The broken ravens

Натаниэль Веснински был рожден для того, чтобы стать «Вороном» и быть носителем третьего номера. Он помешанный на экси человек, который вот уже девятнадцать лет проклинает себя за то, что родился в семье Веснински. Натаниэль родился и вырос в Балтиморе, штате Мэриленд, главной точке криминального бизнеса своего отца, в доме с пятью спальнями в паре миль к северо-западу от центра Балтимора. Люди Натана с детства учили Натаниэля пользоваться ножом и пистолетом, но дальше убийства животных его обучение не заходило. В детстве Натаниэль два года играл в младшей лиге экси на позиции защитника под именем Абрам. Чтобы он вообще мог играть, матери пришлось отвозить его на час в Балтимор, где никто из тренеров не знал его отца. Их сопровождали телохранители с оружием. Когда Натаниэлю исполнилось десять лет, его матери пришлось отвести его на испытания к тренеру Морияме, чтобы он мог доказать, что будет полезен семье Морияма, и ему позволили играть за Университет Эдгара Аллана в команде «Воронов»; если бы он не смог показать свой потенциал, его бы убили. На первом испытании Натаниэль, Кевин Дэй и Рико Морияма стали свидетелями того, как Натан Веснински жестоко расправился с человеком. На второе прослушивание Натаниэль не явился, так как Мэри выкрала у мужа пять миллионов долларов и сбежала вместе с сыном, чтобы спасти ему жизнь. Им удалось скрыться в Германии на три года, благодаря чему Натаниэль превосходно владеет немецким языком, но вскоре их нашли люди Натана, когда они перебирались в Калифорнию, после чего Мэри умерла от рук балтиморского мясника в Сиэтле. Натаниэля забрали домой, и второе испытание всё же состоялось, поэтому Натаниэль Абрам Веснинский был принят тренером Мориямой в команду университета Эдгара Аллана в возрасте тринадцати лет. Единственное, что удерживало Натаниэля в жизни после смерти матери — экси. Он был совсем не против шестнадцатичасовых тренировок и строгого режима питания, если бы это помогло ему продвинуть свои навыки в игре. Страсть к экси помогла Натаниэлю сблизиться с Кевином Дэем, который также был помешан на экси, как и он сам. Место в «Свите» досталось Веснински почти сразу, из-за чего остальные «Вороны» его недолюбливали и были совсем не против поиздеваться над Натаниэлем, если Рико приказывал. Жесткость Рико не знала границ, поэтому он часто срывался на людей из своей «Свиты». Больше всего доставалось французу Жану Моро, который сначала пытался бороться с Королём, но после многочисленных жестоких избиений он перестал сопротивляться, но это не мешало Рико снова указывать ему «где его место и кому он принадлежит». Натаниэль искренне не понимал, откуда в Рико столько злости и жестокости. Натаниэль был напарником Жана Моро, поэтому он часто замечал, в каком ужасном состоянии Жан иногда возвращался в их комнату. В один из дней Моро завалился к ним в комнату еле стоящим на ногах, с покрытым синяками и ссадинами лицом, но то, что привлекло внимание Натаниэля больше всего — заживляющая пленка на скуле Жана. Как обладатель римской тройки на левой скуле, Натаниэль не мог не догадаться, что это означало, и его сердце пропустило большой удар, грозясь вырваться из грудной клетки. В тот вечер Веснински, превозмогая злость на Рико, помог своему напарнику обработать раны и остался рядом с ним, не задавая лишних вопросов. Он просто был рядом. Жан Моро научил Кевина и Натаниэля говорить по-французски, несмотря на то, что ему запретили это делать. Поэтому по вечерам, когда Жану не приходилось никуда уходить, они часто практиковали французский язык. Натаниэлю всегда хотелось спросить, почему Жан не остается в комнате по вечерам, но, видя угрюмый взгляд Жана, у него отпадали все вопросы, потому что портить и так невесёлое настроение Моро ему не хотелось. Кевин и Рико росли вместе, тренировались вместе, жили вместе, у них даже были набиты татуировки римских единицы и двойки на левых скулах. Когда они были младше, то рисовали их фломастерами и обновляли, когда фломастер стирался. Они были лучшими игроками экси, поэтому их обоих считали талисманами «Воронов». Но, к сожалению, лучшим может быть только один человек. НССА обвинили тренера Морияму за то, что он приказал Рико удерживать Кевина на корте, поэтому Тэцудзи натравил их друг на друга, и Рико одержал победу. После того, как тренер отпустил их домой, Рико не успел продвинуться дальше раздевалки, прежде чем гнев взял над ним верх. Он начал драку, ударив Кевина шлемом по лицу, а после нанесения многочисленных ударов, из-за которых Кевин повалился на пол, стал бить его с еще бо́льшим усердием. Кевин просил его прекратить, пытался защититься, вразумить Рико, но тот был непоколебим и упорно продолжал наносить удары. Превратив руку Кевина в месиво, он вернулся в их комнату один. Кевин понимал, что если останется в «Эверморе» ещё ненадолго, то одной сломанной рукой не обойдется, и что он так и останется вечно вторым, скрываемый тенью Рико, потому принял решение уйти. Ему нужно было забрать пару своих вещей, без которых он не сможет уехать, но возвращаться в их с Рико комнату он желанием не горел, поэтому попросил Жана и Натаниэля, которые с горечью рассматривали его пораненную руку, помочь ему. — Ты же знаешь, что больше никогда не сможешь играть? — спросил его Жан, но Кевин не ответил. Жан и Натаниэль помогли Кевину избавиться от крови и обработать раны, ведь в больницу они пойти не могли. У Кевина началась истерика, а Жан и Натаниэль отчаянно пытались его успокоить, и когда Кевин успокоился, то попросил Жана: — Если ты когда-либо дружил со мной, выведи его из моей комнаты. Я не могу сейчас его видеть, — он повернулся к Натаниэлю. — А ты помоги мне. Жан действительно считал его другом, поэтому все же вывел Рико из комнаты и подал Кевину знак. Натаниэль помог Кевину добраться до комнаты, все время поддерживая его за плечи. Когда за ними закрылась дверь, Кевин, освободившись от рук Веснински, сполз на пол, уложив целую руку на колени. Натаниэль с жалостью посмотрел на него. Помолчав некоторое время, он все же решился спросить: — Что будешь делать? Кевин посмотрел на него, нахмурив брови, но все же ответил: — Уеду отсюда. Я больше не собираюсь здесь оставаться. — И куда ты поедешь? — До отца. Я собираюсь связаться с тренером Ваймаком и рассказать ему об этом, — он перевел взгляд на свою руку, поморщившись. — Ты расскажешь Ваймаку? Ну, о том… — неуверенно сказал Натаниэль. — Думаю, да. Я пока не решил. — Ты думаешь, Рико тебя отпустит? — вопросительно посмотрел на него Натаниэль. — Я все равно уйду. Я устал от всего этого, — он жалобно посмотрел на Веснински. — Натаниэль, помоги мне. Не рассказывай ему. Пожалуйста. Натаниэль отвел взгляд в сторону, обдумывая его слова. Рико никогда еще так сильно не избивал Кевина. Обычно Кевину доставалось всего пару ударов, и это происходило крайне редко. Рико еще никогда настолько сильно не злился на Дэя. Но сейчас, когда у Кевина сломана рука и он теперь, возможно, не сможет играть, Натаниэль понимал, что ему нужно бежать, иначе одной сломанной рукой он не обойдется. Сейчас у Кевина есть все возможности улизнуть, так как Жан отвлекает Рико, и тот, скорее всего, задержится надолго. А еще у Кевина есть отец. Они узнали это пару лет назад, когда были дома у тренера Мориямы. Кевин выкрал письмо и даже не собирался рассказывать о своей находке. Сначала Кевин никуда не собирался уезжать, боясь, что Морияма навредят Ваймаку, но сейчас он был полон решимости, поэтому Натаниэлю придется его отпустить, как бы ему этого не хотелось. Натаниэль желает Кевину лучшего, поэтому он поможет ему выбраться из этого ада, чего бы это ему ни стоило. Натаниэль встал напротив Кевина, протягивая ему руку, и сказал: — Вставай, пока я не передумал, — на самом деле он точно решил, что поможет, и никакой речи об этом «передумать» идти не может. Ухватившись за руку Натаниэля, Кевин смог встать на ноги. Они собрали все самое необходимое, Кевин прихватил свой кошелёк и пальто, и они ушли, стараясь не привлекать к себе внимания. Когда они вышли на улицу, Натаниэль попрощался с Кевином, и остался на месте, чтобы проследить, чтобы их перемещения никто не обнаружил. Кевин даже не обернулся, когда покидал «Эвермор».

***

Когда Рико вернулся в комнату и не обнаружил в ней вещей Кевина, он пришел в ярость. Он разгромил комнату, а потом приказал троим «Воронам», которые выполняют за него всю грязную работу, привести Натаниэля и Жана. Через несколько минут «Вороны» привели Жана и Натаниэля в комнату Рико и закрыли за собой дверь. Двое «Воронов», что удерживали Натаниэля и Жана, заставили их рухнуть на колени. Жан опустился без возражений, потому что знал, что если он этого не сделает, ему будет очень больно, а вот Натаниэль не подчинился, упрямо продолжая стоять на ногах. Один из «Воронов», дабы Рико не разозлился на это неподчинение, со всей силы ударил Натаниэля в колено своей ногой и тот мгновенно упал на колени. Рико удовлетворённо хмыкнул, затем спросил: — Где он? Жан сначала не понял, про кого говорит Рико, а вот Натаниэль сразу сообразил, что к чему, поэтому довольно усмехнулся: — Ты же сам только что его чуть не угробил. Думаешь, после того, как ты лишил его возможности играть, он останется с тобой? — с самодовольством выплюнул Натаниэль, продолжая: — Ты не заслуживаешь его. Он правильно сделал, что ушел. Давно пора бы… Окончания слова не прозвучало, потому что Рико ударил его в лицо стопой, обутой в массивные кроссовки, после чего присел на корточки рядом с Веснински, грубо схватил его за волосы и прошипел ему в лицо: — Заткни свою пасть, пока я тебе ее не сломал. — Вперед. Если рискнёшь, то создашь себе еще одну проблему на голову, так что я не против помучить тебя. Готовь свою речь по поводу моего разукрашенного лица, которую будешь зачитывать перед камерами. Эти слова привели Рико в еще большую ярость, и он впечатал свой кулак в лицо Натаниэля. Послышался хруст, и кровь водопадом хлынула из носа Натаниэля. Отпустив волосы Веснински, Рико поднялся на ноги и повернулся к парню, который крепко удерживал Жана за руки. — Грэйсон, разберись с Жаном. С этим я справлюсь сам. С минуту подождав, пока «Вороны» выведут Жана, Морияма повернулся к Натаниэлю, который все так же сидел на коленях, вытирая кровь. Рико посмотрел на него с призрением, а потом спросил: — Кто разрешал тебе трогать то, что принадлежит мне? — О, а Кевин знает, что он тебе принадлежит? Думаю, когда он узнает, он очень разозлится. — Мне плевать, что он сделает. Он и так это знает, в отличие от тебя. Я не разрешал его отпускать, — Рико испытывающе посмотрел на Натаниэля. — Где он? — Он там, где должен быть. — Ты знаешь, что я это просто так не оставлю. Поэтому скажи мне сразу, куда он ушел? — Черта с два я тебе скажу. Удар кулаком пришелся в челюсть Натаниэля, отчего тот до скрежета сжал зубы, перетерпевая невыносимую боль. — Я твой Король, ты должен мне подчиняться, — прорычал Рико. — Пошел на хуй. Второй удар пришелся в живот с колена. Натаниэль согнулся пополам, его лицо исказила болезненная гримаса. — Ты мне не Король, — это всё, что Натаниэлю удалось прохрипеть. — Ооо, ты ошибаешься. Рико наклонился, снова схватил его за волосы, поднимая голову Натаниэля, чтобы смотреть на него глаза в глаза, и ответил: — Ты тоже моя собственность. — Хрен тебе. — Твоя фамилия Веснински, что говорит о твоей принадлежности к моей семье. Не вижу смысла это отрицать. Просто признай, что я твой Король, и подчиняйся мне, — он провел пальцами по лицу Натаниэля, намеренно искажая голос, чтобы он казался спокойным: — Я еще раз спрошу, а ты мне ответишь. Где Кевин? Натаниэль даже не посмотрел в его сторону, когда Рико задавал вопрос. Он упорно делал вид, что не замечает Морияму, что, конечно же, взбесило Рико, и он со всей силы толкнул и так еле сидящего на коленях Натаниэля на пол. Послышался глухой стук, перед глазами Натаниэля все поплыло, и он смутно разглядел силуэт, нависший над ним. В этот момент, медленно, слово за словом, Рико выговорил ему в лицо: — Не думай, что твои выходки сойдут тебе с рук. Не скажешь ты, я узнаю это сам, и, поверь, если мне придется это сделать, тебе не поздоровится. — Мне плевать. Я ничего тебе не скажу, — яростно ответил Натаниэль, о чем сразу же пожалел, потому что из-за того, что он усиленно двигал ушибленной челюстью, пока говорил, ужасная боль пронзила его виски. Но эта боль и в подметки не годится той, что он испытал секундой позже. Этот ответ настолько выбесил Рико, что он, поддаваясь вперед, совершенно не контролируя свою ярость, вцепился своими зубами в нижнюю губу Натаниэля, до крови и адской боли прокусывая ее. Натаниэль замычал, руками и ногами пытаясь отбиться от нависшего над ним человека, но под натискам Мориямы это оказалось тщетно. Кровь Натаниэля осталась на зубах, губах и подбородке Рико, поэтому, когда он отстранился, он продемонстрировал Натаниэлю свою окровавленную улыбку, которая больше напоминала оскал хищника перед тем, как он собирался замучить свою жертву. Все так же хищно улыбаясь, Рико вопросил: — Натаниэль, кто твой Король? Из-за онемевшей губы Натаниэль не смог и слова произнести, поэтому плюнул Рико в лицо. Это было фатальной ошибкой, но жалеть уже было не о чем. Рико, изображая полное спокойствие, тыльной стороной ладони вытер со щеки слюну, перемешанную с кровью. Морияма схватил Натаниэля за подбородок — его движения казались спокойными, но в них чувствовалась сталь — и сильно надавил на него, пытаясь открыть рот Натаниэля, и от сильно давления на больную челюсть Веснински прикрикнул. Рико победно улыбнулся и плюнул ему в рот и зажал его губы, чтобы Натаниэль не смог выплюнуть. Удары кулаком приходились в каждую область на теле Натаниэля, но только не в лицо. Рико намеренно избегал ударов по лицу, потому что через пару дней у «Воронов» должен состояться матч, а разукрашенное лицо человека из «Свиты Короля» вызовет много вопросов. Через полчаса измывания над обездвиженным телом Натаниэля закончились, потому что Рико наскучило избивать неподвижную куклу. Морияма отпустил Натаниэля, и тот, пошатываясь, покинул разгромленную комнату Короля.

***

Если бы Жан знал, что задумал Кевин, он бы не помог ему, потому что когда Рико узнал, что Кевин ушел, Жану было очень больно. Он терпел боль, которую ему причинял Грэйсон, проклиная себя за то, что вообще появился на свет. Когда Грэйсон вдоволь наигрался, он все же отпустил Жана и ушел, оставив того в одиночестве соскабливать то, что от него осталось. Жан уже и не помнил, сколько раз он пытался свести счеты с жизнью, но его всегда что-то останавливало. Он каждый день мечтал о смерти, но смерть — избавление, а он Моро, и он не заслуживает избавления. Каждый день он проклинал своих родителей, семью Морияма и себя за то, что вынужден все это терпеть. Кое-как заставив себя подняться, Жан отправился в душ, чтобы смыть грязные следы укусов и прикосновений, оставленные Грэйсоном. Как и всегда, он быстро закончил, и, наспех переодевшись, направился в их с Натаниэлем комнату. По правде говоря, Жану не хотелось сейчас никого видеть, но если он не вернется, то Натаниэль поднимет тревогу, чего, конечно же, Жану не было нужно. Он сделал всего шаг в дверной проём, когда заметил Натаниэля, который, сидя на своей кровати, пытался стереть с лица кровь. Жан быстро взял над собой контроль, вошел в комнату, прикрыв за собой дверь, и направился прямо к Натаниэлю. Что бы сейчас с Жаном не произошло, это не стоит даже упоминаний, ведь настолько побитое лицо Натаниэля он видел впервые. Жану некогда было жаловаться на свою жизнь, ведь сейчас ему нужно помочь этому маленькому паршивцу обработать раны. Натаниэль ничуть не возражал, когда Жан, присев на кровать, отобрал у него ватный тампон, вымоченный в перекиси водорода, и аккуратными движениями протирал ссадины на лице и губах Натаниэля. Натаниэль смотрел на сосредоточенное лицо Жана, пытаясь что-то сказать, но отвлекать его все же не стал. Спустя, казалось, целую вечность, Жан все же спросил: — Что такого ты ему сказал, из-за чего он так сильно разукрасил тебе лицо? — Он спрашивал, где Кевин, а я ему не сказал, поэтому он так разозлился. — А дальше? — спросил Жан, не отрываясь от своей работы. — Я сказал, что не признаю его «Королём». Руки Жана замерли около лица Натаниэля, и, как только Жан переварил услышанное, он стал бранить его на французском: — Ты, несносное дитя, совсем голову потерял? А если бы он тебя там убил? Больше никогда так ему не говори, ясно? — Жан, я его не боюсь, и «Королём» я его точно не считаю… А-а-а-й, — зашипел Натаниэль, потому что Жан с силой надавил на вату, которой протирал глубокую рану на его губе. — Больше никогда так не говори. — Да-да. Жан предупреждающе навел на Натаниэля указательный палец, строго смотря на него. Натаниэль с вызовом посмотрел на него в ответ. Жан закатил глаза, решив закончить свою работу в тишине. Они больше не произнесли ни слова.

***

Проспаться рано утром для обоих парней всегда было пыткой. Хотелось выбросить будильник в окно или мусорку, швырнуть об стену, но пропускать тренировку было запрещено, поэтому пришлось выключить будильник и начинать собираться. Обычно первыми, кто приходят позавтракать, бывают Натаниэль и Жан, потому что они должны успеть подготовить зал для утренней тренировки: принести снаряжения и корзину с мячами. Также оба «Ворона» занимаются уборкой корта после ночной тренировки, чтобы на утро было чисто. Это утро не стало исключением, поэтому, позавтракав и выпив кофе, Натаниэль и Жан принялись за работу. Через полчаса все «Вороны» уже собрались на корте и приступили к тренировкам. Никто из команды не спросил, почему отсутствует Кевин, скорее всего, они уже знали о его пропаже и, как и ожидалось, не обратили на покалеченные физиономии оставшейся «Свиты» никакого внимания. В «Воронах» было не редкостью, когда кто-то с кем-то дрался и чье-нибудь разукрашенное лицо не вызывало никаких вопросов, тем более Жан и Натаниэль были самыми первыми мишенями для побоев, несмотря на то, что они двое принадлежали «Свите Короля». Натаниэль мог получить кулаком за свой длинный язык, а Жан — просто потому что он Жан Моро. С самого начала тренировка проходила как обычно: сначала они выполняли упражнения для разогрева, потом разделились на две команды и начали игру. Натаниэль играл в команде Рико, Жан играл в команде Жасмин. Команда Рико выиграла со счетом семь-шесть. Удивительно, но почти всю тренировку Рико был спокоен. Он не обращал никакого внимания на Жана и Натаниэля, если это не было необходимо, и так бы продолжалось до конца тренировки, пока Рико не заговорил: — Вы все, пошли прочь с поля, — Рико повернул голову в сторону, обращаясь ко всем «Воронам». Его взгляд блуждал по команде, и когда он отыскал рыжую и черную макушки, он сказал: — Натаниэль, дуй к воторам. Жан, на защиту. «Вороны» устроились на трибунах, кто-то из них пил воду, кто-то вытирал пот полотенцем, кто-то просто наблюдал за тем, что происходит на поле. Натаниэль не успел встать на ворота, как Рико уже забил одно очко. Так же, как и Натаниэль, Жан отреагировал не сразу, потому что бросок был неожиданным. Пока они стояли, раздумывая, что произошло, Рико взял еще один мяч и бросил его в сторону Натаниэля, целясь в колено. Мячи для игры в экси изготавливались из резины, поэтому удар не должен был быть слишком больным, но силы, с которой Морияма бросил мяч, было достаточно, чтобы Натаниэль зашипел от резкой боли в коленной чашечке. Точно останется гематома. Глядя на Натаниэля, Жан громко втянул воздух, собираясь подойти к нему, но поймал на себе предостерегающий взгляд Рико и замер на месте. — Веснински, хватит корчиться, — с усмешкой сказал Морияма. Натаниэль метнул на него злобный взгляд, который, впрочем, еще больше раззадорил Рико. Когда Жан и Натаниэль настроились на игру, Рико начал по-настоящему атаковать ворота. Задачей Жана было помешать Рико бросить мяч в ворота, а Натаниэль должен был отбивать каждый бросок Рико. Когда Жану удавалось перехватить мяч, он кидал его на другой конец поля, и тогда Рико доставал другой мяч. Морияма целый час гонял их по полю, из раза в раз намеренно то задевая клюшкой Жана, то бросив мяч с такой силы, что у Натаниэля не получалось его отбить, а на местах ударов мяча у Вечнински появлялось ещё больше гематом. Оба парня настолько устали, что у них не получалось устоять даже на своих местах, поэтому Рико пришлось отпустить их отдохнуть. Так как близолось время обеда, Рико отпустил «Воронов» в столовую, и сам тоже ушёл в сопровождении своих верных псов Грэйсона, Люка и Мартина. После ухода «Воронов» Натаниэль и Жан рухнули на пол, пытаясь отдышаться. Им еще предстояло собрать все мячи и подготовить корт к вечерней тренировке, поэтому, позволив себе поваляться еще пару минут, парни всё же принялись за работу. Пообедали Натаниэль и Жан позже всех, и, так как это был выходной от учёбы день, у них было свободное время, поэтому они отправились в свою комнату поспать. Парни завели будильник на четыре часа дня, собираясь лечь спать, но в коридоре вдруг стало шумно. Спустя пару секунд послышался стук в дверь, поэтому Жан пошел ее открывать. На пороге стоял Грэйсон. Жан отшатнулся, потом крепче схватился за дверную ручку, попытался захлопнуть дверь, но у него не вышло, потому что ему помешала стопа Грэйсона. Джонсон толкнул дверь, поэтому Жану пришлось отступить назад, и Грэйсон с легкостью прошмыгнул в комнату, закрывая за собой дверь. Натаниэль с удивлением посмотрел на «Ворона». Грэйсон, в свою очередь, не сводил глаз с Жана, что совсем не понравилось Веснински. Ждать, когда Джонсон заговорит, Натаниэлю надоело, поэтому он спросил первым, привлекая внимание «Ворона»: — Что тебе здесь нужно? Грэйсон перевел взгляд с Жана на Натаниэля, а потом с отвратительной ухмылкой ответил: — Король приказал передать, чтобы ты собрал свои вещи. — О, от меня хотят избавиться? — пошутил Натаниэль, но в душе почувствовал тревогу. Натаниэль знал, что что бы ни пришло в голову Рико, ему это точно не понравится. — Хуже. С этого вечера ты будешь жить в комнате Короля. Жан нервно взглотнул, обеспокоенно смотря на Натаниэля. Веснински, в свою очередь, все еще переваривал услышанное, поэтому никак не отреагировал на взгляд Жана. Когда до Натаниэля наконец дошел смысл сказанного, он хохотнул. — Я не буду жить в одной комнате с этим чудовищем. — Ооо, еще как будешь. Поверь мне, у тебя нет выбора, — ядовито произнес Грейсон. — Да пошел ты, — процедил Натаниэль. — Собирай вещи, а иначе в следующий раз придёт сам Король. Грэйсон вальяжной походкой прошел к двери, напоследок бросил взгляд на застывшего Жана, и ушел, хлопнув дверью. — Натаниэль, ты… — голос Жана сильно дрожал. — Я не хочу никуда переселяться, но если я буду спорить, то пострадаешь и ты, тебе уже и так из-за меня досталось. — Ты в кои-то веки решил вспомнить, что мы напарники? — Я всегда помнил, вообще-то. Жан закатил глаза, а потом снова серьёзно посмотрел на Натаниэля. — Зря ты это сделал. — Сделал что? — вопросил Натаниэль. — Отпустил Кевина. — Жан, если бы я этого не сделал, Кевин бы всё равно нашел способ как уйти. Он бы здесь не остался, — со вздохом произнес Веснински. — Но, если бы ты ему не помог, Король бы так сильно не разозлился на тебя. — В любом случае, я сделал то, что сделал. Я просто надеюсь, что Кевин сейчас в безопасности. Остальное не важно, — сказал Натаниэль. Жан кивнул головой, и они снова замолчали. — Когда начнешь собираться? — спустя некоторое время всё же спросил Жан.       — Ага, буду я еще на него свое драгоценное время тратить. Потом соберусь, — Натаниэль прилег на свою кровать и посмотрел на Жана. — Жан, не забивай себе голову всякой ерундой. Свет потух, и комната погрузилась в полумрак.