Your Scales Glisten with My Kiss

Лань Юань не пожалел о своём решении, когда его ноги оттолкнулись от отмели. По мере того, как теплая вода покидала его, сменяясь холодной, и он, погружаясь всё глубже, понял, что это был его осознанный выбор. Он заплыл настолько далеко, насколько мог, провоцированный двоюродными братьями, которых не видел целый год. Он знал, что всегда есть вероятность, что он не сможет вернуться. Голос Цзинъи эхом раздавался в его ушах. Он разнесся по всему озеру, буквально приказывая ему оставаться на месте и ждать, пока он не вытащит лодку. Это был именно тот жест, которого Лань Юань ожидал от него. Он бросился прочь с мокрого берега, прежде чем Лань Юань успел крикнуть в ответ, оставив его ждать в пустом озере. Но небо становилось всё темнее. Прогнозировался дождь. Это был еще один шанс, которым он воспользовался, присоединившись ко всем, чтобы искупаться перед надвигающимся ливнем. Даже несмотря на предупреждение хранителя озера, чьи глаза выглядели такими же бурными, как надвигающаяся буря, Лань Юань рискнул. Он просто не хотел оставаться в стороне. Он не мог вспомнить, когда последний раз пытался плавать после последней неудачной попытки. Если он стал старше, достаточно сильнее, чтобы поднять собственный вес и пробежать несколько миль, почему он не мог научиться плавать? Он уже давно перестал быть подростком с неловким чувством выносливости, он мог справиться с этим. Но ничто не подготовило его к такому изнеможению. Всё тело Лань Юаню казалось измученным. Действия, в которых задействованы руки или ноги, никогда не задействовались оба сразу. Его конечности с трудом настраивались и синхронизировались, чтобы плыть не по-собачьи. Каждый вдох обжигал его грудь, а в некоторых даже чувствовался вкус озера. Из-за земляного осадка его дыхание приобрело запах водорослей, превратив кашель в собственную экосистему. Он просто хотел отдохнуть и его тело согласилось. Пока его руки пытались вытянуться, чтобы дотянуться до берега, разум смирялся с мыслью о том, что пора остановиться. Он устал, и стук его колотящегося сердца стал тише. Крупные капли дождя стекали по его лицу. Перспектива затопления мира, начиная с озера, казалась всё более реалистичной, когда большие потоки воды, льющиеся с неба, окружили его тело. Рыбы, постоянно проплывавшие мимо его ног, по крайней мере имели бы больше пространства для плавания, чем просто вокруг него. Треснувшее небо словно согласилось принять образ огромного озера, и дождь, без всякого сожаления, обрушился на голову Лань Юаня. Он не осмелился открыть ни глаза, ни рот, предпочтя крепко держаться за последний сухой вздох. Лань Юань всего лишь хотел сохранить спокойствие разума как можно дольше, пока из его рта вылетали пузыри. Инстинкты вынудили его вдохнуть, и вкус озера вернулся. Это был отвратительный привкус, и последняя мысль, которая крутилась в его мыслях, прежде чем прерваться шумом, была: — Когда вода начала двигаться так быстро? ~ Лань Юань закашлялся, забыв, каково это, и тяжело вздохнул полной грудью. Воздух вонзился в его нос, а голова закружилась в темной пелене. Его мышцы напряглись, словно ими пренебрегали целый год. Они дернулись под его липкой кожей, с облегчением расслабившись, почувствовав твердую почву. Теплый ветерок пронесся вокруг лица Лань Юаня, и он жадно вдохнул его. Он отличался от того, что он ощущал на своих щеках, когда гулял вокруг озера. Он не был пронизывающим или диким, вместо этого, каждый новый порыв был спокойным и точным, перепрыгивая через губы и достигая носа. Он щекотал его кожу, побуждая губы изобразить улыбку, и его горло сжалось, когда он выплюнул полный рот воды. Он не попал в загробную жизнь, это уж точно. Ни один рай не заставил бы его несколько раз болезненно отхаркиваться, если бы ему больше не нужно было дышать. Сердце Лань Юаня бешено колотилось в груди, в отчаянной попытке найти привычный ритм. Оно пульсировало от гнева, подчеркивая, насколько живым он был. Это был внутренний сигнал для остальных функций, чтобы проснуться и восстановиться. Как долго он был без сознания? Напрягшись, чтобы снова открыть глаза, Лань Юань вытянул ноги. Земля под ним была сырой и влажной, но на удивление приятной. Вода плескалась у его пальцев ног, распространяя тепло по ногам, но это было далеко не так утешительно, как ладони, которые давили ему на грудь. Он был спасён. Кто-то его заметил и подоспел вовремя. Даже после примирения с миром, судьба вернула его, явно ещё не закончив с ним. Это был крайне желанный подарок. Пальцы на его груди напряглись, словно поддаваясь весу спасителя, и снова легкое дуновение ветра возобновилось. Он вновь щекотал его нос, и Лань Юань догадался, в чём дело. Вообще, он бы не возражал против метода рот-в-рот; Лань Юань был настолько благодарен за спасение, что готов буквально расцеловать спасителя, но, похоже, старый метод сработал на нём достаточно хорошо. Как ребёнок дышит на птенца, чтобы сохранить его в сознании. Лань Юань пытался заговорить, но слова превратились в невнятные звуки, которые даже он не мог разобрать. Прочистив горло, это дало ему идеальную возможность откашляться. Его губы задрожали, когда он выплюнул ещё воды и судорожно выдохнул. Застонав из-за отсутствия должного ухода в постели или, скорее, на краю берега, Лань Юань пытался заговорить ещё раз. — Я… — Прохрипел он бесцеремонно, нарушив течение благодарности, которое он хотел выразить. Правая рука Лань Юаня первой вспомнила как двигаться и, говоря за него, накрыла ладони спасителя. Они были до невозможности тёплыми для того, кто только выбрался из воды. Несмотря на небольшую глубину, не сравнимую с океаном, раннее летнее время не позволило озеру прогреться до максимума, с чем Лань Юань хорошо был знаком, он дрожал. Было далеко до холода, но, учитывая, что тело было таким теплым, Лань Юань задумался, каким героем был его спаситель. — Спасибо… — Он вздохнул, чувствуя маленькую победу от пробубненного слова. Он напряг голову, чтобы выразить мысли должным образом, уже недовольный тем, какое скудное количество слов мог выдавить из себя. Глубоко вздохнув, его нервы успокоились. Облегчение в виде ощущения безопасности после такой опасной ситуации переполняло его. Лань Юань никогда не планировал становиться адреналиновым наркоманом, однако сладкий вкус жизни подтвердил его решение. Нежное журчание воды, ударяющееся о берег, успокаивало его еще больше. Объятый шумом, он был готов заснуть под него, но не мог оставить момент незавершенным, особенно когда он даже не знал имя своего спасителя. Но почему он ничего не говорил? Даже имея за плечами всего пару знаний об искусственном дыхании, Лань Юань знал, что естественной реакцией было задавать вопросы. У него не спросили ни имени, ни всё ли с ним в порядке и знает ли он, какой сейчас год. Его спаситель хранил полное молчание, однако Лань Юань – нет. Он не смог сдержать внезапный вскрик, когда почувствовал, как пять крошечных точек коснулись его обнажённой груди, словно швейные иглы, вонзившиеся в кожу. Лань Юань заставил себя открыть глаза. Он боролся с головокружением и пеленой, застилавшей взгляд и заставлял себя бодрствовать. Его руки были тяжёлыми и непослушными, но послушались, чтобы суметь его поднять. Мир кружился вокруг него, но с каждым морганием постепенно вернулся на место. Тёмно-зеленые ветви тянулись вверх, а голубые стекали вниз, заполняя небольшую бухту, усеянную лотосами. В небе, которое Лань Юань не мог разглядеть из-за крон деревьев, растущих друг над другом, словно соревнующихся, по-прежнему лил дождь. Лань Юань не мог представить себе более умиротворённого места. Или более прекрасного лица. Он моргнул, ожидая, пока его глаза снова привыкнут. Уши его спасителя были оттопырены сильнее, чем можно было ожидать от такого изящного лица. Линии его роста волос были усеяны цветными пятнами, сияющими в тусклом вечернем свете. Это было запоминающимся и странным, словно предупреждение, что Лань Юань не должен смотреть так откровенно; блестящее золотое сокровище, которое должно столетиями храниться в строжайшем секрете. Моргнув еще раз, а затем ещё, для полной ясности, Лань Юань почувствовал, как сжалось его горло. Цвета не растворялись. Ореол оттенков вокруг лица его спасителя был реальным и ощутимым. У них были гладкие края, они выступали над его кожей, как чешуйки, исчезнувшие в длинных темных волосах. — А ты, эм… — Лань Юань снова закашлялся, прочищая горло и пытаясь заговорить. Он прикрыл рот кулаком, хрипло выдыхая остатки воздуха из груди. Мир всё еще крутился с хаотичной скоростью, унося внимание Лань Юаня туда-сюда. Постепенно успокоив дыхание, он оглянулся на своего спасителя, думая, исчезли ли наконец странные отметины. Его спаситель даже наклонился ближе, словно с настойчивым интересом ждал, что скажет Лань Юань. С широко раскрытыми зрачками. Лань Юань вздрогнул. Он разжал кулак, прикрывавший рот, и взглянул вниз. Мучительно долго, отказываясь верить безумным теориям в его голове, Лань Юань оценивал каждую деталь внешности незнакомца. Его грудь казалась относительно обычной, пока, не дойдя до бёдер, которые не выпирали, как должны были, а скорее представляли гладкий, жёлтый край. Сердце Лань Юаня бешено забилось, и он заинтересовался, почувствовал ли незнакомец, как его пристальный взгляд опустился ниже. Любопытство умерло в Лань Юане вместе со словами, уступив место неизбежному напряженному взгляду. Готовясь к поездке на озеро, Лань Юань ознакомился с методами выживания, зная, что место находится за сотни миль от крупных городов, не говоря уже о сотовой связи. Он знал, что делать в случае встречи с разными видами медведей, каких растений опасаться и многое другое. Перед путешествием, он чувствовал себя достаточно подготовленным, чтобы справиться с трудностями, исключив чрезмерную уверенность в своих способностях к плаванию. Однако в его учебниках ни разу не упоминалось о том, что делать с русалкой из сказок; Русалом? Запах озера вонзился ему в нос, когда он старался дышать медленно. Неподвижность часто отпугивала большинство животных, возможно, это сработает и с этим существом. Сидеть неподвижно и избегать зрительного контакта? Если бы Лань Юань не воспринимался как угроза, то всё прошло бы гладко, скорее всего. Наклонив голову, Лань Юань привёл свой план в исполнение. Он пытался сфокусироваться на каждый складке его шорт, подсчитывая каждую выпуклость вместо того, чтобы снова смотреть на чешую. Случайные капли дождя, пробивающиеся сквозь кроны деревьев, падали в спокойную водную гладь, и Лань Юань добавлял их в счёт; он отвлекался на всё что угодно, лишь бы казаться маленьким и безобидным. Ещё до того, как количество капель достигло двадцати, боль пронзила грудь Лань Юаня. Его тело без лишнего сопротивления вновь встретилось с мокрой землёй. Ноющая боль пронзила его локоть, и Лань Юань громко закричал от боли, отказываясь убирать ладонь ото рта. Лучше было не издавать ни звука, даже когда ладонь существа всё ещё лежала там, где последовал ударь в грудь. Он пристально смотрел на него, и те покалывания, что Лань Юань испытывал до, вернулись, когда тёплые пальцы скользнули по телу. Они удерживали его, но Лань Юань не желал двигаться. Он лишь наблюдал, вопреки здравому смыслу, за деталями лица существа, такими как единственная красная чешуйка над бровями. Ладонь снова ударила его и Лань Юань захрипел. Желудок и грудь одновременно схватили судороги боли. От невыносимой боли, его горло сжалось, пытаясь удержать рвущееся наружу нечто. Существо снова ударило его, и тело Лань Юаня ослабло, позволив горлу выплюнуть то, что оно пыталось удержать. Лань Юань отдёрнул руку и повернул голову, выплюнув полный рот жидкости. Вкус был отвратительный, с примесью землистого осадка озера, как следом изо рта вырвалась новая порция жидкости. Он застонал, перевернувшись на бок, чтобы выплюнуть остатки жидкости во рту. Его ладони сжались перед лицом, а руки упёрлись в землю, удерживая его на месте. К этому моменту, вся вода должна была выйти, даже рука существа оставила его в покое, словно понимала это. Лань Юань поморщился, а тело сжалось. Серебряный браслет Ланей на его запястье выглядел таким же потрёпанным, как и он сам, гравировка скрылась под слоем грязи. В этот момент существо могло бы съесть его, однако ему уже было всё равно. Что угодно могло бы с ним разделаться, и это было бы лучше, чем утонуть, о чём напомнил ему громкий всплеск. Мышцы Лань Юаня незамедлительно запротестовали, когда он резко выпрямился. Осматриваясь по сторонам в поисках существа, он уже догадался, увидев рябь на воде. Оставшись на берегу тихой бухты, Лань Юань оценил своё положение. Он не знал, где находится относительно к хижинам, и сколько времени провёл без сознания. Единственным источником ответов оставалось существо, принёсшее с собой дополнительную лавину вопросов. О попытке подняться не шло и речи, когда Лань Юань встал на колени. Само плавание уже утомило Лань Юаня, а пережитая едва до смерти ситуация опустошила его изнутри. Мысль о тёплой постели и горячей еде казалась мечтой, которой нужно дождаться. У Лань Юаня не было сил сдвинуться, не говоря уже о том, чтобы идти вдоль берега в поисках дороги обратно, и у него безусловно не было сил, чтобы вздрогнуть, когда он услышал новый всплеск. Он задавался вопросом, не помутился ли его разум до бредового состояния, когда его взгляд не отрывался от лица существа. Сейчас он не мог не заметить очевидно настоящую чешую, покрывавшую его кожу или хвост, или острые зубы, прижимавшие рыбу к его рту. Лань Юань видел каждую тончайшую деталь, но не смог заставить себя сомкнуть губы. Было странно пялиться с разинутым ртом на существо, которое, казалось, не могло говорить. Лань Юаню хотелось отчитать себя то, что так увлёкся. Его разум был бы извращенным только в том случае, если бы мысли о восхищении красотой природы превратились во что-то другое. Существо, в лучшем случае, укусило бы его, нежели позволило Лань Юаню приблизиться к нему, но шепот в его голове не прекращался. Существо подползло ближе, медленно двигаясь по берегу. Казалось, взгляд не отрывался от Лань Юаня, даже когда оно выплюнуло рыбу ему на колени. Вздрогнув, ноги Лань Юаня дернулись, инстинктивно пытаясь схватить рыбу. Она скользила по его шортам достаточно медленно, чтобы он успел поймать её руками, и достаточно неподвижно, чтобы Лань Юань не чувствовал себя виноватым. — Ты… — Пробормотал Лань Юань, размышляя, поможет ли разговор разбавить ситуацию. Даже если существо не понимало его, шанс, что оно поймёт тон, было достаточно, чтобы попытаться. — Ты думаешь я рыба? Голова существа дёрнулась назад, и на его лице появилось хмурое выражение. Его большой хвост ударил по земле, и Лань Юань почувствовал ударную волну в качестве ответа. — О, эм… — Он покрутил рыбу в руках, обдумывая новый метод. Существо поняло его достаточно, чтобы разозлиться; лучшим решением было воздержаться от дальнейших действий. — Это подарок? — Хмыкнул Лань Юань, стараясь держать тон легким и дружелюбным. Ещё один удар хвоста – Лань Юань получил второе предупреждение. Осознавая, что на него оказывают давление, Лань Юань более осторожно обдумал свой следующий вопрос. Это существо дало ему это не просто так, загадка была в том, чтобы выяснить зачем. В голове Лань Юаня что-то щёлкнуло, и он с улыбкой протянул рыбу. — Хорошо, что бы ты хотел, чтобы я с ней сделал? Звук дождя отдалился. Случайные капли дождя прекратили скользить по листьям, а в витающей атмосфере воцарилось новое спокойствие. Несмотря на проблемы с коммуникацией, Лань Юань чувствовал себя в безопасности, даже когда существо закатило глаза. Оно закатило глаза…? — Ты тупой или вегетарианец? Желудок Лань Юаня сжался, а кожа натянулась плотнее на теле. Ошарашен – больше всего ему подходило, но он не посмел бы возражать против сказанного существом. Оно было удивительно саркастичным для того, кто предположительно проживал в озере, но его интонация была достаточно соблазнительной, чтобы задержать внимание Лань Юаня на его губах. — Эм… и то и другое? — Рассмеялся Лань Юань, приподняв рыбу. Его ответ был не совсем ложным, поскольку рацион его семьи исключал мясо, однако у Лань Юаня были собственные исключения. Этот вечер определённо мог стать бы исключением. Незнакомец вздохнул, драматично опустив плечи. Его социальные жесты были так же отточены, как и длинные ногти, которые помогли выхватить рыбу из рук Лань Юаня. — Ты должен это съесть! — Жаловался он, крепко сжав рыбу. — Я даже нашел рыбу с костями, которые ты можешь переварить, но ты ведёшь себя так, словно никогда в своей жизни её не видел! Лань Юань мгновенно выпрямился. — Прости, я не хотел тебя обидеть! Я просто не был уверен, что ты хочешь, чтобы я сделал. — Прохрипел он в свою защиту, чувствуя, как его дыхательная система медленно восстанавливается. Незнакомец фыркнул и откусил кусок от головы рыбы. Его зубы с легкостью разорвали мясо; словно натренированы и приспособлены к этой задаче. — Разве у тебя нет инстинкта самосохранения? — Саркастически усмехнулся он, заталкивая кусок за щеку. Он жевал медленно и тщательно, не сводя глаз с Лань Юаня. — Очевидно, плавать ты не умеешь, раз оказался настолько тупым, чтобы отправиться на отмель. Даже с моей помощью ты едва шевелил ногами. Глаза Лань Юаня расширились. — Рыба, что постоянно касалась моих ног… — Его шепот сорвался с губ, вырвавшись с хрипом. — Ты что, не в состоянии себя прокормить? Хочешь, чтобы я покормил тебя с ладошки или что? Поверить не могу, что потратил столько сил, чтобы вытащить тебя на берег, но, похоже, твое лицо не соответствует твоему мозгу. — Ещё один словесный удар вонзился в грудь Лань Юаня, но, так же, как и предыдущий, заставил его сердце учащенно биться. — Пожалуйста, скажи мне! — Вскрикнул он, чувствуя, как начинает гореть его лицо. — Это ведь ты спас меня, правда? — Его ладони упали на колени, подчеркивая мольбу. Он должен был узнать это до того, пока это не съест его изнутри. Снова закатив глаза, юноша кивнул. — А кто ещё это мог быть? Все уже давно покинули озеро. Отложив эту информацию на потом, Лань Юань наклонился еще ближе. — Тогда, пожалуйста, назови своё имя, чтобы я смог как следует тебя отблагодарить! Юноша окинул его взглядом с ног до головы. Несмотря на нечеловеческий взгляд, Лань Юань понимал, что его оценивают и отчаянно надеялся пройти. Его ждала лишь гора сожалений, если он не узнает всех подробностей об этом прекрасном юноше. Медленно проглотив первый кусок, он, наконец, ответил: — Цзинь Лин. — Заявил тот с гордостью. — Теперь твой черёд. Лань Юань не знал, куда деть руки, пытаясь скрыть, насколько сильно бьётся его сердце. — Я Лань Юань! — Он ответил, тяжело вздохнув. — Цзинь Лин. — Имя так хорошо звучало на языке Лань Юаня. — Не думаю, что когда-нибудь смогу тебя отблагодарить, но я постараюсь. Цзинь Лин скривил губы и отвернулся от сияющей благодарности. Его длинный хвост ударил по земле, и он откусил ещё один кусок рыбы. — Ну, позволить тебе умереть в озере было бы просто печально. Я знаю, что дядя не хотел бы иметь дела с людьми, считающими озеро опасным. Недоеденная рыба подпрыгивала в хватке Цзинь Лина, и Лань Юань отметил для себя информацию, которую следовало обдумать позже. — А это твои друзья бросили тебя там? — Саркастично усмехнулся Цзинь Лин, стиснув зубы. — Может, ты и глупец, раз полез плавать, не умея, но они ещё хуже. — Тихое шипение вырвалось из уст Цзинь Лина, от которого каждый волос на теле Лань Юаня встал дыбом. — Один из них собирался мне помочь, но я не хотел ждать. Я подумал, что смогу справиться сам. — Лань Юань подвинулся ближе, покачивая туловищем. Ему очень хотелось потрогать золотистую чешую, сливающуюся с кремово-белыми пятнами, но ему удалось сохранить некоторое совладание. — Должно быть, ты отличный пловец. — Конечно! — Отпарировал Цзинь Лин. — Что мне ещё оставалось делать, если бы я не умел плавать? Дрейфовать? — Он рассмеялся, сдерживая пронзительный звук в горле. Лань Юань резко вздохнул. Ему очень хотелось прикоснуться к Цзинь Лину. — Могу я кое-что сказать? — Он улыбнулся, прильнув ближе. Облизнув длинным языком свои острейшие зубы, Цзинь Лин усмехнулся. — Ты уже что-то говоришь, поэтому продолжай. — Явный сарказм не скрывал заметного напряжения в его руке, которое перешло в пальцы, проткнувшие рыбу. Подсознательно повторяя его движения, Лань Юань облизнул губы и расслабил грудь. — Ты прекрасен. Плечи Цзинь Лина взметнулись вверх, едва не задев его заострённые уши. То, что было у него во рту, мгновенно опустилось в горло, и Лань Юань не мог не заметить, как ком исчез в его груди. — Ты и впрямь–! — Цзинь Лин подавился от удивления. — Просто глупо придавать этому столь большое значение! — Его ворчание опустилось в живот, и Лань Юань почувствовал вибрации рокота в воздухе. — Ты и впрямь такой. — Лань Юань приблизился ещё ближе, соответствуя силе своих слов. Он надеялся, что Цзинь Лин покраснеет, но разочарованный наклон его губ был достаточной наградой. — Можно мне потрогать твой хвост? — Он знал, что эта просьба испытывала его на удачу, которую он уже израсходовал за этот день, но он всё равно должен был попытаться. Наблюдая за реакцией всего тела Цзинь Лина, Лань Юань пытался сдержать смех, и каким-то образом ему это удалось. — Это равносильно тому, что я попрошу потрогать твои ноги! — Прошипел Цзинь Лин сквозь стиснутые зубы. — Неужели ты не слышишь, насколько абсурдно это звучит? Кто бы стал о таком спрашивать? — Ухмылка промелькнула на губах Цзинь Лина, показывающая его уверенность в себе в ожидании выиграть спор. Чего он не ожидал, так это то, что Лань Юань с энтузиазмом примет сделку. —  Ты можешь потрогать, если хочешь! — Пропел Лань Юань с щебетанием. Он поднял одну ногу вверх и пошевелил пальцами для пущего эффекта. — Если для того, чтобы потрогать твой хвост, нужно это сделать, то дерзай. Ты когда-нибудь касался ног? Цзинь Лин ощетинился от намека, скрытого в вопросе. — Конечно касался! Я же не какой-то странный отшельник! Ты забыл, что я спас тебя? Как я мог сделать это, даже не притронувшись к твоим ногам? — Он фыркнул, скрестив руки на груди, тем самым добавив ещё одно движение к списку тех, которые Лань Юань хотел бы увидеть снова. Стараясь не слишком зацикливаться о том, что на нём руки Цзинь Лина, Лань Юань опустил ногу и выпрямился. — Тогда что мне нужно сделать, чтобы заполучить право потрогать твой хвост? В ответ он получил новый хмурый и молчаливый взгляд, за которым последовал вздох. Было очевидно, что Цзинь Лин был не из тех, кто отступает перед вызовом или обсуждает темы, которые ему не нравятся, но один решительный укус смягчил его выражение лица. Цзинь Лин пережёвывал кусок рыбы, толкая туда-сюда между щеками, одновременно покачивая головой из стороны в сторону. Притворство обдумывания затянулась, вне зависимости от того, насколько правдоподобно это выглядело; Цзинь Лин уже принял решение, прежде чем откусил кусок. — Вот, — Выдохнул он, закатив глаза. Преподнеся ладонь к губам и не церемонясь, Цзинь Лин выплюнул изо рта комок пережёванной рыбы. Он поднял ладонь, широко ухмыляясь, и улыбка не сходила с его лица. — Съешь это, и, может быть, я подумаю насчёт этого. Челюсти Лань юаня стиснулись. Липкая масса в руке Цзинь Лина походила больше на рвоту, чем на еду. Он даже не знал, можно ли есть рыбу сырой, не говоря уже о том, что она была покрыта определённо нечеловеческой слюной. Он знал, что выполнить часть сделки Цзинь Лина будет нелегко. Он хотел, чтобы Лань Юань потрудился ради привилегии сблизиться с ним; он хотел, чтобы тот боролся. Скорее это было похоже на преподношение приманки, чем на дружеский жест, но Лань Юань оказался идеальной добычей, клюнувшей на наживку. Лань Юань схватил Цзинь Лина за запястье, прежде чем дал отчет себе о происходящем. Чем быстрее он действовал, тем меньше времени у него было на то, чтобы обдумать, что именно он собирается съесть. Наклонить голову и облизать руку Цзинь Лина было проще всего. Текстура была худшей частью. Оно оказалось более склизким, чем он себе представлял, но вкус был не таким противным, по сравнению с озером, хотя рыба была оттуда. Единственным преимуществом этого унижения была подача, и язык Лань Юаня позаботился о том, чтобы слизать всё, что было на ладони. Он почти ожидал, что остальные части тела, похожие на кожу Цзинь Лина, окажутся более мелкими чешуйками, однако, к удивлению Лань Юаня, они были очень мягкими. Нетронутая водой и невероятно мягкая, она была такой же великолепной, как и выглядела. Спокойную атмосферу вокруг них нарушил почти пронзительный крик. Цзинь Лин отдёрнул ладонь от лица Лань Юаня, тут же ударив его другой ладонью в плечо. — Ты отвратительный! — Он вскрикнул, нанося ещё один удар Лань Юаню в бок. — Зачем ты вообще это съел? Лань Юань облизнул губы и улыбнулся. Забыть вкус оказалось просто, когда громкие возгласы Цзинь Лина отвлекли его внимание. — Ты сам мне сказал. Цзинь Лин встряхнул ладонью в воздухе, как будто Лань Юань обслюнявил её. — Я не подозревал, что ты серьёзно это сделаешь! Настолько что ли отчаялся? — Фыркнул он, для убедительности быстро проведя рукой по краю прилива. — Если хочешь, я могу съесть и остальное. — Ухмыльнулся Лань Юань, жаждая увидеть следующую волну отвращения на лице Цзинь Лина. — Нет! — Отторжение вызвало у Цзинь Лина сдавленный вскрик в горле. Он в ужасе схватился за лицо, едва сдерживаясь, чтобы не высунуть язык. — Если ты так сильно хочешь потрогать мой хвост, то сделай это наконец! Едва не упав от волнения, Лань Юань вытянул обе руки в сторону золотого хвоста. Его взгляд пал на большое кремовое пятно в середине, и начинать следовало именно с него. Начав с двух пальцев, Лань Юань бережно коснулся её. Чешуя была прохладнее остального тела Цзинь Лина, но такой же мягкой. Не совсем рыбья чешуя, но и не совсем чешуя рептилии – приятная середина, что побудила вторую ладонь Лань Юаня прикоснуться к ней. Лань Юань почувствовал, как задергались мышцы под чешуёй. Конечно, хвост Цзинь Лина был мускулистым, чтобы отталкиваться под водой, но чувствовать это было не то же самое, что и видеть. Линии и выпуклости каждой мышцы были достаточно хорошо выражены, что их можно было нанести на карту, но, что еще важнее, их можно было оценить как произведение искусства. Его руки скользнули вверх по выпирающей части, где должны были быть бёдра Цзинь Лина, и сердце Лань Юаня подпрыгнуло. Он хотел большего, чем просто касаться ладонями хвоста Цзинь Лина. Мимолетные фантазии о том, как он обнимает его, быстро проносились в голове Лань Юаня и сразу же покидали его. Он не мог испытывать судьбу так быстро, но мог провести ладонями по передней части хвоста… — Вот и всё! Время вышло! Прежде чем Лань Юань осознал происходящее, Цзинь Лин схватил его запястья. Он был прижат к месту, не имея возможности испытать новые ощущения, от которых его кожа трепетала. Ощутив на вкус, он не получил достаточного удовольствия, а лишь захотел большего. — Я не знал, что у меня было ограничение по времени. — Лань Юань старался не дуться, подняв взгляд и пытаясь отвлечься от бархатной текстуры, всё ещё тершейся под его ладонями. Щеки Цзинь Лина вспыхнули краской, а губы сжались в тонкую линию. Он повернул голову и вздёрнул подбородок, его профиль вырисовывался в постепенно сгущающихся сумерках, запечатлеваясь в памяти Лань Юаня. Так он мог бы покраснеть. Кончик хвоста Цзинь Лина многократно ударил по земле, разбрызгивая воду. — Мне пришлось это сделать, потому что ты вёл себя странно. — Пробормотал он сжатыми губами. — Кто так возбуждается из-за пары чешуек? Может, мне стоило позволить тебе утонуть. Лань Юань в усмешке покачал головой. — Я так рад, что ты этого не сделал, потому что мне посчастливилось познакомиться с тобой. Румянец на щеках Цзинь Лина распространился по шее. Даже наклонив голову, он не мог этого скрыть. — А ещё мне удалось потрогать твой хвост, который такой же великолепный, как и ты. — Чем дольше Лань Юань смотрел на Цзинь Лина, тем сильнее лесть рвалась с его языка. Один его вид заставлял мысли разыграться, а пальцы дрожать. — Уверен, что не хочешь потрогать мои ноги? — Предложение прозвучало снова, маскируя свою собственную корыстную сущность. — Это будет по-честному, и я не буду ограничивать тебя во времени. Румянец на лице Цзинь Лина постепенно сошел, когда он разжал руки, оставив только единственную красную чешуйку на лбу в качестве оставшегося оттенка. — Я же говорил, что мне не нужно их трогать. Я знаю, какие они на ощупь, я мог бы даже обзавестись собственными, если бы захотел! — Он хвастался, делая вид, словно не замечает, как ладони Лань Юаня скользят там, где чешуя встречается с кожей. — Ты можешь? — Верхняя половина Лань Юаня мгновенно наклонилась вперёд. Его любопытство достигло новой высоты, в то время как его ноги подогнулись, чтобы приблизиться. — Например, мог их отрастить или поменять местами? Цзинь Лин фыркнул. — И то и другое, и следи за тем, что делаешь. — Тон его голоса снизился вместе с головой. Его взгляд скользнул вниз по телу и остановился на пальцах Лань Юаня, наблюдая за ними, пока они подкрадывались. — Но для того, чтобы это сделать, нужно приложить немалые усилия, а затем ещё больше сил, чтобы научиться превращаться обратно. — Можешь себе представить, насколько это было бы тягостно? — Проворчал Цзинь Лин, откинув длинные волосы за плечи и удачно увернувшись от Лань Юаня. — Если бы я это сделал, то застрял бы с ногами на неизвестно сколько времени, пока не научился бы их менять туда-сюда. Это было бы так раздражающе. Ничто не стоит того, чтобы через это проходить. Придерживаясь первоначальной мысли, Лань Юань сидел смирно. Не из-за желания злиться или отпугнуть Цзинь Лина, он оставался неподвижным. — Ничто? — Вздохнул он, облизнув нижнюю губу. — За пределами озера нет ничего желаемого для тебя? Цзинь Лин кивнул, торжественно положив ладонь Лань Юаню на колено. — Ничего. У меня совсем нет причин. И вообще, почему я должен что-то менять? Почему бы тебе не измениться и не обзавестись хвостом? —  Его слова полились потоком, каждое было пронизано горячим напором. Они соответствовали его сжатым челюстям и дрожащим пальцам. Лань Юань с шипением втянул воздух, когда длинные пальцы Цзинь Лина скользнули по его бедру. — Я не думаю, что тебе нужно измениться, но я также не думаю, что смогу обзавестись хвостом. — Комок подобрался к горлу Лань Юаня, и ему стало тяжело дышать. — Мне просто было любопытно, какими ещё скрытыми талантами ты обладаешь. Судя по окраске твоего хвоста, я почти принял тебя за карпа кои, который вот-вот станет драконом. Губы Цзинь Лина трепыхались по его лицу, непрерывно сжимаясь и растягиваясь. — Значит, у драконов такие ноги? Ты это имеешь ввиду? — Он рассмеялся с явным сарказмом. Ударив ладонью по бедру Лань Юаня, он подчеркнул своё мнение, пока его пальцы продолжали карабкаться. Взмах его ладони коснулся живота Лань Юаня. — Ни один дракон не был бы настолько холодным. — Фыркнул он, повторяя одно и то же действие. Уголки его губ растянулись в ухмылке, находя забавным напряжение мышц Лань Юаня. Лань Юаня поклялся, что его сердце ещё немного, и взорвется. Напряжение нарастало под его кожей, продвигаясь к шее и напрягло челюсть. Он хотел произнести бесчисленное количество слов и позволить рукам Цзинь Лина свободно разгуливать по его телу. Что-то должно было произойти, потому что в его шортах уже было тесно. — Цзинь Лин? — Прошептал Лань Юань, дыша в один такт с биением сердца. Пронзительные глаза, изучающие его, ждали ответа, и он не мог их разочаровать. — Ты не мог бы согреть меня? Губы Цзинь Лина скривились в улыбке, и он выдохнул, расслабив тело. — Ты что, замерзаешь? — Он дразнил его, водя руками по животу Лань Юаня. — Опять нужно тебя спасти? Кивнув, Лань Юань прикусил нижнюю губу. Он имитировал его жест, проведя руками под грудными мышцами Цзинь Лина. — Думаю, без тебя я буду беспомощен. — Улыбнулся он, скрывая движения таза. — Я и так знал, что ты беспомощный. — Цзинь Лин насмешливо поднял голову к небу. Его челюсть двигалась так же, как и кадык, подпрыгивающий при длинном глотке. — И ты действительно глупый, раз думаешь, что я не замечаю твоих действий. Леденящая паника прошлась по конечностям Лань Юаня. Он не мог потерять то, что было в пределах досягаемости. — Скажи мне, — Промурчал Цзинь Лин, крепко схватив Лань Юаня за бока. Его взгляд опустился, не оставляя сомнений в том, на чём он сосредоточился. — Как именно ты хотел меня отблагодарить? Время для рационального мышления давно истекло. В голове Лань Юаня крутились только цепочки действий, сталкивающиеся друг с другом снова и снова, словно кости от домино. Отдернув руки, он закинул ногу над Цзинь Лином и сел на него, когда упала последняя плашка. Лань Юань хотел большего, чем мог осознать, большего, чем, как он знал, мог заполучить. Сидя на хвосте Цзинь Лина, впитывая нечеловеческое тепло его тела, Лань Юань замер. Перед блюдом, которое он хотел попробовать целиком, он не знал, с чего начать. Но Цзинь Лин, похоже, знал. Схватив его за голову, Цзинь Лин притянул Лань Юаня к своим губам. Без малейшего намека на изящество он соединил их губы. Его рука отказывалась отрываться от затылка Лань Юаня. Она удерживала его на месте, продлевая их неподвижный поцелуй. Лань Юань сдержал смешок и закрыл глаза, следуя примеру Цзинь Лина. Очевидно, Цзинь Лин никогда не целовался, так же, как и Лань Юань, но он знал, что это подразумевало нечто большее, чем просто соприкосновение губ. Однако его усилия были похвальны, восхитительны, и это придало Лань Юаню уверенности в том, что его желание взаимно. — Именно так, — Пробормотал Лань Юань, нежно взяв Цзинь Лина за руки. — Так и должно быть… Цзинь Лин затрепетал в момент, когда Лань Юань наклонил голову. Соприкосновение губ изменило давление, предоставив обоим достаточно места для гармоничного ритма. Лань Юань прикусил нижнюю губу Цзинь Лина, с наслаждением слушая новое щебетание. С каждым движением мышц Цзинь Лин обретал неизведанный ранее энтузиазм. Его губы страстно следовали за Лань Юанем, образуя новые формы, чтобы проверить, какая из них подходит лучше всего. Его эксперименты становилось всё более и более жадными, граничащими с агрессией, пока его пальцы запутывались в волосах Лань Юаня. Лань Юань изо всех старался сдержать смех, услышав хныканье Цзинь Лина, сорвавшееся с его губ. Он был очарован зрелищем и завороженный энергией, исходившей от кончиков его пальцев. Этот же мир, что за долю секунды едва не лишил его всего, привёл его к Цзинь Лину; он не собирался терять ни секунды из обретённого рая. Прижимаясь бёдрами к хвосту Цзинь Лина, Лань Юань решил попытать удачу и самого себя. Было алчностью с его стороны впиваться в прекрасно золотистую чешую. Сам этот поступок ощущался оскорблением, словно некое божество собиралось наказать его прямо здесь за осквернение кого-то столь потрясающего. Одна только мысль об этом заставила его застонать. Ногти Цзинь Лина прочертили линии на шее Лань Юаня. Мурлыканье в горле Цзинь Лина становилось всё громче, когда кончик его хвоста ударил по земле. Он извивался при каждом беспорядочном толчке Лань Юаня, словно не зная, как реагировать, но искренне желая того же. Мириады звуков вырвались из уст Цзинь Лина, когда Лань Юань отстранился вдохнуть. Голова Цзинь Лина повернулась и извивалась вокруг его шеи, щелкнув зубами и поцеловав красные губы. — Отрасти хвост и останься здесь. — Захныкал он. Кончик его хвоста взметнулся в воздух, обдав их брызгами воды. — Я не… — Лань Юань ахнул, чувствуя сильное головокружение. Он наблюдал за отчаянным волнением на лице Цзинь Лина, мельком увидев длинный язык, с которым ему ещё предстояло познакомиться. — Я не знаю, получится ли у меня. Явно недовольный ответом, Цзинь Лин дёрнул Лань Юаня за волосы. Костяшки его пальцев резко сжались, а ногти опасно скользнули по коже Лань Юаня. — Сделай это. — Грозно прорычал он Лань Юаню в щеку. Цзинь Лин тяжело дышал, и его горячее дыхание обжигало кожу Лань Юаня, освобождая место для зубов. Пальцы Лань Юаня, сжались во влажную землю, когда он почувствовал жгучую царапину под глазом. Его желудок сжался, когда он вздохнул, а разум боролся с охватившими его чувствами. Каждый нерв в его теле вспыхивал от возбуждения. Он поклялся избегать опасностей, но волны восторга, вызванные Цзинь Лином, заставили Лань Юаня потерять голову. Острые зубы, царапающие лицо, не должны были вызывать волнение в теле, а бёдра так реагировать, но каждое прикосновение Цзинь Лина воспламеняло его. — Останься здесь. — Хныкающая мольба Цзинь Лина перешла в шепот. Он присосался к шее Лань Юаня, словно пескарь, сосущий еду со дна озера. — Отрасти хвост и останься здесь. Останься со мной. Лань Юань понимал, что сходит с ума. Чем больше Цзинь Лин умолял реакциями, которых сам, казалось, не понимал, тем целесообразнее выглядела сама просьба. Это всего лишь хвост, что тут сложного? Тогда Цзинь Лин научил бы его плавать, а он мог бы научить Цзинь Лина тому, что делать с его неуклюжими движениями. Даже когда их губы снова сомкнулись, Цзинь Лин не остановился. Он скулил и стонал в рот Лань Юаня и даже приоткрыл рот, когда Лань Юань больше не мог себя контролировать. Лань Юань мгновенно сморщился, почувствовав пульсирующую боль на кончике языка. Вкус собственной крови запятнал первый его опыт во рту Цзинь Лина, но если он останется, то сможет делать это снова и снова. Нежные воркования Цзинь Лина, словно извинения, и опьяняющее тепло, исходящее от острых как бритва зубов. Цзинь Линь сильнее вцепился в волосы Лань Юаня, издав такой низкий гортанный звук, который Лань Юань никогда не мог себе представить. Выпустив руки из грязи, Лань Юань схватил Цзинь Лина за плечи, чтобы удержаться, когда хвост под ним начал метаться по сторонам. Лань Юань скользил по волнам хвоста Цзинь Лина, каждый раз откидываясь назад, чтобы увидеть новый набор звезд. Внутри шорт Лань Юаня творился полнейший хаос. Влажные и липкие, они съехали вниз по тазу, пока он продолжал скользить. Его бёдра плотно сжались, что едва не соскользнули, когда чешуя Цзинь Лина стала влажной. Ощущение не доходило до сознания Лань Юаня, пока не начало просачиваться в его шорты, и тогда он сразу же начал думать только об этом. Липкая секреция блестела на золотой чешуе. Трясь о хвост Цзинь Лина, Лань Юань покрылся ею, образуя тягучие нити, соединявшие их вместе. Всего несколько коротких взглядов вниз, чтобы увидеть трение их тел, приводили в движение таз Лань Юаня, и он, потеряв самообладание, вжался в скользкую поверхность. Цзинь Лин вскрикнул и Лань Юань окончательно сошел с ума. Пояс его шорт съехал вниз, и он не предпринял никаких действий, чтобы помешать члену выскочить наружу. Это всего лишь устранило нежелательный барьер между ними; соприкосновение кожи и чешуи оказалось именно таким, как и представлял себе Лань Юань, намного лучше, чем то, что у них было раньше. Лань Юань жаждал найти какое-нибудь место на теле Цзинь Лина, куда можно было войти. Должно же быть что-то, ведь мир не мог создать кого-то на подобие Цзинь Лина и не дать возможности размножаться. Что-то, что выходило бы наружу и терлось о член Лань Юаня, или что-то, что с радостью приняло его внутрь. Будет ли у Цзинь Лина икра как у рыбы? Попросил бы он Лань Юаня отдать последнюю часть, необходимую для инкубации, если бы у него просто вырос хвост? Задыхаясь от длинного языка, исследующего его рот, тело Лань Юаня не стало дожидаться ответа. Давление, нарастающее внизу его живота, настойчиво требовало выхода, и оно нашло его. В ушах Лань Юаня зазвенело от приглушённых пронзительных визгов, когда он кончил. Его бедра вздрогнули, и он излился так сильно, что по телу пробежала дрожь. Не прицелившись, он испачкал мерцающую чешую. Тело Цзинь Лина выгнулось под ним, борясь с собственным ощущением ориентации, пока Лань Юань лишь ухмыльнулся в их полупрерванный поцелуй. Его пальцы онемели, заледенев от хватки на Цзинь Лине. Лань Юань не хотел отпускать его, ничто не могло помешать ему держаться изо всех сил, и Цзинь Лин, казалось, согласился, сменив их позиции. Вес Цзинь Лина прижал Лань Юаня к земле, заставив ноги раздвинуться, позволяя Цзинь Лину войти в него. Лань Юань закипел от боли в груди и затаил дыхание, оказавшись между губ Цзинь Лина. Его рот продолжал открываться всё шире, словно хотел проглотить его целиком и украсть весь воздух из лёгких. Новый вопль разорвал прохладный воздух, который Цзинь Лин отверг, сжав губы. Лань Юань застонал от боли, ударившись затылком о землю. Он вдохнул полной грудью свежий воздух, когда Цзинь Лин отстранился, вскрикнув в небо. Кончик его хвоста обвился вокруг лодыжки Лань Юаня, щекоча тонкими плавниками его голень, не обращая внимания на скрежет зубов Лань Юаня, поскольку напряжение угрожало его костной структуре. Прищурив глаз, Лань Юань поднял взгляд, увидев промелькнувшее беспокойство на лице Цзинь Лина. Он нахмурил брови и резко повернул голову, шипя во все стороны. В ответ раздался новый вопль, сопровождаемый очень сильным глубоким, вызвавшим рябь на воде, и Лань Юань начал понимать. Кто-то, похожий на Цзинь Лина, звал его, и что бы они не обсуждали, Цзинь Лину это не нравилось. — Нет! — Закричал Цзинь Лин. — Нет, я не хочу! — Его протест остался без ответа, словно другая сторона решила, что разговор окончен. — Он мой! Он не уйдет! Отчаянный поворот головы Цзинь Лина сопровождался учащённым дыханием. Его плечи поднимались и опускались, но ответа не последовало. Цзинь Лину оставалось лишь кричать и царапать землю. — Цзинь Лин! — Лань изо всех сил старался докричаться сквозь шум. Избежав ещё одного удара от Цзинь Лина, бившего по земле, Лань Юань приподнялся и схватил его за дрожащие руки. — Успокойся! Что случилось? Качнул головой Цзинь Лин, сбросив волосы с плеч. — Мне всё равно на слова дяди, ты не уйдешь! Лань Юань почувствовал, как расширились его зрачки. — Этот звук принадлежал дяде Цзинь Лина? — Ты же останешься, правда? — Сорвался всхлип с окровавленных губ Цзинь Лина. То самое мурлыканье, которое когда-то согревало грудь Лань Юаня, снова прозвучало в горле Цзинь Лина. Его тело изогнулось, напрягаясь под действием мышц хвоста, и он оторвался от кожи Лань Юаня, надменно выпрямившись. Бедра Лань Юаня отреагировали в тот момент, когда он увидел углубление на чешуе Цзинь Лина. Небольшая складка пульсировала в такт дыханию Цзинь Лина, и Лань Юань проклинал себя, что не заметил её раньше. — Ты… — Выдохнул Лань Юань, заставляя себя снова сосредоточиться на лице Цзинь Лина. Щелкнув зубами, Цзинь Лин отстранился. — Ты и вправду хочешь уйти? — Прыснул он, произнеся слова с издевкой. Лань Юань вздрогнул. — Нет! Я не хочу! — Он заверил, что ответил неверно. Он действительно не хотел оставлять Цзинь Лина. Если бы всё, что он сказал, сбылось, Лань Юань отдал бы за это всё. Суровый взгляд Цзинь Лина пронзал насквозь. Его жестокая сосредоточенность приставила лезвие к горлу Лань Юаня, не пришлось тому и пальцем пошевелить. В его глазах читалась опасность, а пальцы безжалостно сжимались, но враждебность растаяла так же быстро, как и появилась. Отдернув голову, Цзинь Лин отвел взгляд. — Дядя прав, тебе нельзя оставаться… — Тихое признание рухнуло на землю. Цзинь Лин шмыгнул, вытирая рот тыльной стороной ладони. — Тебя, наверное, ищут. Я не могу рисковать озером, тебе просто придется уйти, как и всем остальным. Сердце Лань Юаня сжалось. Он инстинктивно обнял Цзинь Лина. — А что, если я хочу остаться здесь с тобой? — Пробормотал Лань Юань, уткнувшись в теплое плечо. — Ты научишь меня, как обзавестись хвостом? Ты же можешь это сделать? Цзинь Лин молча качнул головой, и Лань Юань со вздохом опустил голову. — Нет, по правде говоря, ты не сможешь им обзавестись. Поверить не могу, что ты действительно так думал. — Тихий смешок не помешал сжаться Цзинь Лину. Его плечи поникли, а хвост свернулся вокруг него. — Мне следовало уйти сразу, как я вытащил тебя на берег, но, увидев тебя с другими пловцами, мне… Мне просто стало интересно увидеть, что будет дальше. — Его бормотание перешло в шепот, а руки постепенно снова схватили его. — И теперь я понимаю, что это делает ситуацию еще хуже, потому что я знаю, чего мне не хватает. Поцелуи в покрытую чешуей шею Цзинь Лина напомнили Лань Юаню о пульсирующей боли в его губах. Смесь боли и экстаза разлилась по его челюсти, и он не хотел бы ничего другого. — Но разве это не делает нас счастливчиками? — Он улыбнулся, оставляя еще один поцелуй за ухом Цзинь Лина. — Теперь, встретив кого-то прекрасного, вроде тебя, я понял, чего мне не хватало всю жизнь. — Вся твоя лесть… — Фыркнул Цзинь Лин, наклонив голову, но не слишком далеко, чтобы до него не дотянулись. Он все еще хотел, чтобы Лань Юань старался ради него. — Это точно твоя вина. Ведешь себя так отчаянно, с таким-то лицом. — Он ухмыльнулся, закрывая глаза, когда Лань Юань вновь отыскал его шею. — Никто не поверит тебе, если ты попытаешься рассказать им о произошедшем. Нарушив его личное пространство, Лань Юань наклонил голову и рассмеялся. Цзинь Лин был прав: любой бы подумал, что он рехнулся, прежде чем поверить его словам. Его краткий миг с Цзинь Лином должен был стать всем, что он запомнил, но это не должно было закончиться, по крайней мере, если Лань Юань добьется своего. Ослабив хватку, Лань Юань выпрямился, ментально готовясь к ответу. — Мне достаточно того, что ты знаешь о произошедшем. — Он улыбнулся, изо всех сил пытаясь скрыть спазм в животе. Лань Юань провел почти всю свою жизнь в размышлении о том, когда же семейная традиция вступит в силу, но ответ оказался слишком очевидным. Сняв серебряный браслет с запястья и пропустив через пальцы, решение укрепилось в разуме Лань Юаня. — Цзинь Лин, — Прошептал он. — Обещаю, я вернусь. — Фамильный браслет Ланей сверкал в тусклом свете, светясь ярче окружающих их светлячков. — Даже если сейчас мне нужно уйти, я вернусь. Цзинь Лин мгновенно понял всё одним лишь взглядом. — Ты вернёшься? — Сорвался писк с его надутых губ. Вместе с поднятой вверх рукой этого было достаточно, чтобы у Лань Юаня перехватило дыхание. — Конечно. — Заверил Лань Юань и, не теряя времени, пропустил браслет сквозь ладонь Цзинь Лина. — Я вернусь, поэтому не потеряй его. Благодаря этому все будут знать, что я с тобой. Широко раскрыв глаза, Цзинь Лин крутил рукой, рассматривая браслет со всех сторон. С каждым поворотом его улыбка становилась всё шире и шире. — Думаю, он мне подходит. Тебе так не кажется? — Он рассмеялся, гордо демонстрируя блеск серебра. Лань Юаню потребовалась вся выдержка, чтобы удержать контроль и не повалить Цзинь Лина на землю. Не было сомнений, что он сделал правильный выбор. Одна лишь мысль о совместных часах, днях, месяцах с Цзинь Лином заставляла его сиять. Он хотел видеть его как можно чаще. Не дожидаясь ответа, Цзинь Лин отступил назад, медленно подползая к воде. — Тебе лучше поторопиться, иначе твой шумный друг всё озеро разбудит. — Вновь закатив глаза, на его щеках снова вспыхнул румянец. — Иди вдоль воды в ту сторону, и ты вернешься. — Он рассмеялся, указывая украшенной рукой. — Хорошо. — Кивнул Лань Юань, чувствуя бабочки в животе. — Цзинь Лин? — Прозвучавший резко голос заставил Цзинь Лина остановиться, прежде чем он нырнул в воду. Лань Юань еще на мгновение жадно впитал в себя всю прелесть живописной сцены; несомненно, Цзинь Лин прекрасно смотрелся с его браслетом. — Не могу дождаться нашей следующей встречи. — Лань Юань почувствовал, как улыбка растянулась до ушей, а грудь расширилась. Дело было не только в предвкушении от предстоящего, или в том, насколько язвительно Цзинь Лин лизнул воздух, прежде чем нырнуть в воду, но и в том, что жизнь Лань Юаня становилась такой же яркой, как солнце, и это заставляло его держать голову высоко поднятой. Ему предстояло познакомиться с новым миром Цзинь Лина, но сначала ему следовало бы отыскать наверняка запаниковавших членов семьи. ~ Повторяя одну и ту же историю в мельчайших подробностях, в конечном итоге он убедил всех, кто спрашивал. Где он был весь вечер? Во время дождя поплыл не в ту сторону. Что случилось с его лицом? Упал, когда шел обратно. Постепенно вопросы прекратились, и беспокойство по поводу его самочувствия утихло. Даже Цзинъи не поднимал эту тему, что само по себе было чудом, но недоуменные взгляды на его пустое запястье не прекращались, хотя для Лань Юаня это не было сущей проблемой. Он спокойно относился к молчаливым вопросам вплоть до следующего утра, пока его неожиданно не остановили перед прогулкой вдоль озера. Лань Юань знал, что не следует показывать разочарование, когда он так и не нашел его, на тот случай, если Цзинь Лин наблюдает за ним издалека. Они не назначили дату следующей встречи, просто сказали, что встретятся, и этого было достаточно для Лань Юаня. Даже в конце поездки, когда его семья собирала вещи, Лань Юань не волновался. Он вернется, и они снова встретятся. Повторное посещение озера в межсезонье было рискованным поступком, однако Лань Юань решил попытать удачу. Насмешка владельца озера показалась ему очень знакомой, когда его прогнали. Одно только выражение лица напомнило ему о Цзинь Лине, как вдруг холодный воздух сменился теплым. Повторная попытка в первый день весны не принесла результатов. Он задавался вопросом: рассмеется ли Цзинь Лин при мысли о том, что его озеро считается закрытым только из-за сезона, и на лице Лань Юаня появилась та же улыбка, которую он себе представлял. Этого было достаточно, чтобы помочь ему переждать несколько месяцев до лета и снова присоединиться к своей семье для повторного отпуска. Лань Юань потрогал висящие весла, украшающие стены главной хижины. Он был слишком рассеян, чтобы сосредоточиться на словах дяди, когда их регистрировали на неделю. Почему-то владелец бушующего озера казался более дружелюбным при общении с его дядей и интересно рассказывал о природных красотах озера, указывая на плакаты. — Вот только этот нужно обновить. — Гордо хмыкнул мужчина. — В этом году мы предоставляем уроки по плаванию, если кому-то они необходимы. Буклет, зажатый между пальцами Лань Юаня, упал обратно в пластиковый держатель. Он развернулся на месте, открыв рот, чтобы спросить, но в этом уже не было необходимости. — А-Лин! Подойди! Сердце Лань Юаня подпрыгнуло, и его взгляд устремился на дверь за стойкой регистрации. Он уже ждал больше года, и в перспективе дополнительная минута ожидания была вполне разумна, однако одна единственная минута — долгий срок, чтобы задерживать дыхание. Волна жара пробежала по телу Лань Юаня, когда он увидел его. Длинные темные волосы, изящно очерченные скулы и брови, пронзительный взгляд и серебряный браслет на запястье. Во всех отношениях, с чешуей или без, Цзинь Лин всегда оставлял Лань Юаня в замешательстве. Поднятые брови были такими же, как и прежде, если не чуть выше, от долгожданного ответа. Они смотрели, как Цзинь Лин идёт к нему так непринуждённо, словно это было естественно. Будут вопросы, много вопросов, но Лань Юань не будет о них думать, по крайней мере, когда он присоединится к Цзинь Лину на пристани. — Всё ещё не умеешь плавать? — Его голос зажег тот же огонь в груди Лань Юаня. Он вспомнил ту разжигающую страсть и захотел покрыть поцелуями каждый сантиметр Цзинь Лина. Проведя пальцем по руке Цзинь Лина, Лань Юань улыбнулся, и уголки его губ приподнялись. — Я ждал идеального учителя. — Его сердце гулко застучало в груди, танцуя, словно светлячки при их первой встрече. — Полагаю, ты нашел причину, так? Тот же взгляд Цзинь Лина, который вознес любопытство Лань Юаня до небес, сблизил их. — Ага, — усмехнулся Цзинь Лин, останавливаясь на краю причала. Он повернулся, подставив лицо солнцу, и переплёл свои пальцы с пальцами Лань Юаня. — Как же тяжело с ними приходится, — кивком головы он указал на свои ноги. — Очень легко упасть с такими. Лань Юань сдержал смешок, наслаждаясь прикосновением рук Цзинь Лина. — С ними может быть немного тяжело. — Он вздохнул, когда солнце коснулось его щёк. Он скучал по журчанию воды и дыханию Цзинь Лина. — Но, похоже, ты с ними справляешься. — Похвалил он, воздерживаясь от мыслей, которые приходили ему в голову о том, где Цзинь Лин мог бы обвить его ноги. — Ты же не отказался от хвоста ради ног, так ведь? Цзинь Лин усмехнулся, услышав этот вопрос, и откинул голову назад вместе с глотком воздуха. — Конечно, нет! Я бы никогда от него не отказался. — Его пальцы вцепились в ладонь Лань Юаня, притягивая его достаточно близко, чтобы их носы соприкоснулись. Дрожь его дыхания на щеке Лань Юаня была сама по себе искушением. — Пришлось постараться, чтобы обзавестись ногами, а ещё чтобы возвращать хвост, когда захочу. Просто это заняло некоторое время. Вспомнив год, проведенный в размышлениях о Цзинь Лине, Лань Юань понимающе кивнул. — Ты хотел довести его до совершенства, прежде чем показать всем? — Он улыбнулся, наслаждаясь тем, как его бедро помещается между мягкими ногами Цзинь Лина. — Показать всем? — Цзинь Лин насмешливо оскалился, обнажив более тупые зубы. — Мне все равно, что подумают остальные. Я сделал это для кое-кого конкретного. — Распутав их пальцы, Цзинь Лин продемонстрировал серебряный браслет Лань Юаня. Он выглядел так же хорошо, как запомнилось Лань Юаню; идеально на запястье Цзинь Лина. — Кое-кого конкретного? — Лань Юань повторил, чувствуя, как у него задрожали руки. — Ему так повезло, что кто-то настолько прекрасный сделал для него нечто подобное. — Да, вот только он все еще не научился плавать ради меня. Думаю, это значит, что мне предстоит еще много работы. — Цзинь Лин поддразнил Лань Юаня, покусывая того за кончик носа. — Не хочешь ли ты начать свой первый урок плавания прямо сейчас? Кивнув, у Лань Юаня закружилась голова. Он больше всего на свете хотел прыгнуть в воду вместе с Цзинь Лином. — Хорошо, осталось сделать еще одно дело. — Пальцы Цзинь Лина выскользнули из дергающихся рук Лань Юаня и не возражали, вцепившись в его бока. — Видишь ли, мне это не нравится. — Он фыркнул, сжимая рубашку Лань Юаня большим и указательным пальцами. Цзинь Лин потянул за ткань и попытался стянуть шорты Лань Юаня, сбивая их вместе и рыча. — К ногам я еще могу привыкнуть, но к одежде? — Его губы изогнулись, а глаза озорно блеснули. — Я ее ненавижу. Если я собираюсь научить тебя плавать, нам нельзя ничего надевать. Понял? Снова кивнув, Лань Юань потянулся к подолу своей рубашки. — Мне подходит, — Его голос дрогнул, когда рубашка взлетела в воздух. Он подвигал бедрами, готовясь стянуть шорты так же, как Цзинь Лин бросил свою рубашку на причал. — Если ты будешь учить меня на практике, думаю, я быстро освоюсь.