Трофей

Металлическая кровать поскрипывала, будто от напряжения воздуха в комнате. Тусклая лампочка под потолком выдавала жёлтый, почти больничный свет, растекаясь по облупленным стенам. Журов стоял у дверей, наблюдая. Рубашка с погонами висела на ней, слишком большая, как будто поглотила её целиком. Рукава сползали почти до пальцев, фуражка сидела чуть криво. Он дал ей надеть это сам, молча, не объясняя — просто ждал. Анжелика стояла спиной, напряжённая, почти окаменевшая. Руки обхватили перила кровати — холодные, как у трупа. Ноги были босые, каблуки остались где-то у стены. Внизу — только белые тонкие трусики, будто забытая деталь, единственное что выдавало её уязвимость в этой чужой одежде. Журов медленно расстёгивал ремень. Не торопился. Это было не про спешку. Это было про власть. — Нравится форма? — сказал он тихо, почти устало. Анжелика не ответила. Только пальцы на перилах сжались сильнее. — Ты теперь почти как я, — продолжил он. — Только слабее. Лампа мигнула. Где-то скрипнула дверь — или показалось. Всё в комнате напоминало морг, казарму, тюрьму. И храм.