Joost Klein die wordt groot

отражение солнца от луны пробивается в зашторенные окна, совсем малость освещая темную комнату. из кухни больше не веет запахом горячей, вот-вот приготовленной еды, в гостиной больше не включен телевизор с новостями, а из детской больше не слышен счастливый, беззаботный смех. всего этого больше не существует. теперь здесь все заросло тонким слоем пыли. Любимый мамин фартук сложен аккуратно на полочке, ожидая того, когда его снова запачкают в свеже приготовленном супе или в ароматном тесте для булочек. Все так уныло, безлюдно, тихо.. будто дом умер вместе с его хозяевами. Так же быстро, так же неожиданно. йост сидел на полу. Он держался руками за волосы, почти что вырывая их себе. Горячие слезы рекой текли по румяным от натуги щекам, а голос срывался из-за истошного крика. с их смерти прошло много времени. Его старшие брат и сестра, кто воспитывали его в подростковом возрасте, смогли отпустить покойных родителей. Но их младший брат все никак не мог забыть о родных маме с папой. — Mam, pap, kom alsjeblieft terug! тараторил блондин, давясь своими соплями в надежде, что сейчас придет папа и крепко обнимет его. — Laat me niet alleen! повторялось вновь и вновь. он упал на руки, а потом быстро спрятал лицо в них же, наклонившись. в порыве своей истерики йост неожиданно почувствовал успокаивающий прохладный ветерок, который раз за разом пробегался по его спине, словно чужое дыхание. Чужое, но такое до боли родное. Парень поднялся и спиной оперся об гостиный диван подняв голову наверх. Резко накатившее спокойствие было пугающем. Даже чересчур. Йост сразу почувствовал резкую и острую головную боль, отдающее в виски. Почувствовал больное горло. Почувствовал заложенность в носу. В мыслях была лишь пустота. Больше не хотелось обнять маму, больше не хотелось смеяться, больше не хотелось плакать. Он умер, но продолжал дышать. в это время, будто как раз, раздался звонок на телефоне. Такой громкий, что вывел йоста из состояния транса. На экране разбитого экрана телефона жирным шрифтом было написано «TOMMY». отвечать на телефонный звонок желания не было никакого, но что-то заставило поднять руку и взять в трясущуюся ладонь телефон. — Hello? Joost? How are you? Why didn't you answer me? I'm worried, what's going on? мгновенно повалил вопросами томми, беспокойно дергая ногой под столом. Йост не отвечал ему в порядке двух дней и это очень сильно напугало эстонца. клейн молчал пару секунд, думая как ответить. Парень сфокусировал свой взгляд на частичках летающей пыли, что подсвечивались под светом из окон, после чего из его голубых глаз вновь полились слезы и он ответил. — I'm scared. I want to go to my.. parents. голос дрожал, болезненный ком в горле не давал вставить ни слова. Но этого вполне было достаточно, чтобы кэш понял где и в каком состоянии сейчас находился его друг. — I understand you. Okay, I'll be there soon. вызов сброшен. телефон отлетел на пол. Йосту было совершенно не важно что произойдет с его устройством. Разобьется ли он еще больше, а может и вообще выключиться. на душе было очень горько. парень поднялся на ноги и слегка шатающейся походкой стал медленно, неаккуратно идти в сторону бывшей родительской спальни, держась за стены. он проходит мимо зеркала, повешенного на шкаф, а после, с осторожностью смотрит в него. и вот, в отражении он видит не взрослого мужчину, а ребенка. Такого смешного, юного. Видит его светлые, светящиеся на солнце волосы. Видит его неловкую, но такую искреннюю улыбку. Видит светлую кожу, насупленный нос пуговкой, худые пальчики. А сзади, он видит своих родителей. Таких молодых и красивых. Йост давно вырос, но в душе остался все тем же беззащитным ребенком с огромным крестом на душе. Парень от увиденного закрывает глаза и влетает в спальню сразу же падая на какую-то тумбу. Игнорируя боль он отталкивается от нее и отлетает в кровать, сползая с нее на пол держась за лицо.

— Nee, nee, nee!!

дыхание учащенное, теперь ему страшно.

Тоска по покойным родителям съедает его изнутри, а вместе с тем, на него обрушается чувство страха. что те люди, кто обнимал его когда-то, их больше нет. Они не существуют. Нигде. В мире. Глаза тревожно и испуганно бегали по полу. Йост как рыба, стал хватать воздух ртом. В ушах было неприятное пищание, которое с каждым разом становилось все громче.. громче.. громче.. громче.. Парень стал задыхаться, будто кто-то схватил его за шею, начиная медленно сжимать ее увеличивая силу сжатия. Йосту даже показалось, что он вот-вот умрет, но вмиг, почувствовал чужое присутствие рядом и его отпустило. — joost! томми быстро опустился перед йостом на колени, а после схватил чужие руки в свои. Клейн поднял испуганный, слегка растерянный взгляд на лицо своего друга медленного опуская руки. — пиздец.. томми рассматривает йоста, жалостливо опуская брови. Столь родные голубые глаза больше не казались яркими и блестящими, а лишь теперь серыми и тусклыми. Волосы расстрепаны, грязны. Блондин ругательства не понял, но примерно прикинул его значение. — I... I am.. I miss them very much. I feel bad without them. I want to take it all back. йост отводит взгляд на пол, пытаясь найти в нем что-то. томми наклоняет голову в бок и тяжело вздыхает, все еще держа чужие холодные руки в своих. — I know. Unfortunately, we can't change anything. брюнет делает недолгую паузу, а после продолжает. — Your parents are as proud of you as you are of them. — and.. I don't think they'd want to see you suffer. клейн смотрит на томми устало. На что тот сразу же переводит взгляд, что бы его, и без того помятого горем друг, не чувствовал себя дискомфортно от мысли, что он выглядит ужасно. Йосту это нравится.

— I don’t know..

— Joost, you are a strong man. You've been through a lot, can't you see for yourself? You have fulfilled your dream — you performed at Eurovision, you have great songs, you perform at concerts, you have a huge number of fans. It's just fucking awesome.

поддерживал его томми, сжимая родные руки. Та самая долгожданная искра надежды промелькнула в глазах младшего. Таммеметс словил ее.

— I'm serious, Joost.

подтвердил свои слова кэш одобрительным кивком и нежным поцелуем в лоб. йост замялся. Видно, задумался. спорить с томми было бы глупо, зная характер старшего - йост был бы в проигрыше.

— Just remember that your parents have always loved you. In their eyes, you will always be a big boy.

— thank you.. он мягко улыбнулся и томми увидел в той улыбке своего привычного йоста. счастливого и позитивного парня, каким он и привык всегда видеть его. Таммеметс привстал на одно колено и подхватил йоста за талию, помогая тому встать с пола родительской спальни. Парни вдвоем вышли из комнаты и проходя мимо зеркала Клейн отвернул голову и зажмурил глаза, дабы не вспоминать о произошедшем ранее. Томми это заметил, но спрашивать об этом не решился. таким Макаром они вышли в гостинную. — Can we go now?" Have you forgotten anything? — I didn't pick up the phone.. and.. I do not know where it is. Maybe I forgot something else.. младший скрестил руки и потер переносицу, пытаясь вспомнить что же он мог оставить или выкинуть во время своей безудержной истерики. томми вздохнул и поставил руки на пояс, оглядывая помещение. — Good. I'll look for him, and you go outside. — okay. пожав плечами, йост молча пошел на выход из дома. Неторопливо, совершенно спокойно. Хоть и в душе все равно было как то тревожно и страшно. на улице стояла приятная атмосфера. Белое небо, теплый воздух, прохладный ветерок дующий прямо в лицо. Парень смотрел на родительский дом в котором когда-то проводил свое время в детстве. В груди опять что-то кольнуло. Прямо в сердце. Он ухмыльнулся, вспоминая все самые хорошие моменты связанные с этим домом. К этому времени томми уже забрал все вещи и закрыл дверь в дом на ключ. Он подошел к йосту и отдал ему телефон. — How are you? спросил Таммеметс взяв за плечо своего возлюбленного, нежно ему улыбнувшись. — better.. much more. I'm in debt. — Forget it, you're okay. клейн без раздумий обнял кэша, крепко сжимая его в своих руках. — Ik hou van je. признался тот старшему, понимая, что оба выглядят сейчас глупо. Но ему было все равно, главное, что томми был рядом. — i love you too. ответил томми, гладя йоста по голове.