Бетонное поле

Вечер. Ноги еле доносят уставшего студента, точнее, студентом он уже и не был. Дмитрий закончил заведение ещё в прошлом году, а теперь осваивался на новом месте. Медицинский. Направление не далось ему легко, несмотря на старания студента, знания словно обходили его стороной, какое-то время парень даже подумывал все бросить и найти что-нибудь полегче. От таких резких решений Диму всегда отговаривал сосед. Знакомьтесь, Александр Орлов, личность небезызвестная в своих кругах, так называемая «душа компании», но тут скорее остаток души, аль вовсе бездушие, это должно быть постыдным, но не волнует бездельника-студента. Пока Дима на работе, сосед занимается... ничем, ладно это, конечно, неправда, иногда делает что-то по дому, но ничего не делает ради собственной жизни, учиться явно не настроен. Сколько бы медик ни пытался, Саша непреклонен. Учится еле-еле, отлынивает, где сможет прогулять — смоется. Как же он так долго учиться-то умудряется, удивительно. Но вернемся к пришедшему. Появившийся в квартире принес недобрую новость, ему придется съехать от бездельника, ему предложили, конечно, опасную, но крайне интересную вещь. — Подожди, это то есть как? — Саша аж подскочил с потрепанного дивана, к таким исходам жизнь его точно не готовила. Отпускать породнившегося ему, словно брат, одноклассника не хотелось, тем более Дмитрий его обеспечивал, а теперь придется идти на работу самому. — Вот так, прибыльно, говорят, да и тем более ненадолго, всего три месяца, на больше точно не задержусь. — Парень взглянул на сожителя с невольной улыбкой, очень уж его развлекало, как неожиданно всполошился лентяй, хоть какая-то физическая активность в его жизни. Неожиданно Орлов обратно уселся на диван, тихо засмеявшись. Дима переводит на него удивленный взгляд. — Ну ладно, квартиру жалко оставлять только — Парень погладил диван, переведя глаза на проход в кухню. Что это он выдумал? Таким вопросом и задался Дима, поэтому нужно было узнать. — Это в каком смысле? Что уже удумал? — Медик складывает руки на груди, немного даже хмурится. А в ответ довольная улыбка, вот же соседи, каждый чужому недовольству радуется. — Так всё, меня из заведения-то выперли, под призывных попал. — Ничего веселого в этой новости не было, но Саша улыбался, будто это самое прекрасное, что было в его жизни. — Выгнали наконец? — фыркнул Дмитрий, нехорошо получается, можно было и без таких приключений обойтись. — Выгнали, теперь в армию заберут, я не успею снова пристроиться. Ну и к черту, так даже проще. — Саша усмехнулся, переводя взгляд обратно на знакомого, а может, даже друга. Боже, легкомысленный, будь это добровольно, он бы и дня не продержался, лентяй. На Сашино высказывание медик лишь пожал плечами, вздохнул. — Ну-ну, посмотрим, как ты взвоешь. — Оба шутят, Саша, наверное, и представить не может, насколько в глубине своей души волнуется медик. На фронт ведь могут отправить воевать, это далеко, да и опасно жутко "С ума меня когда-нибудь сведет недалекий..." – Проносится тяжелая мысль в голове Димы, он медленно смеряет соседа взглядом – "Раз его не будет не меньше года уж точно, то можно и на подольше взяться за работу" – Медик был настроен серьезно, платят уж очень хорошо. — Может, погуляем? — Звоном прервал тишину чужой голос. Может и правда идея здравая, им скоро надолго расставаться. — Только если уже завтра — Вздыхает медик, падая на диван рядом с Сашей. Устал бедняга, что тут уж поделаешь. — Есть будешь? — Он хоть и лентяй, но о соседе немножко даже заботится, против собственного тяготения к застенчивому на людях и совсем другому в кругу родных парню он не мог устоять. — Спрашиваешь ещё! — Возмущается пришедший, а сам голову слегка наклоняет, ласки просит, злюка. Ласку-то он получит, тут уж сомневаться не приходится. Саша кладет руку ему на затылок, слегка взлохматив длинные волосы, собранные в тугой хвост, мягким движением волосы распустили, раскидав по плечам темные пряди. Конечно, ласка — это прекрасно, и друзья отлично знают, что обоим нравится её проявлять, но есть всё равно хочется. Поэтому нехотя студент поднимается с дивана, уходя из комнаты. Проходит время, и в дверном проеме вновь появляется ушедший, подзывая Диму к себе на кухню. Ужин потихоньку остывает, стоящие на столе тарелки вызывают невольную улыбку. Атмосфера приятных отношений противоположных друзей, как они друг другу не сопротивлялись, всё равно они вместе. Мы оставим их наедине, пусть они разделят этот вечер лишь вдвоем, все же они ещё долго не увидятся. Они — романтичная пара, но разве могут быть вместе два молодых мужчины? Саша всегда считал, что могут, и совсем не боялся говорить с другом о своей любви, Дима же, напротив, всегда стеснялся любых разговоров о любви и никогда не воспринимал однополую любовь, поэтому все время отвергал слова своего друга внешним холодным молчанием. Александр никогда не показывал своей затаённой обиды, скрывал душевное волнение при каждом возвращении друга домой, держал в себе и боль, и радость. Любимый для него был и наградой, и наказанием, гнетом и желанием, болью и лечением, неприступным, возжеланным. Эта мягкая игра, где проигравший всегда водит и не может выиграть, взял бы напором, но давить — раздавишь. Ласковое сердце опасно заставлять, пугать нельзя. И Саша выучил, как нужно поступить, чтобы стало легче, где нужно надавить, а где ослабить, где показать силу, а где и приласкать. Недолюбленный, эгоистичный, пугливый и застенчивый, казалось бы, все самое плохое собрал в себе этот несчастный юноша, но вокруг него всегда толпа, толпа поклонников, любимцев, влюбленных девушек и самый верный ему юноша. Дмитрий — самый нерешительный персонаж, демон, окруженный его поклонниками и фанатами. Любить его не за что, а все любят, так спросишь, они и сами не ответят. И их оставим, уйдем совсем в другое русло: война. Страшная кровавая война, в некоторых городах о ней даже не подозревают, хотя не совсем, сладким сном по ночам спят дети, служивших уже пугает любое письмо, каждого юношу могут призвать в любой момент. Ценный специалист — врач, с дрожью в руках проверяет почту, только бы не попасть в фронтовой госпиталь, только бы не попасть на поле. Любить жизнь чужую, да так, чтобы не жалеть свою — сумасшествие войны. Ни один хороший врач не желает оказаться в госпитале военного времени, фронтовом госпитале, где умирает каждый третий, где не хватает слов, чтобы описать чужую боль, где не хочется дышать, чтобы не вдохнуть чужие прощальные слова, чужие вздохи, прервавшееся дрожащее дыхание, где не хочет смотреть в глаза раненному, зная, что осталось ему от силы полдня, а то и меньше. Конец страданию, держать за руку близкого, зная лучше всех, сколько минут и секунд ещё он будет дышать.

×××

Утро. Парни просыпаются в объятиях друг друга, так вышло, что спят они на одной кровати, и как бы они друг от друга не отгораживались… В итоге все равно посреди ночи Дима вжимается в его объятия, а Саша и не против сжать его в своих руках, заботливо обвить своим теплом. Но мы вернемся к настоящему, вновь открывая глаза в комнате, залитой яркими лучами солнца, Дима встает первый, привыкший к ранним подъемам, встает около 6 часов утра, всегда, независимо от числа и даты. Он же готовит завтрак, так проще, ведь у него больше на это времени. Маленькая договоренность, по которой Александр готовит ужин, Дмитрий — завтрак. Тут легко объяснить откуда такая договоренность, Саша рано возвращается, Дима рано встает. Позавтракав, и положив еду в контейнер с собой на работу, Дмитрий собирается на работу. Зевая, закрывает дверь и покидает квартиру, вновь на целый день.

Теперь проследим за Димой,

сегодня не самый простой день.

С утра пораньше его завалили работой, того посмотреть этого проведать, еще и тестирование пройти для смены места. В общем целый день, как белка в колесе. К коллегам он равнодушен и им интереса в нем нет, в общем его дни проходят без приключений, работа, да и только. С другой стороны для него это идеальная атмосфера, он не чтобы общительный, скорее совсем наоборот. Так намного легче и комфортнее, когда можно спокойно быть одному. Сегодня, что то сложное не даёт работать. То ли это волнение, что Александра отправляют служить, то ли это волнение из-за смены работы, голова совсем не варит, сосредоточиться невозможно. Невыносимо так работать, стоит все быстрее закончить... Или снова присесть на минутку и проводиться в страшные мысли о будущем. Тревожное расстройство врятли когда-то отпустит Дмитрия, может.. только если.. нет. Разве нам интересна работа Дмитрия? Медицина не каждому подвластная наука, мы не будем вдаваться в подробности и разглядывать под микроскопом его день, нам интересна была душа, а не профессия. Александр, как раз только проснулся, лучше заглянетм обратно в квартиру. Кажется, он опять чем-то раздражён.. — Да, твоюж налево! — Парень швыряет телефон в дальний край дивана. — Опять ничего не получается — пробегает мимолетная мысль, а взгляд устремляются в потолок, в голове роятся мысли о призыве, о работе сожителя, о том что сегодня-завтра он едет служить. Сегодня надо сходить в военчасть. Зачем его туда пригласили было понятно, но идти не хотелось. В итогах к середине дня, он все же выполз из дома и поплелся по месту назначения. В центр ехать было далеко, дорога отняла еще часа два, м-да, в чём-то жизнь на окраине города всё же плоха. — Добрый день — приятный голос девушки на входе, помощница, в любой другой момент её голос показался бы приятным, но сейчас, он ужасно раздражал. — Орлов Александр Константинович. — пробормотал парень зная, что его уже определенно внесли в бумаги и талоны проходов, это и впрямь оказалось так. — Отлично, второй этаж 43 кабинет — девушка улыбнулась не забыв указать, как пройти до лестницы. Наконец-то её фигура растворилась за поворотом лестницы и теперь студент тащится к указанной двери. Когда-то давно отец ему говорил, что его это всё равно настигнет и вот, настигло. Вот он и 43 кабинет. То что произошло за этими стенами увы мне не известно, но точно знаю, что вышел Александр еще более подавленный и злой.

Отправка завтра в 6.30 утра.

Дмитрий тоже получил письмо. Выезжает на работу он завтра в 7.20 утра.