Я видел как ты её обнимаешь

Брюнета разбудил шум, доносившийся снизу. Он нехотя приоткрыл один глаз, зажмурившись, пытаясь оценить обстановку. Как будто через густой туман пробивались воспоминания, и произошедшее за ночь оживало в голове парня. Вспоминались детали, слова, выражения лиц, позы - всё вместе, в абсолютном хаотичном порядке, никакой хронологии не выстраивалось. Самым ярким и неожиданным возник образ синющих, пылающих от ярости глаз, и воспоминание, как возлюбленный с силой оттолкнул его от себя, прогоняя прочь и осыпая угрозами. Юноша поморщился от боли и тупо уставился в потолок. Попытался сфокусировать внимание на штукатурке, лампочке, выбоинах в потолке, микрокомочках пыли, отбрасывающих крохотную тень вбок, на плинтусах, на тонких линиях света, что проникали из-под шторы. По мере того, насколько ему удавалось зацепиться и зафиксироваться вниманием на чем-то визуально, возрастали слуховые галлюцинации, засевшие в голове также глубоко, если не глубже картинок-фотографий. Сонное дыхание, хриплая со сна речь, нотки страха и отчаяния, непонимания, озадаченности. Ухавшее сердце в груди, что отдавалось в барабанные перепонки - непонятно, чьё это, мать твою, сердце. Моё или его? Яростный шепот, гневный настолько, что слова недоговаривались до конца, и окончания проглатывались, а согласные становились ещё более громкими, вытесняя от нахлынувших эмоций гласные. Страх и снова злоба, и одно от другого неотличимо, неотрывно, нераздельно - бешеная пляска слов, бесконтрольно срывающихся с языка, непонятно кого атакующая, но бьющая во все стороны мелкой дробью. И, черт возьми, снова отчетливо слышится паника - как будто просто чуть выше нота. Куда ты собрался? - вот же она. Ну и пиздуй, ублюдок - кажется, снова отчетливая, слепая ярость. Когда мы только стали ближе - жалость, обида, неверие. Рот свой закрой - тупой удар кулаком гнева. Что произошло, почему я не могу пойти с тобой, почему ты запрещаешь - трепет, печаль, тревога. Видеть тебя не хочу. Не смей попадаться мне на глаза - тычок презрения прямо в солнечное сплетение, дышать невозможно, легкие горят огнем. Гребанное танго, невозможно различить, кто кого ведёт. Вытеснял он одно, но приходило оно же, но в другом обличии, с другой поступью, с другими оттенками. Голова разрывалась, виски пульсировали, пульс продолжал ускоряться. И долго это будет продолжаться? Сколько ещё раз ему нужно будет проиграть все это в голове, сколько раз вспомнить, чтобы стало не так больно? Вспомнилась жестокая цитата, прочитанная где-то в детстве. «И не трагедия убивает человека, а вечное постижение её». Когда он успел стать таким мягкотелым и уязвимым? Ведь все время, что он себя помнит, он заставлял себя становиться лишь жестче, обрастать броней, чтобы стать нечувствительным к боли, что преследовала его всё это время. Почему же сейчас снова так тяжело? Что ему нужно сделать, чтобы это прекратилось? Он рывком выдернул подушку у себя из-под головы и придавил голову сверху, пытаясь задушить безмолвный крик, рвущийся из глотки. Его прервал лёгкий стук по дереву. Блядь, да кто там. Он затих, прислушался, не меняя позы, лишь немного расслабив руки, сдавливающие подушку по бокам. Показалось что ли? Снова стук, на этот раз чуть тише. Нет, не показалось. - Тэнэ? - глухо раздалось за дверью. Он полностью расслабил руки, позволив им отпустить подушку и разместиться вдоль корпуса тела. Он услышал тихий скрип двери, и звуки снизу стали отчетливее. До сознания плавно доходило узнавание - кажется, Лорри и Лия разговаривают, что-то не поделили, что ли. - Т-ты не спишь? Прости, если разбудила, - сквозь пелену тумана в голове он понял, что зашла хозяйка дома, именинница, которой он вчера так безнадежно разбил сердце. Кто знал, что через пару-тройку мгновений будет разбито и его тоже. Она нерешительно переминалась в дверях, отчего-то боясь подойти ближе. Он вздохнул и натянул маску спокойствия, перед этим прочистив горло. - Нет, я уже проснулся. Кажется, девушка вздохнула с облегчением. - Мы с... ребятами собираемся позавтракать в кофейне. Может, ты пойдешь с нами? Он поморщился от мысли, что нужно встать, дать теплу постели раствориться на воздухе, двигать конечностями, смотреть на кого-то, слушать их разговоры, вопросы, отвечать что-то на них, думать, соображать, поддерживать диалог, находиться рядом, терпеть, ни в коем случае не отвлекаться от темы разговора, и, блядь, ещё и не раздражаться от всего этого. - Что-то нет настроения, - глухо ответил он. Слова его поглощала подушка, всё ещё находившаяся у него на лице. - Прости, но я не слышу тебя, - грустно вздохнула она. Он с силой зажмурил глаза, ресницы примяла мягкая хлопковая ткань. Кто он такой, чтобы торговаться тут своей слабостью и болью, выпячивать её напоказ? Заставлять кого-то разделять её и вынуждать мириться с ней? Это не их проблемы, а его. И озадачивать человека, который предоставил ему дружеское плечо и кров на ночь, несмотря на собственную боль, ему показалось верхом эгоизма и драматизма. Что-что, а давить он точно не любил. - С удовольствием, Кира, - ответил он громче, чтобы его точно расслышали и однозначно поняли, не задавая дополнительных вопросов. Он даже не видя девушки понял, что она просияла. - Отлично! Мы подождём внизу, пока ты соберешься! - радостно воскликнула она и поспешила ретироваться, чтобы не дать ему возможности передумать. Стук каблучков по лестнице удалялся, пока не затих, и откуда-то снизу раздались похабности: - Спящая красавица уже проснулась? - ехидный смешок Лии; - Соизволил что ли? - удивленное Лорри; - Да ну, не верится! - поддакнул его друг; - А Дэмон тоже там? - девичье, с придыханием; - И долго его ждать? - недовольное; - Я сейчас с голоду помру! И кто доел пиццу и салаты, мы же специально на утро оставляли?! - полное разочарования; - Погоди, они же уходили? Я помню, что он прощался... и забрал торт, - кажется, снова Лорри; - Кира, а Дэмон тоже там? Почему ты не сказала! - снова девичье, но обиженное. Девушка, видимо, сконфузилась, потому что не ожидала такого шквала вопросов, и не совсем понимала, как реагировать. На миг всё притихло. Затем раздался последний стук каблучка, видимо, означавший, что последняя ступенька лестницы пройдена. Судя по всему, имениннице удалось взять себя в руки. - Нет, Тэнэ один, вернулся ночью, Дэмон плохо себя чувствует, и я тоже что-нибудь бы перекусила, Кица. Может, выпьем кофе, заодно аппетит проснется? Внизу зашевелились более активно. - Да какой, блин, аппетит, я и так сейчас в кого-нибудь вгрызусь! - О, я бы выпила чашку черного кофе, Кира, у тебя Арабика? - А чай остался? Я вчера видел у тебя Эрл Грей! - Ха-ха, чай с бармаглотом! А мне тоже кофе, с молоком. - Как вы вообще чай по утрам пьете? Так же не проснуться! Надо черный, крепкий, чтоб прям ух! - А может доставку просто снова закажем? - Да какую доставку, воздуху бы нам вдохнуть, тут тестостероном пахнет на квартал, аж стены провоняли от вас, парни! - Ха-ха, да кто бы говорил, Кица. Голоса проследовали друг за другом правее, очевидно, на кухню, и чем дальше от центра комнаты они отдалялись, тем сложнее было разобрать конкретные слова. Тэнэ ещё раз глубоко вдохнул, и рывком поднялся с кровати. Лучше так, с наскока, без сожалений. Он был не из тех, кто медленно отклеивает пластырь, оттягивая кожу - он всегда старался срывать его резко. Наскоро натянул штаны, оправил футболку, правый носок, левый. Повернулся к кровати, заправил аккуратно, стирая следы пребывания своего тела здесь. У входа в комнату висело зеркало в полный рост, но он, выходя, даже не взглянул на своё отражение - какая теперь уж разница, если и раньше особо сильно это не волновало. Его появление прервало беседу. Все уставились на него, и повисла странная тишина. - Тяжелая ночка, староста? - первым ухмыльнулся Кица, - Странно видеть тебя одного. - Кица, перестань, - неожиданно для всех повысила голос Кира, щеки её вспыхнули, - Отстань ты от человека! Теперь все уставились на неё. Что происходит? - Кира, девочка, ты что, тоже не выспалась? - на автомате парировал блондин. - Заткнись ты уже, отвянь от неё, - на этот раз голос Лии, полный злобы. - Эээ, ребята, мы походу реально тестостероном навоняли, - попытался разрядить обстановку Лорри. Взгляды молодых людей перенеслись к нему. Повисло озадаченное молчание. Затем кто-то подавил смешок. Кто-то хмыкнул. Затем кто-то рассмеялся в голос. Остальные подхватили. Пронесло. Равновесие восстановлено. Тэнэ безучастно осмотрел всех, натянув вежливую улыбку, остановив взгляд на Лие. Она не спускала глаз с подруги, прикрываясь чашкой чая, чтобы не выделяться слежкой так сильно. Странно. Но это их дело, не его. Лия почувствовала взгляд и медленно перевела его на парня. Чуть приподняла бровь, спрашивая, мол, чего уставился. И вперилась в него взглядом темных глаз, заявляя, что всё знает. Он легко пожал плечами. Уже глубоко насрать. Потому что самый главный человек знает, ну а на остальных он болт ложил. Горькая мысль промелькнула: хоть какое-то облегчение от этого, хоть какой-то плюс. Единственный, возможно - скрываться больше не нужно, пытаться что-то маскировать и ходить оглядываться, не дай бог кто узнает, и донесет, и пиши пропало. Потому что что уже пропало. Снова сердце пропустило глухой удар. Да захлопнись ты, в рот тебя ебать, сколько можно. Он скривил рот, и снова осмотрел кухню. Теперь он поймал взгляд Киры, устремленный в него. Она вздрогнула, застигнутая врасплох, и поспешила к нему, держа в руках большую белую чашку. - Я... не знала, что ты любишь больше, поэтому сделала себе кофе с молоком и сахаром, как и себе... Вот, держи, - она протянула ему обжигающе горячий кофе. - Спасибо, - он со всей благодарностью, на какую был способен, принял кружку из её рук, и сделал глоток. От кофе только слово, скорее для цвета, но чертовски сладкий, - То, что надо. Она кротко улыбнулась ему и повернула голову к группе ребят. - Ну что, допиваем и идём? Гости с энтузиазмом приняли её приглашение, повскакивали с мест, кто где сидел, наскоро добежали до раковины, сгрузили свои чашки внутрь, и, подначивая друг друга, поспешили к выходу, проходя мимо Киры и Тэнэ. До Киры долетело очень тихое: "Мило смотритесь!". Она покраснела с головы до пят, и потупила взгляд, рассматривая свои туфельки. Кица, дурак. Тэнэ ничего не заметил, или только сделал вид, и, в два глотка покончив с полной чашкой, также донес её в раковину, к остальным. - Ну что, идём? - как могла, весело сказала девушка, и дождалась, пока он к ней подойдет, затем понизила голос до шепота, - Рада, что ты решил пойти с нами. Вид у тебя убитый, но я понимаю почему. - Знаю, что понимаешь, - как мог вежливо ответил он и аккуратно взял её под локоть, побуждая идти за собой. Сейчас он был не готов к разговорам по душам, и старался просто на автомате двигаться телом, слиться с толпой, не привлекая внимания, и надеялся, что она не воспримет это как грубость. Почувствовав прикосновение, девушка смутилась пуще прежнего и снова зарделась, опуская взгляд, стесняясь посмотреть на юношу, и просто пошла за ним следом. Так они и вышли, под руку друг с другом, и конечно, это не осталось без внимания - выходили они, во-первых, последними, и, во-вторых, входную дверь должна была закрывать именинница, которую они дожидались всей толпой. Тэнэ, будто не замечая четырех изумленных взглядов и одного гневного, спокойно вышел с девушкой на крыльцо и, подождав секунду, отпустил локоток той. Она спешно затворила за всеми дверь и повернулась лицом к ребятам. - Ну а теперь идём? - вскинул бровь Кица, снова первым нашедшись в этой ситуации, - Умираю с голоду, кофе только раззадорил. - Да, и меня тоже, я куплю себе всю витрину булочек, - Ларри повернулся лицом в том направлении, где была кофейня, и уверенно зашагал, - Я чую запах! Булочки мои, они там! Держитесь, дорогие, держитесь, сахарные, папочка уже идёт! Взрыв хохота, остальные потянулись за ним, переговариваясь на ходу, кидаясь репликами, словно горячей картошкой, не дожидаясь ответа и не затягивая никого хоть в какое-то подобие беседы. - А сырники там есть? Я на булочках не протяну, мне что-то посытнее нужно. - Ты хочешь сказать, что сырники это типа сытно? Мне бутер какой-нибудь бы, сэндвич там, или круассан с 10 видами начинок, только не сладкий! - А я, кстати, миндальный люблю, там ещё крем внутри, объедение. - Я бы еще чашку выпил, наверное, возьму к пирожному. Тэнэ пошёл вслед за группой, замыкая движение. Сбоку безмолвно следовала Кира. Он мысленно умолял её не начинать разговор, просто помолчать вместе. Она мялась, явно желая что-то сказать. Но у него не было ни малейшего желания узнать, что же именно. Они прошли ещё немного в тишине, скорее отдельно, чем со всеми, и Тэнэ ускорил шаг, инстинктивно стремясь влиться обратно в толпу. - Тэнэ! Чёрт, не прокатило. - Да? - нейтрально отреагировал он, не смотря в её сторону. - Я хотела сказать, что ты не помешал ни мне, ни кому-то из нас, и я была рада, что ты пришёл... Даже так поздно. Я рада, что ты обратился ко мне, ведь это значит, что мы действительно друзья, правда? - она еле поспевала за ним, пытаясь как можно быстрее сказать то, что она хотела, пока они идут отдельно, и их никто не слышит. - Да, правда, Кира, - без эмоций ответил он, скользнув взглядом по её лицу, и это был максимум, который он мог сейчас из себя выдавить, - Спасибо, что приняла меня. Они уже нагнали группу, и, хоть Кира и хотела сказать что-то ещё, ей пришлось прерваться. Она поджала губу, и, еще сильнее ускорив шаг, догнала Лию, которая шла, пререкаясь с Кицой, очень-очень близко друг к другу, периодически даже сталкиваясь локтями и плечами, скользя голой кожей друг по другу - они этого даже не замечали, так естественно для них это было. Почему и насколько давно это стало для них нормой - оставалось вопросом. Лия, боковым зрением заметив подругу, на автопилоте сблизилась с ней, при этом отдалившись от Кицы, но, кажется, он даже не обратил внимания, продолжая свой монолог. Девушка зыркнула на брюнета, оставшегося в двух шагах позади от них, и взяла под локоть розововолосую, как пару минут назад он её, и что-то ей шепнула. Кира тряхнула головой, и положила руку поверх её руки. Лия вздохнула, ничего не говоря, и компания продолжила свой путь в прежнем темпе. Идти оставалось совсем немного, и первым, конечно, достиг цели Лорри, который теперь играючи встал около двери и притворно-учтиво держал её для остальных, словно швейцар, позволяя войти внутрь. - Добро пожаловать, миледи, господин, миледи, господин... Да-да, вот так, проходите-с пожалуйста, не толкайте-с, всем хватит места и сдобы! Компания молодых людей ввалилась в кофейню, разбудив сонную бариста за стойкой. В помещении было тихо и почти безлюдно, не считая двух занятых столиков - невыспавшаяся девушка у окна с ноутбуком, и парень с противоположного края, в велосипедках и повязке на голове, торопливо допивавшего свой кофе из бумажного стаканчика. Самый большой стол напротив окна, способный разместить семь человек, на радость каждого был свободен. Хотя, если так подумать, было бы странно, если бы большой стол был занят в воскресение в девять с чем-то там утра. Студенты, подталкивая и подначивая друг друга, повалили к витрине с десертами и выпечкой. Наперебой начали диктовать заказы бедной бариста, которая пыталась поспеть за каждым. Тэнэ привалился к стене, заняв стол. Аппетита в первые за долгое время не было, и даже восхитительный запах булочек с корицей не манил так, как раньше. Короткий сон тоже был крайне беспокойным, как и пробуждение от него, и единственное, чего он хотел сейчас - это забыться, побыть в покое. Осталась пара минут, пока не вернулись остальные, и он собирался воспользоваться ими сполна. - Ну что, староста, твоего рыцаря рядом нет, так что пришлось мне выполнять его задачу. Голос вывел его из состояния транса, в которое тот успел погрузиться. Он с трудом разлепил глаза. - Чего? - Ниче, бля, булка для тебя, говорю, - развязно произнес блондин, стукая тарелку с выпечкой перед его носом и усаживаясь ровно напротив него, - Не могу есть один, зная, как сильно ты это любишь. Он закрыл глаза, стремясь возвратиться обратно в свое состояние забытия, и облокотился на стену плечом. - Не голоден. Парень напротив прыснул. - Ты? Не голоден? Да я тебя умоляю. Ты не бываешь сыт. Даже этот придурок отчего-то не раздражал так, как обычно. Неужели ревность так играла, потому что Дэмон был рядом? Он промолчал, не посчитав нужным отвечать. - М-даа, староста, ты меня просто удивляешь, - он усмехнулся, колупая свою булочку с маком ногтем, - Такое редкое явление, двое из ларца не вдвоем. Еще и самый голодный студент вдруг оказывается не голодным, что в принципе для него противоестественно. Вы что же, поссорились? Ответом послужило молчание. Кица нахмурился. - Не хочешь говорить? Значит, точно поссорились. Что же, из-за девушки? Тэнэ инстинктивно напрягся, но позы не переменил. Конечно, это маленькое движение не укрылось от наблюдательных глаз. - Так я и думал. Одну красотку на двоих не поделили, хм? - Пасть закрой, - спокойно ответил шатен, отлипнув от стены, и разминая затекшие плечи, - Такому поверхностному мальчику, как тебе, всё кажется, что дело может быть только в "красотках", да? Он вяло обозначил скобки жестом пальцев. - Ну наконец-то, отреагировал, - ухмыльнулся Кица, радуясь ответной реакции, - Да расслабься ты, может, я и поверхностный, но мне правда дико видеть вас раздельно, по одному, это выглядит не естественно. Тем более, я слышал, ты у него живешь? Кица склонился над своей тарелкой, отламывая большой кусочек выпечки. - Жил. - Значит поссорились? - Не твоё собачье дело. - Ну, хорошо, я соглашусь с этим только при одном условии, - он поднял глаза, продолжая склоняться над тарелкой. Тэнэ смотрел на него слегка прикрытыми глазами, не выражая никакого интереса. - Съешь булку. Дэмон точно не хотел бы видеть тебя в таком состоянии. Тем более голодным. Шатен сжал челюсти и пошевелил желваками. Руки располагались на груди, отгораживая его от всего окружения, замыкая его в кокон. Справа уже подходили ребята, нагруженные тарелками в одной руке и стаканчиками в другой. Сначала пришла Санса, за ней Ларри и Кэсси. Кира и Лия всё еще стояли у витрины, видимо, не в силах выбрать что-то одно. Кица усмехнулся, наблюдая за реакцией парня напротив, и снова опустил взгляд, с удовольствием поместив в рот ароматный кусок выпечки. - А я ради этого больше не буду произносить его имя за этим столом сегодня. Да, вот такой я великодушный, и уважаю чужие чувства, да будет тебе известно. Кстати, твой чай и завтрак принесут, когда будет готово. Приятного аппетита. - Чьё имя? - встрепенулась Санса, плюхаясь рядом с Тэнэ. - Моего дорогого кота, - шустро отреагировал Кица, - Кое у кого аллергия, и я в знак уважения решил не бредить ничьи раны. - А мне вот нравятся кошки, - встрял в диалог Кэсси, размещаясь рядом с другом, который уже вцепил зубы в ароматную булку с изюмом, - Я всю жизнь с ними прожил. Лия и Кира уже подошли с выбранными десертами, и Кира, увидев, что место рядом со старостой занято, потупила голову. Подруга усадила её рядом с собой, и они уткнулись в свои тарелки. - Ну, как ты? - шепотом спросила шатенка, чуть подпихнув локтем девушку, стараясь обратить на себя внимание. - Всё в порядке, - также шепотом ответила она. - М-м, я вижу, - протянула Лия, - Ладно, у меня есть идея. Смотри. Кира покосилась на неё, не понимая, что та задумала. - Санса, дорогая, ты не могла бы пересесть ко мне? Я должна кое-что тебе рассказать, - с задором воскликнула девушка, махнув рукой на место Киры. - Но у тебя занято! - со смехом ответила та. - Кира, можешь поменяться с Сансой местами? Это очень важно, нам нужно поговорить. Лия пихнула подругу в ребро, заставляя встать. И кивнула ей, мол, давай, действуй. Санса, подхватив свой стаканчик и полупустую тарелку, с готовностью уступила девушке, и с интересом плюхнулась рядом с одногруппницей. Девушки начали остервенело шептаться, иногда хихикая и косясь в сторону остальных, демонстрируя, что никому совершенно точно ничего нельзя вдруг услышать. Кире ничего не оставалось, кроме как занять её место подле Тэнэ, она снова покраснела и неловко держала свою тарелку, пока не решилась разместиться рядом. Парня, казалось, вообще не волновало, кто сидит рядом, возможно, он даже не заметил этой сцены. Официантка принесла еду, заказанную для Тэнэ. Он снова никак не отреагировал визуально, но звуки кита из его желудка слышали все. Интересно, что организм в даже таком состоянии вынуждал его беспокоиться о еде. Кица пнул парня под столом. Тэнэ взял приборы и приступил к еде, медленно, без аппетита. Кица завороженно наблюдал, поражаясь, что видит такую сцену вживую - он всё еще помнил, какую страсть его одногруппник питал к пище, причем любой. Видимо, дело совсем худо, раз он вилкой еле-еле елозит. - Ладно, я отлить, - брякнул он и поднялся с места, лавируя между соседями и продвигаясь к уборной. Дэмон шел, погруженный в свои мысли, и держа за руку сестру. Та что-то оживленно рассказывала, не замолкая с самого дома, что-то про свою одноклассницу и её чайный сервиз, который она накрыла для своих игрушечных воспитанников. Вдруг она встала как вкопанная посреди улицы. - Братик... Тэнэ… Что? Он вздрогнул и вскинул голову. Эбель тянула свой пальчик в направлении кофейни, к которой они направлялись. Он прищурил глаза, и уставился в окна. Дьявол. Это правда он. Какого... Тело словно пропустило ток. Рядом была Кира. Она склонилась над Тэнэ и что-то ему шептала. Черт, она чуть ли не облокотилась на него, а он сидит и кивает, и жует, твою мать. На глаза навернулись слёзы от обиды. Прошла одна ночь, а лучше не стало. И вот он снова, мельтешит перед глазами, хоть и ушёл. Бросил его одного на лестнице, а ему, Дэмону, пришлось вместо него что-то объяснять родным и оправдываться за него. В носу неприятно щекотало. - Я нашла Тэнэ! - девочка с силой дернула брата за руку по направлению к кофейне, спеша за своим пропавшим другом. - Эбель, нет! - он потянул её на себя и надавил ей на плечо, разворачивая к себе, и присел на уровень её глаз, - Послушай, пожалуйста, я тебя очень прошу. Девчонка растерянно хлопала глазами. - Мне нельзя туда идти. И тебе нельзя. - В смысле нельзя? Там же ТЭНЭ! Ты что, дурак? - она попыталась вырвать свою руку из стальной хватки и убежать. - Умоляю, послушай меня, - он встряхнул её руку, перетягивая внимание на себя, - Мне нужно, чтобы ты мне поверила. Я никак, совсем никак не могу попасться ему на глаза. Не сегодня, не сейчас. Он не должен меня видеть. - Ладно! Не иди, я пойду! - Нет, Эбель, пожалуйста! Он поймет, что я рядом, а мне совсем-совсем нельзя, понимаешь? - глаза его намокли, и он молился, чтобы не разреветься от бессилия и обиды, которую было так тяжело скрыть, когда перед глазами маячила эта картинка в окнах. Девочка это заметила и остановила свои попытки вырваться. Она так давно не видела своего брата таким. Ранимым, упрашивающим, даже умоляющим. - Но... А если мы его потеряем и больше не найдём? - Уверяю тебя, ты найдешь, если захочешь, - он заглянул ей в глаза, - Думаю, ты можешь спокойно его потом навестить, но сейчас... Надо сваливать. Пожалуйста, поверь мне. Эбель растерянно смотрела на брата. Кажется, ему правда было это надо. Стало так жалко его! - Хорошо, братик... Ты поможешь мне его найти? Чуть позже, хорошо? Он прижал её к себе, зарываясь в волосы, преисполненный благодарности. - Помогу, конечно, но с тобой пойти не смогу. Девочка обняла брата в ответ. - Он тебя обидел? - тихо спросила она. - Скорее, я его, - также тихо ответил Дэмон. Они просидели так пару секунд, пока парень не расцепил объятия. Он поцеловал сестру в макушку, взял её за руку, и повел в обратном направлении. - А что мы скажем маме? Она ведь просила купить выпечки к завтраку? Дэмон призадумался. - Скажем, туалет в кофейне взорвался, м? Девочка прыснула, но через пару секунд лицо её посерьезнело. - Ты мне расскажешь, чем ты обидел Тэнэ? - Конечно, но попозже, - он кротко ей улыбнулся. Давно он не чувствовал такого родства с ней и такой нежности.