Night race.

Город никогда не засыпал. Люди, измученные привычным ритмом дневной жизни, предпочитали оставлять тёмное время суток для собственного удовлетворения. Стоило солнцу скрыться за горизонтом, как каждая уставшая душа не могла больше сдерживаться и начинала биться о серые прутья клетки. Город приобретал иное звучание. Свист, восторженные крики, громкий смех, звон бьющегося стекла бутылок, музыка и рёв моторов. Люди жаждут настоящих, затуманивающих сознание эмоций. Потому со всех сторон слышится звонкий смех, а приветственные объятия и рукопожатия искренние. Под красным светом площадь наполняется людьми. Гонки — это страсть. Попав однажды на состязание, человек уже не имеет шанса не вернуться на площадь вновь. Эта энергетика оставляет в сознании яркие пятна. Петляя среди воспоминаний, человек невольно натыкается на яркую кляксу и не может думать ни о чём другом. Со временем посещение гонок становится образом жизни, способом получения адреналина. Для особенно азартных, милые парни и девушки всегда нальют коктейль, предлагая испытать удачу в ставке на претендентов. Равнодушным не остаётся никто. Байбл попал на гонки впервые. Он был наслышан о том, как много людей собирается на площади каждый день, но, увидев воочию, пожалел, что не рассказал о своём намерении посетить соревнования Майлу или Басу. Лавируя в толпе, Байбл успевал краем глаза рассмотреть лица людей. Все выглядели воодушевлёнными. Байбл споткнулся об чужую ногу и недовольно зашипел, поднимая голову, чтобы произнести короткое «Извините». Но молодой парень с ярко-синими волосами только салютует ему пластиковым стаканчиком и подмигивает. Спустя пару минут Байбл наконец находит себе место — прислоняется спиной к высокому столбу, на котором, кажется, каждый день оставляют новые наклейки и рисунки маркерами. Суметтикул фотографирует наклейку с изображением Нью-Йорка, когда на плечо невесомо ложится чья-то рука.       — Пардон, – кареглазый молодой парень широко улыбается, увидев, что Байбл испугался, – Не желаешь выпить? Суметтикул молча смотрит на протянутый красный пластиковый стаканчик и хмурится, мотая головой. Он не станет брать напиток из рук незнакомца, как бы сильно его ни мучила жажда.       — Я могу предложить тебе закрытую бутылку газировки или воды из бара. Местные обычно доверчивее, – парень подмигивает Байблу и делает глоток из стакана.       — Как же вы поняли, что я не местный?       — Во-первых, ты сфотографировал наклейки на столбе. Люди обращают на него внимание только один раз — при первом посещении. Во-вторых, запоминать людей — это моя работа. Меня зовут Баркод, — парень протягивает руку, и Байбл уверенно пожимает её.       — Байбл, - Суметтикул отрывает взгляд от их сцепленных рук, – кем ты здесь работаешь?       — Колесом фортуны, — Баркод смеется, немного запрокинув голову, когда видит смятение в глазах Байбла, — Пойдем, я куплю тебе выпить. У меня делают ставки. Одни люди очень азартны, а другие щедры. Моя задача — подогреть их интерес. Байбл идёт плечо к плечу с Баркодом к барной стойке. Он оглядывается по сторонам, стараясь не потерять нить разговора.       — Отлично, значит, я в достаточно надёжных руках, чтобы меня оставили без денег, — Байбл садится за барную стойку, пока Баркод достаёт из холодильника две бутылки и ставит их на стол. — Расскажешь? Улыбка Баркода из милой и дружелюбной превращается в хищную. Он указывает пальцем на большой экран, висящий в паре метров от парней.       — Это список всех, кто будет сегодня состязаться. Если желаешь, то можешь ткнуть пальцем в небо. Но здесь тоже расчетливость иметь нужно. Хочешь шоу – ставь на Джеффа, хочешь уйти с полным карманом – ставь на Джакапана. Байбл раздумывает с минуту и тянется во внутренний карман куртки за кошельком. На стол перед Баркодом опускаются купюры. В глазах парня читается интерес.       — Джакапан, – произносит Байбл и, забирая одну бутылку сладкого газированного напитка, покидает барную стойку. Байбл ощущал зуд под кожей от того, что делает. Это казалось ему таким новым, свежим и дурманящим, что он начал осознавать, почему люди любят так громко говорить о гонках. Услышав визг и аплодисменты, Байбл поспешил вглубь толпы. Люди собрались около старта, восхищённо и громко приветствуя участников. Байбл тихо произнёс «Воу» и сразу же открыл камеру на телефоне. Не запечатлеть такое казалось преступлением. Десять ярких разукрашенных машин стояли друг за другом у белой стартовой полосы. Несколько человек вышли из машин и с довольным видом махали стоявшим впереди. Байбл залюбовался блестящим металлом автомобилей, яркими надписями и ревом моторов. Когда каждая машина была сфотографирована, Байбл принялся разыскивать взглядом того самого Джакапана, на которого он поставил крупную сумму. Джакапан или Билд Джакапан Путта, стоял прислонившись спиной к двери белоснежного Мерседеса. Он увлечённо о чём-то беседовал с Баркодом, иногда кидая на него изумленные взгляды. Байбл узнал его по крупным буквам «Джакапан» на груди его футболки. Суметтикул на секунду смутился. Он ожидал увидеть взрослого парня, грозного, высокого и накаченного. Но перед ним стоял молодой мальчишка, едва ли не младше самого Байбла, с растрёпанными волосами цвета кофе с молоком и лучезарной улыбкой. Билд не казался хрупким – его обтянутое тканью тело было рельефным и подтянутым, но именно невинность искрящихся глаз заставляла Байбла думать о том, что он похож на ангела. Ангела на белом Мерседесе. Байбл сомневался в своей ставке ровно до того момента, как взвизгнули шины. Билд оказался наглым, быстрым и действительно знающим свое дело. Байбл не мог отвести свой взгляд от петляющей белой машины. Он игнорировал все громкие крики, комментарии из колонок. В его голове громким эхом раздавались лишь возгласы «Джакапан» и гудок белого Мерседеса. Эти чувства были сравнимы с ударом тока. И Байбл с уверенностью подставлял своё тело, желая получить новый разряд. Спустя ещё несколько минут ушло стеснение. Байбл вскрикивал со всеми в унисон, задерживая дыхание каждый раз, когда Билд оказывался в поле его зрения. В голове появилась своего рода молитва «Будь сильнее! Будь сильнее!». И Билд оказался сильнее. Под оглушительный крик толпы он финишировал первым. Из колонок послышались аплодисменты комментатора и ёмкое «Джакапан Путта! Рука не дрогнула!». Билд вышел из машины невероятно счастливым. Он послал в толпу пару воздушных поцелуев, прежде чем Баркод, потрепав его по голове, увёл за собой в небольшую палатку. Люди продолжали поддерживать остальных соревнующихся. Улыбка тронула губы Байбла. Руку обожгло. У него в кармане были заветные деньги. Байбл оглянулся пару раз в поисках Баркода и пошёл к барной стойке. Бутылка с невыпитой жидкостью с грохотом упала на стол.       — Недовольны зрелищем? – Байбл поворачивает голову и встречается с парой карих глаз, что стали почти полумесяцами от улыбки на лице парня. Билд, кажется, иронизировал.       — Восхищен. Ваша победа принесла мне не только бурные эмоции. Ну, я надеюсь, – Байбл кивает подошедшему Баркоду с намеком на денежное вознаграждение. Билд заливается смехом.       — Не ожидал от вас такой меркантильности, – Баркод прищуривает глаза, уголки его губ изгибаются в улыбке. Он протягивает Байблу конверт и подмигивает, – Парнишка знал на кого ставить. Байбл не торопясь убирает деньги в тот же карман куртки, разглядывая Билда. Вблизи он кажется ему особенно очаровательным. Волосы выбиваются из-за ушей, падая на глаза, уши и щёки пылают румянцем. Биу крутит трубочку в своём бокале, словно чувствуя чужой взгляд, и боясь поднять голову.       — Он здесь впервые, – Баркод обращается к Билду так, будто Байбл уже ушел.       — Столб сфотографировал? – Джакапан поднимает голову и заглядывает Байблу в глаза. Баркод не сдерживает смешок, – Перестал бы ты уже людей распугивать, Код, – Баркод пожимает плечами и уходит.       — Вы так над всеми издеваетесь или я вам понравился? – Байбл нахмуривается, сжимая телефон в кармане джинсов.       — Баркод просто очень наблюдателен. Вас взгляд выдает. У вас глаза сияют, но при этом словно в зуме наблюдают за объектами, – Биу задумывается, прикладывает трубочку к губам и замолкает на несколько секунд, – Кошачий взгляд, – И улыбается.       — Наверняка вы каждый день видите такие заинтересованные взгляды и слышите слова похвалы, – Байбл пожимает плечами, – Мое внимание было полностью захвачено вами. Биу отодвигает от себя бокал, медленно поднимается со стула и заглядывает Байблу в глаза.       — Не хотите прокатиться?       — Что? Билд улыбается и повторяет вопрос:       — Не хотите прокатиться со мной по ночному городу? Не на гоночном автомобиле, конечно, но тоже с ветерком, – Билд дожидается короткого кивка и ведет Байбла за собой. По пути они встречаются с Баркодом и тот хлопает Биу по плечу с озорной улыбкой. Билд открывает Байблу дверь своего вновь белого автомобиля и садится следом. Обволакивающая тишина сменяется еле слышной музыкой. Биу выруливает на дорогу. Байбл не скрывая интереса вертит головой. Он разглядывает Биу, салон машины, вид за окном. Джакапан не спешит начать беседу. Он позволяет Байблу расслабиться на пассажирском сиденье, прежде чем спросить, чем Байбл занимается по жизни. Диалог завязывается сам собой. Суметтикул рассказывает гонщику, что он фотограф, страстно любит свою работу и посвятил ей большую часть жизни. Байбл делится, что пришёл на гонки в поисках вдохновения, ему хотелось новых кадров, новых для его опыта. Биу с интересом слушает, часто поглядывая на Байбла.       — Если вертится в мыслях, значит нужно спросить, – Биу мягко улыбается Байблу, который отводит взгляд.       — Как ты оказался на гоночной трассе?       — Всё это принадлежит моим родителям. Точнее, отцу. Такая молодость была его мечтой, которую он не сумел воплотить. Нажить пару автомобилей он успел к моему рождению. Пока я подрастал, его бизнес крепчал. А тут уже и я начал проявлять интерес к машинам и заездам. Отец научил меня всему. Начал ставить на соревнования. Он очень горд тем, что я смогу продолжить его дело, – Байбл заметил, как заметно потеплел голос Биу, когда он рассказывал об этом.       — Когда я увидел тебя около машины, не поверил, что ты способен выиграть.       — Вот как значит! Биу удивлённо поднимает брови и вжимает газ в пол. Байбл взвизгивает и тут же заливисто смеётся. Они едут на большой скорости в тишине, с улыбками на лицах. Ни Байбл, ни Биу не испытывают дискомфорта от тишины в машине. Ехать молча в полутьме салона, с тихой музыкой и полуоткрытыми окнами, кажется им очень уютным. Байбл откидывает голову и прикрывает глаза. Он едет по ночному городу с гонщиком, которого впервые увидел пару часов назад. Сердце укалывает чувство собственной безрассудности, но Байбл игнорирует его. Если хочется создать что-то новое, нужно покинуть зону комфорта. С такими мыслями он впадает в дремоту. Просыпается Байбл от ласкового прикосновения к плечу. Биу протягивает ему бутылку воды и выходит из машины. Суметтикул оглядывается и видит, что они на заправке. Время на часах перевалило за три часа ночи. Или утра. Байбл делает пару глотков холодной воды и вновь прикрывает глаза.       — Куда тебя отвезти, спящий фотограф? Байбл диктует ему свой адрес и кутается сильнее в кожаную куртку. Биу постукивает по рулю и подпевает песне, играющей по радио. Суметтикул, в попытках не уснуть, считает количество ударов пальцев Билда. Когда Биу останавливается у дома Байбла, Суметтикул уже успевает сбиться со счёта пять раз.       — Выспись, как следует, – Биу тепло улыбается. Байбл лишь кивает головой и нетвёрдой походкой покидает автомобиль. Только один раз повернув ключи в замочной скважине, Байбл понимает, что даже не представился.