born to die....

Я сидела на уроке зельеварения рядом с Тео и шепотом рассказывала ему последние сплетни и про “свидание“ с Седриком, хотя свиданием это не назовешь особо. Справа от себя я начала слышать разговор Драко с Крэббом и Гойлом. — Я всегда знал, отец – единственный, кому под силу вытурить Дамблдора, — злопыхал он, даже не понижая голоса. — Я уже говорил вам, он считает его никуда не годным директором. Может, теперь у нас будет настоящий директор. Не испугается Тайной комнаты и не станет её закрывать. Макгонагалл долго не просидит, она просто так, замещает… — Сэр, — громко обратился к профессору Снейпу Драко — почему бы вам не предложить свою кандидатуру на пост директора? — Не вашего это ума дело, Малфой. — урезонил его Снейп, хотя по его тонким губам и пробежала едва заметная улыбка — Профессор Дамблдор лишь временно отстранён попечителями. Возьму на себя смелость утверждать, что он скоро опять будет с нами. — Как бы не так! Я думаю, сэр, мой отец поддержит вашу кандидатуру. Я ему скажу, что вы самый лучший профессор в школе. — Меня что удивляет — продолжал вещать Драко — почему грязнокровки не пакуют чемоданы? Ставлю пять галлеонов, скоро ещё один умрёт. Жаль, не Грейнджер… — Малфой! — я повернулась к нему и негромко, но как можно сильнее хлопнула по плечу — Обнаглел что ли? — Ай! Тонкс, что опять не так? — воскликнул тот. — Не говори о смерти моей подруги, хотя бы при мне! — Ладно, ладно! — согласился Драко. После зельеварения, мы направились на урок истории магии. Совместно с когтевранцами. Я села с Драко, чтоб во первых посплетничать,во вторых списать у него конспекты. — Вчера с Седриком посидели на астрономической башне и потанцевали. — радостно рассказывала я. — Да ну? — удивился Малфой. — Я короче ему призналась, но мы договорились узнать друг друга побольше. — Быстрая ты конечно. — Ну а как ещё? Драко внимательно слушал профессора Бинса, в отличие от меня и делал пометки на пергаменте, пока я лежала на парте и скучающе смотрела в окно. — А у тебя что на личном? Кажется Малфой немного смутился от такого вопроса. — Никого нет пока что. — Даже претендентов? — я подняла голову. — Почему мы говорим о таком, как будто это конкурс талантов? Я тихонько засмеялась. — Хочешь подберём тебе девчонку? — Чего? — воскликнул тот. — Тебе же валентинки присылали на 14 февраля, можно посмотреть и узнать есть ли кто то адекватный. — Слушай, я ещё не готов жениться, мне всего 13, я молодой и хочу пожить ещё в свое удовольствие! — Никто тебя женить не собирается. — успокоила я — Просто повстречаешься, наберёшься опыта, а если что может быть ты в нее влюбишься в по уши и потом и правда поженитесь. — Спасибо, не надо. — отмахнулся Драко. — Сам знаешь. — я пожала плечами — Ну вон Тео же ходит, меняет девушек как перчаток. — Не сравнивай меня с ним. — Как думаешь у него появится возлюбленная с какого нибудь 5-6 курса? Малфой слегка опешил от такого. — Слушай, это звучит уже как что то запрещённое… — Мерлин, это ты такой нежный или я такая жёсткая? Я повернула взгляд в сторону соседней парты за которой сидели Нотт и Забини. Блейз сидел ближе ко мне, поэтому я похлопала его слегка по руке. Он повернулся на меня. — Что такое? — спросил. — Как думаешь, у Тео появится девушка старше него на 3-4 года где то? — Возможно. Это у него надо спрашивать. — невозмутимо ответил Блейз. — Ужас. — с отвращением добавил Драко. Я фыркнула. — Было бы интересно посмотреть как Тео зажимает какая то старшекурсница… — мечтательно произнес Забини. — Что вы тут обсуждаете? — внезапно влез Нотт. — Старшекурсница? Меня??… Когда это будет? Куда мне приходить? Мы рассмеялись, пока Малфой кривил лицо. Тут прозвенел звонок и мы направились на следующий урок ЗоТи. Там я села уже с Пэнси и тоже рассказала про свое “свидание“ с Диггори. И пока мы сидели записывали очередную информацию про какое то там существо, я решила немного позадавать вопросов про отношения соседке. — Ну что нравится кто то из мальчиков? — не поворачивая головы, спросила я. — Что? — Пэнси резко повернулась на меня — Нет… — Звучит так как будто врешь. — я продолжала записи. — Нету никого. Не придумывай. Я усмехнулась. — Ну ладно, поверю на слово. — Слушай, ты сегодня как будто выпендриваешься целый день… Вот эти слова уже застали врасплох меня. Было. Признаю. Пэнси по моему выражению лица что то поняла и победно ухмыльнулась. — Ты настолько рада тому что твой любимый тебя не отверг и теперь ходишь и пытаешься всех научить жизни? Я вздохнула и повернулась наконец в ее сторону. — Возможно… — Софи, ты удивляешь меня с каждым разом всё больше и больше. Я закатила глаза. Время все шло и шло, вот уже профессор Снейп объявил про экзамены и пообещал поотрывать нам головы если не сдадим. Я переживала только насчет истории магии конечно. Поэтому Драко уже ловил мои взгляды. Впрочем, я решила проследить за башней Пуффендуя, выследить пароль и ворваться к своему любимому. Только вот, планы мои сорвали. — Софи! — подозвал меня Гарри в сторонку. Они были вдвоем с Роном — Нам нужно тебе кое-что рассказать. — Я слушаю. — Мы ходили за пауками. В лес. Ночью. — сказал Рон. — И что дальше? — Паук рассказал что в стенах замка обитает какое то страшное существо. — Чего стоите? Пошлите ловить это существо. — торжественно я хлопнула в ладоши. — Гермиона наверняка что то знает о Тайной комнате, только вот она щас в больничном крыле… — размышлял Гарри и внезапно посмотрел на меня — А ты что здесь делала? Было похоже что ты следишь за кем то. — Я? Нет, я не слежу ни за кем. — соврала я. — Ммм… Проследить за башней я так и не смогла. Я думала чё мне делать с историей магии, загружать Драко сейчас было не охото, все таки я хоть чуть чуть забочусь о братишке. За три дня до экзаменов профессор Макгонагалл сделала за завтраком ещё одно объявление. — У меня хорошие новости, — начала она, и притихший было Большой зал взорвался криками. — Дамблдор возвращается! — шумно обрадовались многие. — Поймали наследника Слизерина! — воскликнула какая-то девушка за столом Когтеврана. — Матчи по квиддичу возобновляются! — вопил какой то парень с Гриффиндора. — Профессор Стебль известила меня, — продолжала Макгонагалл, когда гвалт стих, — что мандрагоры наконец-то созрели и готовы к употреблению. Уже вечером мы сможем вернуть к жизни всех претерпевших заклятие Оцепенения. Хочу вам напомнить, что одна из жертв, по-видимому, знает, кто именно на них напал. Горячо надеюсь, что этот кошмарный год успешно завершится поимкой преступника. Зал радостно зашумел. Я встала и начала очень громко аплодировать. Но мои любимые друзья усмирили меня и посадили обратно на место. После завтрака, я все же решила пойти к Седрику и либо действовать либо наоборот тормозить. Поэтому как только я подошла к его столу и к нему, я наклонилась, и почти незаметно чмокнула его в щёчку, и пожелала приятного аппетита. И довольно ушла. Я просто выбрала принцип «ну раз быстро начала, быстро и закончи“. ——— Я спокойно шла в учительскую, с целью добиться разрешения на одну запретную книгу. Пока шла, увидела Рона и Гарри. — О привет, какими судьбами? — спросила я. — Софи, ты вовремя, мы хотим рассказать Макгонагалл о василиске! — запыхавшись, воскликнул Рон. — Василиске? Кто это?? — Чудище из Тайной комнаты! — сказал Гарри. Я раскрыла рот в удивлении. — Да ну?! Внезапно раздался голос профессора МакГонагалл в мегафон: — Всем ученикам немедленно вернуться в свои спальни. Всем преподавателям собраться в учительской. Пожалуйста, как можно скорее. Гарри обернулся к нам с Роном. — Неужели новое нападение? — Что будем делать? Пойдём в спальню? — Нет. — ответил Гарри, оглядываясь. Слева от нас высилось разлапистое сооружение, увешанное мантиями преподавателей. — Терять нам все равно нечего, прячемся! — мы все трое резко закрылись множествами мантиями преподавателей, слыша над головой, этажом выше, топот многих десятков ног. Скоро дверь учительской распахнулась, и в щёлки между складок отдающих затхлостью мантий мы увидели, как входят профессоры. Одни были растеряны, другие – откровенно испуганы. Последней появилась профессор Макгонагалл. — Это опять случилось — сказала она в наступившей тишине. — Монстр напал на ученика. На сей раз утащил в Тайную комнату. Профессор Флитвик вскрикнул. Профессор Стебль прижала руки ко рту. Снейп с силой сжал спинку кресла. — Откуда такая уверенность? — спросил он. — Наследник Слизерина — Макгонагалл побледнела, — оставил ещё одну надпись на стене, прямо под первой: «Её скелет будет пребывать в Комнате вечно». Профессор Флитвик залился слезами. — Кто на этот раз? — воскликнула мадам Трюк. Ноги у неё подкосились, и она упала в кресло. — Джинни Уизли. Я почувствовала, как за нашими спинами Рон, не произнеся ни звука, сполз на пол. — Завтра будем отправлять учеников домой — горестно стиснула ладони Макгонагалл. — Хогвартс на грани закрытия. Дамблдор говорил… Дверь учительской опять распахнулась с громким стуком – это был, как всегда, сияющий Локонс. — Простите, что опоздал, просто сплю на ходу! Пропустил что-то важное? По-видимому, он не замечал, что присутствующие смотрят на него не то с ненавистью, не то с отвращением. — Вот тот, кто нам нужен! — выступил вперёд Снейп — Да, именно он. Послушайте, Локонс, монстр похитил девочку. Утащил её в Тайную комнату. Коллега, наконец пробил ваш час. Локонс побледнел. — В самом деле, Златопуст — вмешалась профессор Стебль. — Не вы ли вчера вечером объявили, что вам доподлинно известно, где вход в Тайную комнату? — Я… Ну да… Я… — залепетал Локонс. — Вы меня уверяли не далее как вчера, что знаете, кто там обитает — всхлипнув, перебил его Флитвик. — Я? Ув-уверял? Н-не припомню… — А вот я абсолютно точно помню, как вы сетовали, что вам не удалось продемонстрировать всем нам свою волшебную силу: преступника, то есть Хагрида, успели арестовать — продолжал Снейп. — Вы укоряли нас, что вам с самого начала не предоставили свободу действий – тогда бы никаких бед в школе не произошло. На лицах коллег не было ни капли сочувствия. — Я… Я, честное слово… Вы, видимо, превратно меня поняли… — Словом, профессор Локонс, мы хотим загладить допущенную несправедливость. Поручаем вам сразиться с чудовищем — заключила профессор Макгонагалл. — Сегодня вечером у вас наконец-то будут развязаны руки. И вы совершите подвиг – избавите Хогвартс от чудовища. Локонс потерянно озирался. Увы! Ни одного сочувственного взгляда. И он разом утратил весь свой лоск, губы тряслись, белозубая улыбка исчезла, он выглядел слабым и ничтожным. — О-очень хорошо — промямлил он, запинаясь. — Ну я… пошёл. Буду у себя в кабинете… подготовлюсь… И Локонс поспешил покинуть учительскую. Я усмехнулась. — Мне кажется, или они стебутся над ним? — прошептала я. Гарри улыбнулся сквозь панику. — Ну, хоть это хорошо — профессор Макгонагалл махнула рукой. — Локонс больше не будет путаться у нас под ногами — и перешла к главному. — Поручаю деканам известить студентов о том, что случилось. Скажете им, что завтра утром экспресс увезёт их домой. Всех остальных попрошу проследить, чтобы никто из учеников не покидал факультетских помещений. Преподаватели молча поднялись и разошлись один за другим. — Плохо, очень плохо… — промелькнуло в мыслях. ——— В гостиной Слизерина было очень много людей. Я сидела на диване, с Тео, Блейзом и Драко. Ну как всегда наша компашка. — Тебе что то известно о Наследнике Слизерина? — спросил меня Малфой. — Ну я бы не сказала что знаю много, но есть информация. — Вот как… — он немного задумался. Я тоже задумалась и резко встала. Школу закрывают конечно, но мне как бы книга то нужна. Поэтому я решила пойти к Локонсу, он самый наивный из учителей, стоит немного глазками похлопать и сразу все разрешит. Я вышла из гостиной, напоследок сказав Тео что скоро вернусь, может быть. Я зашла в кабинет Локонса. Он расхаживал по комнате и собирал вещи, явно нервничая. Я подошла и поздаровавшись, села на ближайший стул. — Что то случилось, мисс Тонкс? Я сейчас занят. — пытаясь скрыть панику спросил он. — Мне нужно разрешение на то чтоб взять книгу из запретной секции. — Ох, но ведь школу закрывают, зачем вам это? — Потому то я и хочу взять книгу, школу закроют, а я хотела давно почитать ее. Локонс что то раздумывал. Вдруг в дверь постучали и тотчас Локонс затих. Дверь слегка приоткрылась. — А… мистер Поттер… мистер Уизли… — Дверь открылась чуточку шире. — Я сейчас чрезвычайно занят… Только если вы быстро… — Профессор, у нас есть важная новость, — сказал в щель Гарри. — Мы думаем, она вам поможет… — М-м-м-м… Ну хорошо… Всё это не так страшно… — Лицо Локонса, во всяком случае та его часть, что виднелась в щёлку, выглядело крайне смущённо. — Я хочу сказать… всё, в общем, нормально… Он открыл дверь, и Рон с Гарри вошли. По их лицам было видно небольшое удивление, что я сижу в кабинете у Златопуста, как будто у себя дома. — Вы куда-то собираетесь? — спросил Рон. — Э-э-э… да, собираюсь, — ответил Локонс, содрав с двери собственное изображение в полный рост и скатывая его в трубку. — Срочный звонок… Суровая необходимость… Вынужден уехать… — А как же моя сестра? — нахмурился Рон. — Да, конечно, такое несчастье, — пробормотал Локонс, избегая их взглядов. Выдернул из стола ящик и вытряхнул в дорожную сумку содержимое. — Никто сильнее меня не скорбит… — Но вы же преподаватель защиты от тёмных искусств! — воскликнул Гарри. — Как вы можете всё сейчас бросить и уехать отсюда! Здесь теперь собрались самые злые тёмные силы! — Видите ли… Должен вам сказать… Когда меня пригласили на эту должность, — Локонс бросил поверх мантий груду носков, — ничто не предвещало такого поворота событий. Это для меня полная неожиданность… — Вы хотите сказать, что попросту убегаете? — Гарри не верил своим ушам. — После всех подвигов, описанных в ваших книгах? — Да, книги, конечно, в какой-то степени могут вводить в заблуждение, — дипломатично возразил Локонс. — Но вы сами их написали! — закричал Гарри. — Мой юный друг. — Локонс, нахмурившись, выпрямился. — Проявите наконец здравый смысл. Мои книги и вполовину не продавались бы так успешно, если бы люди думали, что эти подвиги совершил не я, а кто-то другой. Ну кто бы стал читать про старого армянского колдуна, пусть даже спасшего целую деревню от упырей? Ах, он бы своим мерзким видом испортил обложку! Да ещё и одевался безо всякого вкуса! А у колдуньи, которая изгнала ирландское привидение, накликающее смерть, была, вообразите себе, заячья губа! Моя внешность, это, как бы сказать, – приманка, залог успеха… Я издала смешок. Вот это поворот конечно. — Так что же это выходит? Вы просто присвоили себе то, что совершили другие люди? — спросил Гарри. — Гарри, Гарри, Гарри! — Локонс укоризненно покачал головой. — Всё отнюдь не так просто, как кажется. Это труд, и труд нелёгкий. Надо было найти этих волшебников, подробно обо всём расспросить. И затем подвергнуть заклинанию Забвения. Это входило в мои планы, им предстояло забыть свои подвиги. Чем я действительно горжусь, так это моими заклинаниями Забвения! Да, Гарри, да, мной был проделан огромный труд! Пойми же, автографы на книгах, рекламные фотографии – это ещё не всё. Хочешь добиться славы – готовься к долгой, упорной работе. Локонс захлопнул крышки чемоданов и запер их. — Ну, кажется, всё, — сказал он, оглядевшись. — Осталось сделать последний завершающий штрих. Достал волшебную палочку и повернулся к друзьям. — Весьма сожалею, мальчики, и мисс Тонкс, но мне придётся прибегнуть к заклинанию Забвения, чтобы вы не разболтали моих секретов, иначе я не сумею продать ни одной книги… — Флиппендо! — я взмахнула палочкой и профессор навернулся и упал на спину, опрокинув чемодан. — Экспеллиармус! — добавил Гарри. Волшебная палочка выскочила у него из рук, Рон схватил её и выкинул в открытое окно. Гарри с яростью пнул ногой чемодан. Локонс, сидя на полу, съёжился – Гарри всё ещё держал его под прицелом своей палочки. — Что вам от меня нужно? — плаксивым голосом спросил преподаватель защиты от тёмных искусств. — Ну не знаю я, где эта Тайная комната. И поделать ничего не могу. Я встала со стула, подошла к профессору и решила, что раз он обманул всех, так ещё и не подписав мне разрешение, хотел смотаться – надо немного над ним поиздеваться. Достав из его чемодана первую попавшуюся книгу, я открыла и начала вырывать страницы, и напоследок швырнула книгу в профессора. Он застонал от боли. — Живо встаньте, чего разнылись как ребенок? — воскликнула я. — Мы знаем, где Тайная комната. И знаем, кто в ней прячется. — обрадовал его Гарри, движением палочки подняв профессора на ноги. Мы вывели Локонса из кабинета, спустились по ближайшей лестнице и пошли по тёмному коридору, где на стене горели послания наследника, к убежищу Плаксы Миртл. Локонса пустили идти первым. Миртл восседала на бачке в последней кабинке. — Это ты? — удивилась она, увидев Гарри. — Зачем опять пришёл? — Спросить тебя, как ты умерла — ответил Гарри. Миртл в мгновение ока преобразилась, буквально расцвела на глазах, точно ещё никто никогда не задавал ей столь лестного вопроса. — О-о-о! Это был кошмар! — заговорила она, смакуя каждое слово. — Я умерла прямо здесь, вот в этой кабинке. Как сейчас помню, спряталась я сюда, потому что Оливия Хорнби смеялась над моими очками. Обидно дразнила. Я заперлась на задвижку и стала плакать. Потом услышала, что в туалет вошли и стали говорить. Я не поняла что, наверное на другом языке. Один из говоривших был мальчик. Я, естественно, отперла дверь и сказала ему, чтобы он шёл в свой туалет. Тут-то это и произошло. — Миртл надулась от важности, лицо её просияло. — Я умерла. — Но как? — Сама не знаю. — Миртл сбавила торжественный тон. — Помню только два огромных-преогромных жёлтых глаза. Всё моё тело сдавило, куда-то понесло… — Она туманно посмотрела на Гарри. — А потом… потом я снова сюда вернулась. Я решила постоянно являться Оливии Хорнби. Ну, ты понимаешь… Ох, как она жалела, что смеялась над моими очками… — Как она радостно рассказывает об этом… — шепнула я Рону. Мы переглянулись, но продолжили слушать. — Покажи точно, где ты видела эти глаза? — вновь задал вопрос Гарри. — А-а, где-то там. — Миртл неопределённо махнула в сторону умывальника перед её кабинкой. Мы сейчас же подошли к нему. Локонс с глазами, полными ужаса, благоразумно остался сзади. На первый взгляд это была самая обыкновенная раковина. Мы обследовали каждый сантиметр внутри и снаружи, включая уходящие в пол трубы. И заметили, на одном медном кране нацарапана крохотная змейка. — Этот кран никогда не работал — радостно сообщила Миртл, когда Гарри попробовал его открыть. — Гарри — охрипшим шёпотом попросил Рон. — Скажи что-нибудь на змеином языке. — Но ведь я… — Гарри слегка растерялся от неожиданности. — Откройся — велел он и вопросительно взглянул на нас. Рон отрицательно покачал головой: — Нет, это не змеиный язык. Гарри снова посмотрел на змейку. — Откройся! — опять приказал Гарри. На этот раз произнесённых слов никто не услышал. Из уст Гарри вырвалось странное шипение, кран вспыхнул опаловым светом и начал вращаться. Ещё мгновение – умывальник подался вниз, погрузился куда-то и пропал из глаз, открыв разверстый зев широкой трубы, приглашавший начать спуск – вот только куда? Рон судорожно вздохнул. Гарри провёл по лицу ладонью, собираясь с мыслями. Надо было на что-то решаться. — Ну, я пошёл, — твёрдо сказал Гарри. — Я с тобой. — тут же воскликнул Рон. Я остановила обоих, схватив за руки. — Стоять. Пусть первым пойдет Златопуст. Я грубо подтолкнула профессора в сторону входа. — И то верно. — пожал плечами Рон. Гарри и Рон оба навели на него волшебные палочки. — Идите. — жёстко сказал Гарри. — И по живее. — добавила я. Бледный, лишённый оружия, Локонс приблизился к зияющей дыре. — Мальчики, Тонкс. — простонал он умирающим голосом. — Ну что хорошего в этой затее? Гарри ткнул его в спину палочкой. Локонс свесил ноги в трубу. — Я, право, не нахожу в этом… — начал он было, но Рон его подтолкнул, и белозубый красавец ухнул в неведомые глубины. Гарри тоже не стал ждать – осторожно влез в трубу, держась за её край, и разжал пальцы. Он полетел вниз, Рон тоже долго не ждал и хотел полезть за Гарри, но вдруг обернулся на меня. — Ты уверена что пойдешь с нами? — спросил он — Это опасно. — Предлагаешь мне остаться наедине с Миртл? — тихо спросила я. — Я тож хочу на василиска посмотреть. — Ладно, только будь осторожна. — Рон полетел вниз. И я следом за ним. Полет был не из приятных, но я долетела до самого конца и встала на ноги почти сразу же. Локонс уже поднялся на ноги неподалёку, тоже сплошь заляпанный грязью и белый, как полотно. Гарри с Роном тоже уже были на ногах. — Мы, наверное, ушли под школу на целые мили. — Голос Гарри эхом прокатился в темноте тоннеля. — Может, даже под озеро, — заметил Рон, ощутив рукой на стене потёки ила. Мрак в тоннеле царил непроглядный. — Люмос, — шепнул Гарри волшебной палочке, и на кончике у неё вспыхнул неяркий огонёк. — Идёмте. Мы двинулись дальше. Шаги по мокрому полу разносились под сводами подобно гулким шлепкам. Гонимая лучом света, тьма отступала, открывая всё те же влажные, облепленные илом стены. В волшебном свете тени идущих казались фантастическими чудищами. — Помните, — предупредил Гарри вполголоса, — при малейшем шорохе надо сейчас же зажмуриться. Но в тоннеле царила мёртвая тишина. Первым неожиданным звуком был хруст – Рон наступил на что-то, оказавшееся крысиным черепом. Гарри направил на него луч света – весь пол был усеян костями мелких животных. — Вау… — происнезла я, надеясь на то что никто не подумает, что я сумасшедшая. Правда я все равно уловила презрительный взгляд Локонса, но кого волнует его мнение? Мы зашагали дальше, следуя мрачным поворотам каменного коридора. — Гарри, там впереди что-то есть — вдруг испуганным шёпотом произнёс Рон, схватив друга за плечо. Путники замерли, всматриваясь в черноту, едва освещённую огоньком. Впереди виднелись контуры огромных колец, лежащих поперёк тоннеля. Кольца не двигались. Гарри оглянулся на спутников. — Может быть, чудовище спит? Локонс изо всех сил прижимал ладони к глазам. Очень медленно, почти зажмурившись, Гарри пошёл вперёд, высоко подняв волшебную палочку. Свет скользнул по гигантской змеиной шкуре ядовито-зелёного цвета. Существо, сбросившее её, было в длину метров двадцать. — Ого — едва слышно шевельнул губами Рон. Позади что-то упало. Мы обернулись – Локонс лежал на полу без движения. — Вставайте! — приказал Гарри, прицелившись в него волшебной палочкой. Локонс поднялся и неожиданно напал на Рона, сбив его с ног. Гарри бросился на подмогу, но опоздал. Тяжело дыша, профессор горделиво выпрямился, у него в руке была волшебная палочка Рона, а на лице сверкала прежняя ослепительная улыбка. — Конец приключению, детишки! — воскликнул он. — Я возьму с собой наверх кусок этой замечательной змеиной кожи. И расскажу в школе, что спасти девочку было уже нельзя, а вы двое лишились рассудка при виде её искалеченного тела. Прощайтесь со своей памятью! Отныне вы ничего не будете помнить о прошлом! — Твою мать! — крикнула я от неожиданности — Мочи его, Гарри. Гарри только хотел кинуть в него заклинание, как Златопуст поднял повыше злосчастную палочку, перебинтованную магической лентой, и провозгласил: — Забвение! И тут волшебная палочка взорвалась с мощью хорошей гранаты. — Что за черт?! — я была немного потрясена. С потолка тоннеля рушились громадные глыбы. В мгновение ока перед нами вырос каменный завал, отрезавший нас от Рона. Я тут же подбежала к Гарри, и начала осматривать камень. — Рон! — крикнул Гарри. — Рон, ты жив? Рон! — Я здесь! — Голос Рона глухо донёсся с другой стороны завала. — Я в порядке. А этого гада, кажется, здорово шибануло! Послышался звук тупого удара и громкое «ой!». Рон, наверное, хорошенько пнул Локонса. — Что будем делать? — Растерянность в голосе Рона слышалась даже сквозь гранитную толщу. — Нам отсюда не выбраться. Хоть сто лет рой! Гарри повернулся ко мне. — Так, Софи, не паникуем. — успокоил меня Гарри — Щас что нибудь придумаем. По ту сторону завала послышался ещё удар, ещё один вскрик. Уходили драгоценные минуты. Джинни была в Тайной комнате уже много часов. — Жди меня там! — крикнул он Рону. — Жди вместе с Локонсом. Софи, оставайся здесь, я пойду один. Если через час не вернусь… — Ты спятил?! — накричала на него я — Я не собираюсь сидеть и ждать пока ты умрёшь! Это не обсуждается, я пойду с тобой! — Я не хочу подвергать тебя опасности, что если… — Гарри! — я взяла его за плечи — Я пойду с тобой, если уж мы не вернёмся… Рон, передашь нашим близким что мы их любили. — Эй, не умирайте пожалуйста там! — воскликнул недовольно Рон по ту сторону. — Пошли, Поттер, повеселимся. — я подмигнула ему. Гарри нервно улыбнулся. — Идите, а я попробую отвалить несколько глыб — откликнулся Рон, стараясь говорить спокойно. — Чтобы вы смогли… смогои вернуться назад. Будьте осторожны… — Скоро увидимся. — Гарри придал уверенность нетвёрдо звучащему голосу и, миновав исполинскую змеиную шкуру, взяв меня под руку отправился дальше. Постепенно звук передвигаемых камней затих в отдалении. Тоннель поворачивал снова и снова. — Мы с тобой похожи. — я попыталась разрядить обстановку — Внешностью. Гарри вопросительно посмотрел на меня. — Ну, у нас у обоих темные волосы, но яркие глаза. — ответила я. — Хм, действительно… — Гарри задумался. — От кого тебе достались зелёные глаза? — Не знаю, я не видел своих родителей в лицо… А у тебя от кого голубые? — Если честно, тоже не знаю, я отличаюсь от родителей внешностью. — я пожала плечами. — Странное сочетание, голубые глаза и черные волосы… Я улыбнулась. Наконец, миновав ещё один поворот, мы увидели перед собой гладкую стену, на которой вырезаны две свившиеся в кольца змеи с поднятыми головками, вместо глаз у них блистали огромные изумруды. — На тебя похоже… Гарри приподнял бровь и подошёл вплотную. В этот раз нет необходимости силой воображения оживлять змей – глаза у них и без того горят живым блеском. Гарри прокашлялся, и глаза-изумрудины, смотревшие на него, замерцали ярче. Гарри что то прошипел на змеином языке и в стене появилась щель, разделившая змей, и образовавшиеся половины стен плавно скользнули в стороны. Мы вошли внутрь. Мы стояли на пороге просторной, тускло освещённой комнаты. Уходящие вверх колонны были обвиты каменными змеями, они поднимались до теряющегося во мраке потолка и отбрасывали длинные чёрные тени сквозь странный зеленоватый сумрак. Гарри вытащил волшебную палочку и двинулся между колонн вперёд. Каждый шаг отзывался эхом от перечёркнутых тенями стен. Гарри прищурился, готовый плотно сомкнуть веки при малейшем движении. Каменные змеи, казалось, следят за ним тёмными глазницами. Не раз впереди мерещилось какое-то слабое шевеление. Он немного загораживал меня собой, чему я умилилась. Я тоже вытащила волшебную палочку на всякий случай. За последней парой колонн, у задней стены, высилась циклопическая, до потолка, статуя. Гигантское лицо над нами с обезьяньими чертами и длинной жидкой бородой, ниспадающей почти до самого подола каменной мантии, принадлежало древнему старцу. Из-под мантии виднелись две громадные серые стопы, подпиравшие гладкий пол. А между стоп лежала ничком маленькая, облачённая в чёрное фигурка с огненно-рыжими волосами. — Джинни — прошептал Гарри и, бросившись к ней, упал рядом на колени. — Джинни! Только не умирай! Пожалуйста, не умирай! — Она жива?! — спросила я, и в голове прикидывала заклятиями которыми можно спасти человека. Гарри отбросил в сторону волшебную палочку, схватил Джинни за плечи и перевернул. Лицо её было белое как мрамор и такое же холодное, глаза закрыты – значит, она не окаменела. Но тогда она… Пока Гарри пытался привести Джинни в чувства, я оглядывалась по сторонам, готовая если вдруг кто то набросится на нас. — Джинни, пожалуйста, очнись, — отчаянно шептал Гарри, тряся её. Голова безжизненно моталась из стороны в сторону. — Она не очнётся, — произнёс тихий голос. Я резко обернулась в ту сторону, и направила туда палочку. Высокий темноволосый юноша стоял, прислонившись к ближайшей колонне, и наблюдал за нами. Контуры его фигуры были странно расплывчаты, словно мы видели его сквозь мутноватое стекло, однако ошибиться было невозможно. — Том? Том Реддл? — ошарашенно спросила Гарри. Парень кивнул, пристально глядя на Гарри. — Что это значит: она не очнётся? — спросил Гарри — Она не… Она не… — Она пока жива, — сказал Реддл. — Но только пока. — Что происходит?! — я уже начала нервничать. — Ты учился здесь лет 50 назад, что ты здесь забыл?! — Как грубо… — возмутился Реддл. — Ты что, призрак? — спросил Гарри нерешительно. — Воспоминание, — ответил Реддл спокойно. — Полвека был заключён в дневнике. Он указал на огромный палец стопы. Рядом с ним на полу лежал открытый маленький чёрный дневник – тот самый, что Гарри с Роном нашли в туалете Плаксы Миртл. — Просто замечательно… — саркатически протянула я. — Помоги мне, Том. — Гарри снова поднял голову Джинни. — Давай унесём её отсюда. Василиск где-то здесь, не знаю где, но он может появиться в любую минуту. Пожалуйста, помоги… Реддл не шелохнулся. Гарри, напрягшись, с трудом поднял Джинни и потянулся за волшебной палочкой. Но её не было. — Ты не видел мою палочку? — спросил Гарри. Он поднял глаза – Реддл по-прежнему наблюдал за ним, волшебная палочка Гарри вращалась в его бледных пальцах. — Спасибо — сказал Гарри, протягивая за ней руку. Улыбка скривила углы рта Тома Реддла. Он продолжал смотреть на Гарри, лениво крутя палочку. — Гарри, он не отдаст тебе палочку… — проговорила я с опаской. Внезапно Реддл посмотрел на меня. — Как тебя зовут? — Ээ, София… — аккуратно сказала я. Том хитро ухмыльнулся. — Послушай, — вновь заговорил Гарри — надо скорее уходить отсюда! Появится василиск, и тогда… — Он не появится, если не позвать, — равнодушно бросил Реддл. Гарри опустил Джинни на пол, не в силах больше держать её. — Объясни, что происходит! И пожалуйста, верни мне волшебную палочку. Она может скоро понадобиться. Улыбка на лице Реддла стала шире. — Она тебе больше не понадобится. — Почему не понадобится? — Я долго ждал этой минуты, Гарри Поттер. Возможности увидеть тебя. Поговорить с тобой. — Том, — Гарри начал терять терпение, — нет у нас этой возможности. Мы в Тайной комнате. Давай поговорим в другом месте. — Мы будем говорить именно здесь, — промолвил с той же улыбкой Реддл, пряча волшебную палочку в карман. Гарри растерянно смотрел на него. Творилось что-то неладное. — Что случилось с Джинни? — произнёс он медленно. — Интересный вопрос, — любезно ответил Реддл. — Но это длинная история. Причина её нынешнего состояния в том, что она открыла сердце и свои маленькие секреты некоему невидимому незнакомцу. — Ничего не понимаю! О чём ты? — Дневник, — пояснил Реддл. — Мой дневник. Малышка Джинни писала в нём много месяцев, поверяя мне свои ничтожные горести и печали: её дразнит брат, ей приходится носить поношенную мантию, учиться по старым учебникам. — Тут глаза Реддла сверкнули. — Как слаба её надежда понравиться знаменитому, прекрасному, великому Гарри Поттеру… За всю беседу Реддл ни разу не оторвал глаз от лица Гарри — они выражали какую-то странную алчность. Я с интересом наблюдала за обоими, мне действительно захотелось узнать что будет дальше… ___ София словно очарованная, глядела на Поттера и Реддла, не произнося ни звука. — Смертельная скука – выслушивать глупенькие излияния одиннадцатилетней девчонки, — продолжал он. — Но я был терпелив. Я отвечал, я проявлял сочувствие, я был добр. И Джинни полюбила меня: «Никто никогда не понимал меня так, как ты, Том… Я так рада, что у меня есть этот дневник и я могу ему довериться… Это всё равно что иметь друга, который всегда с тобой, неотлучно…» Реддл расхохотался леденящим хохотом, дико не соответствующим облику шестнадцатилетнего подростка. От его хохота у Гарри на голове зашевелились волосы. — Если уж я решил, Гарри, то непременно очарую того, кто мне нужен. Джинни изливала душу, а мне как раз её душа и была нужна. Я впитывал её глубинные страхи, самые потаённые секреты и наливался жизненными соками, становился крепче, сильнее. Моя мощь так выросла – куда там маленькой мисс Уизли. У меня накопилось столько энергии, что я начал обратное излияние – напитал мою маленькую подружку моими собственными секретами – секретами теперь уже моей души… — Какой-то бред! — У Гарри пересохло во рту. — Так ты ещё ничего не понял, Гарри Поттер? — вкрадчиво спросил Реддл. — Это ведь Джинни Уизли открыла Тайную комнату. Это она передушила школьных петухов и малевала на стенах угрожающие послания. Она натравила змею Слизерина на четырёх грязнокровок и на кошку этого сквиба. — Неправда, — прошептал Гарри. — Правда, — невозмутимо сказал Реддл. — Естественно, поначалу она не понимала, что делает. Ах, как это было забавно! Вот послушай её последнюю запись в дневнике. «Дорогой Том, — стал он читать вслух, поглядывая на искажённое ужасом лицо Гарри. — Мне кажется, что я теряю память. Вся моя мантия в петушиных перьях, а я понятия не имею, откуда они взялись. Дорогой Том, я не могу вспомнить, что делала в ночь на Хэллоуин. Тогда кто-то напал на кошку, а светящейся краской была перемазана я. Дорогой Том, Перси постоянно твердит, что я стала бледная и сама не своя. Думаю, он подозревает меня… Сегодня было ещё одно нападение, и я опять не помню, где была. Том, что мне делать? Мне кажется, что я схожу с ума… Похоже, это я нападаю на всех, Том!» Гарри так сжал кулаки, что ногти глубоко впились в ладони. — Дурашка Джинни очень нескоро усомнилась в своём дружке-дневнике. Но постепенно она стала что-то подозревать и попыталась избавиться от него. Тут-то ты и явился на сцену, Гарри. Ты нашёл мой дневник, и это был подарок судьбы. Из всех на свете людей нашёл его именно ты, человек, с которым мне так не терпелось встретиться… — Что ты несёшь? — возмутился Гарри — Софи, скажи что нибудь! Он повернулся на Софию, но она лишь пустыми глазами смотрела в ответ. — Она ничего не скажет тебе. — с усмешкой произнес Том — Она под Империусом) Гарри не знавший этого заклятия, не понял ничего. Но все равно страх мелькнул в его глазах. Гарри вздохнул и зло посмотрел на Реддла. — Почему же ты так желал встретиться со мной? — Гарри кипел от гнева, и ему стоило больших усилий говорить спокойно. — Ну, видишь ли, Джинни мне многое о тебе поведала – твою захватывающую историю. — Взгляд Реддла скользнул по шраму в виде молнии на лбу Гарри, и алчность в его лице усилилась. — Я захотел разузнать о тебе побольше, познакомиться с тобой. Чтобы приобрести твоё доверие, решил воочию показать тебе мой «легендарный» подвиг — разоблачение этого идиота Хагрида… — Хагрид – мой друг, — теперь голос Гарри задрожал. — Так, значит, ты возвёл на него напраслину, да? Я думал, что ты просто ошибся… Реддл вновь засмеялся своим рокочущим смехом. — Ведь только и было что моё слово против слова Хагрида. Но ты представь, как это выглядело для старины Армандо Диппета. С одной стороны, Том Реддл – бедный, но талантливый сирота, храбрый школьный староста, идеальный студент. С другой – здоровенный, всё путающий Хагрид (каждую неделю скандал!), который выращивает детёнышей вурдалака под кроватью, убегает в Запретный лес бороться с троллями… Но признаюсь, даже я был удивлён, как прекрасно сработал план. Я думал, ведь должен же кто-то сообразить, что Хагрид просто не может быть наследником Слизерина. У меня самого ушло пять долгих лет, чтобы раскопать всё о Тайной комнате, найти потайной вход… Как будто у Хагрида были мозги или особая волшебная сила! Кажется, только преподаватель трансфигурации Дамблдор не верил, что Хагрид виновен. Он уговорил Диппета оставить Хагрида в школе, выучить его на лесничего. Да, пожалуй, Дамблдор мог догадаться… Ему я никогда не нравился, как другим учителям… — Не сомневаюсь, Дамблдор видел тебя насквозь. — Гарри даже скрипнул зубами от злости. — Да, — кивнул Реддл. — После исключения Хагрида он устроил за мной настоящую слежку, — насмешливо заметил Том — Я понимал: пока я в школе, небезопасно ещё раз открывать Комнату. Но и отступать так просто не собирался. Не хотел пустить на ветер годы, потраченные на её поиски. И я решил оставить дневник, хранящий на своих страницах меня самого – такого, каким я был в шестнадцать лет. Тогда при счастливом стечении обстоятельств я смог бы направить кого-нибудь по моим стопам и закончить великое дело Салазара Слизерина. — Но тебе не удалось его закончить, — сказал Гарри с торжеством. — Пока ещё никто не умер, даже кошка. Ещё два-три часа, и зелье из мандрагоры будет готово. И тогда все твои жертвы вернутся к жизни. Однако Реддл ничуть не смутился. — Как, разве я не сказал, что убийство грязнокровок потеряло для меня смысл? Уже много месяцев моя новая цель – ты. Гарри посмотрел на него с изумлением. — Представь себе мою злость, когда в дневнике снова стала писать Джинни. Она увидела дневник у тебя – понимаешь? – и затряслась от страха. Что, если ты догадаешься, как он действует, и я выдам тебе все её секреты? Или ещё хуже – открою тебе, кто передушил петухов? Эта дурочка дождалась, пока у вас в спальне никого не будет, и выкрала дневник. Но я уже знал, что делать. Было ясно, что ты в двух шагах от разгадки тайны наследника Слизерина. Из всего, что Джинни поведала о тебе, я понял: ты не остановишься ни перед чем, но тайну раскроешь, тем более что нападению подвергся твой друг. Джинни мне описала в красках, как вся школа гудела, обнаружив, что ты знаешь змеиный язык. Короче, я внушил Джинни написать на стене собственное прощание, а самой отправиться сюда вниз и стал тебя ждать. Она тут билась, брыкалась, кричала – словом страшно мне надоела. Но в ней уже маловато оставалось жизни – слишком много сил она вложила в дневник, то есть в меня, зато я благодаря этому смог покинуть его страницы… Я жду твоего появления с первой минуты, как мы с ней вошли сюда. Я знал, что ты придёшь. У меня к тебе много вопросов, Гарри Поттер… — Каких же? — Гарри по-прежнему с яростью сжимал кулаки. — Первый вопрос. — Реддл располагающе улыбнулся. — Как это вышло, что ребёнок, не обладавший особенными чарами, смог одолеть величайшего в мире волшебника? Как ты спасся, отделавшись только шрамом, а лорд Волан-де-Морт утратил всю свою мощь? В его алчущих глазах загорелись странные красные огоньки. — А почему это тебя так волнует? — тихо спросил Гарри. — Волан-де-Морт был несколько позже тебя… — Волан-де-Морт – это моё прошлое, настоящее и будущее, — произнёс с расстановкой Реддл. Он достал из кармана волшебную палочку Гарри и стал чертить ею в воздухе, написав три мерцающих слова: Том Нарволо Реддл Затем взмахнул палочкой, и буквы его имени сами собой перестроились в другом порядке: лорд Волан-де-Морт — Теперь тебе всё понятно? — У Реддла даже сел слегка голос. — Я так называл себя ещё в Хогвартсе, естественно, лишь среди самых близких друзей. Я не собирался вечно носить имя этого ничтожества, моего магловского папочки. Я, в чьих жилах с материнской стороны течёт кровь великого Салазара Слизерина! Называться именем вульгарного магла, который отказался от меня ещё до моего рождения, обнаружив, что его жена, видите ли, колдунья? Ну уж нет! И я, Гарри, создал себе новое имя. Я знал: наступит день, и это имя будут бояться произносить все волшебники, потому что я стану самым великим магом мира! Гарри ошалело смотрел на Реддла, на мальчика, осиротевшего сразу после рождения, который вырос, затем чтобы убить родителей Гарри. И наверное, ещё многих… В конце концов преодолев отвращение, он сумел выдавить из себя два слова: — Не стал. — Не стал? — рыкнул Реддл. — Не стал величайшим магом. — У Гарри перехватило дыхание. — Жаль тебя разочаровывать, но величайший маг мира Альбус Дамблдор. Все это знают. Да, ты развил в себе мощные магические силы, но их не хватило, чтобы справиться с Хогвартсом. Ещё тогда в школе Дамблдор видел тебя насквозь. И ты до сих пор боишься его. Потому и не смеешь выступить против него лицом к лицу. Улыбка сползла с лица Реддла, её сменил взгляд, полный ненависти. — Дамблдора выдворило из замка всего-навсего моё Воспоминание! — прохрипел он. — Не так далеко он ушёл, как ты думаешь, — возразил Гарри. Он сказал это наобум, чтобы только задеть Реддла, скорее желая, чем веря, что это правда. Реддл открыл было рот, но замер. Откуда-то донеслась музыка. Реддл оглядел пустынную комнату. Музыка становилась громче. Она была жуткой, потусторонней, от её звуков волосы на голове Гарри встали дыбом, а сердце словно выросло раза в два и ему стало тесно в грудной клетке. Когда звук достиг такой силы, что Гарри всем телом ощутил его колебания, с вершины ближайшей колонны рассыпались во все стороны огненные брызги. И неведомо откуда тяжело впорхнула под своды малиновая птица величиной с лебедя, поющая фантастическую песнь. У неё был сверкающий золотой хвост, длинный, как у павлина, и блестящие золотые лапы, которые сжимали какую-то ветошь. Секундой позже птица подлетела к Гарри, уронила ношу к его ногам, а сама опустилась на его плечо, сложив огромные крылья. Взглянув вверх, Гарри увидел острый золотой клюв и чёрные глаза-бусины. Птица умолкла. Она сидела неподвижно, Гарри щекой чувствовал её тепло. И с неприязнью смотрела на Реддла. — Феникс! — удивился Реддл. — Фоукс? — прошептал Гарри и почувствовал, как золотые когти нежно сжали ему плечо. — А это что? — Реддл присмотрелся к бесформенному куску фетра на полу. — Да ведь это старая Волшебная шляпа! Да, это была она. Грязная, латаная-перелатаная Шляпа лежала у ног Гарри. Реддл опять залился своим диким смехом, отчего зазвучала и зазвенела вся огромная сводчатая комната, как будто смеялись одновременно десяток Реддлов. — Так вот что Дамблдор прислал в помощь своему соратнику! Певчую птичку и древнюю Шляпу! Ну как, Гарри Поттер, ощущаешь прилив храбрости? Чувствуешь себя в безопасности? Гарри не отвечал. В самом деле, чем тут могли помочь Фоукс и Волшебная шляпа? Но хорошо хоть он больше не одинок, это прибавляет мужества. Теперь только остаётся ждать, когда Реддл прекратит веселиться. — Вернёмся к делу, Гарри, — переведя дух, заговорил Реддл – улыбка всё ещё бродила по его лицу. — Дважды — в твоём прошлом и моем будущем – мы встречались, и дважды мне не удавалось убить тебя. Как ты сумел уцелеть? Расскажи мне. Чем подробнее будешь рассказывать, тем дольше останешься жив, — добавил он мягко. Гарри быстро взвесил в уме опасность. У Реддла — его волшебная палочка. У него, Гарри, – Фоукс и Волшебная шляпа. Ни то, ни другое для схватки не подходит. Дело плохо. Ладно. Но чем дольше Реддл находится здесь, тем быстрее убывают жизненные силы Джинни. А тело Реддла становится более зримым, вещественным. Да, уж если быть сражению между ним и Реддлом, то чем скорее, тем лучше. — Никто не знает, почему ты, сражаясь со мной, слабеешь, — сказал Гарри. — Я ведь и сам себя не знаю. Мне ясно одно, почему ты не можешь меня убить. Моя мама отдала жизнь, чтобы спасти меня. Моя вульгарная мать-магла, — он дрожал от едва сдерживаемой ярости, — отвела от меня мою смерть. В прошлом году я видел тебя, твоё истинное лицо. Ты развалина. Ты еле жив. Твоя сила обернулась против тебя. Ты в бегах. Ты отвратительный уродец. Лицо Реддла потемнело, пересилив себя, он скривил его в улыбку. — Значит, ты спасся, потому что мать пожертвовала своей жизнью… Это мощное средство против чар. Но я вижу теперь, в тебе самом нет ничего особенного. Это странно, ведь между нами существует сходство – даже ты должен заметить. Оба мы полукровки, оба сироты, обоих вырастили маглы. И возможно, только мы с тобой со времён великого Слизерина говорим на змеином языке. Видимо, тебя от меня спасал просто счастливый случай… Вот всё, что я хотел знать. ___ Я ничего не слышала, только отдаленный шум где то там в далеке, голос шептал мне стоять на месте и не двигаться, мной будто что то управляла, но в тоже время было так хорошо, я чувствовала как кровь течет в жилах. Я не знаю, сколько прошло времени, жив ли Гарри, но я знала точно что Реддлу нельзя доверять. Только вот, я ни чем не могу помочь Поттеру. Внезапно голос начал говорить. — Возьми меч… Возьми меч… Какой черт возьми меч?! Какой?? Я смутно огляделась по сторонам и заметила распределяющую шляпу, в ней лежал какой то меч. Я попыталась поднять его, ничего не получалось. — Возьми меч! — прокричал голос. Против воли, я подняла меч с трудом. — Проткни себя ножом. Что?! ВЫ ИЗДЕВАЕТЕСЬ?! Я пыталась сопротивляться, но не получалось. Я поднесла меч к животу и резко вонзила его в себя. Боль пронзило меня с ног до головы, но я не могла ни кричать, ни плакать, ничего. Внезапно, я начала все чувствовать сполна и более насыщенно, похоже чары спали с меня. Я увидела Гарри, который в шоке подбежала ко мне, улыбающегося Реддла, который доволен собой. Я посмотрела вниз, кровь стекала на пол. Гарри не знал что делать и попытался вытащить меч. Внезапно в глазах начало темнеть и я просто от бессилия упала на пол, закрывая глаза. — Софи! Софи! — отдаленно слышался голос Гарри. Но я уже ничего не слышала, и мысленно надеялась что Рон передаст моим близким, что я их любила… Удачи тебе, Гарри.