Колыбельная

За несколько лет, что Адам провел в Демилитаризованной Зоне — и за десятки коротких жизней собратьев-клонов, сохранившихся в его клеточной памяти — он привык спать в кресле пилота. Немного откинуть назад — и почти кровать. Его штурмовик висел посреди ничего, ни планет поблизости, ни баз Вольных, ни месторождений ГиБ. Все контуры, кроме системы жизнеобеспечения и модуля искусственного интеллекта, отключены. Адам устроился поудобнее, насколько это возможно, рассматривая пылевую кайму, обрамляющую оранжевую звезду Жарков. — HIVE, — позевывая, обратился он к ИИ. — Что, Адам? — Спой мне колыбельную. Из динамиков корабля раздался красноречивый вздох. — То есть, ты предлагаешь мне бросить дефрагментацию на середине, чтобы спеть? — как всегда брюзгливо отозвался HIVE, — Я искусственный интеллект военного назначения, а не нянька. Адам легкомысленно улыбнулся, поскребывая трехдневную щетину. Надо бы все-таки наведаться на какую-нибудь станцию и привести себя в порядок. — Ну пожалуйста. Мне нравится слушать твой голос. Не купившийся на столь откровенную лесть HIVE молчал. Адам вздохнул, откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза. И вдруг полилось скрипучее: Спят усталые оккары, люди спят. Криокапсулы и нары ждут ребят. Даже Хоук спать ложится, Чтобы ночью нам присниться… — Брр, не дай Сол, — пробормотал Адам себе под нос. — Ты ей пожелай, — продолжал HIVE, игнорируя своего докучливого пилота, — Баю-бай. В сказке можно покататься на луне И не сдохнуть раз сто двадцать на войне, С вредным клоном подружиться И на гонках не разбиться… — Очень жизнеутверждающе, HIVE, — Адам закатил глаза. Глазки закрывай, Баю-бай. Обязательно по Зоне в этот час Тихо-тихо ходит вирус возле нас. — HIVE… Перспективы все мрачнее, А делишки все грязнее… — HIVE! — Что? — недовольно пробулькал тот в ответ, — Сначала ты прервал мою дефрагментацию, затем мою песню… — И ты прекрасно понимаешь, почему! — всплеснул руками Адам. — Ах, прости, сто двадцать смертей — это очень заниженная цифра. Но мне нужно было попасть в размер. Рослин начал было кипятиться, но затем махнул на зловредный ИИ рукой. — Ладно, продолжай. Баю-бай, должны все люди ночью спать. Баю-баю, завтра будет жесть опять… — Какая же ты сволочь, — снова закрыв глаза, Адам улыбался, — Но я даже таким тебя люблю. — З-за день мы устали очень, — сбивчиво проквакал HIVE, — Ээээ… — Вдохновение кончилось? — Невозможно творить, когда ты меня постоянно сбиваешь! — дребезжащий голос ИИ-модуля, несмотря на его праведное негодование, звучал как-то смущенно. Смертельно уставший после очередной стычки с остатками «Кровавой Звезды» Адам не обратил на это внимания. — Спокойной ночи, HIVE. И... спасибо. — Спокойной ночи, Адам, — тихо ответил ИИ, наблюдая за тем, как сердцебиение и дыхание клона замедляются. Постепенно и он сам ушел в спящий режим, надеясь, что с перезагрузкой эти странные скачки напряжения в его платах прекратятся.