С новой строки

      В тот момент было так спокойно, что, возможно, в любой другой ситуации его бы напугало собственное умиротворение. Страх перед смертью отсутствовал: было ли это следствием продолжительного нахождения в постапокалиптичном будущем или же банальное смирение – непонятно. Ясно лишь то, что, держа за руку Виктора, Талис чувствовал себя счастливым.       Джейс никогда не приписывал себя к романтикам: всю жизнь он посвятил науке, а любовь для него всегда находилась где-то на периферии сознания. Но сейчас в голове теплилась лишь одна мысль: видеть в этот миг родное лицо – настоящая награда. Возможность рассмотреть самые прекрасные глаза, коих не сыскать во всём Пилтовере, заставляла всё нутро трепетать от нежности. Огненный цветок расцветал под ладонью, прикоснувшейся к телу Виктора, и опутывал плетущейся лозой всё тело Джейса.       Невзирая на то что тела их постепенно растворялись и расщеплялись в парадоксальной бесконечности астрала, боли не было. Не было физических ощущений. Остались лишь чувства где-то глубоко внутри.       Вокруг их тел мелькали бесконечные звёзды, ярчайшие вспышки света, переливающиеся всевозможными цветами, но жидкое золото в глазах напротив притягивало взгляд Талиса намного сильнее всего прочего.       Стоило сказать что-то на прощание, прояснить что-то, успокоить. Но уже в следующее мгновение Джейс оказался в кромешной темноте. Нет, не темноте. Пустоте.       Для многих слово «пустота» ассоциируется с чем-то холодным, необъятным, окутывающим. Конечно, сам Джейс не был исключением. Но эта пустота была совершенно иной. Не такой, какой её описывали в романах или научных статьях.       Эта пустота обжигала, словно острые языки пламени, не окутывала нежно, а, напротив, вторгалась внутрь его тела, раскалённой магмой испепеляя всё содержимое человеческого организма. Эта пусота ощущалась, как маленькая тесная коробочка, стесняющая любое неловкое движение. Эта пустота заставляла живот скручиваться от наступившей тошноты. Даже не имея перед глазами ни единого проблеска света, Талис ощущал и будто бы видел, как вокруг него всё кружилось, падало и тряслось.       Мысль об отсутствии света будто дала толчок к действиям, но к чьим конкретно – сказать не представлялось возможным. Джейс лишь внезапно увидел что-то кроме черноты вокруг. Жёлтое пятнышко тут, красное там. А после и голубой мазок, постепенно разрастающийся повсюду. Поверх голубого появлялись белые пятна.       Всё так и продолжало кружится, пока он не смог взять контроль над своим телом. Вскинув голову, Талис, нашедший себя на обычном деревянном стуле, увидел собственный кабинет. В замешательстве он осмотрелся. И действительно, то был старый кабинет, находившийся в его квартире, что много лет назад подорвали несообразительные воришки.       Он вскакивает, словно поражённый громом, лихорадично пытаясь найти кейс. Кейс с хекстеком, виновным во всём, что произошло... тогда. В каком промежутке времени он находился – неясно. Возможно, это совершенно иная вселенная, не имеющая ничего общего с прошлой. Возможно, в этой вселенной хекстека никогда не существовало?       Ответ сам попался в поле его зрения: железный кейс стоял прямо на столе, за которым Талис пришёл в себя. С опаской он открыл его, отворачивая лицо скорее инстинктивно, нежели будучи полностью уверенным в том, что сейчас все находящиеся внутри камни взорвутся от одного взгляда на них.       Внутри сияли шесть драгоценных камней, каждый из которых представлял огромную опасность. Нельзя оставлять их здесь. Надо... надо как-то избавиться от них. Ему нужен кто-то, кто поможет ему с этим. Виктор.       Джейс едва не захлёбывается воздухом от одной только мысли о своём партнёре. Его будто совершенно выбило из колеи, отчего он напрочь забыл о Викторе. О тех их последних минутах вместе в астрале. Надо найти Виктора. Даже если он не помнит его.       Потребность увидеть вновь худощавого мужчину заключалась не столько в том, что хекстек в этом мире по-прежнему существовал, сколько в том, что Джейсу просто необходимо убедиться в том, что Виктор жив. Пускай они и не знакомы, но он хотя бы жив. Это то немногое, что способно успокоить ноющее сердце Джейса.       Ему не требуется много времени, чтобы собрать сумку, уместить там кейс и выбежать на улицу в направлении академии.

***

      Пробираясь по коридорам, которые Талис знал как свои пять пальцев, он не переставал гонять в голове множество тревожных мыслей: а что, если Хеймердингера здесь не существует? Или же он никогда не посвящал свою жизнь науке? А может, здесь вовсе нет Виктора?       Он ворвался в кабинет профессора без стука. Ввалился, едва не упав лицом в пол, прижимая к телу тяжёлую сумку.       За столом, на маленьком стуле с высокой сидушкой, находился Хеймердингер. Тот снова был в окружении бесконечных бумаг и причудливых изобретений. Смотря на столь привычную картину, Джейс по-доброму усмехнулся. Вот только не заметив в кабинете присутствия верного помощника советчика, вновь напрягся.       — Мальчик мой, всё хорошо? — встревоженно спросил йордл, приподнимая пушистые брови.       — Простите за беспокойство, профессор Хеймердингер, — ответил Талис, а после, набрав побольше воздуха, выпалил: — Где сейчас находится Виктор?       Профессор в ответ молча его осматривал. Сердце Джейса болезненно сжалось. Он боялся услышать непонимание, увидеть в крупных голубых глазах замешательство.       — Кажется, я тебя где-то видел, — задумчиво проскрипел Хеймердингер, а после, кашлянув, помахал маленькой ручкой в сторону выхода. — Виктор должен быть в библиотеке, сходи туда.       Поблагодарить старого знакомого он не успевает. Ноги сами уносят его в сторону библиотеки. Сердцебиение участилось, дыхание сбилось, перед глазами мелькали бесконечные каменные стены. Он мчался, пока не достиг тяжёлых дубовых дверей.       Без раздумий он прошёл внутрь. Огромная светлая библиотека встретила его бесконечными рядами книжных полок, столов и людей. Каждый был занят своим делом, но ни в одном из них Джейс не узнал Виктора. Торопливым шагом он стал обходить ряд за рядом, заглядывая в каждый закоулок книжного лабиринта. Тревога клокотала где-то в горле, но была не столь ощутимой, как полчаса назад.       "Виктор жив, Виктор существует», – как мантру мысленно проговаривал Талис, дабы не сойти с ума.       Дойдя до конца зала, в самом углу, в отдалении от всех, он увидел знакомую белую жилетку, красный галстук, слегка взъерошенные тёмные волосы. И, конечно же, костыль. Джейс и сам не заметил, когда на его губах расцвела облегчённая улыбка.       Сглотнув вязкую слюну и нервно поправив ремешок сумки, Талис двинулся навстречу мужчине, а подойдя к тому достаточно близко, заговорил:       — Виктор, здравствуй, — начал Джейс, силясь скрыть в голосе лёгкую дрожь. — Мы, вероятно, не знакомы...       Вновь его окинули оценивающим взглядом, заставляющим начать нервничать сильнее необходимого. А после Виктор сам приблизился, сокращая между ними расстояние настолько, что они едва не столкнулись грудь грудью. И всё так же он не сводил своих золотистых глаз с лица Талиса. Молча рассматривал, не подавая ни единого знака.       — ...я бы хотел показать тебе кое-что–...       — Знаешь, борода тебе совершенно не к лицу, — перебил он Джейса, растянув тонкие губы в улыбке.       Джейс хотел было возмутиться бестактности Виктора, но, рефлекторно потянувшись к собственному лицу, он с удивлением осознал, что бороды, которая успела отрасти за всё то время, что он находился в будущем Пилтовера, у него нет.       Да, на пару минут Талис оторопел. Глупо смотрел на стоящего перед ним мужчину, то открывал, то закрывал рот, не зная, что сказать. Но стоило бархатистому смеху добраться до его ушей, как всё тут же встало на свои места.       — Ты меня помнишь? — тихо-тихо прошептал Джейс.       Не дожидаясь ответа, он тут же заключил Виктора в объятия. Крепкие, чувственные, долгожданные. Зарываясь носом в волнистые волосы мужчины, Джейс вдыхал его запах, вспоминая каждую нотку, млея от, вероятно, въевшегося во всё тело Виктора запаха старых книг и железа. Но, тем не менее, пах он по-родному. Так, как никто другой.       С глухим стуком на пол упал деревянный костыль, а широкую спину Талиса обвили руки его партнёра. Несмотря на их худощавый вид, прижимали они достаточно сильно. Так, что при всём желании вырваться было невозможно. Благо этого желания не возникало у обоих сторон.       — Я знал, что ты меня найдёшь, — шептал Виктор, уперевшись лбом в плечо мужчины.       Джейс огладил узкую спину возлюбленного, а после, забыв обо всем, он наклонился и коснулся губами губ Виктора. Поцелуй получился мягким, нежным, полным любви и облегчения. Это был поцелуй, которого они ждали целую вечность.       Поцелуй, знаменующий начало чего-то нового.