По их следам. Том II - Развитие

      Добравшись до лидера этого поселения, Гилберта, я начал активно указывать ему то на выплавленное изделие, то на свой клинок. Он же выставил руку вперёд, явно призывая меня успокоиться и рассказать всё нормально. Выдохнув, я указал сначала на лезвие своего меча, потом на «линзу», говоря, мол, они из одного материала. После чего указал в сторону ручья, где выше по течению я и нашёл их.       Гилберт, с внимательным видом изучавший мои жесты, кивнул. Для него явно не важна была сама механика процесса плавки, главное — что его войны смогут получить нормальное оружие. И с этим я был полностью согласен. Так что, недолго думая, я направился в сторону своего дома. Где до самой середины ночи (благо Луна была полной) изготавливал кирки и лопаты из камня.       Кстати, интересная вещь — камень тут был намного прочнее и темнее того, что присутствовал на моём острове. И это радовало. На следующий день, когда солнце только поднялось над горизонтом, я снова отправился к Гилберту. К моему удивлению, утро показалось слегка прохладным, так что я ёжился в кожаной накидке, которую мне выдали. Повезло хоть, что я не в своей набедренной повязке из лиан. Иначе бы совсем околел.       Мысли о прохладе сами собой перетекли в размышления о том, что в будущем нас ждёт зима. И хоть я ни разу на своей памяти не встречал её, но был уверен в том, что она рано или поздно наступит. И, учитывая развитие этого поселения, она будет тяжелой. Именно для этого я так спешил с поиском зелёного и чёрного камней. Они могут помочь в этом. По крайней мере, я на то надеюсь.       Найдя Гилберта — казалось, он всё время проводит на улице, наблюдая за поселением и руководя работой своих жителей, — я обратился к нему. Попытался показать, что мне одному не хватит рук, чтобы добывать много зелёного и чёрных камней. Указывал на некоторых из солдат и в сторону ручья и гор. Как же всё-таки трудно общаться, не понимая языка друг друга…       Даже жесты не сильно помогали в этой ситуации. Так что, похоже, надо будет пытаться учить их язык. Тем более, у меня для этого есть хорошая помощница — целительница. Похоже, раненые у них тут появляются только во время боя, так что остальную часть дня она может слоняться без дела. Дочка главы всё-таки… Повезло…       И мне также повезло, что она проводит время именно со мной. Так что периодически я интересовался у неё, какое название на их языке носят те или иные вещи. Если же слова не было, то сам говорил, что оно означает. Что интересно, именно таких случаев было немного. У многих вещей, что я создавал, уже были свои имена. А значит, они их когда-то делали, но забыли как.       Это в очередной раз меня возвращает к мыслям о том, что эти люди не совсем местные. Они сюда пришли. Из неизвестного места, где было всё по-другому. Это объясняет то, почему, несмотря на достаточную численность, у них такие примитивные дома и оружия. Они просто не знали, как из местных материалов что-либо изготавливать.       А теперь, благодаря моему появлению, медленно, но верно обретали старые знания, и поселение развивалось очень быстро. Вон, поля, удобряемые пылью из костлявых, давали обильные урожаи, а сосуды из глины теперь были почти на каждом шагу. Так что, видя, какую пользу я приношу местным, хотелось работать ещё активнее.       Все эти мысли проносились у меня в голове, когда я вместе с группой знакомых стражников двигались в сторону гор. Первым делом мне надо было добыть как можно больше чёрного камня, который должен служить в качестве топлива для печи. Или даже для нескольких, если мне понадобится расширять плавку.       Правда, пришлось идти по следам моего прошлого похода с помощником, так как место с жилой чёрного камня я, к сожалению, не запомнил. Так что сначала идём до гор, а потом и вдоль склона, к небольшой расщелине. И по пути мы сталкивались с теми же самыми проблемами, что и в прошлый раз. Ветер и куча скапливающейся тут пыли.       Мои же мысли продолжали ходить вокруг утреннего наблюдения. Зима. Если она наступит, то мне явно придётся несладко. Одежда из кожи хоть и тёплая, но от морозов защитит с явным трудом, и придётся почти всё время проводить в доме с горячей печкой. А это значит, что либо собирать печи в каждом доме, или же собираться всем вместе в специально возведённом для этого здании и пережидать зиму там.       Где-то на фоне я понимал, что такая идея не пришла мне в голову просто так. Я наверняка видел такую сцену где-то в своём прошлом. Но память снова и снова запрещала мне смотреть дальше того момента, как я очнулся. Однако умения, навыки, знания о том, что делать, у меня всё-таки были. Убраны лишь воспоминания. И это… пугало.       Однако мы уже добрались до нужного места, так что подобные мысли я отложил в сторону. Сейчас самое время заняться тем, ради чего мы пришли сюда. Взяв кирку и найдя то место, где в прошлый раз занимался добычей чёрных камней, я указал на него своим помощникам и со всей силы вмазал по скале. Отлетели несколько кусочков, включая тот, что был пронизан чёрными жилками.       После чего, подняв его в руке, подошёл к парням и показал им цель наших «раскопок». После чего раздал каждому по кирке и указал на скалу. В такой ситуации только бы идиот ничего не понял, так что мои знакомые тут же принялись за работу. Удары кирок, треск камней и стекающий пот — вот всё, что было у нас весь оставшийся день.       И вот, уже к вечеру, мы, нагруженные рюкзаками с камнями, двигались в сторону деревни. За время работы мы достаточно углубились в гору, из-за чего у меня возникало опасение, что может произойти обвал. Так что мы закончили работу. Камней мы набрали достаточно много, чтобы хватило на первое время. А к тому моменту, как они закончатся, я уж наверняка найду способ, как заниматься добычей без угрозы обрушения. Подпорки там или что-то похожее.       Завтра надо будет сходить за зелёными камнями к реке. Да и задуматься о том, что если мне надо будет делать много клинков, то и места нужно побольше. Отдельное здание для попыток, чтобы свой дом не захламлять. Надо бы об этом попробовать Гилберту сказать. Правда, проблема в этом самом сказать — языка-то я не знаю.       Ну да ладно, как-нибудь разберёмся. Добравшись до моей хибары, я приказал скинуть весь добытый нами груз. Сам же направился к своей кровати, куда и завалился. Сил на то, чтобы сделать хоть что-то, вообще не оставалось. Но стоило мне принять положение лёжа, как мой взгляд столкнулся с зелёными глазами Целительницы, которые испуганно смотрели на меня.       Я тут же спрыгнул с кровати и смотрел на девушку, лежавшую на ней. Судя по виду, она только проснулась. Но остаётся главный вопрос: почему она спала в моей кровати? Тем более, пока меня дома не было?       — Pardon! — тут же выкрикнула она, подскочив с кровати. В лучах закатного солнца было видно, как она покраснела и поддалась панике — Je t'attendais et je me suis endormie! Je ne voulais pas t'embarrasser!       — Всё в порядке — ответил я спокойным голосом, смотря ей в глаза — Я знаю, что ты меня не понимаешь, а я не понимаю тебя, но успокойся. Я. Тебя. Не. Виню.       Каждое слово я сказал медленно, надеясь, что хотя бы по моему тону девушка поймёт, что она не виновата. Ну легла в мою кровать и заснула. Судя по её поведению, у неё никакого злого умысла нет. Наверняка ждала меня, да не дождалась и задремала. Ничего такого.       Разве что мысль о том, что она меня ждала большую часть дня… Одновременно слегка грустная и вместе с тем очень приятная. Я, похоже, важен для неё. А значит, должен трудиться ещё больше, чтобы защитить и её.       — Хог’ошо — попыталась сказать она. Я сначала слегка странно посмотрел, но потом, когда она снова повторила это слово с явной картавостью, то понял, что она пытается сказать.       Я часто говорил «Хорошо», когда Гилберт давал мне задания. Просто так, себе под нос. Но даже несмотря на это, целительница, похоже, запомнила это. И в момент, который она посчитала удачным, сказала это.       — Хорошо — снова я сказал это, улыбнувшись. По крайней мере, этот жест не зависит от языка и нами обоими понимается правильно. Да и, буду честен, улыбается она очень красиво.       Девушка уже было собиралась уходить, когда я пошёл вслед за ней, всем своим видом показывая, что хочу проводить её до дома. Понятное дело, что внутри поселения ей ничего не угрожает, но мне было просто спокойней, если я сам сопровожу её. Она сначала вопросительно посмотрела на меня, но, похоже, поняв, что я собираюсь сделать, лишь кивнула.       Ночь вступила в свои права, а воздух был слегка прохладным. Огонь и факела практически нигде не горели, так что мы просто шли вместе, наслаждаясь вечером и звёздной рекой над нашими головами.       — Знаешь, благодаря тем чёрным камням, что мы сегодня добыли, у нас будет тепло на долгие дни вперёд — начал я говорить в пустоту, понимая, что говорю скорее сам с собой, чем с девушкой — И если выпадет снег, то мы соберёмся все вместе у огня и будем греться.       — Хог’ошо — снова произнесла она это слово. Понятное дело, что целительница понятия не имела, что оно значит. Разве что догадывалась. Но, видимо, по тону моего голоса решила, что сейчас подходящее время, чтобы это сказать. И не прогадала. Явно ведь будет этого не против.       Я успел понять целительницу. Она никогда не пройдёт мимо человека в беде. И она всегда дарит людям столько тепла, сколько есть в ней самой. Именно поэтому она сейчас со мной. Увидев, что у меня ничего нет, да и языка не знаю, она тут же принялась опекать меня. А затем ей стало интересно, чем я всё время занимаюсь. И поэтому она всегда рядом, смотрит, что я делаю.       И мне очень приятно её общество. Но, похоже, сегодня придётся расстаться. Мы уже у её дома. Кивнув мне на последок и обняв, она скрылась за дверью тихо, явно не желая беспокоить отца. Того самого Гилберта, строгого главу поселения. Который прямо сейчас смотрел на меня через окно. И взгляд у него явно был недобрым. Я лишь, сглотнув и помахав ему ладонью, быстро двинулся в сторону дома, не желая ещё хоть мгновение находится под этим взором.       Быстро добравшись до своего жилища, после такой встряски я почувствовал, что устал ещё сильнее. Так что погрузился в сон, стоило моей голове коснуться лежанки. А перед взором стояла улыбка моей подруги, с которой она попрощалась со мной, заходя в дом.

Продолжение следует…