Заложник

Камни. Бесконечное нагромождение камней повсюду. Будто выбеленные временем кости, они скрипели и осыпались под ногами. Над головой высились скалы, как обломки клыков огромного чудовища, щерились в грязное предрассветное небо. Тропа, петляя по уступам, неуклонно поднималась. И Найджел поднимался вместе с ней. Он смертельно устал, он скакал верхом всю ночь, загнал лошадь и сам еле держался на ногах, но не мог остановиться. Его уже хватились. Чёрные вороны шли по следу, он чувствовал их спиной. Перед глазами колыхалась мутная пелена. Сердце оглушительно ухало прямо в голове, а горло рвало сухим холодным воздухом с каменной крошкой. Ничего. Нужно просто переставлять ноги. Одну за другой, одну за другой. Это же так просто. Когда-нибудь этот проклятый подъём кончится, а за перевалом его ждут. Очень ждут! Фердинан обещал, он сам назначил встречу. Он ждёт. Может быть даже сам пришёл. От этой мысли в душе разлилось тепло. И показалось даже, что сил прибавилось. Скоро всё кончится. Ещё немного усилий и всё закончится. Целый год… Тропа вывела на небольшое плато. Дикий горный ветер хлестнул волосами по лицу, рванул плащ, выбил крохи тепла из одежды. Вот и перевал. За ним проходит граница. Стоит преодолеть перевал, и он в безопасности. Найджел крепче прижал сумку. Простая неприметная сумка через плечо, а в ней результаты его тяжких трудов, страданий и мук, кошмара длинною в год. Стоит преодолеть перевал и можно забыть этот бесконечный год как страшный сон. И этого ужасного человека… Теперь всё позади. Он никогда не вернётся. Никогда больше не позволит так с собой обращаться! «Это было необходимо!» — в который раз зло одёрнул себя. Всё не напрасно, всё ради этого дня. Нельзя ошибиться в последний момент. Этот день станет началом конца Императора Огненной земли. Ветер протащил мимо сухой куст камнеломки. Зарождающийся рассвет пробивался сквозь тучи блеклым отсветом розового. Почему так пусто? Где люди Фердинана? Спрятались в скалах? Ждут за перевалом? Почему не выходят? Он стиснул зубы и упрямо двинулся дальше. И вдруг остановился. Что это? Это ощущение на грани… Такое знакомое… До жути знакомое. Пристальный взгляд в спину, поднимающий дыбом волосы на загривке. Он резко обернулся. Никого. Всё стихло вокруг. Ни звука. Куда подевался ветер? Не может быть. Он не мог… Найджел замер взведёной пружиной. В проёме скал прямо на его пути, преграждая тропу на перевал, возникла фигура. Высокая мужская фигура в плаще. — Фердинан… — еле слышно, обречённо шевельнулись губы. Уже зная правду, он всё ещё отчаянно надеялся. Абсурдно и глупо… — Фердинан? — насмешка хлестнула в громком голосе. Как он расслышал? Как понял на таком расстоянии? Опять это проклятое колдовство! Злость помогла удержаться на грани отчаяния. — Ты ожидал увидеть здесь короля Каса-Роны, Его величество Фердинана? Найджел молчал. Чувствуя, как почва уходит из-под ног и сердце заходится паническим перестуком, он мог только молчать. — Бывший граф Найджел Дебиан, верный пёс Фердинана, — фигура двинулась навстречу, роняя слова каменными глыбами. — Бывший любимый слуга и преданный друг, наследник древнего рода, что всегда следовал за правящей семьёй Каса-Роны. Отданный мне как вещь по первому слову. Мой личный раб. Что ты делаешь здесь средь ночи, вместо того чтобы согревать постель своего хозяина? — Год прошёл. Договор окончен. Я свободен, — Найджел повторял себе это весь путь, как мантру. Он поднял взгляд, предпочитая смотреть опасности в лицо. — Договор? Годовое перемирие, жалкая отсрочка, подаренная моей императорской милостью. Срок придёт лишь завтра, — он демонстративно окинул взглядом предрассветное небо. — Утро ещё не наступило. Ты ждал? Считал дни в надежде получить свободу? И сбежал, даже не дождавшись срока. Напрасно. Разве я говорил, что беру заложника лишь на год? Ты предан и продан с потрохами. Навсегда. Перед глазами встал тот день. Император Огненной земли вошёл в зал аудиенций Фердинана как хозяин и повелитель. Отблески золочёного доспеха и кроваво-красного плаща метнулись по стенам. А вместе с ними Чёрные вороны — элитные воины и личная охрана, мгновенно окружили зал. Тяжёлая подавляющая аура сгустила воздух, затрудняя дыхание. И Фердинан под оценивающим взглядом тёмных глаз непривычной вытянутой формы не посмел занять своё место во главе стола. Из окон виднелся залив, заполненный неисчислимым флотом Империи. Скромная Каса-Рона ничего не могла противопоставить ему. Небольшое государство, зажатое между морем и горами, мирные люди жили торговлей и виноделием. И в тот день внезапно оказались на пути многотысячной армии Огненного Императора, что вознамерился захватить мир. Безумец, чернокнижник, демон в человеческом обличии. Люди шептались, что он вышел из жерла огненной горы, а потому бессмертен, неуязвим и может повелевать умами и стихиями. Что из этого правда, никто не знал наверняка. В тот день их спасло лишь то, что целью похода было крупное и сильное государство на материке, война с которым длилась уже который год. Император решил зайти с запада и ударить с моря, заставив воевать на два фронта, разделить силы и этим добить противника. Каса-Рона просто оказалась на пути. Переговоры закончились за один день. Договор о мире сроком на год, провиант для флота и беспрепятственный проход для войск Империи по необходимости. Фердинан подписал всё. Как будто у него был выбор! Счастье, что его голова осталась на плечах в отличие от правителей захваченных стран. Похоже, на него просто не захотели тратить время. Найджел как всегда стоял за правым плечом короля, изучающе и зло глядя на этот беспредел, и временами незаметно сжимал его руку. Жест поддержки, сохранившийся между ними с детских лет. Рука Фердинана дрожала. Торжественный пир по случаю заключения мира прошёл скомкано. Император покривился, глянув на танцоров, спотыкающихся под нестройные трели королевских музыкантов, отведал столетнего вина лучших виноделен побережья и поднялся. Уже уходя, вдруг невзначай упомянул, что ему нужен гарант соблюдения договора. Другими словами — заложник, все это сразу поняли. Обрушилась мёртвая тишина. Придворные, многие из которых любили кичиться родственными узами с правящей семьёй, мгновенно спали с лица. Детей у Фердинана ещё не было, молодая королева только готовилась порадовать его наследником. Зачем безумному Императору заложник, никто не мог предположить, ведь Каса-Рона не оказывала сопротивления. Но его палец небрежно указал на Найджела. И все вздохнули с облегчением. Кажется, даже Фердинан… Проститься им не дали, Фердинан только успел шепнуть: «Найди его слабое место!». И они расстались на целый год. Граф Найджел Дебиан, близкий друг короля Фердинана ещё не знал тогда, каким кошмаром обернётся для него это год. Император выбрал себе новую игрушку и, скучая, творил с ней всё, что вздумается. Найджел тряхнул головой, отгоняя воспоминания, и стиснул зубы до скрипа. Всё плохо, очень плохо. Но может быть ещё есть надежда? Может быть люди Фердинана прячутся где-нибудь в скалах? Тогда надо потихоньку оставить им сумку с драгоценными бумагами. Отвлечь Императора разговором, увести. Или… Он нащупал рукоять кинжала, скрытого плащом. Отчаяние придало решимости. — Странно слышать от вас слова о предательстве, — его голос не дрогнул. — Когда вы сами не оставили выбора. Ни мне, ни Его Величеству Фердинану… — Ты повторяешь одно и то же. Из раза в раз всегда оправдываешь его, — перебил недовольно Император и двинулся навстречу расслабленным шагом кота, играющего с мышью. — Как думаешь, откуда я узнал об этой встрече? Как оказался здесь? М? Всё просто. Тебя предали снова. Король Каса-Роны Фердинан бежал из страны. Найджел остолбенел. Слова ударили дубиной наотмашь, выбили дух, мир вокруг потерял яркость и чёткость, в ушах звенело. Бежал… Фердинан бежал. Ложь. Неправда! Как это возможно?.. — Бежал, спасая свою жизнь. Оставил любимую супругу, которая никак не оправится после родов, бросил единственную дочь, которой не исполнилось и года. Страну. Народ. И тебя, — продолжал Император, с насмешкой разглядывая ошарашенного Найджела. — Не веришь? Его схватили, выловили в трюме торгового корабля, как крысу. И привели ко мне. Жалкое зрелище, скажу тебе. Сила воли? Стойкость духа? Нет и в помине. Выложил всё, по первому моему слову. — Что с ним сейчас? — Найджела трясло. Рука под одеждой судорожно сжимала кинжал. Он не мог поверить, но не мог не слушать, не сомневаться. Ведь Император здесь, а Фердинан… — Где он? — Ненавижу предателей. Я казнил его на месте. В память о твоей привязанности, он умер быстро. Ты должен быть благодарен. Ужасные слова ещё слетали с кривящихся ухмылкой губ, а пружину уже сорвало. Найджела бросило вперёд. На врага. Тело вытянулось струной. Кинжал с лязгом высвободился и летел в ненавистное лицо убийцы. Шаг, другой, и… Взвыл вспоротый сразу со всех сторон воздух. Зрение уловило чёрные росчерки с белым оперением. Стрелы Чёрных воронов. Император никуда не выходит без охраны. Как глупо… Боль пронзила спину, сбила с ног, бросила наземь. Отчаянный рывок, в который он вложил остатки сил, был небрежно отброшен. Как комара прихлопнули. Каждый вдох давался с трудом, в горле что-то противно хлюпало. Похоже задело лёгкие. Спина горела нестерпимой болью, хотелось кричать и кататься по земле. Но Найджел не мог пошевелиться. Лишь царапать камень скрюченными пальцами, ломая ногти. Почему он до сих пор жив? Это слишком мучительно… В поле зрения появились сапоги, прошествовали мимо, край алого плаща на меху горностая мазнул по плечу. Хруп! Бесполезный кинжал рассыпался множеством осколков, будто был сделан из стекла. Пинок опрокинул сумку, бумаги и карты рассыпались в пыли. Носок сапога пошуршал в них, переворачивая. — Ерунда. Этого недостаточно, чтобы навредить мне. Как жаль. Ты так старался. Рисковал жизнью, чтобы добыть это. Столько всего перенёс. Приполз сюда как верный пёс с добычей в зубах. И всё напрасно. Щелчок пальцами — бумаги вспыхнули и рассыпались пеплом. Так просто… Знакомый жест. Только что Найджел видел подобный — Император использовал свои силы. Чёрные вороны не промахиваются, но их стрелы рассыпались прахом, не достигнув цели. Кроме тех, что вонзились в спину… Только потому, что он не хотел убивать слишком быстро. Как противостоять человеку, который мановением руки призывает огонь и ветер, повелевает жизнью и смертью? Найджел чувствовал ужасающую пустоту. Он так устал… — Дайте мне умереть. Прошу, Ваше Императорское Величество… — рот наполнился металлическим вкусом, он сглотнул, сдерживая кашель. — Позвольте… умереть. — Хм. Просишь меня о смерти? — жёсткие пальцы схватили за подбородок, дёрнули лицо вверх. — Это правильно. Только я могу решать жить тебе или умереть. — Взгляд тёмных раскосых глаз рыскал по лицу. Император недовольно хмурился. — Вот только… Почему? Что бы я ни делал с тобой до сих пор, ты терпел. Скалил свои бесполезные зубы и терпел. Не ломался. А теперь… Всё потому, что я сказал, что убил его? Твоего бывшего хозяина? — Фердинан мне не хозяин. Он мой король… — вместе со словами изо рта выскользнула струйка крови, потянулась из уголка губ. — Ты так предан. Так верно служишь, — с какой-то горькой насмешкой сказал Император и размазал большим пальцем кровь по губам. — А если я скажу, что он жив? — Это правда? — Найджел, забывшись, подался всем телом вперёд и побледнел от боли. Изо рта вырвался короткий стон, скорее хрип. Император выпрямился с каменным лицом, помолчал, разглядывая Найджела с высоты немалого роста. Насладившись затянувшейся паузой сполна, наконец, уронил: — Кто знает… — Прошу вас, — Найджел склонил голову. Даже это небольшое движение отозвалось резкой болью в пробитой спине. Изо рта снова закапало алым на камни. — Делайте со мной, что хотите и сколько хотите. Только сохраните ему жизнь. Я знаю, что это ничтожно малая цена. Но больше мне нечего предложить… Я сделаю, что угодно. Эта тирада забрала оставшиеся силы, последние слова звучали еле слышным шёпотом. — Что угодно? — Император обошёл склонённую фигуру. На лице отразилась сложная смесь эмоций. Затем протянул руку и коснулся белого оперенья стрелы, мелко дрожащей в спине. Одежда с чужого плеча и блеклый, неприметный плащ уже напитались красным. — Что же я ещё с тобой не делал? Какую часть твоего тела ещё не собирали по кускам мои костоправы? — он покачал стрелу, бередя рану, а потом мгновенно испепелил её. — Вы… преувеличиваете. Не было такого, — просипел Найджел сквозь стиснутые зубы. Рану обожгло огнём, и теперь боль медленно отступала. Император продолжал игру. — Ах да. Некоторые вещи и впрямь тебе лучше не вспоминать. Достаточно, что помню я. Оставшиеся три стрелы одна за другой мгновенно раскалились и рассыпались тонким исчезающим пеплом. Найджел не удержал стона, но не упал, хоть и дрожал всем телом. Хуже физической боли был хаос в голове. На что сейчас намекал этот ужасный человек? Что лучше не вспоминать? Была ли в его словах хоть капля правды? Или он вновь развлекался, пытался смутить, заставить сомневаться в себе, собственных мыслях и воспоминаниях? Это путь к безумию. Нельзя поддаваться. Но так трудно не сомневаться… — Вставай, — Император рывком поднял его на ноги. Спина отозвалась тупой болью. Будто потревожили старые, давно затянувшиеся раны. Будто не торчали из неё минутой ранее тонкие как спицы чёрные стрелы. Император небрежно тащил его за собой. — Надо доставить тебя к лекарю. Я решил принять твоё предложение. — Но… Как я могу верить? — Просто слушай, что говорит твой Император. Отныне только это имеет для тебя значение, — он полюбовался на угрюмое лицо со следами недавнего шока. Махнул рукой в сторону светлеющего неба. — Видишь это зарево над Каса-Роной? Не пугайся. Это не пожары. Пока нет. Под горой стоят войска Империи. Я собирался стереть с лица земли твою нелепую крошечную страну. Но передумал. Только что. Есть идея получше. Ты присягнёшь мне на верность и станешь регентом маленькой принцессы, дочери Фердинана и правителем Каса-Роны. Ты поклянёшься служить мне так же верно, как ему. Найджел думал, что успел изучить этого человека и примерно понимал причины его действий и принимаемых решений. Происходящее сейчас он не мог объяснить ничем, кроме как очередной прихотью скучающего безумца. Это просто не поддавалось никакой логике. Но пока Найджел мог помочь тем, кого любил, он должен пытаться. Ради тех, кого любил… — Почему вы выбрали меня? Тогда… — вдруг задал он вопрос, зудевший в сознании весь этот год. — М? — Император на миг задумался. — Слишком дерзкий взгляд. Ты не отводишь глаз. До сих пор. Найджел не нашёл, что ответить. Запнулся, оступился и опёрся всем весом о его руку. Ненадолго. Только чтобы не упасть. И его не оттолкнуть, не отбросили, а наоборот поддержали. Огненный Император говорил небрежно и не церемонился. Но он пришёл сюда сам, лично. Ради чего? Кого? Фердинана? Каса-Роны? Или Найджела? Немыслимо! И тем не менее он здесь, самолично озаботился судьбой какого-то заложника… И вместо наказания за всё, что тот натворил… Найджел ожидал мучительной смерти, а получил такой внезапный щедрый подарок. Или это сыр в мышеловке? Новый кукольный домик для любимой игрушки… Или жест расположения? Голова шла кругом от нелепых мыслей и предположений. Возможно ли, что Найджел таки нашёл слабое место Императора Огненной земли? И что теперь с этим делать?