. — Маргарет, ты выглядишь так, будто пытаешься сдержать ураган внутри себя, – начала терапевт, голос звучал спокойно, но с лёгкой ноткой иронии. – Как насчёт того, чтобы дать этому урагану немного пространства? Маргарет фыркнула, но губы дрогнули в подобии улыбки. — Ураган? Ты уверена, что твои стены выдержат? Рэйчел подняла бровь, глаза сверкнули. — Если эти стены выдержали моего бывшего, который пытался превратить мою гостиную в спортзал, то ураган тебе точно по плечу. Девушка рассмеялась, но смех оборвался, превратившись в тихий вздох. Глаза опустились, и снова замкнулась. Рэйчел, не теряя времени, поставила чашку на стол и наклонилась вперёд. — Ты не обязана говорить ничего, чего не хочешь, но давай честно: если ты пришла сюда, значит, этот ураган уже начал разрывать тебя изнутри. И, поверь, я знаю, как это – держать всё в себе, пока тебя не начинает трясти, как школьницу на первом свидании. Маргарет взглянула на неё, губы сжались. — Ты думаешь, я похожа на школьницу, на первом свидании? — Нет, – ответила Блэк с лёгким раздражением. – Школьницы хотя бы плачут. Ты же держишь всё так, будто пытаешься выиграть конкурс на самого стойкого солдата. Белокурая закинула голову назад, плечи дрогнули. — А если я скажу, что этот “солдат” уже сломался? Рэйчел наклонилась ещё ближе, голос стал тише, но настойчивее. — Тогда, может быть, пора перестать играть в героя и начать говорить? Маргарет посмотрела на неё, глаза наполнились слезами, но снова сжала губы. И в этот момент Рэйчел почувствовала, как в воздухе застыло напряжение, готовое вот-вот взорваться. Опустила глаза, губы дрогнули, прежде чем она нашла в себе силы заговорить. — Я… я не знаю, с чего начать. Есть вещи, которые я не могу забыть, но я не хочу, чтобы кто-то знал о них. Блэк кивнула, взгляд был полон понимания. — Ты можешь довериться мне. И мы будем двигаться дальше. — Рэйчел, я так не могу! — выпалила, словно загнанная в угол кошка, взгляд метался по циферблату, а нога выбивала нервный ритм, вторя бешеному тиканью часов. — В чём дело, черт возьми? Выкладывай! Или для чего ты здесь, в конце концов? — прищурилась. Судорожно вдохнула, словно ныряльщик перед погружением в пучину отчаяния. — Дай угадаю, ты – жертва обстоятельств, так? Классика! Маргарет вскинула на неё взгляд, в котором плескалось удивление, смешанное с… надеждой? — Ты как зверёк в капкане. И говорю я это сейчас не как психолог с дипломом, а как обычный человек, Меган. Знаешь, давай сыграем в игру? Молчи как рыба об лёд, а я буду забрасывать вопросы, как рыбак сеть. Посмотрим, что всплывёт на поверхность! Послушно кивнула, впившись зубами в нижнюю губу. Кровь выступила маленькой алой росинкой. — Избиение? Лицо исказилось гримасой недоумения. — Не избиение… Окей, записываем, минус один вариант, — Рэйчел что-то быстро застрочила в своём блокноте, словно детектив, разгадывающий сложный ребус. — Домашнее насилие? — Снова промах. — Нехватка внимания? РПП? Может, ты просто тайно мечтаешь стать балериной? Блэк сыпала предположениями, как фокусник из шляпы доставал кроликов, но ни один из них не вызвал у Маргарет ни малейшей реакции. Внезапно ручка замерла в воздухе, и Рэйчел тихо прошептала: — Изнасилование? Глаза забегали, брови судорожно сошлись у переносицы. — Ага… значит, изнасилование. Дерьмово, Меган, дерьмово до невозможности. Молча кивнула и, не говоря ни слова, пулей вылетела из кабинета. Слушать сочувственные вздохи? Увольте! На сегодня с психоанализом, пожалуй, хватит. Маргарет вошла в дом, и легкий аромат хвои, приветливый призрак леса, тут же проник в легкие. Кэтрин, восседая на диване в гостиной, была полностью поглощена каким-то глянцевым артефактом из двухтысячных. Хлопок входной двери заставил встрепенуться, и сестра с видом человека, пережившего конец света, трагически вздохнула. — Прости, Мэй, я не должна была на тебя так давить, — пролепетала Кэтрин, выронив журнал, словно раскаявшийся убийца роняет окровавленный нож. Она подлетела к Маргарет, как кошка к валерьянке. — Лучше скажи, откуда этот Эдвард все знает?! — Что ты имеешь в виду? — попыталась изобразить невинность, но вышло, как у первоклассника, врущего директору. — Не строй из себя дурочку, Кэтрин! Ты же сама намекнула, что узнала все от него. Откуда этот чертов псих знает о моем секрете? Это уже попахивает теорией заговора! Младшая, опустив глаза, выглядела виноватой. Признаваться было ох как нелегко. — Ты решишь, что я совсем ку-ку, если я расскажу правду. — Да я уже ку-ку без вашей помощи! Выкладывай, — развела руками, чувствуя себя выжатым лимоном. День и так был полон сюрпризов. — Эдвард… он не совсем обычный человек… скажем так… он… — Псих, это я уже поняла, — вставила Маргарет, закатив глаза. — Маргарет, дай договорить! — Окей, молчу. Пауза повисла в воздухе, словно неловкий тост на поминках. Кэтрин переминалась с ноги на ногу. — Он умеет читать мысли, — выпалила с видом человека, признающегося в страшном преступлении. Маргарет нахмурила брови, а затем разразилась нервным хохотом. — Конечно, а я тогда клыкастый Дракула! Кэтрин, это очень смешно, просто до коликов! Ладно, видимо, правды от тебя не дождешься, как зарплаты от государства. Кэтрин обиженно надула губы, будто бы ей вместо конфеты дали репку. — Мэй, ну это ведь не смешно! — ее голос стал тише, почти шепотом, — Я сказала правду. Застыла, не зная, что и думать. Кажется, ее жизнь только что превратилась в комедийный сериал с элементами хоррора. И кто тут главный сценарист? В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как тикают воображаемые часы, отсчитывая секунды до взрыва мозга Маргарет. Она уставилась на Кэтрин, как на инопланетянина, который только что предложил ей чашечку космического чая. "Читать мысли? Серьезно? Это уже перебор даже для моей сумасшедшей семейки," - пронеслось у нее в голове. — Кэтрин, милая, ты, наверное, пересмотрела "Людей Икс". Или, может, Эдвард подсыпал тебе что-то в чай? Потому что это уже не смешно, это попахивает дурдомом! — Маргарет попыталась отшутиться, но голос дрогнул, выдавая панику. Кэтрин, не выдержав, схватила со стола яблоко и запустила им в сестру. — Да чтоб тебя! Я серьезно! Он знает, что ты думаешь! Он говорил, что ты постоянно думаешь о… ну, ты знаешь! — покраснела, как помидор, и отвернулась. Маргарет же, в свою очередь, побледнела, как смерть. — О Боже… — прошептала, осознавая весь масштаб катастрофы. Если Кэтрин говорит правду, то Эдвард знает все ее самые сокровенные тайны. Смех застрял у нее в горле, превратившись в сухой, болезненный кашель. Смотрела на сестру, и видела в глазах нечто, что невозможно было объяснить ничем, кроме искренней, непоколебимой веры. Вера эта сочилась сквозь ее слова, обволакивала Маргарет липким, пугающим страхом. Мир, еще недавно казавшийся таким понятным и предсказуемым, начал расплываться, трескаться под натиском невероятного. Отчаяние захлестнуло. Откуда взяться спокойствию, когда сама реальность, казалось, сошла с ума? Хотелось кричать, бежать, спрятаться под одеялом и никогда не вылезать. Но она стояла, парализованная, вдыхая запах хвои, который теперь казался насмешкой, жестоким напоминанием о нормальной жизни, которую она только что потеряла. "Читать мысли…" - эхом отдавалось в голове. Абсурд, бред, нелепость! Но в глубине души, там, где живет первобытный страх и необъяснимая тяга к мистическому, шевелилось зерно сомнения. Может быть… а вдруг? Если Кэтрин говорит правду, то все меняется. Все представления о мире, о людях, о самой себе. Внезапно Маргарет почувствовала невыносимую жалость к сестре. К этой маленькой, наивной Кэтрин, которая, возможно, несла на своих плечах непосильную ношу, хранительницу невероятной тайны. И Маргарет, вместо того чтобы поддержать, высмеяла ее. — Ладно, извини.

***

В беседке царило непривычное безлюдье. Сэм предупреждал, что надвигаются смутные дни. Все из-за рыжей бестии, за которой охотятся два враждующих клана. Пол опустился за круглый стол и откусил от черничного кекса, испеченного Эмили. Блаженная улыбка тронула губы. Мысли неотступно возвращались к Маргарет, к ее состоянию, от которого и самого Лэйхота мутило. Иногда он наблюдал за ней из-за ее окна, выходящего в темный лес. Сторожил, словно зверь, опасаясь, что рыжая вампирша покусится и на его Дюймовочку. Адли ворчал, что он пропускает дежурства, подставляя стаю. Но Полу было плевать. Его внутренний волк признавал лишь один долг — защищать эту землю и её. Идиллию нарушил Атеара, парень просочился в беседку с виноватым видом. Его кудряшки, обычно такие милые, сейчас просто бесили. Вечно пытается скрыть свои мысли, а Лэйхот видит их насквозь – там белокурые волосы Маргарет, вот ведь незадача! — Пол, ты Эмбри не видел? — Квил выдавил жалкую улыбку, так и не решившись полностью войти. — Нет, — отрезал Пол, обжигая взглядом. Атеара уже готов был испариться от неловкости, но Лэйхот его пригвоздил: — Квил, почему? Кудрявый вопросительно вскинул брови, на лице — искреннее недоумение. — Что почему? Не совсем… понимаю. — Почему ты так старательно скрываешь свои мысли, пиздабольная ты морда? Младший закусил губу, вид у него был как у побитого щенка. Врать он не умел, а Пол читал его, как комикс для малышей. — Мои мысли – это моё личное пространство, — пробормотал, пытаясь спасти ситуацию. Пол лишь презрительно фыркнул. — Почему тогда в твоём, мать его, личном пространстве ОНА?! — грохнул кулаком по столу, чуть не перевернув его. Атеара подпрыгнул от неожиданности. — Отвечай! — Лэйхот навис над ним, нервы натянулись, как струны. — Лэйхот, спроси у Рейчел, она тебе лучше объяснит, — Квил вздохнул и напоследок бросил фразу, словно бомбу: — Это очень… больно, Пол. Пэгги больно. Лэйхот замер, как вкопанный. Сердце, кажется, тоже решило взять тайм-аут. Джаред возник, словно черт из табакерки, с улыбкой придурка, приклеенной к физиономии. Пола это выбесило до зубовного скрежета, хотелось стереть эту идиотскую ухмылку наждачкой. Он снова увяз в мыслях о Маргарет. Что, черт возьми, Квил знает такого, чего не знает он, Лэйхот? Что за тараканы у нее в голове? Нужно срочно наведаться к Рэйчел. Да что там, надо бежать к ней прямо сейчас, пока не поздно! — Пол, да ты как из задницы, братан, — Кэмерон хлопнул по плечу, идиотски заржав. — Расслабься! У нас пополнение в стае. Сет Клируотер, отличный малый. Лэйхоту было плевать на новичков с высокой колокольни. Сейчас в жизни была только одна проблема – Маргарет, и ее душевное состояние. Внутренний волк рвался наружу, ворчал и не давал покоя. — Кэмерон, заткнись, — прорычал он, скорее раздраженно, чем злобно. — Ооо, братишка, это ты из-за той… Как же ты ее тогда назвал? Дай вспомнить… Ах, точно! Шизоидная! Лэйхот напрягся, словно пружина. — Заткнись! Кэмерон тут же замолчал, но ухмылка никуда не делась с наглого лица. Вскоре подтянулись и остальные, стало шумно и тесно, но Полу было на это абсолютно наплевать. Маргарет – вот, что сейчас крутилось в голове, затмевая все остальное. Лэйхот ощутил, как ярость закипает в нем, словно кофе в перегретой кофеварке. "Шизоидная"? Да он сам готов был превратиться в шизоида, лишь бы понять, что творится в этой загадочной голове! Маргарет была для него как нерешенное уравнение, как кубик Рубика, собранный наполовину. И Квил, черт бы его подрал, явно знал решение! Сплюнув сквозь зубы проклятие, оттолкнул Кэмерона и, словно торпеда, вылетел из комнаты. Плевать на стаю, плевать на новичков! В голове пульсировала только одна мысль: Рэйчел! Она точно что-то знает, она обязана ему помочь. Он мчался по коридорам, как угорелый, спотыкаясь о собственные ноги, но его это не останавливало. Маргарет ждала! Или, что еще хуже, Квил ждал Маргарет! Дверь к Рэйчел распахнулась с треском, словно ее открывал не человек, а разъяренный медведь. Рэйчел, как всегда, была погружена в чтение какого-то древнего фолианта. Увидев Лэйхота, едва не выронила книгу от неожиданности. — Лэйхот! Что случилось? Ты выглядишь так, будто тебя ужалила стая пчел,— воскликнула, с тревогой глядя на взъерошенную прическу и безумный взгляд. — Маргарет… она… сегодня приходила?! — выпалил, словно за ним гнались все черти ада, и он едва успел перевести дух. Рэйчел вскинула брови, будто увидела говорящего попугая. Темноволосая богиня отшвырнула книжку, по всей видимости, полное занудство, на другой конец дивана. — Да, приходила, — пожала плечами, словно речь шла о погоде. — И, Пол, тысячу раз повторяла: не околачивайся у моего порога. — Рэйчел изобразила что-то среднее между ледяным взглядом и хмыканьем, достойным самой Снежной Королевы. Лэйхота это только взбесило, как разъяренного медведя, которому наступили на любимую малину. — Да что у нее, блять возьми, за проблема?! — Тебя это совершенно не касается, Пол, — протянула, закатив глаза с таким мастерством, что позавидовал бы любой профессиональный игрок в покер. Поняв, что этот упрямый осел не отстанет, Рэйчел с грацией кошки налила себе кофе. Лэйхот, скривившись, как будто ему предложили выпить уксус, отвернулся к окну и принялся барабанить пальцами по стеклу, будто выбивая чечетку в ожидании. — Ее… изнасиловали, Пол, — Рэйчел выдавила эти слова с хрипотцой, словно проглотила наждачную бумагу, но старалась держаться, как оловянный солдатик. Замер, словно его превратили в статую. Мир вокруг него перестал вращаться. Сердце пропустило несколько ударов, и он почувствовал себя так паршиво, будто бы его только что вываляли в грязи и забыли под дождем. А затем захлестнула ярость, такая жгучая и всепоглощающая, что готов был разорвать на куски любого, кто посмел причинить ей это. — Как… как это произошло? — прошептал , стараясь не выдать ни единой эмоции. Снаружи был непроницаем, как скала, но внутри него бушевал ураган. — Не все сразу, Лэйхот. Это оставили для второго сеанса, если она, конечно, придет, — Рэйчел, выдворяя нашкодившего щенка, вытолкала его за порог. А Пол, сломленный и раздавленный, рванул в чащу леса, где, уверенный, его никто не увидит, завыл, как побитая собака. Багряное зарево плясало на горизонте, а по коже Маргарет пробежали табуны мурашек. Опустилась на прохладный песок, приготовившись к очередной порции откровений от Пола. — Ты когда-нибудь задумывалась о будущем, которое… ну, скажем так, слегка не по плану? — прошелестел Пол, его голос был тих. — У меня его просто нет. И точка. Парень демонстративно фыркнул, закатив глаза. — Без лишних слов, Мэг. Понуро опустила голову, едва кивнув. — А я вот мечтал… о семье. О дочке, которую буду баловать и называть каким-нибудь… простым и красивым именем. — Сара? — робко предложила Маргарет. Сердце сделало кульбит. "Как скажешь, так и будет", — пронеслось у в голове. — Отлично, да, красивое имя. — Пол, я не понимаю… Почему ты сказал о "несбыточном будущем"? Ведь семья — это так… обычно. — Голос дрожал, в нем звучала невысказанная надежда и страх. — Я бесплоден, Мэг, — в усмешке не было и тени веселья, лишь бездонная тоска. — По крайней мере, так твердил мой дед. — Ты уверен, что это правда? Может, дед просто решил тебя подколоть? — В нашем роду всякое бывает, Марго. Так что готовься к худшему. Но надежда умирает последней, верно? Опустила голову, едва заметно кивнув в знак согласия. Она знала, о чем он говорит. Абсурд бил по ушам, сам Пол Лэйхот делится секретом. — Ты очень… чудный, — Маргарет фыркнула, закатывая глаза так, будто пыталась разглядеть собственную корону сарказма, водружённую на голову невидимыми руками судьбы. — Очень саркастически с твоей стороны, — ответил, скрестив руки на груди, но уголки его губ дёрнулись вверх. Он знал её слишком хорошо, чтобы не видеть: за этим язвительным тоном скрывалась усталость, которая копилась месяцами. Тишина между ними была тёплой, как старый свитер, в котором удобно прятаться от мира. Пол ловил себя на мысли, что хочет протянуть руку — не для того, чтобы поднять её, а просто чтобы дать понять: «Падай, если надо. Я поймаю». — Когда ты в последний раз просто… ничего не делала? — внезапно спросил, наблюдая, как её пальцы бессознательно сжимают край футболки, будто она — последняя надежда удержаться на плаву. — Когда ты в последний раз не задавал глупых вопросов? — парировала Маргарет, но голос дрогнул, выдавая слабину. Пол притворно вздохнул, откинувшись на песок. — Ладно, тогда я сам отвечу. Ты — прямо сейчас. И прежде чем она успела огрызнуться, он схватил её за запястье и потянул к песку, где уже ждал хололный мокрый озноб. — Пол, я не… — начала, но он перебил,слегка толкнув ее в плечо. — Молчи и падай. Вот прямо здесь. Маргарет замерла на секунду, потом рассмеялась — по-настоящему, без привычной горькой нотки. И плюхнулась лицом в песок с таким облегчением, будто сбросила невидимый рюкзак, набитый кирпичами взрослой жизни. — Ну что, — просунул голову под её руку Пол, — теперь я чудный или гений? — Идиот, — буркнула, но уже пристраивалась поудобнее, прижимаясь к нему боком. А он просто ухмыльнулся. «Падать — не страшно. Главное, чтобы кто-то был рядом, готовый подхватить… или просто валяться рядом, пока не надоест».