Свет в темноте

      

19 сентября 2007 года,

28-й День рождения Гермионы Джин Грейнджер.

             — Ты пьяный? — спросила Гермиона, прижимая мобильный телефон к уху.       — Да.       — Давай, допивай бокальчик и иди на хер из моей жизни!       — Что я должен сделать, чтобы ты приняла меня? — игнорирует её слова Драко, его голос звучал хрипло, но настойчиво.       — Вынуть хула-хуп из задницы.       — Гермиона, я не какой-то магл, я настоящий волшебник! — Гермиона услышала, как Драко усмехнулся.       — Серьезно? А я даже не догадывалась, — в её голосе сквозили лёгкие нотки сарказма.       — Смеешься? Ну, смейся, смейся. А я всё равно сделаю так, чтобы ты была со мной, — пробормотал он, и в его словах явно слышалась пьяная решимость.       — Ага, хорошо. Давай, мне спать пора, а тебе трезветь, — вздохнула она.       — Хорошо. Я позвоню завтра.       — Ага.       — Я теперь каждый день буду звонить.       — Хорошо.       — Потому что я люблю тебя.       — Ага, я тоже.       — Что? — он замер, не веря своим ушам.       — Что?       — Ты тоже? — его голос внезапно стал на полтона трезвее.       — Говорю, что тоже себя люблю. Всё, Малфой. Пока.              Раздались короткие гудки. Драко ещё несколько секунд смотрел на экран телефона, затем медленно опустил руку. Он сидел один в полутемном кабинете Малфой-мэнора. Перед ним стояла почти пустая бутылка огненной воды.       Губы его дрогнули в странной улыбке — то ли горькой, то ли надеющейся.       

5 июня 2008 года,

28-й День рождения Драко Люциуса

Малфоя.

      Лондонский дождь стучал по окнам пентхауса, который Драко арендовал на всё лето — якобы для деловых встреч, но на самом деле просто потому, что мог себе это позволить. Позволить себе не жить хотя бы летом с призраками родного особняка и прошлого. Он не хотел. Больше хотелось запереться где-то, где его никто не найдет, и, кажется, у Драко это отлично получилось.       На стеклянном столе валялись пустые бутылки эльфийского вина и одинокий, слегка помятый, конверт с гербом Министерства Магии Британии.       Он потянулся к нему, разорвал печать и пробежался глазами по официальному бланку:              «Уведомление о приостановке лицензии на применение магических практик в связи с…»              — Пошли к черту… Приостанавливают они мою деятельность… Шайка придурков… Как будто вам самим не нужны мои зелья, ублюдки. Корнуэльских пикси вам всем в задницы!              Драко швырнул письмо. Опять.       Всего один неосторожный эксперимент, и вот — бюрократический ад.              В дверь постучали. Драко напрягся. Разумеется, никто в здравом уме к нему не приходил. Прежде чем изолироваться, Драко чётко обозначил свое местонахождение и границы только избранным, ну и министерству. К слову, министерство общалось с ним только письмами, а «избранные» и вовсе не считали нужным тревожить его. Знают, что с великой долей вероятности будут посланы в ад, на встречу с не очень дружелюбными чертями.       Но интереса к тому, кто к нему пришел, у Драко все равно не было.       Хотя… Нет, это бред.       Он продолжал тонуть в собственных печалях, иногда позволяя себе минутку восхищения самим собой. Как правило, после того, как действие одурманивающих напитков проходит.              — Входи, — буркнул он, даже не поворачиваясь.              Она вошла. Джинсы, мокрый от дождя министерский пиджак и выражение лица, ясно говорящее:       «Я здесь, потому что мне было приказано, а не потому, что я этого хочу».              — С днем рождения, — сказала она, бросая на стеклянный стол коробку с зелёным бантом.              Драко медленно поднял взгляд на Гермиону.       — Это бомба?       — Хуже. Книга.              Он открыл коробку.              «Регулирование магических экспериментов и аномалий: как угробить жизнь за 10 простых шагов».              — Остроумно, — процедил он, но уголок его губ слегка дрогнул в улыбке.       — Ты напился? — спросила Гермиона, замечая пустые бутылки и винный флёр в воздухе.       — Нет.       — Врешь.       — Да, — признался он. — Но только потому, что ты не пришла на ужин.       — Прости, я не знала, что он был запланирован.       — Я мысленно приглашал тебя каждый день. Досадно. Ты не читаешь мои мысли. Не приходишь ко мне на ужин. И ты не отвечаешь на мои звонки. Игнорируешь моих сов… Примерно… Хм… Уже двести шестьдесят грёбанных дней.              Гермиона закатила глаза. Она сняла мокрый пиджак, бросив его на спинку дивана, села напротив Драко и налила себе эльфийского вина.              — Ладно, Малфой. Рассказывай, что ты на этот раз натворил. Только не говори, что снова поливал плющ дьявола огненным виски. Тебя в прошлый раз еле откачали…              Драко ухмыльнулся.       — Ты останешься, если узнаешь?       — Нет.       — Тогда не скажу.              Гермиона пожала плечами и сделала пару глотков вина, морщась от терпкого послевкусия. Эльфийские напитки всегда были слишком сладкими для неё.       Она останется. Ещё на некоторое время. Только ему она, разумеется, об этом не скажет.       Дождь за окном усиливался. Где-то в городе гремел гром, но рядом с ним время будто застыло.              — Ты все еще злишься на меня? — спросил он тихо.       — Я всегда на тебя злюсь.              Гермиона отхлебнула ещё немного вина.              — Почему ты здесь? — Драко уставился на неё — его бледные глаза слегка блестели в полумраке.       — Министерство поручило мне лично проследить за тем, чтобы ты ознакомился с уведомлением, — ответила она, указывая взглядом на смятый конверт. — И убедиться, что ты не собираешься в отместку задушить газом половину Косой Аллеи.       — Ах, вот как. Значит, тебя послали, — он усмехнулся. — И ты, конечно, не могла отказаться.       — Я могла. Но… мне было… любопытно…       — Любопытно? — Драко приподнял бровь.       — Да. Посмотреть, как далеко ты зайдёшь в своём саморазрушении.       — О, Грейнджер, — он откинулся на спинку кресла, разводя руками. — Я ещё даже не начал.              Гермиона закатила глаза, но в уголках её губ дрогнуло что-то, что могло бы стать улыбкой, если бы она позволила себе такую слабость.       А слабость была. У неё была перед ним самая большая слабость. Просто огромная и необъятная. И каждое слово, сказанное ему, — ложь. Она лишь хотела провести с ним его день. Хотя бы вечер. Хотя бы несколько часов или минут…              — Знаешь, что нужно сделать, чтобы вернуть лицензию? — Гермиона перевела тему.       — Принести клятву верности министерским идиотам? Отказаться от экспериментов с зельями? Выучить наизусть все эти ваши тупорылые правила? — Драко скривился, перечисляя варианты.       — Пройти курс по технике безопасности. И да, возможно, выучить пару правил.       — Увольте, — Малфой поморщил нос.              Театрально, не иначе.       Только вот если бы она сказала ему: «Я хочу, чтобы ты…», то он бы сдался ей с потрохами. Он бы прошел любой курс, прочитал бы любую книгу, сделал бы всё, что она попросит, только бы была рядом.       Хотя бы до первого скандала.              — Тогда наслаждайся жизнью магла, потому что министерство не даст тебе добро на магию и зелья без лицензии… И ты знаешь причину, — Гермиона пожала плечами.       — Я бы мог, — он налил себе ещё вина, — если бы не одно «но».       — Какое?       — Ты.              Гермиона замерла.              — Ты могла просто позвонить. Необязательно было приходить сюда, Грейнджер. Ты же знаешь, что я видеть тебя не могу. Знаешь, мне вообще очень нравится моя жизнь. Скорпиус растёт без меня, Астория — настоящая сука — держит его вдали от меня… Я живу один, как ебанутый ученый… А любимая сидит напротив меня и делает вид, что у неё все в порядке. У тебя всё в порядке, Грейнджер? У меня вот всё дерьмово. Семьи нет, любви нет, друзей нет… Блять, да даже лицензии у меня теперь тоже нет. Надо кота завести.              Выслушав поток адского самоуничижительного малфоевского бреда, Гермиона вздохнула и покачала головой.              — Ты выглядишь ужасно, — сказала она неожиданно мягко.       — Спасибо, что заметила, — Драко практически рассмеялся.       — Когда ты последний раз ел?       — Не помню.       — Хоть один глоток воды за последние сутки?       — Вино считается?              Гермиона встала, прошла на кухню и через несколько минут вернулась со стаканом воды и тарелкой, на которой лежал бутерброд, собранный из того, что нашлось в холодильнике.              — Ешь.       — Ты что, моя нянька теперь?       — Нет. Но если ты умрёшь от алкогольного отравления в этом пентхаусе, мне придётся заполнять кучу бумаг. А я, разумеется, люблю лишнюю работу, но не настолько сильно.       »… как тебя…».       Но она этого не сказала.       Драко посмотрел на бутерброд, потом на неё, и вдруг… рассмеялся.              — Скажи честно, ты плюнула в этот бутерброд?       — Нет, — Гермиона закатила глаза.       — Салазар, как же ты бесишь меня, Грейнджер.       — Взаимно, Малфой.              Он взял бутерброд и откусил. Молчание. Только дождь слышен.              — Я позвоню завтра, — вдруг сказал он, откладывая бутерброд обратно на тарелку.       — Не надо.       — Я всё равно позвоню.       — Я не буду отвечать.       — Ты всегда не отвечаешь. Мне нравится слушать гудки. Ту-у… Ту-у… Ту-у… «Абонент не отвечает или временно недоступен. Перезвоните позже». Знаешь, твой автоответчик мне уже стал лучшим другом.              Гермиона хотела что-то сказать, но… не стала. Потому что он был прав. Что тут еще можно сказать?              — Мне пора.              Драко не стал её удерживать. Просто смотрел, как она подбирает мокрый пиджак и идёт к двери.              — Грейнджер.              Она обернулась.              — Спасибо. За книгу.              Грейнджер кивнула и уже собиралась уйти, но он вновь добавил:              — И за то, что пришла.              Гермиона задержалась на пороге.              — С днём рождения, Драко…              И закрыла за собой дверь.              Он остался один. Снова.              — Раз… — он поднялся на ноги и направился к двери, — Два… Три… Четыре… — он резко открыл её. — Пять… — И увидел Гермиону, которая прижалась к стене напротив его квартиры. — Вышла Грейнджер погулять… — Драко вытянул руку перед ней и сделал «пистолет» из своих пальцев.       — Вдруг охотник выбегает, — сказала Гермиона. — Из ружья в неё стреляет…              Драко замер, его «пистолет» всё ещё направлен на Гермиону. В глазах — смесь пьяной бравады и чего-то более уязвимого.              — Бум, — прошептал он, опуская руку.       — Ты промахнулся, охотник, — Гермиона улыбнулась. Только вот улыбка её не имела ничего общего с весельем. Она скрестила руки на груди, но не сдвинулась с места.       — Если я не охотник, — спросил Малфой, — кто тогда?       — Идиот.              Драко рассмеялся. Получилось горько.              — Справедливо.              Они стояли в коридоре. Дождь стучал по стеклам, будто торопил их: решайтесь уже.              — Почему ты не ушла? — спросил он.       — Потому что ты считал.       — И?       — Я хотела проверить, дойдёшь ли до пяти.       — Дошёл.       — Поздравляю. В очередной раз.              Драко шагнул ближе. Ближе. Ещё. Невыносимо близко. Настолько близко, что всё прошлое вмиг проснулось в воспоминаниях Гермионы.       Если оно вообще когда-нибудь засыпало.              — Ты знаешь, что будет, если я дотронусь…       — Нет… — судорожно выдохнула Гермиона прямо в его шею.       — Я тоже не знаю. Может я взорвусь, а может — ты. Может…              Драко медленно потянулся к её руке, едва дотрагиваясь кончиками пальцев. Он ожидал, что она отстранится, но она этого не сделала.              — Это уже… нарушение… личного пространства… Малфой.       — Ты могла отойти.       — Могла.              Но не отошла.       Драко вдруг сжал её пальцы. Резко, почти грубо.              — Скажи мне уйти, — прошептала Гермиона, не глядя ему в глаза.       — Нет.       — Тогда скажи остаться…       — Слишком много раз я просил остаться. Останься уже сама, — Драко отпустил её руку и отступил. — Боже, как же ты бесишь меня.       — Взаимно. Всё это… Вза-им-но…              Она повернулась, чтобы уйти, но он снова заговорил:              — Я позвоню завтра.       — Не надо.       — Я всё равно позвоню.              Гермиона закрыла глаза.              — Я знаю.       — Гермиона, знаешь кто ты?       — Мм?       — Ты — свет в темноте.       — Значит… ещё недостаточно темно, — сказала она и на этот раз ушла по-настоящему.              Помедлив, Драко вернулся в пентхаус. Он подошёл к столу, взял книгу, которую она подарила, и открыл первую страницу.       Там мелким и красивым почерком было написано:              «Правило № 1: Не доводи Малфоя до безумия. Особенно если он уже на грани.       Правило № 2: Если довёл — останься, чтобы разобрать последствия. Бегство только усугубит ситуацию.       Правило № 3: Огненная вода — не решение проблем. Если пьёшь — делай это так, чтобы потом не пришлось вызывать неотложку.       Правило № 4: Министерские уведомления — не конец света, но если поджечь, взорвать или уничтожить что-нибудь — конец карьеры гарантирован.       Правило № 5: Зельеварение требует точности. Особенно если в рецепте есть слова «примерно» или «на глаз».       Правило № 6: Не экспериментируй с тем, что может взорваться. Если только ты не готов, чтобы я снова тебя отчитывала.       Правило № 7: Ответ на звонок иногда бывает. Даже если это Малфой на другом конце провода.       Правило № 8: Притворяться, что тебе всё равно, — глупо. Особенно, когда это неправда.       Правило № 9: Если ты говоришь «я тебя ненавижу» или «ты меня бесишь», убедись, что это правда. Вдруг это не так?       Правило № 10: Иногда «ненавижу тебя» значит не совсем то, что кажется. См. правило № 9.»              Драко хмыкнул, положил книгу обратно в коробку и налил себе ещё вина.              — Как же сильно я люблю тебя… глупая…              Через минуту мобильный телефон Драко звякнул. Он взял его и открыл новое входящее сообщение:              «Я тебя тоже».