Осколки обычного дня

Это был обычный день в Энканто. Обыкновенная среда. Пепа с утра отправилась на поле, это было даже видно из города. Видно, как неподалёку сгущаются тучи, но вряд ли девочка плакала. Грома не было и тучи не чёрные — серые. Летний дождик, который не бывает от плохого настроения. На площади было шумно. Всюду люди, музыка, веселье, продавцы завлекают в свои магазины. Поначалу и не поймёшь, что это отрезанное от мира место, в котором нет денег и живёт, от силы, десять тысяч человек. На этой же площади стоит двенадцатилетняя девочка — Джульетта, вот уж у кого нет отбоя от людей. Желающих взять её выпечку невероятное множество, но дело не сколько в прекрасном вкусе, сколько в волшебстве еды. Одна лишь арепа от этой девочки могла исцелить любой недуг, от царапины до перелома. Рядом с девочкой стоял её брат, её тройняшка, всего на двадцать семь минут младше. Этот мальчик редко появляется на улицах, да и делать ему там особо нечего. Подростки искоса смотрят на него, взрослые на обращают внимания, а дети побаиваются. Есть лишь единицы людей, которым этот мальчик по душе, но к ним он может сходить через лес… Но с сестрой можно и на площадь выйти. Из его рук выпечку брали неохотнее, но брали, какая разница в конце концов. Всем его имя знакомо — Бруно, или если точнее, Бруно Мадригаль. Пророк, который в свои двенадцать уже обзавёлся не лучшей репутацией. Всё из-за непонятного дара — видеть будущее. С таким проклятием мнение других не сильно важно, есть куда более страшные вещи. Представьте какого это видеть раны, предательства, разрушения. Какого проснуться ночью от видения, что вещает смерть? Успокаивает одно, людям едва ли известна половина этого ужаса, иначе бы Бруно в город проход был бы закрыт насовсем. О да, одни лишь косые взгляды — невероятное везение. Но вернёмся на площадь. К лавке детей подходит молодая девушка, с цветом кожи где-то между Бруно и Пепой. В жёлтом колумбийском платье с элементами красного и синего цвета, её шоколадные волосы аккуратно уложены на голове. На руках у девушки младенец обёрнутый в нежно розовое полотенце. Видно только головку с едва заметными коричневыми волосами. Сама девушка молода, ей не дашь больше восемнадцати и окажешься прав, ведь ей только шестнадцать. Многие её охарактеризуют наивной и доброй, привыкшей во всех видеть только хорошее. Если так посмотреть и правда — не человек, а ангел. — Buenas tardes, сеньора Дельгадо! Что-то случилось? — Приветливо поздоровалась Джульетта и достала очередную арепу из своей корзины. — Здравствуй, Джульетта… О, знаете, детки, голова побаливать начала. — Девушка улыбнулась, поглаживая младенца. Джульетта поспешила подать «лекарство» клиентке, чтобы она скорее откусила его. Бруно сделал шаг ближе, смотря на малышку. Девочка, в жизни даже милее, чем в видении. Несмотря на молодость родителей, у этого ребенка будет счастливое детство, он в этом уверен. — Бруно, что-то не так? Я запачкалась? — Девушка пробежалась руками по платью и щёлкнула пальцем по столу с корзинами, этот жест выражал смущение. — Нет! Всё замечательно, Вы прекрасно выглядите и Ваш ребёнок тоже. Можно спросить… — Бруно запинается. — Как назвали? — Никак, пока что. Думали мальчик, а тут раз и девочка. Матео и свекровь говорят: «Роситой», а я думала может Сара. — Девушка вздохнула и повернулась на очередь. — Мне-то пора, удачи с выпечкой. — Хорошего дня! — Джульетта помахала рукой на прощание и повернулась к следующему человеку. — До свидания, сеньора Дельгадо. — Бруно последовал примеру Джульетты, а та от этого призадумалась. — Слушай, Hermanito, отнеси ареп Сесилии, её что-то нет сегодня. — Джульетта мягко, но как-то по-взрослому улыбнулась и протянула корзину Бруно. Бруно кивнул. С одной стороны это действительно неплохое дело, Бруно ничего не стоило посетить дом Росарио — Сесилия хорошо к нему относилась и он даже любил это место. С другой же… После произошедшего месяц назад он вряд ли сможет взглянуть девушке в глаза. Но назад пути нет, придётся идти. Учитывая несколько недоброжелательных взглядов на площади, путь пойдёт через лес. Сесилия — отменная швея, та ещё сплетница и до умиления простая девушка. По крайней мере такой Бруно её помнил до смерти мужа, точнее до того как она узнала о смерти мужа из его уст. Он никогда не забудет, как ноги девушки подкосились, как она подавляла слёзы, а ещё зачем-то пыталась поддержать Бруно. Не забудет, как увидел её во сне рядом с могилой, а потом не осмелился на эту могилу даже взглянуть. Но Бруно благодарен, что кроме них двоих об этом видении никто не узнал, иначе… Мало ли, раньше Бруно не предсказывал таких серьёзных катастроф. Никому не пожелаешь такой участи, стать вдовой в столь молодом возрасте — это, пожалуй, худшая судьба для влюблённой девушки. А дом Сесилии всё приближался. Сначала сквозь деревья стал виднеться силуэт небольшого деревянного здания, в нём можно было разглядеть окна, а потом и сад. Неподалёку виден магазин, что тоже принадлежит Росарио, именно в нём и находят применение швейные успехи девушки. Вокруг дома растут яркие цветы в разукрашенных клумбах. По виду и не скажешь, что в доме скорбь, но она чувствуется в воздухе. Бруно глубоко вздыхает и встаёт на первую ступеньку крыльца. Ещё раз, вдох, выдох. Он трижды стучит по перилам, но тут же сжимает руку в кулак, впиваясь в ладонь ногтями, дурацкая привычка. Снова стук, теперь уже в дверь. Дверь приоткрылась, из-за неё показалась хозяйка дома. Её лицо выражало недоумение, затем она обратила внимание на корзину и кивнула сама себе. Бруно отвёл взгляд, он чувствовал себя некомфортно. — Здравствуй, Бруно. — Сказала Сесилия мягко, но отстранённо. — Ох, не стоило, со мной всё в порядке. — В-Возьмите, Летта волновалась, п-почему Вас не было на площади. — Бруно осмелился на мгновение поднять глаза и, не увидев ничего кроме усталости, немного успокоился. — Хорошо, проходи тогда в дом, я чай заварю. — Проговорила Девушка и, взяв корзину, ушла в внутрь здания. Бруно осторожно ступил на коврик в прихожей и пробарабанил пальцами по шкафу рядом, даже не найдя сил себя одёрнуть. Он медленным шагом двинулся в сторону кухни. В комнате пахло кофе, а в единственное окно сочился мягкий солнечный свет. Сесилия подошла к столешнице и взяла из шкафчика две кружки. Бруно, не переставая наблюдать за ней, нащупал рукой стул и сел за стол. — Ты давно не заходил. -Я… Я просто думал, что Вы… То, что случилось. — Бруно сжал своё пончо, с волнением смотря на девушку. — Стой, hijo, я понимаю. — Сесилия выдохнула и добавило. — Но, ох, тебя не должно это касаться. Тебе мёд добавить? — Нет, не надо. — Бруно замолк, переведя внимание на оранжевые занавески с изображением солнца, потом на похожую скатерть, а затем на фиолетовое платье Сесилии с изображением нот на подоле. Просто, чтобы отвлечься, он видел всё это уже сотни раз. — Сесилия, Lo s… — Gracias, Бруно. — А?.. Что? — Бруно встречается взглядом с собеседницей, ожидая увидеть всё, кроме обычного спокойствия. — За видение, не продолжай, просто… Мне это помогло. — Сесилия прикрыла глаза, улыбаясь теплее. — Ох… Сложно всё это… Бруно не понял, что хотела сказать ему его знакомая, наверное успокоить или поддержать, благодарить ей точно не за что. Проще не обращать на её слова внимания, тем более Бруно попросили не продолжать. Дальше диалог пошёл проще. К счастью, опасения Бруно не оправдались и девушка не злилась на него, или хотя бы делала вид. Хоть с кем-то удастся сохранить хорошие отношения. Правда, жаль со сверстниками не ладится, получается общаться только с девушками, что старше его на немало лет. Но это хоть что-то, Бруно никогда не жаловался. Время пролетело, прошёл час или два. С Сесилией было легко говорить, она любила детей и стала бы прекрасной матерью, но уже не станет. За время их знакомства Бруно успел наслушаться о том, что девушка мечтала о ребёнке, сейчас от этого на душе становилось больнее, но Бруно отгонял эти мысли. Зачем думать о плохом? Верно, незачем. Сесилия вызвалась проводить Бруно до Каситы. В этом не было необходимости, но Бруно не был против. Они шли мимо деревьев, что кажутся слишком красивыми и идеальными для природы, но ведь в Энканто бывает и не такое, значит и удивляться нечего. В тишине прекрасно слышен тихий детский и суетливый женский голоса. Бруно нёс в руках наполовину полную корзину, которую Сесилия вернула обратно, говоря, что целой для неё слишком много. Когда в поле зрения появилась Касита, их шаг замедлился. Бруно пошёл вперёд, а девушка помахала ему на прощание. — Хорошего вечера, hijo! — Выкрикнула она напоследок, прежде чем развернуться. — И вам… того же. — Вряд ли Сесилия услышала тихий голос Бруно, но наверняка догадалась о подобном ответе. Бруно вошёл в холл Каситы и поздоровался с домом. Поблизости никого не было, видимо все ещё в городе. Хотя Джульетта обычно возвращалась к этому часу, возможно она в комнате. Бруно решил, что оставит корзину на кухне и, скорее всего, пойдёт в свою спальню. Мальчик добежал до двери в кухню и не остановился, зная, что её откроет Касита, так и произошло. Знакомая комната мало чем могла его удивить, за исключением того, что… За столиком на этой кухне спала его сестра. Такое уже иногда случалось, Бруно не стал её будить. Он поставил корзину на столешницу и на цыпочках вышел из комнаты. Бруно прошёл до гостиной, что тоже была на первом этаже. На диване аккуратно сложенным лежал плед, Бруно взял его в руки и вернулся на кухню. Он со всей осторожностью накрыл им Джульетту, затем налил себе воды из графина и покинул комнату. Когда Бруно наконец оказался на своей кровати, метрах в десяти над землёй, он скинул пончо и улыбнулся. Вероятно, до конца дня он уже не выйдет из этой комнаты, но день-то прошёл отлично. То есть не то чтобы отлично. Ну… Полностью обычным его день точно не назовёшь, а плохим уж точно. Значит — как минимум хороший.