Все в порядке?

Снова... Снова он сидел над унитазом. Снова чувствовал ненависть. Было сложно осознавать то, что рассказал Финн по секрету. Сложно понимать, насколько ты проблемный. От всех этих мыслей тошнота всё ближе подбиралась к горлу. Ненависть вновь охватила тело маленькой мультяшки — и в этот раз не собиралась его покидать. *** Прошла неделя после того поцелуя. Шримпо старался избегать Финна всеми силами, захлёбываясь в стыде. Его тело разрывали смущение, злость и бессилие. Сидя на кушетке, и болтая ногами, он думал, как перестать делать то, что стало частью его чертовой жизни. Как избавиться от привычки… Но он не знал. Да и не хотел знать. Наконец его ноги встали на пол и, пошатываясь, он медленно двинулся к выходу. Тело было истощено — он не ел уже несколько дней. Хотелось есть… но он не мог. Лицо передавало, насколько он зол. Шримпо хотел ударить кого-нибудь. Или хоть что-нибудь. Шагая по тусклому коридору, всё больше захватываемый гневом, он вдруг наткнулся на... Тудлс. Да, это была она. Совсем одна, без Роджера. Он понимал, что хорошим это не закончится. Но уже не понимал, что творит. Это был не Шримпо. Рука поднялась в воздух. Раздался крик. Детский плач. На её круглой чёрной головке появилась рана, из которой начал капать ихор. Удар за ударом. Шримпо больше не мог остановиться. Он лишь шире и шире ухмылялся. Плач прекратился. Удары продолжались. Когда осознал, что сделал — посмотрел на мёртвое тело с ужасом. Ихор всё ещё стекал из ран. Решив забрать тело с собой, он потащил его в комнату. Мысли уже не были связаны. Единственное, чего он хотел — поесть. Дверь захлопнулась. Вскоре послышалось мерзкое, липкое чавканье. Стоя на коленях, Шримпо поглощал органы мёртвой девочки. Его не волновало, что будет потом. По крайней мере, не сейчас. Закончив "трапезу", он спрятал остатки тела под кровать. Голод исчез, как и способность трезво мыслить. Не задумываясь больше ни о чём, он рухнул на сломанную кровать и уснул. Глубоким, спокойным сном.